Избранная

Организация «Ради Общего блага» снова возродилась? Как отреагирует Альбус Дамблдор на возвращение своего старого друга? Странным образом помолодевший Гриндевальд снова собирается терроризировать всю Британию? Как отреагирует на эту новость темный волшебник Тот-чье имя- нельзя называть? Приведет ли столкновение интересов двух Темных Лордов Европы к еще более кровопролитной войне? Такими заголовками пестрили сегодняшние газеты. Но отличился больше всех Ежедневный Пророк. Неугомонная Рита Скитер взяла интервью у Гриндевальда.

***

— Мистер Гриндевальд, извините за нескромный вопрос, но как вам удалось омолодить себя и вернуться в прежнюю форму? — Я не хотел бы рассуждать на эту тему, могу сказать только лишь, что этим обязан одной очень умной молодой девушке, не побоявшейся взять на себя все последствия от этого решения. — Оу, это интересно. Надеюсь, скоро вы объявите об официальном начале ваших отношений — Рита торжествующе потерла руки, уже представляя свою следующую статью. — Боюсь вас разочаровать, но она всего лишь моя последовательница, но никак не девушка. Я считал, что вы позвали меня поговорить о более серьезных насущных проблемах? — По Британии ходят слухи, что вы собираетесь участвовать в предвыборной гонке за пост Министра Магии, это так? — Все верно. Я собираюсь выдвигаться на этот пост. Я полностью пересмотрел свои взгляды и изменил политику по отношению к маглорожденным. Я считаю, что они имеют право, так же как и чистокровные волшебники, жить в этом мире, занимать высокие должности и не должны подвергаться провокациям со стороны так называемой группировки Пожирателей Смерти. — Что ж могу только пожелать вам удачи. Ваш оппонент достаточно силен, но у вас за плечами огромный опыт. Но кто выиграет, покажет только лишь время — философски произнесла Скиттер, придерживаясь нейтралитета, только проблем ей здесь не хватало.

***

— Как вы могли проворонить его освобождение из тюрьмы?! Кроули, ты должен был контролировать эту ситуацию — громко кричал Темный Лорд, совершенно не сдерживая свою ярость. — Круцио — и бледный, осунувшийся человек забился в страшных судорогах. — Если еще кто-то посмеет ослушаться моего приказа или халатно отнестись к его выполнению, то его будет ожидать это — все больше и больше распалялся Воландеморт. — Моя любимая змея сегодня еще не обедала. Нагайна, обед — и огромная зеленая, переливающаяся на свету змея, поползла по огромному черному столу прямо к своей жертве. Многие пожиратели затравленно оглядывались, стараясь отодвинуться подальше от стола, по которому ползла любимица Темного Лорда. Я быстро отвернулась, стараясь не смотреть на то, как змея доедает то, что когда-то было живым человеком. — Кристиана, моя дорогая, останься — я почти дошла до выхода из этой мрачной залы, как меня остановил приказной тон Воландеморта. — Вы что-то хотели, мой Лорд (фу, как ужасно это произносить. Насколько же у него раздутое самомнение, того глядишь и лопнет) — Душа моя, ты ничего не хочешь мне рассказать? — тон полукровки не сулил ничего хорошего. В моей голове стали судорожно метаться мысли: Долохов, Гриндевальд, поиск крестражей — что он узнал? Одев на лицо холодную маску, не показывающую ни одной эмоции я произнесла: Нет, ничего. — Ты думала, что я не узнаю, что этот полукровка твой брат? — Темный Лорд сорвался на крик — Ты думала, что сможешь шпионить для него, раскрывая все наши карты? Ты знаешь, что делают с предателями — полукровка направил на меня палочку, собираясь произнести смертельное проклятье — Нет, подождите. Смотрите! — я стала показывать ему воспоминание о разговоре с Дамблдором. Там я еще враждебно относилась к брату. — И больше мы с ним так и не общались. — Можешь быть свободна — Воландеморт махнул мне рукой по направлению к выходу, а сам отошел к окну с задумчивым видом.

***

После сегодняшнего собрания мне кажется я хапнула адреналина на год вперед. Я наконец-таки пришла домой и сразу же направилась в кабинет отца. Здесь все напоминало о нем. Бумаги, аккуратно сложенные на краю стола, которые он позже хотел разобрать. Черный пиджак на спинке кожаного кресла. В воздухе до сих пор ощущался запах его любимого парфюма. Я медленно опустилась в кресло, осматриваясь по сторонам. Мое внимание привлек незапечатанный конверт, кончик которого выглядывал из-под массивного фолианта. Это письмо… Отец писал мне, это его аккуратный почерк с завитушками заполнил целый пергамент. Кристиана, любимая моя, если ты это сейчас читаешь, значит я уже мертв. Утри свои слезы, будь сильной, в этом нет твоей вины. Я. Только я виноват в этом. В подростковом возрасте я повелся на лживые речи о том, как велики чистокровные волшебники, и как ужасны маглорожденные. Я доверился не тому человеку. Только после убийства Лили и Джеймса Поттеров — это твои настоящие родители, извини, что не сказал раньше, у меня появились первые сомнения. И ты их только усилила, ты так тянулась к темной магии, так же как я, использовала ее не подумав, так же выбрала не того кумира. Я понял, что должен помешать этому. Я стал двойным агентом, надеясь хоть так оправдать свои злодеяние. Но меня сдали. Я не знаю кто: Люциус Малфой, Беллатриса Лестрейндж и Северус Снейп — кто же из них предатель? P.S Извини, что при жизни мало говорил тебе, что люблю тебя. Я люблю тебя, дочка, я горжусь тобой. Я знаю, ты справишь и отомстишь, моя смерть не будет напрасной. Научись отпускать мертвых, моя милая принцесса. А теперь прощай, С вечной любовью, твой папа. Обхватив колени руками, я сползла с кресла, медленно раскачиваясь из стороны в сторону. Письмо вылетело из рук, плавно приземлившись куда-то на стол. На моих щеках появляются все новые и новые дорожки от слез. — Папочка, прости меня, я должна была спасти тебя. Я не могу быть сильной. Я ни на что не способна — тихие всхлипы изредка нарушали мертвую тишину, установившуюся в доме. За моей спиной раздался тихий хлопок, и через десять секунд меня обнимали чьи-то сильные руки. — Тшш, не плачь, все хорошо, я рядом — успокаивающе шептал Гриндевальд, крепче прижимая меня к себе. — Что случилось? Кто тебя обидел? — Геллерт, папа пожертвовал собой ради меня. Это я во всем виновата — пробормотала я, шаря руками по столу. — Вот оно. Прочитай его. Гриндевальд погрузился в чтение, непроизвольно перебирая мои волосы. — Кристи, твой папа не хотел, чтобы ты по нему убивалась, он попросил жить тебя дальше. А что делаешь ты? — с укором произнес Геллерт, пристально смотря в мои заплаканные глаза. Большим пальцем он провел по моей щеке, смахивая слезинки. Его теплое дыхание опалило мою шею, и мы вновь слились в нежном, трепетном поцелуе. — Геллерт, спасибо, что ты всегда рядом. Если бы не ты, я не знаю, что бы со мной стало — я уютно устроилась в его объятиях, и даже холод мраморного пола не напрягал меня. — Спасибо, что ты появилась в моей жизни, именно ты помогла мне побороть мою внутреннюю тьму и стать чуть добрее — Геллерт нежно заправил мне за ухо, выбившуюся прядь.