"Дикая магия"

Как и рассчитывалось, Элин подошла к границе лагеря ближе к полудню. За это время она несколько раз останавливалась и снимала с себя защитный купол, дабы дать отдых своей искалеченной ладони. Она чувствовала небольшую слабость оттого, что была вынуждена создавать купол на крови. Это явно не лучший способ остаться незамеченной, если передвигаешься на большие расстояния. Слава Богам, в её кулоне достаточно энергии для подобного приключения. Но вот с ладонью придётся что-то делать: растревоженный порез не скоро затянется, а идти в бой в таком состоянии – настоящее самоубийство. Нужно будет найти целителя среди варденов, ведь ни к Муртагу, ни к Эрагону девушка обратиться не могла из-за опасности выдать себя. Несколько часовых расхаживали туда-сюда вдоль укреплений, представляющих собой торчащие из земли ряды заострённых кольев. Эта часть лагеря не очень-то тщательно охранялась, в виду того, что вардены никак не ожидали нападения с тыла, ибо сами пришли на Равнины со стороны Сурды, оставив там женщин и детей. Это обстоятельство тоже добавляло проблем. Немногие женщины пожелали отправиться на передовую. Появление Элин в лагере, учитывая её маленький рост и почти детские черты лица, может вызвать множество лишних взглядов. Но плана на этот случай у неё не было, и оставалось только надеятся, что занятые подготовкой к сражению вардены не станут её очень-то разглядывать. Прикусив губу, девушка поддела кинжалом уже образовавшуюся на порезе корочку запёкшейся крови и сотворила купол, скрывающий её от посторонних глаз. Дождавшись, когда часовые отойдут достаточно далеко, Элин живо юркнула в прореху между кольями, служившую для того, чтобы солдаты могли обойти лагерь и с внешней стороны. Ближайшие палатки располагались в сорока метрах от укреплений. Девушка решила затеряться среди них, чтобы незаметно сбросить с себя чёртов купол и слиться с обитателями лагеря. Попутно она мысленно прощупывала сознания встречающихся ей людей, молясь, чтобы ей не попался какой-нибудь маг. Уловив в одном из сознаний, в какой стороне расположены палатки целителей, девушка юркнула в узкий проход между двумя шатрами и, убедившись, что рядом никого нет, сняла защитный купол. Эта часть лагеря, как видно, была местом обитания солдат. Чуть дальше расположилась кухня, где почти не прерываясь готовили еду, за ней следовала прачечная, и снова жилые палатки. Целители обитали ближе к центру лагеря. Элин пыталась не привлекать внимания тех немногочисленных людей, что встречались ей на пути, но все равно чувствовала, как замирает сердце каждый раз, когда кто-то задерживал на ней свой взгляд. Впрочем, люди ей встречались редко. Что было странно. По идее лагерь должен был кишмя кишеть народом. Тем не менее, даже это играло ей на руку. Меньше взглядов – меньше вопросов. И меньше проблем. Найти целителей не составило особого труда. Почти все они были колдунами из Дю Врангр Гата. В связи с чем, девушка перестала прощупывать сознанием окружающее пространство. Каждый маг носил длинный чёрный балахон с капюшоном, что при такой жаре было не очень хорошим решением, но видно этот атрибут одежды являлся неким символом принадлежности к тайному обществу, и колдуны не желали с ним расставаться, даже несмотря на погодные условия. Девушка несколько секунд стояла на месте, собираясь с мыслями, вспоминая и проговаривая про себя все слова, которые она собиралась сказать, проверяя, насколько они звучат. Наконец, получив удовлетворительный результат, она нервно тряхнула головой, а затем подошла к ближайшему магу и заговорила с ним. - Извините, Джилиан с кухни отправила меня сюда... - Элин использовала имя, услышанное в чьих-то мыслях. Кажется, она отвечала за приготовление мясного рагу для солдат. Элин продемонстрировала порезанную ладонь молодому мужчине, который смотрел на неё озадачено. Он явно не понимал, почему эта юная особа обратилась именно к нему и что от него хочет. - Я резала мясо, и нож отскочил от кости. Джилиан сказала, что здесь мне помогут, - маг всё ещё строил из себя идиота. Или он серьёзно настолько глуп? Девушка еле сдерживалась, чтобы не закатить глаза, мысленно проклиная этого тугодума всеми известными ей проклятиями. Ну, что ж, придётся намекнуть ещё раз. - Порез глубокий... Я не смогу работать с такой рукой, - она мило улыбнулась, строя из себя дурочку. - А колдуны, вроде вас, правда умеют исцелять любые раны? "Похлопать ресницами и состроить заинтересованную мордочку... Так ведь? Или как там делали девушки из их деревеньки, когда выпрашивали скидку у приезжих торговцев?" - Это, наверно, очень сложно... – мурлыкала она, в душе уже шипя от раздражения: «Да скажи уже хоть что-нибудь!» Но, кажется, её уловка сработала. Колдун довольно улыбнулся, упёр руки в бока и, выпятив грудь, довольно произнёс: - А как же! Конечно умеем. Правда, не все. Есть тут балбесы, которые кроме как царапины, ничего исцелить не могут. Повезло, что ты обратилась ко мне. Он протянул свою ладонь в приглашающем жесте. Мельком осмотрев порез, маг хитро ухмыльнулся. - Тьфу ты, какая безделица! И из-за такой мелочи ты пришла сюда? Тоже мне ранение... Колдун театрально вскинул ладонь, заставив девушку задуматься, а стоило ли обращаться к первому встречному. Молодой человек втянул в себя воздух, готовясь произнести заклинание. - И думать не смей, Риц! Ещё покалечишь девчонку! - парень смущённо отдёрнул руку, а Элин обернулась к обладателю голоса. Шагах в пяти от них стояла невысокая кудрявая женщина с мешком полным трав и корений. Возраст её было определить сложно, если не сказать невозможно. Женщина явно шла куда-то по своим делам, но остановилась чтобы пресечь действия колдуна. Вид у неё был грозный, отчего несчастный Риц весь сжался. Это притом, что женщина была на полтары головы ниже парня. - Ишь, чего удумал! Без должных знаний и опыта такие раны лечить! Скажи спасибо, что я заметила вовремя! Ещё неизвестно чем бы твои выкрутасы кончались на этот раз! Иди, учись бездарь! И чтобы духа твоего возле больных не было, пока уму-разуму не наберешься! Молодой колдун поспешил ретироваться. Женщина проводила его долгим взглядом, а затем повернулась к стоявшей в замешательстве Элин. - А ты тоже, нашла у кого помощи просить, - возмутилась она, тряхнув кудрявой головой. - Порез – это не ссадина. Хотя Риц и с ними едва справляется. Радуйся, что он тебе ещё какой-нибудь гнойный нарыв не наколдовал! - А к кому же мне тогда обратиться? - Ступай обратно на кухню, – буркнула новая знакомая, перекидывая мешок на другое плечё. - Заживёт твой порез, когда время придёт. Нет, такой расклад девушку точно не устраивал. - Но как же мне работать? – Элин попыталась давить на жалость. - Я ведь ничего в руку взять не могу! Женщина лишь нахмурилась. Но девушке никак нельзя было отступать. Порез мог испортить все её планы. Она пришла сюда за помощью, и найдёт её в любом случае. Если заклинание сотворит не Риц и не эта женщина, которая, наверняка, тоже умеет колдовать, то Элин найдёт ещё кого-нибудь. В конце концов, колдунов тут еще много. - Спасибо вам за спасение от неудачного заклинания, - девушка склонила голову в знак почтения и направилась дальше, надеясь найти целителя посговорчивее. Женщина просто смотрела ей в след. В её тёмных глазах читалось раздражение вперемешку с лёгким любопытством. Не часто Анжела задерживала свой взгляд на обитателях лагеря. Но было в этой девчонке что-то необычное. Взгляд колдуньи ещё долго провожал странную незнакомку, пока та не скрылась за пёстрым нагромождением шатров. Анжела тряхнула кудрями, вспоминая, что Солембум не очень то любит ждать, и тоже направилась прочь, выкинув эту встречу из головы, как ненужное воспоминание.

***

Лагерь гудел, словно пчелиный рой. Люди нахлынули совершенно внезапно, унося девушку вслед за собой, как сносит река, человека, плывущего против течения. Только в отличие от реки, вардены ещё и пихались, толкались и ругались, словно девушка им всем сделала какую-то пакость. Люди будто озверели. Они кричали друг на друга, срывались на первом встречном и вообще вели себя странно. Всё что ей удавалось вынудить из общего потока мыслей - это ярость, злобу и ненависть, поглощающие все прочие эмоции и чувства. Когда очередной толкающийся прохожий врезался ей локтем в бок и так ещё и накричал вдобавок, девушке окончательно надоело прорываться через это стадо, и она, пробравшись к одному из шатров, остановилась там, ожидая, пока основная масса народа схлынет, и можно будет пройти без боязни быть затоптанной. Ладонь от такого приключения снова начала кровоточить. Никто из этих проклятых магов не захотел тратить на неё силы. Похоже, Риц был единственным колдуном, который без малейших колебаний демонстрирует своё искусство. Остальные же явно были умней и расчётливей, юного волшебника. Результат – её рука всё ещё не способна удержать оружие. Великие Боги, почему же ей так не везёт? Шум нахлынувшей толпы угнетал девушку. И дело не в том, что люди все были озлоблены и рычали друг на друга, словно бешеная собачья свора. Просто раньше Элин никогда не видела такое большое скопление народа. В крупных городах ей бывать не приходилось, или же она пробралась по их улочками глубокой ночью, мечтая поскорее покинуть. Наверное, Урубаен был единственным крупным городом, где она побывала. А от Гиллида в воспоминаниях осталась только тюремная камера. Толпа была ей в новинку. Да уж, не самое приятное впечатление. Но ведь не могут же люди поголовно ходить злые, как шейды? Здесь явно что-то происходит. Считывание эмоций ничего не дало. Слишком уж всё было враждебно. А мысли читать было опасно. Велик риск наткнулся на человека, способного её разоблачить. Оставалось одно – слушать и пытаться понять, что происходит. – Да она с ума сошла... – О чём они думали… – Да его убить мало… – Ему нельзя верить… – Неужто Насуада так глупа… "Ох, ну теперь ясно, откуда ветер дует. Правительница варденов объявила о прибытии нового Всадника, - девушка нахмурилась. - Похоже кандидатура им не очень понравилась. А чего, ещё ожидать? Что вардены с распростёртыми объятиями примут сына Проклятого в свои ряды, да ещё и после того, как он побывал в плену у короля? Сомнительно." Но раз Всадники уже открыли себя пора и ей действовать. Девушка наблюдала за толпой. Люди здесь были разные, иногда даже слишком. Старики, убелённые сединой и молодые мальчишки, младше её самой, сильные побывавшие в боях войны и совсем ещё зелённые оруженосцы, но самым интересным было то, что некоторые из варденов имели тёмную, оливковую кожу. Это было очень необычно. Но кое-что у всех проходивших мимо неё было абсолютно одинаково. Все они были измождены и очень злы. Через такой поток ей не прорваться, а вот когда люди разойдутся, можно будет без проблем и риска для здоровья выйти к месту, заменяющему варденам главную площадь. По крайней мере, там в последний раз видели Всадников. А ей надо связаться с кем-то из них, чтобы сообщить, что она в лагере. Толпа постепенно редела, и Элин направилась на поиски друзей. Вокруг стояла удушающая жара. Дым, приносимый лёгкими порывами ветра, бил в нос, от него слезились глаза, и девушка постоянно моргала, пытаясь унять зуд. Наверное, лагерь казался бы очень пёстрым, не струись над Равнинами проклятое марево, выжигающее лёгкие при каждом вздохе. Желтоватые клубы затягивали всё вокруг, воруя у ткани её истинный цвет. Шатры здесь были синими и красными, зелёными и жёлтыми, чёрными и белыми... Они располагались кое-как, иногда ютясь и прижимаясь друг к другу, словно напуганные дети, или наоборот, стояли в гордом отдалении. Это сильно контрастировало со стройными рядами палаток, в которых расположились войны Империи. Да, король собрал большое войско. Варденам, туго придётся в этом сражении. Даже учитывая, что к ним присоединились воины Сурды. Этого всё равно не достаточно. Элин была абсолютно уверена, что Гальбаторикс тщательно подготовился к этой битве. Ещё когда она сидела в темнице, среди стражников ходили слухи, будто Империя стягивает войска к границе и набирает рекрутов даже в самых отдалённых селениях. А теперь, когда на стороне восставших два Всадника, король применит всю свою хитрость и изворотливость ради победы. Шатры вдруг расступились, открывая пустое пространство, отдалённо напоминающее по форме круг. Посередине этой импровизированной площади стояла деревянная трибуна, служившая, видно для выступлений перед толпой. Она на месте. Только Всадников здесь уже нет. "И где их теперь искать? Придётся обходить весь лагерь, а рука всё ещё требует хоть какого-то лечения." Девушка думала о том, в какую сторону лучше всего отправиться, когда услышала хлопанье драконьих крыльев, этот звук спутать с чем-либо было невозможно. Где-то среди парового облака мелькнул синий всполох, и Элин поспешила направить в ту сторону свой разум. Эрагон и Сапфира летели в сторону скал, от которых она пришла. Всадник и дракониха сначала выставили сильный барьер, приняв её за вражеского колдуна, но потом поняли от кого исходит мысленный поток. "Мы уже начали беспокоиться, - обратился к ней юноша. - И даже решили, что тебя поймали часовые..." "Я просто немного задержалась из-за толпы, – поспешила успокоить его девушка. - Передай Муртагу, что всё хорошо" Сапфира заложила вираж, снова пролетая над площадью. "Госпожа Насуада хочет поговорить с тобой. Представься именем Миранда, и стража тебя пропустит." – сказала она, взмахивая крыльями. Эрагон объяснил ей, как добрался до шатра предводительницы варденов и улетел обратно, чтобы не привлекать излишнего внимания. Хотя такое красивое и грозное существо, как дракон не могло не привлечь к себя восхищённые взгляды. Шатёр находился совсем недалеко от площади. Он был больше чем остальные и стоял словно в неком отделении от прочих жилищ повстанцев. Тёмная бордовая ткань скрывала от любопытных глаз то, что происходило за ней. А ведь внутри этого, если так можно сказать, помещения, творится история, которая скоро станет легендой или затеряется средь пыльных полок королевского архива, как неудавшаяся попытка сопротивления власти. Но всё-таки это происходит здесь. У входа стояли четыре человека в полном боевом облачении. Вернее сказать два человека и два гнома. Девушка подошла к ним и назвалась условленным именем. Один из стражников, окинув прежде незнакомку подозрительным взглядом, скрылся за пологом бордовой ткани и, снова появившись из-за неё, пригласил «Миранду» войти. Шатёр был погружения полумрак, несмотря на горящие свечи, издающие странный аромат. Посередине стоял большой стол, заваленный пергаментом и свитками. Стулья вокруг были небрежно отодвинуты, будто на них недавно сидели люди, которые, уходя в спешке, позабыли поставить мебель на место. Несколько массивных сундуков, стоявших чуть дальше служили, видно, для хранения одежды и доспехов. Ведь руководительница повстанцев, насколько Элин было известно, сама вступала в бой, сражаясь наравне со всеми прочими войнами своей армии. Что подтверждал её внешний вид. Сама женщина стояла, оперившись рукой на вышеупомянутый стол. Хотя "женщина" – не самое подходящее слово. Насуада была молода, возможно, даже такого возраста, как сама Элин. Девушка находилась в полном боевом облачении, словно готова была прямо сейчас вступить в жестокий бой. Её смуглая кожа и крупные черты лица приковывали к себе внимание. Колдунья старалась не смотреть на тёмнокожую воительницу, дабы ненароком не оскорбить её своим поведением. Но вот сама Насуада рассматривала гостью с явным интересом и нескрываемым любопытством. Молчание длилось всего несколько секунд, но даже из-за такого короткого времени Элин чувствовала себя некомфортно. Она решилась первой начать разговор. - Приветствую тебя, Насуада. Да хранят звезды твой путь и несут мир в твоё сердце, – юная ведьма склонила голову, ожидая дальнейших действий со стороны предводительницы варденов. Тёмнокожая девушка едва заметно улыбнулась и уселась на стул: - Знаешь, мне говорили, что ты выглядишь, как ребёнок, но я и подумать не могла, что это действительно так. Элин была в неком замешательстве, не зная как ответить, но Насуада не дала ей времени что-либо сказать. - В любом случае я рада нашему знакомству. Нечасто встречаются люди, совершившие столь дерзкий побег из королевской тюрьмы. Обычно они не добираются до нас. Элин молчала. Ей всё ещё нечего было ответить. Поэтому беседа больше напоминала монолог. - Муртаг и Эрагон рассказали мне твою историю, - девушка сделала жест рукой, приглашая сесть на стул напротив. – Но сама понимаешь, мне натерпится послушать твой собственный рассказ о произошедшем. Насуада с нетерпением ждала, когда колдунья произнесёт хоть слово. - Что ж, спрашивай, - ответила девушка, садясь на предложенное место. - А я постараюсь ответить. Предводительница варденов расспрашивала долго и упорно, цепляясь за самые мелкие детали. Элин по возможности отвечала. Конечно, Насуада прекрасно видела, что девушка чего-то не договаривает, особенно когда разговор касался семьи Элин, но когда она спросила об этом, колдунья ответила. - У каждого свои секреты. Но разве тебе не достаточно того, что Эрагон и Муртаг доверяют мне, чтобы знать, что моё молчание не может навредить варденам? После этого Насуада почти не спрашивала её о прошлом, больше интересуясь недавними событиями. Или, скорее, её магией. - Впервые вижу человека, который прячется в лучах света, а не скользит в тени, - выдохнула девушка, - если честно, мне не верится, что такое возможно. Но иначе я не могу понять, как ты пробралась в лагерь. - Нет, я не пользовалась солнечным светом, хотя план изначально был таким. Но Пылающие Равнины затянуты тучами, и свет не попадает на них. Мне пришлось пользоваться другим видом магии. - И что из твоих способностей ещё способно провести человека незамеченным мимо наших часовых? - нахмурилась предводительница варденов. - Неужто королевские колдуны столь просто пробираются в мой лагерь? - Не думаю, что шавки Гальбаторикса способны создавать защитный купол, пользуясь магией крови. Сомнительно, что даже сам король знает об этом виде волшебства, - поторопилась заверить Элин. - И если уж кто-то из них в лагере, в чём я, к сожалению, не сомневаюсь, то он пришёл сюда ещё из Сурды. - Что ты имеешь в виду, говоря о магии крови? - удивилась девушка. Элин рассказала ей, как действует подобные чары и даже сотворила купол, на несколько секунд, дабы наглядно показать, как это работает. Насуада смотрела очень внимательно, прикидывая, можно ли использовать что-то подобное для вылазок в вражеский лагерь. Но, поняв, что её маги вряд ли смогут повторить подобный трюк, даже нахмурилась. - Ты творишь невероятные вещи. Будь все мои колдуны столь же способными, мы не несли бы столь серьёзные потери. Но неужто ради такой маги нужно постоянно ходить с глубоким порезом? - Это лишь последствие проклятья. Я не способна творить привычные мне заклинания, а без них такой порез нескоро затянется, - девушка лишь вымученно улыбнулась. - Могу ли я остаться в лагере, под чужим именем, чтобы быть хоть чем-то полезной? Колдовство мне не даётся, но я могу делать другую работу... - Не имею ничего против, но с такой рукой ты вряд ли сможешь принести много пользы. Да и порез может привлечь к себе внимание. Люди уж очень любят поглазеть на увечья. Насуада встала и направилась к выходу из шатра. Элин встрепенулась. Возможно, ей не удалось уговорить колдунов помочь, но приказа своей госпожи они не ослушаются. Девушка приоткрыла полог и тихо приказала стражнику на входе кого-то привести. Через десять минут ткань пошатнулася, отодвигаемая лёгким движением женской руки. Сначала Элин не поняла, кто перед ней. Несколько долгих секунд понадобились ей, чтобы узнать свою давнюю знакомую. - Прошу простить за беспокойство, Арья, но мне кажется, что для такого дела мне не найти более надёжного союзника, - Насуада почтенно склонила голову, в знак уважения. А юная колдунья ликовала. Тёмнокожая предводительница варденов пригласила в шатёр единственного мага, которому сама Элин могла полностью доверять. - Я всегда готова помочь тебе, Насуада, если это послужит нашему общему делу, - лицо эльфийского посла было абсолютно спокойно, как гладь лесного озёра, которую редко тревожат заплутавшие ветры. Зелёные глаза отражали беспокойное пламя свечей и сами, будто бы светились изнутри ровным, чистым сиянием. Элин поняла, почему не сразу узнала эльфийку. Девушке ещё не доводилось видеть её в брюках и рубахе. Лёгкое зелёное платье из искусно вытканного льна осталось в Эллесмере. Арья была облачена в кожаный доспех, за плечами её был колчан со стрелами, в котором лежал лук со спущенной тетивой, а на поясе висел изящный эльфийский клинок. - Видишь ли, с моей гостьей случилась неприятность. Нельзя ли попросить тебя воспользоваться своей магией, чтобы исцелить её ладонь. Эльфийка кивнула, подходя ближе к колдунье. - Да прибудет мир в твоём сердце, Арья свит-кона, - Элин едва заметно улыбнулась, увидев как зелёные глаза блеснули в свете свечей. – Я рада видеть тебя в добром здравии. - И я рада встрече с тобой, - чуть слышно прошептала Арья, беря ладонь девушки в свои руки. Она быстро осмотрела порез и оставила формулу для исцеления. Срастающаяся ткань нестерпимо зудела, словно её облили неким раствором. Девушка терпела, зная, что это продлится не долго. И действительно, уже через минуту всё исчезло. Элин сжала и разжала пальцы, проверяя как работают мышцы. Хотя в компетентности Арьи в вопросах исцеляющих заклинаний сомневается, не приходилось. Вряд ли в лагере найдётся кто-то более опытный, чем тёмноволосая эльфийка. Но как же здорово снова шевелить рукой без боязни кровопотери. - Замечательно, - воскликнула Насуада, глядя на проделанную работу. – Даже не знаю, как отблагодарить тебя. - Не стоит, госпожа Насуада, это не самое трудное поручение из всех, что мне доводилось исполнять, – эльфийка отошла в сторону, с всё тем же непроницаемым выражением на лице. Предводительница варденов едва заметно кивнула, будто соглашаясь с неким решением и произнесла: - Кажется, у меня появилась идея, каким образом ты можешь послужить нашему делу, Элинора. А пока я выделю тебе место среди кухарок. Но тебе придётся работать. И придумать правдоподобную историю, по которой ты решилась идти в наш лагерь, а не осталась в Сурде. Когда ты мне понадобишься, я отправлю за тобой. - Прошу простить меня, но могу ли я идти, госпожа Насуада? – спросила Арья, врываясь в разговор. - Нельзя ли попросить тебя задержатся ещё не надолго? Мне бы хотелось обсудить один важный вопрос, – ответила тёмнокожая девушка. – А вот тебя Элинора я больше не задерживаю. Можешь отправляется на кухню. И, кстати, пусть все в лагере знает тебя под тем именем, что я попросила назвать при входе. - Спасибо, госпожа Насуада. Я рада нашему знакомству. Девушка поспешила вон из шатра. И уже когда полог замкнулся за ней, скрывая пристанище предводительницы восстания, Элин почувствовала лёгкое прикосновение к своим мыслям. «Молодец, что перестала прятаться.»

***

Разговор удался. По крайней мере, Элин считала его вполне плодотворным. Её приняли, как союзницу, позволили остаться в лагере на основании приказа самой Насуады, так ещё и исцелили руку. День сегодня определённо удачный. На кухне, развёрнутой прямо под открытым небом, новую работницу приняли с распростёртыми объятиями, хотя не без доли подозрения и лишних вопросов. Но девушка была готова к подобному и выдала любопытным до сплетен женщинам хорошо продуманную историю о том, как несчастная Миранда росла без матери под гнётом Империи, и как отец - её единственный родственник - перешел на сторону варденов, прихватив с собой дочь. А вскоре он погиб, как и многие славные воины, сражаясь с ургалами в Фартхен Дуре. Элин, то есть Миранда, осиротев, решила положить свою жизнь служению варденам и пошла вслед за войнами на Пылающие Равнины, дабы внести свой маленький вклад в их дело. История разошлась на ура, учитывая, что большая часть местных кухарок и прачек пошли сюда из-за сходных обстоятельств. Многие потеряли своих мужей и сыновей у сражении внутри полой горы и, оставшись наедине со своим горем, мстили за их смерти подобным образом. Работы здесь было много. Приходилось постоянно что-то чистить, резать, жарить, варить, помешивать, добавлять и прочее. Это при том, что в обед солдата входили всего три блюда. Овощное рагу с кусочками мяса, хлеб и нечто, напоминающее фруктовый чай. Кормили здесь от пуза, не скупясь на порции, поэтому процесс готовки шёл почти непрерывно. Воинам нужны силы для предстоящего сражения. Девушка вскоре уже пальцев не чувствовала, очищая от тёмной кожицы двух сотую картофелину. Ей, как новенькой, досталось самое "интересное" занятие. Один за другим она бросала очищенные клубни в кастрюлю с водой. Половина мешка уже была очищена, ей осталось ещё столько же. Что ж, главное, что у неё всё получилось, а условия её пребывания и небольшая работа не столь серьёзная помеха. Ладонь здорова. А значит предстоящий бой она проведёт с оружием в руках.