Домой

- Ты никогда не думала, сколько времени мы здесь уже провели? - мужчина гладил ее по голове и ласково пощекотал за ушком, как большую кошку. Девушка подставила голову, чтобы он повторил этот жест. - Нет. Рядом с тобой время не идет, а бежит — рассмеялась она в ответ — Только повернулся посмотреть, сколько минут осталось, а выясняется, что прошли недели. - Нужно всегда следить за временем. Я хочу научить тебя чувствовать его течение и ловить нужный момент — он ласково склонился над ней и поцеловал ее в висок — Время - это слишком важная материя. - Важно лишь время, проведенное рядом с тобой, — она взяла его за руку и сжала, резко вскочив с кровати. За пределами их дома начали раздаваться крики и звуки надвигающейся паники. - Посиди здесь, я проверю. - Я стар, но не немощен — он собирался идти вместе с ней. - Ты лекарь, а я разведчик — она сжала его ладонь своей, поднесла к губам и поцеловала. - Вернись. Живая. — он серьезно смотрел в ее глаза. - Обязательно. Девушка быстро натянула нарукавники своей брони, вкладывая в небольшие прорези тонкие и легкие кинжалы. Всегда стоит быть готовой. Потом она поймет, что быть готовой к такому невозможно. Снова огонь, снова метания. Снова нестерпимая боль, кто-то трясет ее за плечи, зовет и пытается разбудить. Она с трудом открыла глаза и увидела другого. Каждый раз, вспоминая, что она видела в той резне утром, как эти ублюдки поступили с ним на ее глазах, у нее поднимался жар. Жар ярости, гнева, жар отсутствия возможности поступить иначе. От этого гнева становилось тяжело дышать, любой вдох и выдох казался обжигающим. Время нельзя повернуть вспять, нельзя откатить. Слишком важная материя. - Мандида? - ее снова потряс за плечо Первый — Ты в порядке? - Да — она открыла глаза и села на кровати, протирая лицо. Первый отошел от кровати и повернулся к ней спиной, давай ей возможность уйти за ширму и привести себя в порядок. - Нравится новая каюта? - Да, спасибо — она все еще сидела на краю и пыталась отдышаться, терла руками лицо. - Загляни к Дарвишу. Лучше начать лечить, чем пытаться протянуть еще хоть какое-то время — в его голосе даже звучало беспокойство. Но несколько менторское, почти такое же, как у родителей по отношению к непослушным детям - Да, конечно. Сейчас буду готова, господин — она все-таки встала и ушла умыться и одеться. - Учитель. Зови меня учитель, а не господин. Господин у тебя один — он покрутил в руке тонкую ножку зеркальца, лежавшего перед ним на небольшом сундуке. - Извините, учитель, забываюсь. Мой господин - это капитан — шум воды стих, зашуршала ткань. - Твой единственный господин — это ты сама. - Разве? - шуршали застежки на одежде — Поможете завязать сзади? - Да. - он повернулся и направился в ее сторону. Мужчина зашел за ширму и помог завязать узел на рубахе сзади у самой шеи. Он аккуратным, выверенным движением сделал узел и отошел от нее — Пока ты думаешь как раб, ведешь себя как раб, сражаешься как раб - ты и есть раб. - Я и есть раб — она поправила волосы и кивнула ему в знак благодарности. - Никто не сделает из человека более послушного раба, чем он сам. Если бы я считал себя рабом, я все еще ложился бы под моряков в порту. Правда за меньшие деньги, возраст и все такое — его голос был спокойным и будничным, будто они обсуждали, какого цвета море за бортом. Мандида удивленно повернулась, а Первый наоборот — повернулся к ней спиной и направился к выходу. - Догоняй, дел много. Сегодня займемся закупочными бумагами. Скоро последний порт и потом мы еще не скоро остановимся. - Куда мы едем? - Сейчас или вообще? - он пропустил ее вперед в дверях, показывая жестом, чтобы она проходила. - И то, и другое. - Сейчас в Асгалум на территории Шема, а затем в Стигию - в Кеми. Там мы отдаем дорогих рабов и их доставят в Луксор. Но это ты знаешь и сама. - Да, капитан говорил — она кивнула и задумалась. Момент близок, главное - не упустить. - Пойдем в кабинет, поделишься тем, что еще говорил тебе капитан.