𐌙𐌀 𐌵𐌌𐌄𐌓𐌋𐌀
1 марта 2023 г., 16:16
Я УМЕРЛА
10 ноября
Сегодня
— Может, останешься на пару денёчков? — спрашивает мама. — Мам, я уже три дня гостю у вас с папой. — Пф. Три дня! Думаешь, мы замечаем время? Сколько лет мы тебя не видели? — Много, — беру её руку. — Прости меня. — Я никогда не держала на тебя зло, Марра, и папа тоже. После того, как детектив Джеймс привёз вещи Сееры, вечером того же дня я отвезла их в свою квартиру. Немного подумав, осознала, что не могу находиться в одном городе, где когда-то жил Демон. Взяв несколько рубашек Сееры, я поехала на мотоцикле к родителям в Сан-Франциско. Мама с папой обрадовались приезду. Они не задавали вопросов, почему спустя пятнадцать лет я решила их навестить. Родители поняли: в моей жизни произошла трагедия, и я ищу поддержку от них. Они не задают лишних вопросов обо мне и о моей жизни. Мама с папой рады, что я живу с ними вот уже три дня. Папа вышел на улицу покормить собаку и подмести крыльцо. Мы с мамой завтракаем на кухне. — Почему ты не спрашиваешь? — О чём? — Почему я приехала спустя пятнадцать лет? — Мы с папой в таком возрасте, когда бессмысленно спрашивать ребёнка о таком. Мы просто ждём. — И тебя не смущает, почему я ношу мужские рубашки? — Нет, абсолютно. Они тебе очень идут. Мне нравится красная, гавайская. Весёленькая. — Да, красивая. Мне больше нравится чёрная с ярким принтом. — Которую ты дважды стирала и зашивала? О да. Она интересно подчёркивает цвет кожи. Многим женщинам, Марра, идёт мужская одежда. Самое главное, чтобы тебе нравилось. — Последний год я жила с мужчиной, — обхватываю кружку. — Это его рубашки. Я его очень любила, — прошло пять дней, а у меня до сих пор ком в горле от мыслей о Сеере. — Папа его бы не одобрил. Он был белокожим, — улыбаюсь. — Мы с папой не выбираем тебе мужчин, дорогая. Это твой выбор, и мы его примем. Если ты любишь этого человека, а он тебя, мы не будем препятствовать твоему счастью. — Он был старше. Был добрым, умным, сильным… Он болел и не сказал мне. Мы провели множество ночей вместе, но только после последней он посоветовал мне поговорить с вами, рассказать правду. Наутро его не стало. Это произошло пять дней назад. — Марра, — мама берёт меня за руку, — мне очень жаль. — Я скоро уезжаю. Нам надо поговорить. Я позову папу? — Да, конечно. Я вышла на крыльцо и попросила папу сесть за кухонный стол. — Я специально вас оставил. Думал, вы, девочки, не наговорились за три дня, — он закатывает рукава шерстяной рубашки и забирает у мамы кружку с чаем. Родители всегда меня удивляли. Мама носила яркие платья африканских расцветок, папа предпочитал строгую классическую одежду. Они разные, но искренне любят друг друга в восемьдесят лет. — Мам, — смотрю на неё, — пап, — перевожу взгляд, — я вас очень люблю, но я умерла. У папы перехватывает дыхание, под мамой скрипит стул. — Тридцать шесть лет назад мистер Стивенсон утопил меня в своём пруду, а после выкинул мой труп в речку. Помните, как утром следующего дня я пришла как ни в чём не бывало? — Ты сказала, что заблудилась в лесу, — вспоминает папа. — Мы поверили. — Я не могла сказать вам, что вернулась с того света. — Он… — папе тяжело говорить, костяшки на тёмно-чёрной коже белеют от злости, — что он с тобой делал? — Стивенсон меня не изнасиловал. Опустил голову в пруд и утопил. — Ты хранила эту тайну тридцать шесть лет? — у мамы текут слёзы. — Марра, почему ты нам не сказала? — Потому что я убила Стивенсона спустя год. Я утопила его в церкви. — Как? — не понимает папа. — Он захлебнулся. Забираю у папы кружку и наполняю водой до краёв. — Это была я. Мам, — смотрю на маму, — пап, — перевожу взгляд, — я — ундина. Я управляю водой. Мой дар проявился, когда Стивенсон меня топил. Я молчала, потому что боялась вашей реакции. Сеера посоветовал рассказать вам. Вы не виноваты в том, что я такая. У меня прекрасный дар. — Сеера? Кто такой Сеера? — папа хмурится. — Тот мужчина? — догадывается мама. Я киваю: — Сеера был Демоном Времени. Он нашёл меня и показал мир с другой стороны. На планете существуют люди с даром, и я одна из них. Родители переглядываются. Папа кладёт руку на мамину. — Мы должны были сказать тебе в детстве, дочка. Ананьян, — он поворачивается к маме, — время пришло. — Марра, мы предполагали, что у тебя должен быть дар, потому что и у меня, и у Пича он есть. Таков наш род. — Почему мы с твоей мамой вместе? Потому что оба дарованные, но в первую очередь, потому что любим друг друга. Дар передаётся по наследству. Я тридцать шесть лет скрывала правду, а родители скрывали от меня свою правду сорок шесть лет. — И чем же вы обладаете? — Ты задавалось вопросом, почему я ношу только длинные платья в пол. Я никогда не надевала брюк и коротких футболок. — Твоя мама удивительно комфортно чувствует себя в воде и… — папа улыбается, — у твоей мамы хвост. — Что?.. — Мы с тобой женщины, Марра, нам нечего скрывать друг от друга, но мне есть что скрывать. Мама отходит от стола. Приподняв африканское платье, показывает чешуйчатый хвост. — Я — крокодил. Поэтому у тебя водные способности. Я управляю водой, потому что привычная среда моей мамы — вода. — А ты? — смотрю на папу. — Солнышко, ты получила от меня самое лучшее — мою кожу. — Цвет твоей кожи… почти чёрный. — К сожалению, только цвет. Папа снимает рубашку. Белая майка сильно выделяется на чёрной коже. Папа напрягает мышцы, кожа светится ослепительным блеском. — Почему бабушка с дедушкой назвали меня Пичем? Я — алмазный, Марра. У меня алмазная кожа. Я получила от него красивейший тёмный цвет кожи, но великолепным среди нас был только папа. — Почему вы молчали? Почему не говорили? — Мы думали, дар обошёл тебя стороной, — родители возвращаются за стол. — Мы воспитывали тебя как обычного ребёнка. — Да, — подтверждает папа. — Мы решили скрыть наши особенности, чтобы ты нас не стеснялась. Мы должны были быть похожими. — У вас прекрасные дары, — глаза мокрые от слёз, — у обоих. Ананьян, что означает «крокодил». Пич, что означает «алмазный». Вы самые лучшие, — кидаюсь на них с объятиями. — Я вас очень люблю. Спасибо вам большое за мой дар. — Солнышко, побудь с нами. Мы так долго тебя не видели. — Хорошо, пап.***
— Ты как? — сажусь за столик в кафе и ставлю сумку на соседний стул. — Никак, Эв. На Мелиссе нет лица. Она пьёт антидепрессанты, которые не действуют. — Что пьёшь? — Водку с виски, — она мешает трубочкой содержимое стакана. — Всё вместе? Мэл, это не выход. — А что? Что выход, Эв?! — губы трясутся, глаза красные. — От спиртного не станет лучше. Он не вернёт Тимми и дядю Стивена. — Я знаю. Их ничто не вернёт. — Тогда зачем всё это? — указываю на полупустой стакан. — Так мне легче. Так я забываю о них. — Не ври себе, Мэл. Они умерли в разницу меньше недели. Такое не забудешь. — Как ты пережила смерть Артура? Я рассказала Мелиссе о нём после того, как развеяла прах над набережной. Мы обе плакали. Мелисса оплакивала своего мужа, я — Артура. Мы всегда были близки, но общее горе больше сблизило. — С болью, Мэл. Я видела труп на секционном столе. Это был не мой муж, но прежние чувства возродились внутри. Я люблю его и после смерти. — Как с этим смириться? Вы были женаты год, знакомы тоже год. Мы с Тимми прожили вместе десять лет… десять счастливых лет. — Ты больше скорбишь по Тимми, чем по отцу? — Папа есть папа, Эв, Тим — совсем другое. Конечно, я горюю по отцу, но смерть мужа стала для меня ударом. — Троцка уже судили? — Ему дали пожизненное в тюрьме, но, возможно, переведут в психушку. Мой друг, охранник в тюрьме, куда посадили Троцка, говорит, что он бредит. Якобы его преследует какая-то Лилит и мучает за смерть мужа. — Галлюцинации? — Мне всё равно. Я заплатила кучу денег адвокату Троцка, чтобы его ни в коем случае не перевели в психушку. Троцк либо сгниёт в тюрьме, либо окончательно свихнётся и наложит на себя руки. Мне плевать. Тимми тоже был ему близок, но почему я одна страдаю по нему? — Потому что любишь его. — Нет, Эв, — Мелисса вытаскивает трубочку и отпивает водку с виски, — потому что жить не могу без Тимми. — Или не хочешь, — страшная догадка. — Не хочу… — Мэл, не смей… иначе я перееду к тебе. Я не дам тебе умереть. — Успокойся. Я не решилась. — Но ты думаешь об этом! — Ты тоже думала о самоубийстве, когда ушёл Артур. — Его уход был равносилен смерти, но я взяла себя в руки. — Как? Ты переехала на старую квартиру и вернулась на работу, а мне что делать? Я никогда не работала, старую квартиру продала. Мне не хочется выходить из квартиры, где мы жили с Тимми. — Я нашла поддержку от родителей. — Тоже не вариант. Отец помог мне, чем смог, а потом его убили. Я даже не знаю, кто убийца, и ищут ли его! — Детектив Блэр найдёт его. Он обещал найти убийцу Артура. — В нашем городе орудует маньяк? Почему столько смертей? — Это точно не Пироманьяк. — Да уж. Я бы точно не выдержала, увидев сожжённые останки мужа и отца. — Мэл, может, развеешься? Сгоняешь в Европу? Отдохнёшь, побудешь наедине со своими мыслями. — Я точно сопьюсь. — Найди себе занятие, переключись на что-то. Заведи кого-нибудь. — Что ты имеешь в виду? — Собаку или кота. Скорбь сразу уйдёт. Забота о животном перекроет её. Если бы не аллергия, я бы завела домашнего питомца. Мне бы тогда не было паршиво и одиноко. — Собаку? Не знаю, Эв. Я не готова, но, с другой стороны, мне не хочется быть одной. — Заведи большую лохматую собаку, чтобы лежать с ней в обнимку. С собакой тепло телу и мягко на душе. Ты станешь нужной и любимой. — Собаку… — Мелисса допивает водку с виски и кривится от горечи. — Собака будет спать на месте Тимми, но она не заменит его.
