Попаданец в Эрена

Как и оказалось, шарлатан здесь не просто проходил мимо. Демьян все-таки признался, что этот здесь наломал дров. Этот мужик приперся к паре и заявил, что у него волшебные руки, навешал лапши на уши и сунул деду в руки стакан с подозрительной жидкостью зеленого цвета, которая еще и булькала и пузырилась. Тут Демьян напомнил мне о позеленевшем стакане с странной вязкой фигней на дне. Этот стакан и был вместилищем для "лекарства". Я осмотрел его и сделал вывод, что смешанные компоненты в результате только ускоряли процесс болезни. Мне не известно, конечно, нарочно тот придурок это сделал или специально, но факт остается фактом. Сама старушка поправлялась на ура. Уже неделя прошла после моего посещения того мусорника, и она явно идет на поправку. Но ходить к паре я не стал. Дом находится по другую сторону города, и тащиться туда часа три, поэтому мы встречались у Джима, который с большим удовольствием грел уши. Как там? Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось? Вот и сегодня я привычно приперся к месту встречи. Я все-таки медик, а потому не могу бросить своих подопечных на произвол судьбы, не закончив начатое. Да и толку было подталкивать их к выздоровлению, но бросать на полпути? Это же и зря потраченные силы, и время, и еще одна невинная жизнь. При виде меня, у Джима красноречиво заблестели глазенки. Что-то задумал, не иначе. Да и вообще он был довольно разговорчивым, и даже только родившиеся слухи ему уже были известны. Не удивлюсь, если ему уж что-то интересненькое сорока на хвосте принесла. - Привет, Эрни, - я скривился. Что за глупое прозвище, только идиотов так называть. А вот Джима, похоже, моя реакция только порадовала. - Старик скоро придет. Да и будет сегодня весело, это я тебе гарантирую... Спрашивать, что за фигня произойдет я не стал. Если плохо будет - он сам скажет. А так остается только ждать этих событий, потому что из Джима никакой пыткой не вытащишь и капельки информации, каким бы Великим я ни был. Пришел старик Демьян. - Жена уже в огород рвется, все никак не успокоится. Мне еле удается ее в кровати удержать, - мне показалось или последняя фраза прозвучала пошло? Так, что за мысли, Эрен Йегер? Фу таким быть. Нафиг-нафиг. Выбрось каку из головы. Неужели у тебя и дети такими будут? Хотя я и не планировал их... Размышления прервали визги, словно кого-то режут, и страшная ругань. Слов таких я, кстати, ни разу не слыхивал. Да, мой словарный запас определенно пополнится с этими селянами. Голос тем временем приблизился, вместе со странным облаком пыли, а с ними и черная точка, в которой я узнал невысокого худощавого мужичка в потрепанном халате. А за ним, как ни странно, летит та самая старушка. Ну, и в довершение всего Джим слишком красноречиво ухмыльнулся, а старик Демьян встревоженно вскочил на ноги. Мне не составило труда сложить два и два, чтобы понять, что это за крокодил такой, за которым больная старуха гонится. Народ вжался в стены домов, явно опасаясь быть сбитыми чокнутым старичьем, которому на старости лет неожиданно приспичило "косточки размять". - Привет, Эрни, - еще издалека узнала меня старуха. Я, не церемонясь, поставил подножку крысенышу, и тот полетел на землю, пропахав ее носом. - Как здоровье, внучек? - и себе затормозила старуха, мило улыбаясь, будто ничего и не произошло. - А ТЫ ВООБЩЕ НЕ ШЕВЕЛИСЬ, ПСИНА БЕССОВЕСТНАЯ! СОВСЕМ УЖЕ СТРАХ ПОТЕРЯЛ! ДУРИТ ОН ТУТ ЛЮДЕЙ НЕ МОЧНЫХ! - это уже адресовано оклемавшемуся недо-доктору, который воспылал надеждой сбежать и ползком-ползком попытался ретироватся с места преступления. Но старуха одним мощным движением припечатала его за халат к каменной дороге. Потому то я и не любил здесь бегать. Достаточно споткнутся, чтобы от лица осталось одно название, да и колени рассечешь мама не горюй. - Я тут побегать собираюсь, ты не переживай, - она снова мне улыбнулась. Вот это я понимаю, самообладание и контроль эмоций. Сам же я ходил с фирменным Аккермановским фейсом. Ну и смеху-то было, когда я с таким же лицом прочитал лекцию ребятишкам, старше меня чуть ли не вдвое - сейчас мне около семи. Да и взрослые называли меня странным ребенком из-за моей ворчливости. - Конечно, - кивнул я, не обращая внимания на перепуганного старика. Сказать ему, что сейчас для его жены полезно много движения? - Вы только не убейте его. Надо еще наказать его, но с этим я разберусь сам. А ты, - это уже адресовано перепуганному шарлатану. - Мог бы не умничать. Твое "лекарство" чуть не погубило жизнь этой женщины, - надо будет проверить всех его пациентов, а то и их надо будет из гроба вытаскивать. - Повеселитесь там. Будто ожидая моих слов разрешения, старуха, очевидно, вконец чокнувшись, достала из ниоткуда, словно фокусник, внушительных размеров скалку и коварно ухмыльнулась впалым ртом. Выглядело это действительно устрашающе - жертва взбледнула, промочила штанишки и пролепетала извинения. - ПЕРЕД БОГОМ ИЗВИНИШЬСЯ, А Я ОРГАНИЗУЮ ВАШУ ВСТРЕЧУ! - старуха убрала ногу с халата, выпуская его на волю. - Я СЧИТАЮ ДО ПЯТИ! - не могу до десяти. - ОДИН! Шарлатан поспешил воспользоватся случаем и рванул, правда, на негнущихся ногах удалось пробежать шага четыре. - ПЯТЬ! КТО НЕ СПРЯТАЛСЯ, Я НЕ ВИНОВАТА! - я даже не стал спрашивать, куда делись "два", "три" и "четыре". В том мире я уже убедился, что у женщин логика отсутсвует. Это мне еще повезло - любимая сестрица была очень рациональным человеком, но ужасней было не присутствие мозга, а длинный язык. А логика отсутствовала напрочь у моих фанаток в универе. Женщинами они были поистине страшными, поэтому я воспользовался любимой пословицей "с огнем надо боротся им же". В борьбе с ними мне помогла все та же сестрица. Тогда я в который раз убедился, что дружить с ней выгоднее, чем враждовать, каким бы вредным человеком она не казалась. Но я и не пытался как-то испортить с ней отношения. - Не переживайте, - все так же невозмутимо бросил я, провожая этих ненормальных взглядом. - Вашей жене сейчас полезно двигаться. А когда есть такой стимул, и она делает это добровольно... Старик неуверенно кивнул. Вот что значит - авторитет медика. А Джим ехидно прищурился: - Чайку?

***

Время в Шиганшине протекало мучительно медленно. Но в этом был своеобразный плюс: тот дом старика Демьяна чуть ли не официально признали одним из самых ужасных, если не самым ужасным в принципе. А потому известие, что он стал одним из лучших, облетело наш город почти мгновенно. Джим - вот что бы я без него делал? - с самым невинным видом рассказал всем желающим о неком "Эрене Йегере", таллантливом, неотразимом, прекрасном, умном и очень скромном мальчике, который взялся за сие нечистое дело, как очистка и починка дома. И теперь ко мне все чаще заглядывали с просьбой помочь всякие люди. В свободное время я взялся за сад, и теперь он весь цвел и благоухал, привлекая к себе внимание. Да и дом я постарался сделать как можно менее скучным и серым. К тому же, я в процессе садоводства открыл для себя скорее приятную неожиданность - я понимал язык растений и, наверное, животых, как родной. Наверное тому причиной являлось происхождение моей души - так как она не из этого мира, то и, есесьна, ее способности отличались от чужих. Этя способность мне здорово помогла в садоводстве. Не нужно было морочится с мыслями "полить-не полить", "прополоть-не прополоть". Мне растения сами заявляли о своих неудобствах. Но если фиалки и анютины глазки были скромными и говорили только о действительно важном, то розы были вредными и жаловались даже на ветерок, который был якобы на один градус ниже нужного. Но когда приходило время благодарности, они краснели еще сильнее и смущались. Как те цундере, ей Ками! Честно, даже подбешивало слушать их нытье - аж голова раскалывалась. Потому приходилось не забывать обо всем. А вот с тренировками физической силы было поинтересней. Я очень старался найти качественных наставников и ими стали... Двое дежурных на воротах Стены Мария. Двое близнецов и они были очень веселыми и буйными, вот у кого сто процентов в жопе шило играет, что странно, парни эти были молодыми - 17-18 лет. Ага, странно - сказал Эрен Йегер, который, по сути, закончил обучение у одного лысого черта в 15 лет, ага. Пока что я тренировал выносливость и делал упражнения на увеличение силы, а дома занимался метанием дротиков. Они были необычными - смазанными либо слабительным, либо снотворным, да и по форме больше напоминали тонкую иглу, заостренную с обеих сторон. Но бывало, что смазано и тем, и тем - не повезло тем, кто падет от моей руки в бою, метнувшей дротик сий - так, чет на старомодное потянуло, пора завязывать с травкой. Сегодня я отправился на обозрение той части города, где находилась речка. Правда, от реки там ничего не было. Скорее, вода, всплошь загрязненная мусором. Которую я собираюсь очистить вместе с горожанами. Им очень хотелось иметь возможность пользоваться ею, но что можно сделать с водой, которая являлась сплошным мусором? Правильно, только очистить. Направился я в еще не изученную часть города любимым способом: по крышам. Они почти никогда не обрывались, что позволяло дойти в любую часть города, не слезая на земельку. Ну и черепица почти мгновенно нагревалась, а я ходил босяка. Так привычней и прикольней. В ноги тепло, в волосах ветер гуляет - а у некоторых и в голове - так еще и на крышах никаких скоплений не было, очень удобненько. Ну да, не все ж бабульки будут вспоминать детство и лезть наверх. Хотелось бы посмотреть на это, ага. Но мне, как доктору, потом прийдется собирать их по косточкам - а это довольно геморно. Но на полпути послышались крики и ржач - очень противный, между прочим, словно режут кого-то. Чтоб вас, пошло оно все нахер. Задрали уже со своими выкидонами. Пришлось свернуть в сторону воплей. Когда до места злополучного проишествия оставалась одна крыша, я затаился, пригнулся и высунул нос из засады. Как и ожидалось, в представившейся мне картине не было ничего приятного. Мальчишки, года на два старше меня, избивали не кого-нибудь, а самого Армина Арлерта. Один из них не принимал участия в этом и продолжал ржать. Наверное, он был главарем и затейщиком это херни. Я не выдержал долгого прослушивания сией арии и метнул в него дротик. Мальчишка повалился трупиком, снотворное, значит. Повезло ему, могло быть и слабительное, я и сам не знаю, какая игла чем смазана. Жаль, что не грохнулся в реку. Искупался бы в мусоре, ему будет полезно, это я вам как медик говорю. Но в таком случае пришлось бы смирится с потерей одной иглы. Избиватели обернулись на звук упавшего тела, увидели трупик и заорали, оглушив и меня, и изображающего помирающего лебедя Арлерта. А потом включили мозг и повернулись в мою сторону. - Слезай оттуда, и я тебя поколочу! - оглушил нас опять вопль какого-то мальчишки. У меня дернулся глаз: ух, как я ненавижу слышать указания от всякой пузатой мелочи. Не, мелочь - не в смысле роста (не в обиду одному невысокому и грозному гному-чистоплюю). Когда мне кто-то такой говорит что нужно делать, я мгновенно теряю самоконтроль. Да как эти "очень нехорошие люди" смеют указывать мне! - я гораздо умнее и сильнее их, тогда с чего бы мне им подчинятся?! Я и сам не понимаю, почему это настолько выводит из себя, но, сука, как же бесит! Именно поэтому я молнией метнулся вниз и вмазал двум мальчишкам одновременно: одному ногой в живот, а другому кулаком в глаз. Те повалились на землю, а я разбирался с остальными. Не прошло и пары минут, как они, держась за пострадавшие места и крича на ходу обещания мне отомстить, свалили в закат. А я, вернув на харю бездушный фейс Аккерманов, подошел к оклемавшемуся Арлерту: - Жив? - я помог ему встать, окидывая его взглядом на поиск серьезных повреждений. К счастью блондина, все они были из разряда "до свадьбы заживет". Фантазия нахально интересовалась, с кем будет играть свадьбу блонди, услужливо подсовывая картинку Жан/Армин. - Спасибо тебе, - мальчишка прижал книгу к груди. Я ток сейчас ее заметил. Походу, ее знатно потрепали те придурки - так-как Армин, с его любовью к книгам, не мог этого сделать (он скорее совершит сеппуку, чем испортит хранителя древних знаний) - мокрая и порванная в некоторых местах. По еле заметному названию я понял, что это про внешний мир. Эхх, не останется от этой книжонки ничего адекватного, если мы ее сейчас же не просушим. Похоже, "спасенный мною" думал так же. Пришлось пригласить его к себе домой. Пока проходила операция по спасению книги, я обернулся к новому другу: - Значит, ты любишь истории про внешний мир? Мне тоже кое-что известно... Да и рисовать я умею довольно хорошо, - ну да, Эрен Йегер, как же без хвастовства? - Могу рассказать тебе и про вулканы. Это такие горы, но они отличаются лавой...