Моя тень / Осколки прошлого

Мы никогда не задумываемся о том, почему некоторые люди раздражают нас. Даже когда они пытаются сблизиться с нами. Чхве Сана замечала, что Кён А хотела бы с ней быть ближе, но не могла из-за своих страхов в роли старосты. Быть авторитетом в классе и не вступиться за одноклассницу… Пойти против Кан Мишель она не могла. Кён А села перед Саной, рядом с Джэ Оном, который с улыбкой смотрел на девушку. Честно признать, Чхве готова была провалиться сквозь землю, ей было не привычно видеть друга таким влюбленным. Хотя ей ли об этом говорить? Ведь сама сходит с ума от Тэхёна, и при виде него у неё взгляд такой же, как у друга. Поэтому она воздержалась от комментариев и молча пила свой любимый напиток, парочка перед ней мило ворковала. Незаметно достав из кармана мобильник, Сана написала Чонгуку о встрече, и тот сразу же сказал, что будет ждать в мастерской. Уж ей туда не хотелось возвращаться, но выхода не было. Лучше там, чем с ними. Староста по сути показывала всем видом, чтобы она их оставила. Хотя создавалось ощущение, что Джэ Он специально хочет сблизить девушек. Но, к сожалению, ничего не выйдет. — Прошу прощения, но мне нужно идти, — Сана скривила губы, кинув взгляд на старосту. В душе ей не было дела до девушки, что сидела напротив. Хотелось просто уйти. Убежать от того, что накопилось в душе. С каких пор она стала искать поддержку не в друге перед ней, а в Чонгуке или Тэхёне? В Чимине? Но осталось единственное – их дружба с Юнги крепка и они по-прежнему общаются. Джэ Он нахмурился, глядя на Сану. Что он ожидал? Что она будет дружелюбной с Кёной и хотя бы начнёт разговаривать? По итогу подруга сбегает, но парень успел поделиться с ней чувствами. Чхве стала собираться, вставая с места. В ней проснулась, кроме печали, злость на друга. Не попрощавшись, девушка вылетела из кафе, поджимая губы. Единственный способ добраться до мастерской — на автобусе, но до остановки нужно пройтись через парк. Как раз собраться с мыслями не помешало бы. Но внезапно её запястье обхватила теплая мужская рука. Ей даже и гадать не нужно, кто её схватил. Раздраженный взгляд уперся в карие глаза. Честно признать, Джэ Он даже не понимал, почему возник такой порыв злости у подруги. Та сразу же выдернула свою руку, поджимая губы. Ну, сейчас начнется. Он этого ожидал, но не думал, что Сана вот так вот некрасиво поступит перед девушкой. Перед Кёной. — Какого черта? – прошипел Джэ Он, наклоняясь к её лицу. Та сразу сделала шаг назад. Этот мрачный взгляд девушки будоражил кровь, заставлял на мгновение окунуться в холодную воду. Губы сведенные в одну линию, слегка побелевшие уголки. — Ты бы знала, как это не красиво было. Я думал ты найдешь с ней общий язык, сблизишься, посидишь в конце концов. — Ты мог хотя бы сказать, что она придёт, Джэ Он, — раздраженно проговорила Сана. — Зачем мне искать с ней общий язык под именем моей сестры? Не хочу. — А про Сон Гён и Лиён ты думаешь иначе. Нашла же с ними общий язык под именем Сюзи, так почему с ней нет? — Потому что она раздражает меня. Не со всеми можно найти что-то общее. Разговор окончен, — Чхве направилась в сторону остановки, но услышанное еë повергло в шок. — Похоже, мы больше не так близки, как были. Тебе стали ближе эти уроды, что не заступались за Сюзи, — прошипел Джэ Он. — Тэхён тем более хренов урод. Еще бы ты не легла под него и стала подстилкой. Когда он договорил, то приоткрыл рот от того, что сказал. Что за хрень он только что ляпнул? И почему так хреново стало на душе, а еще эти глаза, смотрящие на него. Внезапно щёку резануло от боли, будто кувалдой ударили парня. То ли ветер ударил его, то ли… осознание пришло не сразу, лишь через две минуты. Холодная рука, хрупкая ладонь ударила его по щеке. Этот яростный взгляд впился буквально в душу, разрывая всё изнутри. Слова действительно ранят гораздо сильнее, чем физическое насилие. Оно разрушает последнее, что есть на этой сраной Земле. Сана смотрела на него взглядом, давая понять, что его слова всё разрушили. А ведь недавно они спокойно разговаривали, могли смеяться. Сейчас что между ними? Неужели им было суждено познакомиться у моря, а затем перестать общаться из-за таких слов? Джэ Он ты дурак. — Ещё про моё поведение что-то говорил, — скривила губы Сана. Она задыхалась от обиды и злости на друга. — Взгляни в зеркало, Джэ Он. По крайней мере эти парни мне помогают лучше, чем друг, который обещал, что поможет. Ты…, — она подняла взгляд, не находя даже слов. Ей было очень обидно. Этот парень разрушил будущее с Саной. Их дружбу. Слова ранят, хуже ножа. И это факт. — Они изменили свой взгляд к Сюзи. А ты наоборот изменился. Смотри не потеряй себя окончательно. Чхве говорила шепотом последние слова, но Джэ Он их слышал хорошо. В мыслях слова девушки отдавались эхом. Он смотрел, как девушка разворачивается, будто в замедленной съемке, и направляется к остановке. Её волосы слегка подпрыгивают от каждого шага. Парень готов был поклясться, что она плачет. На последние его слова девушка соизволила вовсе не отвечать. Не давать ярости выйти наружу и снести всё на своём пути. Настроение было подпорчено. Он хотел крикнуть её имя на всю улицу, попросить вновь прощения, но молчал. Воздуха совершенно не хватало. Кажется, он только что уничтожил дружбу, но обрёл любовь, что стояла позади него. Как много она слышала? Догадывалась ли Кён А, что Сюзи – Сана? Становится слишком сложно контролировать себя. Девушка встаёт сбоку от него, вглядываясь в лицо парня. Она заметила, как он напряжён, видела, как плечи подрагивают, а взгляд устремлен в спину другой девушки. Скрипнув зубами, староста встаёт перед парнем, закрывая обзор на Сану, что зашла уже в автобус. И снова Ю Кён А проигрывает самой себе. Где вся её борьба за сердце парня, которого она любит? Он снова смотрит на эту Сюзи, кажется, даже расстроен больше, что она ушла. Взгляд парня опускается. Девушка хочет поднять руку и коснуться его, но движения застывают. Она не может пошевелиться или даже выдавить слово. — Всё нормально, — хрипло сказал парень, подавляя желание закричать на всю улицу вновь, что не хочет терять дружбу с Саной, и что он был не прав. Джэ Он приобнимет девушку за плечи и зарывается пальцами в идеально уложенные волосы старосты. Кён А замирает не в силах пошевелиться и вдыхает апельсиновый аромат парня. Просто не в силах. Как бы она роскошно не выглядела, всё равно остается робкой девушкой. Парень обжигает кожу девушку. Несколько минут он молчал, а она не могла произнести и слова. Не имела права. Хотя поддержать человека, которого любишь всем сердцем, хотела. Но просто не могла. От бессилия, от того, что Сюзи слишком часто стала мерещиться рядом с Джэ Оном в школе, от того, что он обращал внимание на неё больше, чем на старосту, её бесило. Но Кён А действительно хотела найти общий язык с этой девушкой, и, возможно, подружиться. Но всё пошло совершенно не так. Он отстранился, вглядываясь в лицо Кён Ы, и заметил едва скапливающиеся слёзы в глазах. — Не плачь. Ты не виновата. Это я дурак. — Не говори так, — прошептала Кён А, робко, с дрожащей рукой девушка прикоснулась к его щеке. Тот смотрел печальным взглядом на неё. — Если бы Сюзи… — Я действительно немного переборщил, — перебил её Джэ Он. А она подавила желание скривить губы и фыркнуть. Вот опять он защищает её. — Похоже обычная встреча стала свиданием, — на этот раз он улыбнулся, а Кён А похлопала ресничками. Джэ Он накрыл ладонь девушки, а затем взял её. — Не бери в голову. Пойдём в кино. Она кивнула, а он лишь улыбнулся. Позже Джэ Он обязательно напишет Сане, но всё потом. Сейчас главное сделать вид, что он спокоен, и то, что девушке рядом с ним не следует переживать за такое отношение к подруге. А, может, между ними действительно рухнула так называемая дружба и уже достаточно давно? Его слова ранили девушку не только из-за упоминания Тэхёна, а просто потому что это вылетело из его уст. Интересно, а как бы Сана отреагировала, если бы это сказал Юнги? Незаметно мотнув головой, отгоняя мысли, пока рядом идет девушка, которая ему нравится. Мин бы никогда такое не сказал подруге, потому что он думает прежде, чем говорить. Даже когда злится. Чертов ублюдок. Но почему ты не как Юнги. Кретин, дебил, дурак, идиот… какие только обзывательства не приходили в голову на самого же себя. Не мешало бы откусить язык нахрен себе. Как он вообще посмел такое сказать Сане? Как теперь просить прощения? Она же из таких людей, которые очень долго прощают, да и сложно поговорить, ведь он будет перебит фактами в лицо. Он сжал руку Кён Ы, и девушка приняла это как жест, что он рад. Рад, что встреча стала свиданием. На деле же парень материт себя, как последний… Я дурак, Сана. Прости. Думаю, за такие слова она явно его по голове не погладит, а, может, даже пошлёт. Её настроение, характер, как чертов тайфун. Но он ведь совершенно не догадывается, что даже такой человек, как Сана, может измениться. А ведь всему простой ответ – любовь. Она способна смягчить даже такого человека, как Чхве Сана. Любого, но не все могут измениться полностью. Но Сана была из тех, кто обязательно поменяется в лучшую сторону. Раньше она могла только грубить, общаться с Юнги, как с братом, а Джэ Он потерялся во времени. Он перестал быть в её жизни, не защищал Сюзи, не держал связь, а сейчас пытается чего-то добиться. Ранить словами ему было гораздо легче, пока не встретился со взглядом девушки. Похер. Он стиснул зубы так, что скулы стали заметны. Слишком много мыслей за эти 15 минут, пока они идут до ближайшего кинотеатра. Да и во время фильма он осознавал, что мысли не оставят его и начнут давить. Может, ему стоило проводить Кён У и самому пойти домой? Но тогда бы спутница возненавидела Сану, думая, что у него к ней чувства. Хотя Джэ Он на все сто уверен в другом. Ему нравится Ю Кён А.

***

Сана действительно плакала. Развернувшись спиной к другу после обидных слов, что градом вылились из его уст, они добили её. Заставили проснуться от долгого сна, что безмятежно гудел в голове. Когда она и впрямь станет счастливой? Как он посмел тронуть Тэхёна, да парней в общем? Они тут не причём. Не Чхве же позвала в тайне старосту класса и не сказала ничего. Но те слова и впрямь обидели её. Когда же она стала такой… размазнёй? Делая шаги в сторону остановкм, по щекам стекали обжигающие слёзы. Нежная кожа покрывалась краснотой. Сил даже повернуться не было и посмотреть на него. В глаза. Ведь именно они открывали дверь в душу. Зайдя в автобус, девушка села сзади на свободное место. Слезы так и жгли кожу. Главное не издать звука полной обиды. Главное не всхлипнуть. Иначе на неё начнут глазеть, а сейчас лучше не стоило. Сложнее всего сдерживать крики во время слёз. Ведь сдерживание наоборот бьёт гораздо сильнее по душе, что кажется она разорвётся на миллионы маленьких кусочков. Кажется, даже погода почувствовала какое настроение у Саны. Окна медленно покрывались каплями мелкого дождика, асфальт окрашивался в тёмный цвет. Верхушки деревьев слегка начали пошатываться, давая знак, что после маленького дождика ударит настоящий ливень с молнией. Кажись и впрямь погода олицетворяла настроение. Оставалось ехать ещё 20 минут до мастерской семьи Чон. Интересно, они там живут? Помотав головой, она сделала вывод, что не её это дело. Дождик и впрямь усиливался и некоторые люди уже доставали зонтики из сумок, а другие возвышали сумку над головой, прикрывая волосы. Они серьезно думают, что таким образом не промокнут? Смешно. И тут до девушки дошёл один факт. Ей же придется идти еще под дождём. Плевать. Не, ну серьезно, с таким настроением даже не жалко промокнуть. Подняв голову, она закрыла глаза. Появился образ знакомых медовых глаз, доброй, словно ангельской, улыбки. Её каштановые волосы танцевали с ветром, слегка поднимаясь. На ней было надето белое платье до колен и такого же цвета балетки. Сюзи всегда надевала светлую одежду и отличалась от других людей. Кажется, в таком наряде она ее видела в день, когда приехала в Сеул, дабы понаблюдать за сестрой. Стать её тенью в этот день, запомнить все её действия, и то, как она отвечает. Видимо, это и привлекало в ней Мин Юнги. Выходя из автобуса, Сана поджала губы, прячась под крышей автобусной остановки. Девушка кратко сообщила Чонгуку о том, что приехала. Но телефон выскользнул из рук и упал на асфальт. Сегодня, видимо, был не её день. Садясь на корточки, дабы поднять мобильник, она резко задумалась. В начале девушка грозила, что игра началась, а сейчас. — Это не игра, — прошептала Сана, медленно поднимаясь на ноги, держа крепко в руках телефон. Игра перестала быть ею в тот момент, когда она начала влюбляться в Ким Тэхёна. Аполлона мечты, как и его друзья. А самая главное – мечта Кан Мишель, которой не суждено сбыться. Создавалось ощущение, что Сана изменила чьё-то будущее. По крайне мере, в то, что верила Мишель, Тэён, Юнги, Сюзи или еще какие-либо люди из её окружения. Нет, даже не из её. А сестры. Вспоминая, как мать говорила про времяпровождение Сюзи, сердце предательски сжалось. Где та самая девочка, что сидит дома, клюкая носом в тетрадь, дабы сделать успешно домашнее задание? Нет её. Вместо неё Чхве Сана. А ведь Сюзи действительно старалась успешно учиться, чтобы получить хорошее образование и, возможно, поступить в Академию, которая принесет ей богатство в будущем. Но издевательства принижали сестру. Слёзы упрямо появлялись вновь. Сана не делает, как Сюзи. Не сидит вечно над уроками, проводит время где угодно, лишь бы не дома, чтобы не видеть мать, что бросила отца и саму её. Предательство. Обида. Слишком много. Она обязана будет поговорить с матерью и этого не избежать. Слёзы смешивались с ливнем, казалось, даже одежда не защищает уже продрогшую и промокшую девушку. Волосы прилипали к телу, одежда будто стала прозрачной , а бледные губы поджаты. Вот что значит разрушение изнутри. Игра, которая убивает капитана. — Сана! – доносится чей-то крик вдали, но она не двигается, смотря на машины, что проносятся мимо с такой скоростью, что струя из образовавшихся луж льёт в разные стороны. Люди идут под зонтами, а Чхве стоит посередине тротуара глубоко в своих мыслях. Кажется, она заболеет. Плевать. Джэ Он испортил всё лишь своими гадкими словами. — Сана, черт возьми! – вновь крик. Поворачивать голову не хотелось. Быстрые шаги раздаются всё ближе, и тут же карие глаза появляются перед взором. Слегка промокшая челка парня взъерошена, небольшие капли стекают на серую толстовку, но в целом он сухой благодаря зонту. Какое же было его удивление, когда он шёл спокойным шагом на встречу к ней, а в итоге увидел женскую фигуру. Он её узнает из тысячи. Всё же Пак Сюзи и Чхве Сана, словно две одинаковых капли. Но увидев промокшую до нитки Сану, сердце предательски дрогнуло. Он впервые увидел настоящие эмоции девушки перед ним. Если Тэхён узнает, что девушка, которая ему нравится заболела по его вине, он сдерет три шкуры с Чона и простым Мики Маусом уже не обойдешься. Он сжал её плечи в свои руки и тряхнул, дабы девушка пришла в себя. Тут же затуманенный взгляд вновь оживился. Сана пришла в себя, хлопая ресницами. Перед ней стоял Чон Чонгук, взгляд выражал переживание за неё. Она подняла взгляд, не чувствуя больше каплей дождя на себе, поскольку зонт накрыл её. Уберегал. Но уже поздно, она вымокшая до дрожи в теле. — С ума сошла? – проговорил он, чуть расслабляя хватку на плечах девушки. — Айщ, обещали хорошую погоду. Но что с тобой Сана? – она молчала, поджимая губы. Взгляд оглядел состояние девушки и то, что она вся дрожит. — Пойдём. Согреешься в мастерской.

***

Уже сидя на диване, укатанная в теплый плед, Сана пила горячий чай, иногда причмокивая теплую водичку между губ. Чонгук оказался настоящим джентльменом, который любезно дал ей одежду, а её повесил на батарею. В конце концов свободная черная футболка и такого же цветы шорты были на ней. Но плед красного цвета согревал её. Оставались лишь воспоминания о дожде и мокрые волосы. Она могла быть точно уверена, что эта футболка не принадлежала Гуку. Аромат мелиссы вбивался в лёгкие, заставляя дышать, она собралась с мыслями. Даже вещь Тэхёна внушает ей силы. Кинув взгляд на Чона, который сидел в кресле и задумчиво смотрел на картины, что нарисовала Сюзи. Она действительно была талантом. Эта мастерская ждала сестру, только уже с силами. Здесь нет места для Саны. Но есть ли в мире Сюзи место? Есть. Однозначно. — Чонгук, — подала голос Сана. Он был хриплым, слегка дрожал. Кажется, простуда уже начала подбираться к ней. Горло першило, но не так сильно. Простуда запрыгнула на ноги. Это она точно поняла. Парень медленно повернулся в её сторону. Взгляд выражал всю теплоту земного мира и его нежность. Нет, Чонгук испытывал к ней исключительно дружеские чувства, но она была слишком сильно похожа на Сюзи. Всё же он не понимал, что чувствовал к Пак Сюзи. Какие-то смешанные чувства. — Если бы Тэхён или Чимин тебя ранили словами, ты бы простил их потом? Чон задумался. Он знал, что друзья думают прежде, чем говорить какие-либо обидные слова, которые вонзятся в душу. Но по какой-то причине Сане действительно нужен был ответ. — Они никогда не говорили слова, что могли меня ранить, — пожал плечами Чонгук, а затем откинулся на спинку кресла. Сана поджала губы. Джэ Он не подумал, а Юнги никогда такое не скажет и не обидит её, вовсе не из-за страха, а из-за уважения к ней. — Солнце, воздух, похуизм – укрепляет похуизм, — резко продолжил он, столкнувшись с удивленными глазами Саны. Она не ожидала, что Чон так ярко выразится. — Я от души похуист, Сана. Меня ранят не слова, а поступки омерзительные. Но если бы была такая возможность, то, — он призадумался, взглянув на потолок, а затем его лицо пронзила искренняя улыбка, и этот огонёк в глазах парня заставил прищурить глаза. — Опять же мне похер. Злость – реактор на многое, включая действия и слова. Тебе ли не знать. Это же не я прикидываюсь Сюзи. — Что бы ты сделал на моём месте? – следующий вопрос, но по-прежнему эта улыбка на лице парня. Иногда Сана замечала, что Чон в большей мере наблюдатель, поэтому часто молчит. Да все это замечали. Видимо, поэтому он был лучшим другом Тэхёна и Чимина. Они ему доверяли. Также этот парень сдерживал порыв парней. — Лично подошёл, — коротко ответил Чонгук и встал с кресла. Парень подошёл к окну, наблюдая, как погода меняется не в лучшую сторону. Где-то за мрачными облаками сверкали молнии, а ливень не заканчивался. Как назло машина парня была не около мастерской, а у отца, который поехал по важным делам. — Зачем придумывать такой план, чтобы потом мучаться. Легче подойти и поговорить. — Ты не ищешь сложных путей, — улыбнулась Сана, сжимая кружку с чаем в руках. Кажется, он уже успел остыть. Вновь миндальные глаза вернулись на мужскую фигуру у окна. Чонгук уже успел высохнуть, хоть и не промок, как она. Черные волосы закрывали лоб, тонкие пальцы парня сжимали деревянный косяк, а туманный взгляд задумчиво смотрел в окно. — Я не продумываю планы, — усмехнулся Чон, не отвлекаясь от природных явлений. — Я думаю, как же лучше подойти и сказать. С тобой также было. Действительно. Чонгук не стал строить дьявольские планы, чтобы понять, кто перед ним. А просто напрямую сказал. Слишком он был прямолинейным. — Чем планируешься заниматься на каникулах? – спросила Сана, и Чон слегка покосился на неё, откидывая голову вбок. Чёлка последовала такому же примеру. — Отдыхать от учебной рутины, — ответил Чонгук. Сана отпустила взгляд, на щечках появился румянец. Ей впервые было так хорошо общаться с парнем после Юнги. Они были похожи. Права лучший друг немного груб, но это из-за низкого баритона, в то время, когда у Чонгука был нежный голос. Наверное, из-за этого на него велись девушки. Тэхён… у него был поистине привлекательный голос, который вводил её в краску каждый раз, когда девушка слышала из его уст слова. Любые. Она не видела в нём минусов. Это и есть любовь?

***

Наверное, ничего не бывает лучше, чем времяпровождение с людьми, что стали ей дороги. Подруги, которых она никогда не имела, поскольку рядом всегда был Мин Юнги. Им и вдвоём было хорошо. За несколько недель Сана даже не вспоминала о ссоре с Джэ Оном, не писала ему и не желала, а он даже не извинился. С Юнги она общалась два раза каждый день. Он рассказывал ей о том, как они проводят с Сюзи каникулы и радуются, также он поделился с ней о том, что сестра помогла в первом написание строчек для записи рэпа. Чхве была удивлена и поздравила друга. Из головы не выплывал тот дождливый день, когда они с Чонгуком могли не притворяться. Она знала, какой парень на самом деле, и эта таинственная его сторона заставляла задерживать дыхание. Ей нравилось говорить с ним на разные темы, иногда они были чересчур философскими. Но им было хорошо. Чон радовался за друга, который влюбился в Сану. Ведь им найдется о чём поговорить. Да и вообще с Чхве было слишком хорошо. Хоть Чонгук и сказал, что не строит планы, но намерения поговорить с Тэхёном о Сане возрастали. Ему казалось, что он всё знает. Что касается самого Тэхёна и Саны. То они часто были в компании Чимина и Чонгука, иногда переглядываясь. Но их отношения не заходили дальше. Вот оно обещание. Сон Гён, как всегда, роскошно одетая. Слегка задранный подол платья оголял ягодицы девушки, но ей было всё равно. Девушка увлечённо листала ленту в мобильнике, иногда поддерживая разговор с подругами, которые сидели перед ней. Черные волосы иногда спадали вперед и девушка их откидывала назад. Ей приходилось делать сразу два дела. Слушать подруг, чтобы не потерять ниточку разговора и читать последние новости, связанные с миром корейской индустрии. Скандал окутанный вокруг Криса до сих пор сгущали светлые краски. Лиён же была не такой мрачно, как подруга, рядом сидящая в телефоне. Она весело рассказывала шутки из проведенных дней вовремя каникул. О том, что как-то она накрасилась слишком ярко, и отец ей сказал в ответ: «Ты как будто упала лицом в косметику». Иногда Чха поправляла платье с цветочками. Сана тепло улыбалась подругам и погоде, которая была сегодня. Солнечная, с легким ветерком. Утром Лиён сообщила в общий чат с Саной и Сон Гён о встрече в одном из кафе. Они сидели на летней веранде, пили коктейли и веселились. День без парней. Иногда Чхве замечала, как Сон Гён пишет что-то Чонгуку и хмурит брови. Появляются еле заметные морщинки и сжимаются зубы. Что между ними происходило, оставалось загадкой. Лиён прошептала ей на ухо: — Они однажды столкнулись в кафе и вроде бы нашли общий язык. Насколько поняла, у них общий проект, который они обсуждают и даже спорят. Начало любви. Глаза Лиён засияли от счастья и она даже немного прослезилась. Может, придёт время и Сон Гён перестанет уделять время интернету, ибо она была ярым «задротом». Сана лишь издала смешок. Перед ней как будто сидели копия Чимина и Чонгука. Одна веселая, другая задумчивая и молчаливая. — Сюзи, вот как думаешь. Что значит быть человеком? – подала внезапно голос Сон Гён, и Сана аж поперхнулась от резкого вопроса. — Лиён, к тебе такой же вопрос. А пока вы думаете, я схожу закажу еще что-нибудь, — девушка встала и направилась внутрь кафе, а затем и к барной стойке. Сана и Лиён переглянулись и на самом серьёзе задумались над вопросом подруги. Видимо, этот вопрос они обсуждали с Чонгуком, отчего Сон Гён была хмурой. Видимо, не соглашалась с его ответами. Действительно, что значит быть человеком? Порой даже животные ведут себя лучше, чем люди. Нам иногда кажется, что жизнь – это нечто уникальное, но что конкретно уникального мы в ней всегда видим? С момента рождения и до самой смерти мы проходим жизнь, которая делает нас лучше или хуже, каждый момент, каждая встреча, разговор, человек, ситуация, фраза, кем-то брошенная, – всё это остаётся в нашем подсознании. Мы действуем, исходя из прошлого опыта, который получаем в детстве; опыта, который влияет на всю нашу жизнь. Если ребёнок растёт в семье алкоголиков и его окружают люди подобного мировоззрения, где гарантия того, что, став взрослым, он не начнёт пить? Или родиться в семье, где отец уголовник, а мать девушка по вызову, то каковы шансы, что ребенок не пойдёт по пути, что остался после родителей. К примеру, как Тэён. Он только начинает делать шаги, но уже является не очень приятным человеком. Вся наша жизнь – это отражение внешнего мира, а внешний мир – это наше внутреннее отражение. Каждую минуту и каждый день мы делаем выбор между вариантами: становиться теми, кого мы видим в своём окружении, отражением людей, либо жить по своему сюжету и идти своим путём. На то существует цитата, которая въелась в сердце Саны, словно шип. «Ты родился оригиналом, не умри копией». Сана никогда не была чей-то копией, она была такой, какая есть. Воспитала себя сама, вобрала отцовские замечания и его уроки, а затем по-своему изменила их. Но характер Чхве своеобразный. Люди заботятся о своих родных, но им плевать, что происходит с другими людьми. Они бесконечно смотрят глупые фильмы, сериалы, лишь бы не оставаться наедине с собой и не сталкиваться с внутренними демонами; с мыслями, что пожирают человека изнутри. Поэтому они работают, занимаются любыми вещами, дабы меньше мыслить. Но как не старайся, эти демоны проявляются во внешней среде. Но человек – это не только плохое. Есть вещи, которые стоит ценить: милосердие, сострадание, понимание, любовь, но этого так мало для людей. Им всегда будет чего-то не хватать, при этом любое проявление этих качеств высмеиваются обществом, они начинают пользоваться такими людьми. Человек – это не национальность, не гражданство, не тело и даже не ум. Человек – это нечто большее, за гранью материальных концепций. Девушки настолько погрузились в мысли, что даже не заметили, как вернулась Сон Гён с довольной ухмылкой. Ей нравилось, что подруги задумались над этим вопросом. Но внезапно они подпрыгнули на стульях, когда услышали звук от поставленного стакана на стол. Ким закинула ногу на ногу, складывая руки на груди. — Ну так что? – подала она голос. Лиён прикусила губу, уж слишком она задумалась. — Ну чисто для меня, — проговорила Лиён, кидая взгляд в сторону. Сон Гён и Сана с интересом стали вслушиваться в мнение подруги. — Не быть равнодушным к другим. Не становится животным, хотя по факту животные лучше людей, но есть те, кто не покрылся гнилью общества. Сон Гён вздохнула и повернула голову в сторону Саны, вздёрнув одну бровь вверх. Чхве поняла, что её ответ тоже хотят услышать. Уже Лиён с интересом смотрела на неё. Знали бы они, что это будет мнение не Сюзи, а совершенно незнакомого человека для них, то как бы отреагировали девчонки на это? — Быть человеком означает быть неравнодушным к другим, к их проблемам, помогать, если кто-то просит помощи, выручать в тяжелые моменты друзей и близких. Быть человеком значит жить, быть позитивным, радоваться жизни, говорить своим близким, что он их любит. Любить себя и уважать других, не желая им плохого — вот что значит быть человеком, — со вздохом ответила Сана, а Сон Гён лишь фыркнула, вспоминая ответ Чонгука. — Чонгук точно также ответил, — пробубнила она, а Сана сдержала смешок. В какой-то степени они же не знали, что Чон в курсе о том, кто она, и также, что они с парнем много раз обсуждали разные философские темы. — Но сейчас люди не ценят всей этой доброты. Тогда какой смысл быть таким? — Просто некоторые не понимают, что раньше это ценилось с трепетом, сейчас таких людей осталось мало, — проговорила Сана. Лиён пожала плечами, но была согласна с Саной. — Ну не знаю даже, — как-то отрешенно произнесла Сон Гён, кинув взгляд на проходящих людей. — Нам же совершенно плевать на других. Только на тех, с кем знакомы – нет. — Хорошо, — сказала Лиён. — Сделаем по-другому. Представь, что ты идешь по тропинке с подругами и видишь, как мелкие травят пацана. Но ты не знакома с ними. Ты бы прошла мимо или проучила их? – она с гордостью вздёрнула подбородок, хваля себя за такой пример. — Не проучила, но вмешалась, — задумчиво ответила Сон Гён. — Они бы не остановились, — издала смешок Сана, и девушки кинули на неё взгляд. — Мне рассказывали, что надо мной издевались. Никто не вмешивался в это. Но даже если бы вмешались, то какой резон? Ведь издевательства бы продолжились. А чтобы прекратились, сам человек, над которым происходит абьюз, должен взять себя в руки. — Как это сделала ты, — виновата проговорила Лиён, а Сана поняла, что они винят себя, что не заступались за Сюзи. — Вы не виноваты, — помотала головой Сана. — Человек должен перестать быть тряпкой. Так сделала я. — Ну так-то да, — прошептала Сон Гён, делая глоток бананового коктейля. Сана усмехнулась, вспоминая, как они с Чонгуком точно также разговаривали, и он пил банановое молоко. Между ними явно есть что-то общее. — А представьте ситуацию. Двое мелких издеваются над котёнком, ваши действия, — вдруг заявила Сана, прищурившись. Она явно их проверяла на будущее, когда они с Сюзи встанут на свои места. — Прибью, — прошипела, сузив глаза Сон Гён. — Они хоть и дети, но опять же вернёмся к тому, что люди бывают хуже животных, — прошипела, словно змея, Лиён. — Кстати, а кто задал этот вопрос? – спросила внезапно Сана, столкнувшись с вопросительным взглядом Сон Гён. — Чонгук или ты? — Я, — вздохнула Сон Гён. — Я ответила точно также, как Лиён. Но Чон считает, как ты. Хотя ваши ответы с Лиён совпали в какой-то степени. Сана вновь издала смешок и девушки улыбнулись. Как бы не отрицали люди, им иногда нравится думать о разных философских темах, не все этим увлекаются. Человечество совершенно разное. Люди несомненно разные, и с этим не поспоришь.

***

Каникулы промчались незаметно. В последние дни Сана не выходила из дома, склонившись над учебниками. Скрепя зубами, она занялась зубрёжкой. Всё же оценки сестры ей были важны. Но Чхве сделала важный вердикт, что она не являлась тенью сестры. Они обе были разные, но такие одинаковые. Скоро встретимся, сестрёнка. Иногда Сана слышала, как к Чимину приходили друзья и они смеялись. Они с Тэхёном лишь пересекались в коридоре, когда кто-то из них спускался, дабы попить чего-то освежающего. Но не переговаривались между собой. Хватало взглядов, чтобы понять о чём они думают. Чонгук желал поговорить с Тэхёном, но каждый раз рядом находился Чимин, поэтому разговор откладывался до лучших времён. За это время Чон сблизился с Сон Гён и они даже могли сидеть в том самом кафе, где однажды встретились и поговорили. Они могли спорить на разные темы, когда не соглашались, но бывало, что приходили к одному мнению. И Сана радовалась за друга и подругу. В последний день перед каникулами Сана написала Юнги, спрашивая, как там Сюзи. Он отвечал, что всё хорошо, но каждый день у неё голова болела все сильнее. Чхве так и не решилась рассказать Мину о ссоре с Джэ Оном, что до сих пор мучала сердце девушки. Её мучал вопрос: «Когда Джэ Он решится ей написать или попросить о встрече, чтобы попросить прощения?». Она бы его простила, но перед этим естественно позлилась. Захлопнув учебник по психологии, Сана упала на подушку и закрыла глаза, наслаждаясь последним днём каникул. Как бы она не хотела, чтобы учёба начиналась вновь, но бежать некуда. Ей уже не 16 лет, чтобы так беззаботно прогуливать уроки в компьютерных клубах. Надо привыкать. После учебы в школе она хочет поступить в университет на переводчика (P.S: отсылка к следующей книге) и вступить во взрослую жизнь. На лице проскользнула улыбка от воспоминаний, связанных с Юнги. Кажется, это было на втором году обучения в Старшей школе Давон. Тогда они сидели в библиотеке, одна готовилась к предстоящим экзаменам, скрепя зубами, ведь прогуливала уроки, а Мин спокойно сидел напротив и читал книгу про созвездия, дабы не смотреть на разъяренное тельце девушки. — Сана, ты сама виновата, что запустила учёбу, — подал он голос, перелистывая страницу. Следующий параграф назывался «Кассиопея – созвездие любви», но сидящая подруга напротив не давала сосредоточиться. — Да ты что, — съязвила она, поднимая взгляд на друга, который смотрел на неё усталым взглядом. Он ведь обещал побыть с ней, пока Сана готовится. — А я и не знала. — Нужно было слушать меня, а не пропадать в компьютерных залах и меньше ходить на вечеринки. — Отстань, — закатила она глаза и вновь уставилась в учебник по алгебре. Никогда не понимала, зачем нужна эта наука, ведь считать Сана умела, сдачу бы тоже смогла выдать. Всё было слишком трудно и жутко раздражало. — Ты про что читаешь? — Это тебе ничего не даст, — усмехнулся он и встретился с раздраженным взглядом. Янтарные глаза смотрели на друга с упрёком, ведь она не ожидала такого ответа. Оценки у девушки были хорошими, она не являлась плохой ученицей, но алгебру всеми силами не принимала. Юнги вздохнул и положил книгу текстом на стол, устало повернув головой. — Про созвездия. Ты знала, что существует множество звёзд, которые складываются в созвездия. Существует также созвездие Кассиопеи, она в форме «М» или «W». Говорят, что это звезда олицетворяет любовь. Ты веришь в неё? — В звезду? – скептически она вздёрнула одну бровь вверх. А Юнги сомкнул губы в одну полоску. — В любовь. — Нет, — тут же ответила Сана. Мин подпёр руку так, чтобы упереться подбородком на ладонь. — Но рано или поздно она появиться в нашей жизни. Возможно, тогда мы изменимся. Станем мягче, будем хотеть проводить с этим человеком больше времени и так далее. Если бы Сане тогда сказали, что она влюбится и будет верить в любовь, то несомненно Чхве засмеялась. Сейчас же ей не до смеха и каждая клеточка молит только о нём. Губах, теле, волосах, в которые Сана хочет запустить пальцы, прижаться к нему и задыхаться от аромата. Щёки буквально горели от дикого желания послать всё и прижаться к Тэхёну. Сана села, смотря перед собой. Игра уже не игра, это жизнь. Это чёртова жизнь, что ломает людей, даёт им полностью оглянуться вокруг и научиться чему-то. Кто-то справляется со всеми преградами, что им уготовлена, а есть те, которые прекращают сражаться и погибают. Иногда она задумывается, как всё пойдёт после окончания этого плана. Примет ли он её? Они? Эти вопросы постоянно летают в мыслях, и на душе становится слишком тяжело. Невольно пальчики стали перебирать цепочку, что подарил Тэхён. Это самый незабываемый подарок, как и плюшевый медвежонок, что лежал около подушек на постели. Еще одним важным подарком является браслет со знаком бесконечности. Его подарил Юнги. Сана иногда задумывается, как проводят они день за днём. Как Сюзи поживает. Мысли о лучшем друге и родной сестре стали частыми спутниками в её жизни, помимо этого и ссора с Джэ Оном. Она ждала, когда он извинится, но сам парень не торопился даже написать. Вот и вся дружба. Придёт время, когда Юнги об этом узнает. Но на чьей он стороне будет? Тут даже и думать не нужно было. Он их помирит, либо останется на стороне подруги.

***

Юнги сидел за рабочим столом и зачёркивал одну из строчек. Ничего путного не получалось для будущего рэп-текста. Где же его муза, что поможет написать текст? Она потерялась. Когда не было рядом Сюзи, он буквально терялся в своих мыслях, вдохновение посылало его с гордо поднятым средним пальцем. Захлопнув тетрадь и кинув её в сумку, парень поспешил покинуть дом. Каникулы нужно проводить не в четырех стенах, а с кем-то. Гулять, веселиться. Возможно, появится и вдохновение с хорошим настроением. Напоследок он бросил взгляд на фотографию, где изображен мальчик с двумя взрослыми. Его родители давно не присутствовали в его жизни, разъезжая по всему миру, и только бабушка была всегда рядом. — Ты куда-то собираешься, дорогой? – спросила старушка, выходя в коридор из кухни, вытирая руки об фартук, что был в разных пятнах. Мин поджал губы, ведь единственная родственница, которая не решилась путешествовать по всем странах этой планеты осталась рядом с ним и постоянно была у плиты, лишь бы внучок всегда оставался сытым, она поддерживала его в трудные минуты, бывало давала карманные деньги, полученные с пенсии. Но Юнги и так имел нормальный счёт в банке от родителей, да и он не очень-то жаловался на всё это. Но миссис Мин, а точнее бабушка с седыми волосами всегда силой впихивала деньги внучку. — Да, встретиться с Саной, — кивнул Мин, обуваясь в белые кроссовки. Светлые локоны слегка закрывали его лоб, когда он нагнулся, чтобы обуться. Бабушка подошла к внуку и улыбнулась. Ей всегда было приятно слышать о Сане и о том, какая же у них крепкая дружба, возможно, она даже была тем человеком, который видел их свадьбу. Но явно не догадывалась об интересном повороте событий в будущем. — Юн, постой, — она прошла в зал и затем через минуту вернулась. В руках у неё были купюры, на что Мин тяжело вздохнул и несколько раз поморгал. Тяжело старой женщине объяснить, что деньги ему не нужны. — Вот, держи. Своди Сану куда-нибудь и передавай привет Ун Шику. — Ба, — провыл Мин, не беря в руки деньги, затем он смело прикоснулся к руке бабушки и закрыл ладонь. — Оставь себе. — Даже не возникай! – возразила она. — И приходи с Саной к нам. Давненько я с ней не разговаривала. Юнги закатил глаза, быстренько поцеловал бабушку в щёку и выскользнул из дома перед тем, как она опомнилась, что зажатые деньги в её ладони остались у неё. На что она лишь сказала: «вот негодник». Как ни странно, но возникает ощущение, что барьер разом рушится между всеми, и каждый становится всё ближе друг к другу.