Хроники Меди и Грома

— Дядя Вэйджен! — Яська выбегает из дома, оказавшись в крепких объятиях чернолесского ведьмака. — Привет, брат! — кивает вышедший следом на звон колокольчика над дверью Яцек. — Привет, сестрица. Он пожимает подошедшей Виксен руку. Они росли все трое в Озёрном ковене и все трое были сиротами — родители Вэйджена попались в своем зверином обличии браконьерам — ведьмы успели спасти только малыша-Вэйджена. А родители Виксен, боевые маги Жемчужноземелья, пали в бою против бойцов Дома Грома, а шедшая с беженцами Виксен просто потерялась, когда они шли через Озерный край, отстав от обоза (девушка родилась с травмой тазобедренного сустава и всё еще, несмотря на усилия ковенских лекарок, слегка прихрамывала). — Ну что, как договорились? — обращается к чете Яцек. — Угу. Этот месяц Яська погостит у нас. На Ламмас вернём в целости и сохранности! — А где Греф? — вклинивается Яська. — Дом сторожит, — поясняет Виксен. Грефом зовут их лайку. Вэйджен, оборотень-олень, не ест мяса и рыбу, а вот Виксен они необходимы, она оборотень-лисица. Возможно, потому они не сразу приладились друг к другу в семейной жизни, хотя и были друзьями с детства и уже подростками осознали свои взаимные чувства. Насколько Яцек знал, они самыми первыми из его соучеников заключили брак, когда им было девятнадцать — учитывая целительские заслуги Вэйджена в помощи пострадавшим в войне, им сделали исключение, не дожидаясь юридического совершеннолетия. — Ну, малышка, ты всё собрала? — Яська кивает и Вэйджен поднимает ее рюкзак на плечи. — Тогда двинули, путь неблизкий. К вам мы шли через портал, но мы решили идти назад пешком: когда ты еще увидишь наши края во всём великолепии! — А чем мы займемся? — Яська, чмокнув на прощание брата и Кльона, подбегает поспешно и пристраивает шаг под широкие шаги Вэйджена и Виксен. — Да чем?.. Я-то сейчас травы заготавливаю, работаю, горяченькое время. То баба недоглядела и малыш отравился хлебом, в который попала спорынья, то шалопаи надумали поесть волчьих ягод, мол, красненькие, как вишня, то один злодей накормил престарелую тещу супом из желчного гриба — хорошо, крепкая старушка, успел я добежать с противоядием! А намедни вообще безобразие: мальчишки прохожего нищего калеку камнями забросали! Я его ходил зашивать. А ведь люди-то неплохие там живут в Чернолесье. Что ж как с цепи-то посрывались?.. Страда что ли, так влияет… — Но это наши заботы, — вставила Виксен, видя страх на лице Яси. — Не твои. Ты еще пока не ведьмачка. Я по хозяйству буду работать. Но мы для тебя время найдем обязательно. Пойдем принимать звездные ванны! — С морскими звездами? — непонимающе уточняет Яся. — Или с цветами пассифлоры? Или георгина?.. — Нет, — улыбается загадочно Виксен, — С настоящими звездами! Они проходят леса, минуют краем Сребролесье, держась подальше даже от неспокойной тени Стальных гор, переходят вброд Серебрянку, и входят в угодья Вэйджена — Чернолес. — Какие они высокие! И как темно! — восклицает Яся, оглядывая толстые стволы вековых елей. — Потому и называется «Чернолес». Под елями всегда тень. Но тут вовсе не так мрачно и безжизненно, как кажется. Сегодня просто пасмурно: тучи из-за Стальных гор пришли. Как чуешь, Викс: будет дождь? Виксен и правда принюхивается: — Воздух пахнет влагой. И нагонник уже шатает вершины деревьев. Наверняка будет. — Тогда поторопимся. Через несколько часов впереди Яся видит большой двухэтажный лесной дом. От двери, завидя их, поднимается огромная серо-белая собака. — Греф, свои! — успокаивает Вэйджен. Пес спокойно подходит, машет хвостом хозяевам и деликатно обнюхивает гостью. Яся много слышала об этом охотничьем псе, однажды спасшем Виксен от медведя-шатуна ценой страшных ран, но видит его впервые. Отперев охранные заклятия и замок, Вэйджен приглашает: — Добро пожаловать под наш кров, Ядвига! — Садись к столу, — Виксен стала расставлять на стол глиняные глубокие тарелки, — Сейчас уж первый час, мы обычно обедаем раньше. Поешь моей грибной похлебки. И хлеб домашний, из заморской кукурузной муки. Ты, небось, такого и не пробовала! Грибы наши, чернолесские — боровики и шампиньоны лесные. Не бойся: я сто раз их проверяю перед готовкой! Точно все съедобные. А потом будет мой фирменный десерт: открытый пирог с голубикой! Готовит Виксен и впрямь на удивление вкусно и, помогая ей мыть и расставлять посуду, Яся просит: научи меня также готовить, тетя Виксен! Нет, Яцек и Кльон тоже учат ее готовке, но брат и его муж, скажем, не фанаты сладостей и Кльон не очень любит печь что-либо, не считая хлеба и лепешек в дорогу, когда Яцек отбывает на советы ковена. Вэйджен, занеся в бочку новую воду из реки и магией стерилизовав ее, приносит в кухню мешок картошки и мешок муки — на будущее. После он вынужден с извинениями вернуться к работе. Закончив с готовкой и уборкой, Виксен предлагает Ясе прогуляться — осмотреть лес. Девочка вслед за ней идет по тропинкам меж узловатых корней и Виксен, которая выйдя замуж стала ведьмачкой-сохранительницей Чернолесья, показывает ей полезные растения: вот брусника и черника, это рябина, а вон то, похожее на клевер — кислица. Это майник, осторожно: он ядовит. Эти красные ягоды — майский ландыш. Эти перья — папоротник щитовник. Нет, он не цветет. Видишь эти точки снизу листовой пластины? Это споры. А эти кустики — черника. Гриб желтый? Лисичка, конечно. Иногда еще моховики встречаются. Сыроежек вот тьма в этом году… — А когда будем в звездах купаться? — они как раз выходят на берег чистого лесного озера. Вода там как стекло, на берегу растут водяные ирисы. — Ну, в звездах купаются ночью. Подожди немного: как у Вэйджа появится время, сразу пойдем. Мы с ним тоже давненько не принимали звездные ванны… Хм, да. Всю неделю Вэйджен, увы, занят лекарскими делами и запасанием трав. Но к выходным заботы выпускают из когтей. — Вот сегодня как раз идеальная ночь, — говорит он вечером пятого дня. — Сегодня будет метеоритный поток в созвездии Голубиная стая! Виксен давит кривой смешок, но Яся, к счастью, сразу ее ассоциацию не улавливает. — А что нужно для этого? — вместо того интересуется она. — Ничего сложного. Возьмем палатку, котелок, огненные камни, провиант, полотенца… Ну и мне кое-что нужно из трав и порошков. Звездные ванны — особая магия! Вечером они идут к озеру — их сопровождает Греф: если люди отвлекаются, то уж верный защитник — нет, он не подпустит к палатке и своим подзащитным ни лису, ни волка, ни медведя, ни рысь, ни росомаху, ни вороватого енота! Пока ставят палатку, Вэйджен, тихонько шепча, бросает над водой серебристый сияющий порошок. потом возвращается, помогая вбить колышки, натянуть полотно и завязать веревки-распорки. Потом они втроем делают костровище, обложив его камнями и дерном, чтобы не выжигать лесную землю. Вкапывают стойки и закрепляют над огнем котел. — Ну, идите. А я пока закину все для нашего позднего ужина. Вэйджен, кивнув, отходит снять верхнюю одежду, под которой — купальный костюм, а Яся переодевается в палатке. Когда они оба готовы, Вэйджен входит в воду и кивает: иди сюда, вода отличная! Яся идет осторожно, но дно, вот удивительно, мягкое, песчаное. И вода теплая-теплая, как в купальне, а не в лесном озере. — А теперь погляди! — предлагает Вэйджен. Яся смотрит: в черной воде виден Млечный мост и мириады звезд. Они одна за другой срываются с неба, чертя огненными хвостами. Небо опрокинулось в воду и не различить, где небо, а где вода. Яська плавает в воде и вокруг пахнет легко ирисами и водяными лилиями. Вода будто слабо светится звездным молочным серебром. Как лунный свет на воде, хотя луны и нет. Накупавшись, Вэйджен и Ядвига возвращаются — Яська идет обтираться и надевать сухое, Вэйджен принимает дежурство у костра, чтобы Виксен тоже могла поплавать и принять звездную ванну. Он что-то шепчет, когда Виксен догребает до середины — и над ее головой вспыхивают маленькие сине-алые сердечки. Как Яся помнит, это — цвет его «личной магии», его внутренней Силы. Виксен смеется и что-то говорит, но далеко и Яся не слышит. После сытного ужина она засыпает в палатке под негромкую беседу Виксен и Вэйджена — они говорят о каких-то своих делах. Она просыпается рано и неосмотрительно вылезя из палатки, видит, что Вэйджен и Виксен стоят не так уж далеко от берега и обнимаются, если судить по видимой части, совсем без одежды. Виксен замечает первая и, оттолкнув мужа, скрывается под водой, вынырнув уже с другой стороны под прикрытием кустов. Яся зевает и трет глаза, вроде как только что вообще проснулась, а потом принимается расчесываться, тщательно отвернувшись от них и делая вид, что вообще ничего не видела. Эти глупые взрослые! Ну что они думают, она дитятка малолетняя?! Так что по дороге к дому она непринужденно болтает, будто ничего не случилось (а с ее точки зрения так оно и есть), так что и Вэйджен с Виксен расслабляются. Через неделю Яся уже знает лес почти как родное Светлолесье или братин Чудолес. И бегает везде в компании Грефа — могучая лайка бдительно смотрит вокруг, если она решает, скажем, забраться на огромный ствол вывороченной с корнем в бурю ели, он, заметив в яме от корней старого барсука, рычанием заставляет того сидеть смирно. Так что Яська узнает всякие секреты ельника: кто там и как живет, что растет, он ей делается еще одним родным местом, краем, где живут друзья. В оставшиеся две, когда беды минуют окончательно и сбор трав закончен, они с Вэйдженом и Виксен снова ходят купаться на озеро — правда, в этот раз без магии и не в звездопад, но Ясе нравится и так: в тот раз им светит яркая полная луна и купаться в лунно-звездной прохладной воде не менее приятно и увлекательно. Так что, когда приходит время возвращаться домой, Яська уже заранее готова скучать и чуть не плачет. — Ну-ну! — Виксен укладывает ей в одолженную корзинку брусничные пироги и маленькую кадушечку соленых боровиков. — Не последний день на свете живем! В другое лето, даст Богиня, у нас погостишь! Поди, родители и брат о тебе соскучились! — Верно, — признает Яся. — Так что не грусти. Давай-ка руку, на сей раз пойдем через портал. — Пока, Яся! До нового года! — Пока, Виксен! Уже дома Яська, отдавая гостинцы, взахлеб рассказывает Кльону, как жила у чернолесской ведьмачьей четы (Яцек отбыл уже на Ламмасский сбор ковена, ему через порталы дальше всех). — Ну, я рад, что тебе там понравилось, — отвечает Кльон, слушая и продолжая рыхлить землю в кадках мяты на подоконнике. — Верно хорошие они нелюди. Я там не бывал, но Яцек много о них говорил, как они в детстве дружили. Хорошо, наверное, когда у тебя братья и сестры есть… — Конечно! — соглашается Яся. — Яцек — лучше всех! Я его никогда не оставлю! Куда б меня Озерный ковен не послал, я буду его всегда навещать! — Надеюсь, так оно и будет. Тогда, конечно, Яся еще не знает, что те странности которые Вэйджен себе объяснил страдой и дождь из-за Стальных гор — знаки того, что ее мечте никогда не покидать брата и стать взрослой ковенской ведьмачкой не суждено сбыться.