Попаданец в Эрена

Прошло две недели после моего красочного, первого и последнего перебывания в школе. Все это время я разбирался и выяснял, какие болезни сейчас актуальны. Они были довольно примитивными для доктора нашего времени, а потому не справиться с ними было просто невозможно. А вот для жителей этого мира избавится было трудно. Поэтому я без труда поднимал редких пациентов на ноги. Редкие, потому что мало кто доверял познаниям ребенка. Сегодня Карла уже ушла на работу, а я, захватив корзину, ибо у этих додиков не было даже чего-то отдаленно напоминающего пакеты/сумки, попер на базар за семенами. Перед нашим домиком была довольно приличная территория, огражденная заборчиком. Только земля там была мертвой, как и мой новый отец, и была в тон этому городу: серая, скучная и нудная. Здесь в городе ярких красок не было от слова вообще. Яркими могли быть только цветы, с которыми возиться у местных небыло никакого желания. Так и жили. Именно поэтому пейзаж за стеной разительно отличался яркостью и живыми видами. Я нередко выходил туда и собирал нужные мне травы. Или дрых под любимым деревом. Здесь я проводил большинство своего свободного времени. На площади было полно людей. Здесь народ довольно болтливый - рассказывал о своих проблемах или приключениях чуть ли не каждому встречному, что сильно помогало мне найти себе пациентов. У лавочки с довольно редкими травами уже стоял старичок и что-то рассказывал знакомому продавцу. Я, конечно мальчик воспитаный, и все дела, но не устоял и незаметно для этих двоих развесил уши. - ...вот уже месяц прошел, а она все еще не очнулась. Даже не знаю к кому обращаться, - жаловался старик продавцу. - Те советы доктора... - надеюсь, это то о чем я думаю? Продавец - дружелюбный "дядя" - задумчиво пожевал колосок. Ну, скажи уже ему что-нибудь! Спокойствие, ток спокойствие. Где твое терпение, Эрен Йегер?! - Есть у меня идейка... - у меня тоже есть, говори быстрей! - Был у нас тут доктор, - был да всплыл, - Гришей Йегером звать... Где он, никто не знает, но есть у него сын... - мой выход! - Драсте, господин Джим! - выскочил я как черт из табакерки. - Мне как всегда, - не палиться, не палиться. - Привет, Эрен, - дядька усмехнулся. - Правильно говорят: помяни черта, и он появится. Держи, - мне в руки сунули мои мешочки. Травки, травки, будет что курить... Так, что за мысли? Навиг-нафиг. И я еще порядочный доктор? Надеюсь, мысли здесь никто читать не умеет. - Вы меня вспоминали? - ты ниче не слышал, Эрен. Давай, рожа кирпичом. - Сочту за комплимент. - Ну да, - Джим подозрительно заозирался и склонился надо мной. Чувствую себя муравьем перед горой, че он такой громадный, а? Интересно, один капитан Леви из разведки так же себя чувствует рядом с Эрвином? Чет меня не в ту степь понесло. - Эрен, я тут слышал, - ага, видел я. Болтал не хуже моей сестренки, когда она садилась во главе стола. Тогда у нее словно срывало спусковой крючок, потому что колкостями она так и сыпала на все стороны, честно, меня это часто веселило, я даже получил награду от нее за то, что являлся единственным человеком, который отвечал на ее стеб так же хорошо. Она часто мне говорила, что обмениваться колкостями со мной веселее. - У этого дедули жена заболела, не хочешь ей помочь? Никто другой не справится, - Джим уже не раз советовал меня всяким... проблемным. Он один из немногих, кто мог положится на меня, и знал, что я - все такой же Великий и Прекрасный - не подведу. Но такая инфа была известна мало кому. Вот и теперь старик красочно возмутился: - Ты хочешь, чтобы мою жену лечил этот мальчик? - хоть не пиздюком назвал, и то радует. Че он так перепугался? Хуже все равно уже не будет. Наверное... Встречал я всяких шарлатанов, которые и не так могли подпортить состояние больного. А мне потом еще и расхлебывать все ихние грехи. - Этот мальчик не так прост, - пасыба, Джим, респект тебе. - Он может тебе помочь, ты еще вспомнишь мои слова. Позволь ему осмотреть твою жену, что с этого будет? - Но... - Никаких "но", - оборвал старичка продавец и поставил в диалоге точку. Еще один плюс Джима - он умеет уговаривать, находясь на грани между наглостью и упертостью. Как продавец, он очень хорош в торговле, да и язык у него без костей. Я сам в этом убедился, когда уговаривал его отдать мне медикаменты впервые. Он тогда потребовал, чтобы я доказал свои медицинские умения. Тест я здал на пять с плюсом, - это ж я, Великий и Прекрасный и скромный - и Джим даже пообещал помогать с пациентами, намекнув на то, что таких хороших медиков встретить в нашем мире почти невозможно. А погребать мой талант под землей слишком расточительно. И свое слово держит - человек честный и прямой, как стена. Конечно, полукавить любит, но в хорошем смысле. Увидев дом старика Демьяна - он ворчал про сопляков и наглых торговцев, попеременно вставляя свои фразочки и успел представится (все так же ворча) - я чуть было не рванул на Стену Мария. От крыши до фундамента дом, который ранее был светлым, превратился в гору мусора: стены - чернее негра, потрескавшиеся и полуразрушенные; окна - либо побиты, либо затянуты паутиной, либо едва заметные за слоем копоти; двери - гнилые, затхлые, перекошенные, держащиеся разве что на соплях. С крышей... От нее вообще осталось одно название. Штош, - именно "штош"! на "ш" начинается и на "ш" заканчивается - теперь я могу понять, почему и как старуха заболела. Как часто случается, депрессия становится стимулом для болезни, а я бы точно впал в уныние, если бы сутками сидел в такой тюрьме из мусора. - Первая причина болезни выяснилась... Старик странно покосился на меня, но ничего не сказал - и правильно: молчание - золото, но это часто бывает скучно, я и сам в этом убедился вместе с сестренкой - только провел меня в "дом". Внутри было темно, мокро и пыльно. Так у них еще и крыша протекала - и почему я не удивлен? - из-за чего здесь воздух был влажный. Источником света и тепла во всем доме был только - барабанная дробь... - камин, от которого тоже осталось одно название. Ну, не могу я назвать так углубление в стене, огражденное решеткой, заполненное золой наполовину. Кирпичи - это же кирпичи, верно? - из которых и был создан источник тепла, почернели и были укрыты толстым слоем пыли, золы, жира и еще всякой фигни. Жена Демьяна лежала в дальней комнатушке, где и находился камин, в кровати, укрытая тремя одеялами на трухлой кровати. На серой подушке виднелась только ее маленькая голова, лицо укрытое сеткой морщинок и копна седых редких волос. Похоже, она спала. Шевелились только глазные яблоки, бегающие под веками. - Она спит уже две недели, - оказывается, и в этом мире есть сказка про спящую красавицу. Ее мужу следует говорить о поцелуе, как о способе пробуждения? - После одного инцидента она вставала только один раз. Уточнять, что за инцидент я не стал. Вместо этого сдернул все три одеяла разом, как оказалось, зря: облако пыли взметнулось над почти скелетом - телом назвать было трудно - и мы с дедом в унисон расчихались. Когда же пыль осела, обнаружилось, что одеяла были не серыми, как я увидел в начале, а коричневыми. Вот что случается, когда ткань собирает много пыли. Старуха была в одной ночнушке. Я быстро совершил осмотр, и нервничавший и переживавший за благополучие жены дед Демьян, с облегчением укрыл ее снова. Но перед этим я едва заставил его выбить на улице из этих несчастных кусков ткани всю пыль. Он что, совсем не замечает, в каком состоянии его дом? Или настолько распереживался за жену, что совсем шарики за ролики? Как бы этот полоумный не пытался уговорить меня занятся лечением его жены, первым делом я взялся за уборку в доме. Я, конечно, не такой чистоплюй, как один Леви Аккерман, но и у меня есть мера в беспорядке. На уборку пришлось потратить и время, - полтора суток, неплохо, да? - и силы, и нервы, ибо этот старик все продолжал ходить за мной хвостиком, капая на мозг своим: "Ты будешь вообще лечить мою жену, мелочь безткатная и безмозглая?" - конечно, это не так звучало, но я понял его выражения именно так. Отстал он от меня, только когда я заявил, что "чем быстрее мы закончим все дела, тем быстрее возьмемся за здоровье жены". Меня послушались, но все то время, что я наводил порядок в этом свинюшнике, старик продолжал ворчать уже себе под нос, действуя на нервы. Я вынес последний мешок с мусором на улицу и с удовольствием осмотрел результат своих трудов: дом сиял надраенными стенами, окна наконец можно было отличить от всего остального, так тщательно я их вымывал, крыша была покрыта новой ярко-рыжей черепицей, а внутри стало сухо и светло. Самым проблемным оказался камин. После его чистки я и сам стал черным, как трубочист. Зато камин выглядел прилично, а в нем уже лежали горящие веселым огоньком поленья. На результат моей работы останавливались, чтобы поглазеть, односельчане. Поползли шепотки, послышались изумленные возгласы. Моя уборка успешно преобразила гору мусора в приличный дом. Так, кстати, выглядели поместья довольно богатых двуногих, которые вызывали у меня только отвращение. Но настроение в момент испоганил выскочивший словно из неоткуда старик: - Возьмись ты уже за мою жену, нечисть безсовестная. Это, конечно, можно, но мой видок... Я со вздохом осмотрел свою одежду, от которой остался один мусор. Если я зайду в таком виде в дом, то вся уборка пойдет коту под хвост. Именно поэтому мне пришлось уйти к себе домой, чтобы сполоснутся и переодется. Я с трудом объяснил старику, что домой я иду не только для таких глупостей, а еще и за медикаментами, которые коллекцией стояли дома на полочках. Это даже не было ложью, с собой у меня были только те травы, которые я взял у Джима перед всем этим безобразием. А их явно было мало. Я уже успел выяснить, что заставило старуху дрыхнуть две недели беспробудно, но кое-что меня все равно напрягало. Симптомы явно были именно той болезни, которую я обнаружил, тогда появляеться вопрос. Эта болезнь длилась меньше двух недель и обрывалась смертью, тогда почему старуха..? - Вот настой, - долгое и терпеливое смешивание компонентов закончилось удачей, и я сунул в руки счастливого Демьяна это спасение. - У меня к вам вопрос, - я вперился в него долгим взглядом и замолк. Такая психология: если вы задаете вопрос человеку, на который жаждете узнать правду, то даже не надо угрожать, орать или бить. Достаточно просто помолчать, чтобы человек, которому станет не по себе от такого пристального внимания и напряженной обстановки, ляпнул правду, пытаясь разрядить напряженное молчание. Как я и думал, глаза у старика забегали, он лихорадочно сжал стакан с настоем, чуть не расплескав его: - Тут такое дело, эм... Даже не знаю... Один доктор... Он помог... дал лекарства...Но они не помогли... А жена вдруг... - Если вы не знали, есть такие люди - шарлатаны, они берут деньги за якобы лечение. Могли бы и сами догадатся, - я ехидно улыбнулся. Старик вытаращил глаза и замолк. -Ты хочешь сказать... - Вас надурили еще и денег взяли, - я, сохраняя ледяное спокойствие, отпил сравнительно горячий чай. Все-таки, все как я и говорил. - Но я хотел бы услышать всю эту историю. От начала и до конца. Со всеми деталями.