Попаданец в Эрена

- Итак, - неуверенно начал Досош: походу возвращение двоечника-Эрена сильно его шокировало. И не только его. Все ученики сидели тише мыши. А, может, они всегда такие? - Продолжим урок. Пока учитель, нет, Досош Мирославович читал занудные нотации, я успел соорудить из учебников стену, ограждающую от взора учителя. В голове уже вырисовывался план, как достать всех и вся, а в особенности этого математика. - Раз уж Эрен пришел сегодня к нам, он и будет нам ее рассказывать. Минуточку, что? - Давай, выходи к доске. И дай мне свой дневник. Внутри уже зарождалось желание убить. Дайте уже спокойно отдохнуть! - Хорошо, Досош Мимосралович, - покорно отозвался я. Только бы не заржать. Я не ржу, я не ржу, я спокоен как удав. Не, что вы, я спокоен. Учитель поперхнулся: - Что за слова! Детям нельзя ругаться! - Прошу прощения, но я не специально! - и невинная рожица. Но в меру. Вряд ли поверят, если до этого я был пародией на ворчливого старикана, и неожиданно сострою милую моську и залепечу извинения направо и налево. Меня всё-таки простили, смахнув все на "случайность". Ага, как же. Надейтесь. Детишкам прочитали лекцию, что говорить такие слова нельзя, хотя их выражения лиц говорили о том, что они вообще ничего не заметили, да и неизвестны им эти слова, а великодушно прощенного меня поставили у доски лицом к классу. - Итак, - снова включил режим добренького учителя "Мимосралович" - ага, в гробу я видел таких добреньких; последний, кстати, с добродушной улыбочкой оставил после уроков убирать в кабинете, чисто из вредности. - Сейчас мы узнаем, как хорошо Эрену известна наша сегодняшняя тема. "Сукаблятьнахуйебатьзашо" Я уже у доски, Милосраловичу достался дневник, класс пыриться на него и Великого меня. - Итак, наша тема: таблица умножения. Какого хрена? Не, даже не так, схуяли? На такую тему и приходить в школу? Нафиг. Теперь ясно, какого черта Эрен не посещал школу. Такая скукотень! Рассказывали бы поинтересней! Но нет, надо всем и вся вынести мозг своим занудством. Гадость какая. - Эрен, скажи, - где раки зимуют? - сколько будет 2 умножить на 2? Ну это все в жопу. Задрало все. И крыться не буду: - Четыре. А вот удивился клааасс. Будто я отрастил вторую голову у них на глазах или заявил, что сейчас я научу их глотать раскаленные мечи. А несчастный учитель потерял челюсть на полу. Хорошо, что челюсть крепиться к черепу, а то искать пришлось бы... - Хорошо, - поднял челюсть и сглотнул этот... несчастный, иначе и не скажешь. - А 5 умножить на 5? Удивить его чтоли? - Двадцать пять. Вот тут тишина затянулась на долго. А за окном маячила дурацкая стена. Скучная. Расскрасить ее чтоли? Кажется, было что-то вроде лифта-подьемника, на котором переправляли лошадей с одной стороны стены на другую. Благодаря этому подьемнику можно будет разрисовать всю стену, а не те жалкие метр с кепкой, до которых я дотянусь с земли со своим росточком. Похоже, телу Эрена сейчас 5-6 лет. До нападения титанов... Стоямба, это же по канону, а у меня нет никакой гарантии, что он сбудется. И в этом проблемка. Не, проблема. А то и проблемища. Пиздец, заебись. - Л-ладно, - о, проснулся! - С-садись, молодец, - а то, а еще я красавчик, умница... " И скромник" - ехидно добавил голосок, но я плюнул на него, послал на три веселых буквы и даже подарил пинок для ускорения. Пусть идет куда подальше, ему полезно, а я займусь разработкой плана по разрисовке стен. Надо будет научится кое-каким трюкам, чтобы суметь защитить себя от... всяких. Нехотелось бы огрести от отморозков. Так еще и по канону надо будет вытягивать Микасу и ее мать из кое-чего начинающегося на "жо". Не хотелось бы допустить смерть матери девочки и заставить Мику стать безвольной куклой и сиротой. Меня великодушно отпустили обратно на скамейку - если так можно назвать мой вопрос "Я свободен?" и его шокированное молчание, но я, прекрасно помня правило "Молчание - знак согласия", поспешил свалить подальше от дьявольски-тупых вопросов. Не хватало еще заразится неимоверной тупостью. До самого конца пары несчастный "Мимосралович" косил на меня, но претензий, хвала Ками, не предьявлял. Потом была география, - и тоже пара - а затем самое странное: ре-ли-гия. Сукашоцезапиздец. Кому вообще нужна эта... это гамно чудо...вище. Чо эт ваще такое? Кому оно нада? Мозги с этим не прибавляються, это и так ясно. На урок этого говна к нам пришла какая-то тетка, больше напоминавшая скелет, со впалыми глазами, седые волосы напомнили мне улей, в такой замысловатой прическе они находились. И начался вынос мозга, которого не у всех в этом мире наблюдалось. Оказывается, здесь религия имела сильное влияние на таких низких существ. Вот кому в голову пришло верить в мужика на небе, который "вершит суд". Удивительно, что они - эти низшие существа - продолжали жаловаться на "чудовищ" за стеной в 50 метров. А еще они твердо верят в этого Бога?! Не серьёзно, если они твердят какой их бог великий - а великий здесь только я - то почему он неможет избавить их от всех этих ужасов? Они не задавали себе такой вопрос, не? Я ничего не имею против их веры в это безобразие, но зачем забивать мозг тем, кто и слышать ничего такого не желает. Я уже вспомнил про аниме "Дьявольские возлюбленные", где гг так свихнулась на своем боге, что даже не пыталась сопротивляться, когда очередной упырь-кровосос кусал ее. Не нравится - сделай так, чтобы не нравилось твоим врагам! Так нет же, надо продолжать быть овечкой и не включать мозг, которого, кстати, нет. Так еще и тетка эта была твердо уверена в своих словах, поэтому когда я сказал, что не собираюсь учить безобразие - закатила истерику на высоких частотах, оглушив полшколы, наорала, попричитала, протарабанила репом молитву на три страницы мелким почерком с двух сторон, попросила-провизжала (а у нее голос и так до противного пискливый-визгливый) у "Святого Боженьки" прощения за таких ужасных детей - звучало это примерно: "Отче наш, смилуйся, не гневайся на детей Своих. Не карай меня, старуху столетнюю, за то что детей не воспитала. Не обращай внимания на этого мальчишку противного, что посмел опозорить величие Твое" - и все в таком духе - и вызвала "мою" маму в школу после уроков. И теперь я, Карла и это исчадие ада эта тетка остались одни в классе. Великий и прекрасный я, приняв позу "Я тут Царь, а вы все холопы", сидел на стуле напротив тетки. От нее отделял лишь один стол (к несчастью). Мама стояла за мной по правую сторону и выслушивала тот бред, что несла эта прокаженная. Для меня, привыкшего пропускать мимо ушей такие тирады, это не являлось большой проблемой. Еще в прошлой жизни у меня было умение так зануриться в мысли, что никакой звук до меня не долетает. Очень полезно, если честно, а то я бы не смог выжить в мире, где одноклеточных, которых еще и назначают как работодателей гораздо и в разы больше нормальных. Благо, у меня были нормальные коллеги и начальник. А вот посетителей таковыми не назовешь. Они и орали, и тупили, и обвиняли во всех смертых грехах, а потом ябедничали таким же отсталым, умудряясь выставить виноватым. Даже стремно представить что случилось бы, не будь у меня железных нервов и умения пропускать гадости мимо ушей. Так еще и длинным языком я не был обделен - это мне и мама, и друзья-анимешники-кпоперы твердили. А я Великий и Прекрасный и до невозможного скромный, воспринимал это как комплимент. Карла не обижалась на своего сынишку и стояла за моей спиной скорее с обреченным, нежели сердитым видом. Может, эта чокнутая - училка, а не моя мама - и задавала вопросы, но они были либо риторическими, либо сама же на них и отвечала - как говорила моя любимая младшая сестренка, не менее Прекрасная и языкастая: "Если ты не признаешься, я сама придумаю - хуже будет" - а после жаба читала нотации по поводу того, что сама и ответила. Например: "Вы сына своего воспитывали? Нет? Как же так? Неужели вам совершенно наплевать, каким он вырастет?" - и пошло поехало. Наконец эта ненормальная остановилась и перевела дух. До этого она говорила много и быстро, так что я не удивлюсь, если она в моем мире станет репером. Но характер у нее все равно гамно. Толку было отрывать мою уже маму от работы и выплескивать на нее свое мнение об этом мире грешном? И вообще, зачем? Неужели ей не известно о таком понятии "совесть"? И я с гордостью признаюсь, у меня она есть, но валяеться в коме, куда ее отправил именно я. Да и возвращать ее в нормальное состояние не намереваюсь. - Мадам Лилит, - обратилась вполне почтительно к этой истеричке мама. Впервые слышу ее имя. Я, кстати, удивлен, что эта тетка еще не повесилась или утопилась в чае. С таким-то именем истинная боготворительница должна была сделать это мгновенно. Но, видимо, она решила вывести из себя всех, оправдав свое имя. - Мой сын вполне способен вести себя спокойно на уроках, если вы об этом. Но я считаю, - кого она там считает? - что заставлять моего сына принимать решения, что он, кстати, должен делать самостоятельно, неверно, неправильно и застарело. Указывать ему не имеет права никто, а навязывать свои взгляды тем более, - какая понятливая женщина. Она единственная, если не считать моей сестренки. Эта жаба, иначе и не скажешь, вылупилась на нашу семейку, как баран она и есть баран на новые ворота. Похоже, отказа она никогда не слышала, и теперь переваривала услышанное. Мы уже возвращались домой и я без всяких прелюдий заявил матери, что не намереваюсь посещать это заведение для умственно отсталых и дальше. - Пожалуй, ты прав, - она устало мне улыбнулась. - Но все зависит от тебя. Я не знаю, что ты будешь делать, но, полагаю, ты сообразительный мальчик, и предвидел это. Она права. Я не собираюсь тратить время на получение тех знаний и того, что уже у меня есть. Главное, у меня нет навыков чтения и писания - все-таки, буквы и язык тут другой, это я и сам понял. А когда с этим разберусь, возмусь за свою профессию со всей присущей мне ответственностью, которая иногда, конечно, но все же проклевывалась, и восполню тот объем работы, которую покинул/покинет мой новый отец. Мне неизвестно, умер он уже ли нет, но это может случиться и в таком случае город Шиганшина, вполне процветающий по меркам сего мира, потеряет чуть ли не единственного доктора. А я хорошо знаюсь на медицине, и не вижу смысла откладывать-перекладывать ответственность за жизни людей. Это не игрушка. да и совесть у меня есть. Пусть она и преклевывалась раз в десятилетие. Как вежливый и воспитанный мальчик, я проводил маму до места ее работы, а сам взялся за чтение и правописание.