30 days of life

Maroon 5 – Secret. В особенно дождливые осенние дни, когда никуда не хочется выходить, твой мозг начинает думать. Много думать. Иногда кажется, что он перебирает ерунду, вспоминает абсолютно забытые вещи, но раз помнит, значит они все еще хранятся где-то там? Мы ведь ничего не забываем, просто что-то не запоминаем. Но если уж запомнили – это навсегда останется в нашей голове, на самой дальней полке подсознания, останется, будет пробираться наружу, пока наконец не пробьется и не введет нас в состояние шока, ступора. - Нам нужно поговорить, - забираясь с ногами на диван, надевая очки, заговорил Блейн. - Мне нужно начинать бояться? – притворно схватившись за сердце, плотнее укутавшись в плед, пытался пошутить Курт. Ему совершенно не нравилось такое начало разговора. - Черт, я пытаюсь быть серьезным, - зажмурившись, ответил Блейн. - Ладно, извини. Так о чем ты хотел поговорить? – Курт пододвинулся и взял его за руку, нежно поглаживая ладонь большим пальцем. - Я о своем переводе… Ну, я обещал тебе рассказать, почему тогда ушел в школу в Вестервилле. И почему вообще уехал туда жить. Я, наверное, готов. Курт лишь кивнул головой, чуть сильнее сжимая его ладонь. - В общем тогда… Моя мама умерла, - Курт беззвучно ахнул, - И отец просто не хотел жить в том месте, где все напоминало о ней… Да и я тоже, мне было тяжело, знаешь, - Блейн никак не мог собраться с мыслями. Воспоминания перебирали каждую чертову косточку в его теле, забирались под кожу, текли по сосудам, как яд змеи, парализуя, убивая. - Мне жаль, - все, что смог прошептать Курт в ответ. Он не знал, что нужно говорить в таких случаях, поэтому просто обнял мальчика, почти невесомо поглаживая по спине. - Нет, не надо, Курт. Уже прошло больше года, я в порядке, - улыбнулся Блейн, возвращаясь в прежнее положение. Как будто душа о желанном просила, И сделали ей незаслуженно больно. И сердце простило, но сердце застыло, И плачет, и плачет, и плачет невольно.* Он наивно полагает, что Курт не заметит через эту улыбку океан боли, что каждый день накрывает своими цунами с головой. - Доверие, Блейн. Я знаю, что ты не в порядке. И я был таким идиотом, столько времени не замечая, насколько тебе плохо. Я был эгоистом, прости меня, - шмыгнул носом Курт. - Эй, все в порядке. Я же прирожденный актер, так что сочту за комплимент, - подтолкнув его плечом, ответил Блейн. - Ох, нет, почему ты все время шутишь? – улыбнулся Курт. - Можно подумать тебе не нравится. Ну, в общем я пока живу в Вестервилле, но отец уже ищет мне квартиру в Лайме, чтобы не пришлось выходить из дома так рано, как сейчас. Я хотел выговориться тебе, и все такое, но прикосновения, знаешь, они намного лучше разговоров. - Знаю, - кивнул головой Курт и приблизился, чтобы поцеловать его, ведь прикосновения действительно намного лучше разговоров. И как бы ни было больно его мальчику, он будет с ним, будет всегда. - Я хочу обнимать тебя вечность, - шепчет Блейн, отрываясь. - Ты будешь, - прошептал Курт, сглатывая непрошеные слезы. Он и сам не понимал, откуда они берутся. Может, от осознания того, что рано или поздно Блейна не будет рядом? А может, от этого мгновенья чистого счастья? Это ему еще предстоит узнать. Хорошо меж подводных стеблей. Бледный свет. Тишина. Глубина. Мы заметим лишь тень кораблей. И до нас не доходит волна.** * Константин Бальмонт "Безглагольность" ** Константин Бальмонт "Хорошо меж подводных стеблей"