Мудрец

мудрец «Все имеет свою красоту, но не все ее видят». - Конфуций "Хорошо, так что сначала? Еда или припасы?" Наруто получил ответ в виде довольно громкого урчания в животе Шизуку, даже заставив несколько прохожих повернуть головы, к большому смущению девушки. Наруто только усмехнулся, когда его глаза начали искать ближайшее кафе или ресторан, где они могли бы купить что-нибудь подешевле; им действительно нужно было получить больше денег в ближайшее время. "Хорошая еда, это." Шизуку только опустила голову в еще большем смущении, когда ее щеки вспыхнули еще более глубоким румянцем. Эти двое стояли на оживленной улице в Таки, как гражданские, так и шиноби, бродили по городу по своим делам. Им просто нужно было выдержать довольно трудный и скучный разговор с представителем деревни, чтобы убедиться, что у них нет скрытых мотивов пребывания в деревне. Примерно через три часа перемещения между различными отделами в башне вождя деревни их, наконец, выпустили в саму деревню. Наруто быстро порылся в своих сумках, пока не достал небольшую горсть рё, почти все деньги, что у них остались. «Ты иди и возьми нам что-нибудь поесть, мы встретимся на площади через несколько минут. Я пойду позабочусь о бумаге с чакрой и, может быть, о каких-нибудь случайных работах за деньги». Шизуку, казалось, нервничала из-за расставания, а Наруто лишь успокаивающе улыбнулся и похлопал ее по плечу. — Не волнуйся, здесь мы в полной безопасности, просто постарайся никого не раздражать, ладно? Прежде чем Шизуку успела повернуться к нему в раздражении из-за комментария, он убежал, смеясь, махая рукой в ​​несколько успокаивающей манере. Шизуку только вздохнула и тоже начала осматривать улицу в поисках еды; ее взгляд, естественно, переместился на ближайшую стойку с данго, когда в ее глазах появился здоровый блеск. Вернувшись к Наруто, он в настоящее время двигался через довольно густую толпу, что было удивительно, учитывая, что было еще довольно раннее утро. Солнце было далеко от своего зенита в небе, и различные тени были длинными и растянутыми. К счастью, под звон его сякудзё большинство людей уважительно уступали ему дорогу; он вздохнул с улыбкой, еще одним преимуществом быть монахом. Он должен был признать, что деревня была довольно красивой с огромным деревом, стоящим в центре. Небольшая река вилась через центр деревни, огибая дерево, прежде чем низвергнуться с огромной скалы, возможно, самого большого водопада, который Наруто когда-либо видел. Как ни странно, он не мог точно определить, где именно они находились в стране, несмотря на то, что местонахождение должно было быть довольно очевидным. Он отмахнулся от этого как от защиты деревни, хотя это определенно заинтриговало его, поскольку это не могло быть Гендзюцу. Он нырнул в переулок, решив, что не сможет ничего найти на такой многолюдной улице, выбрав вместо этого более тихие и менее населенные районы. Конечно, не будучи уроженцем села, он быстро заблудился, ориентируясь только на вездесущее дерево. Вздохнув в легком разочаровании, он просто решил спросить дорогу у следующего человека, которого он увидит; к сожалению, улица, на которой он находился, оказалась довольно близко к краю деревни и была совершенно пуста. К счастью, когда он повернул за угол, он чуть не наткнулся прямо на крупного мужчину с мускулистым телосложением и бритой головой. «Здравствуйте, не могли бы вы указать мне направление, в котором я могу купить кое-какие припасы? Я надеялся достать немного бумаги с чакрой для моего компаньона». Мужчина посмотрел на него сверху вниз, вытянув шею из-за значительной разницы в размерах, и приподнял бровь. В это время дня на этих улицах обычно не было людей, поэтому он был слегка удивлен присутствием монаха. Грубовато он указал в общем направлении дерева, где-то вокруг его основания. «Все товары, связанные с шиноби, продаются в главной торговой зоне на западной стороне основания дерева». Наруто вежливо склонил голову в знак благодарности, когда крупный мужчина повернулся, чтобы уйти. Когда светловолосый монах собирался уйти, он заметил, что за ним шла молодая девушка, явно не его ребенок, поскольку у них не было никакого физического сходства. Она была примерно его возраста, с копной мятно-зеленых волос, безвольно ниспадающих на ее лицо, в довольно резком контрасте с ее карамельной кожей и белоснежной одеждой. Как только они прошли друг мимо друга, девушка слегка подняла голову с того места, где она была покорно склонена, и Наруто смог мельком увидеть ее поразительные оранжевые глаза. Просто так момент прошел, и двое двинулись мимо него, в направлении окраины деревни, судя по всему. Наруто только моргнул, когда его лоб слегка нахмурился; было что-то ужасно знакомое в девушке, чего он не мог определить. Он не мог видеть ее чакру, казалось, что-то подавляло ее, не давая ему ничего видеть. Однако, когда он обернулся, чтобы снова посмотреть, эти двое уже исчезли за углом. Вздохнув, блондин просто провел рукой по его волосам и двинулся в указанном направлении. « Оранжевый, какой прекрасный цвет для чьих-то глаз». Он мог только думать об этом, улыбаясь и уходя, его мысли были странно сосредоточены на этой любопытной девушке. Когда он и Шизуку, наконец, снова встретились, девушка довольно счастливо уничтожала маленькую коробку данго на вынос. Блондин только вздохнул, подойдя, его печати и мешочки были только что наполнены припасами. Он также нашел несколько человек, которые искали помощи в своих магазинах, что принесло бы им достаточно денег, чтобы переехать на новое место примерно через неделю или около того; по крайней мере до тех пор, пока Шизуку не иссушила их своей странной одержимостью данго. — Правда Шизуку? Девушка лишь нахально ухмыльнулась, не заботясь о том, что в уголках рта у нее паста из красной фасоли. "Конечно, данго лучше всех! Да ладно, у тебя же должна быть любимая еда, верно?" Она сказала это с довольно легкомысленной ухмылкой, но, увидев, как Наруто внезапно напрягся и слегка отстранился, девушка была потрясена. Она никогда не видела Наруто таким, он всегда был либо безмятежным, либо просто счастливым рядом с ней, на самом деле она никогда не видела негативных эмоций от блондина, кроме периодического разочарования. Видеть, как он внезапно замолчал, было немного странно, но почти сразу же, как это произошло, монах выздоровел, хотя немного блеска в его глазах не было. «Ага, конечно». Он отмахнулся от нее и сел, выхватив из коробки палку для себя. "Я думаю, данго в порядке, если ты пообещаешь не переусердствовать, хорошо?" Он взглянул на нее с притворной озабоченностью, на что Шизуку только улыбнулась с легким незаметным вздохом облегчения. "Не обещаю." Наруто усмехнулся, заканчивая свою палку, быстро полез в один из своих мешочков и вынул несколько листков простой квадратной бумаги размером не больше его ладони. «У меня есть документ о чакре, как только мы найдем тренировочную площадку, мы проверим тебя, хорошо?» Шизуку нахмурилась и надулась, потянувшись за листком бумаги, но Наруто убрал его руку. «Ой, почему мы не можем сделать это прямо сейчас? Мне очень любопытно». Наруто снова усмехнулся, возвращая бумагу обратно в сумку, плотно запечатывая ее, чтобы они не выпали. «Да, я тоже, если честно, но подозрительно, что не шиноби используют чакру, особенно для таких вещей, как манипуляции стихиями, и особенно в центре деревни шиноби, где даже нет жителей. знать, есть ли у них датчики или другие средства обнаружения использования чакры, поэтому мы должны быть осторожны, если только мы не на тренировочном поле, хорошо?" Шизуку продолжала довольно мило дуться, но кивнула, увидев, что Наруто не собирается сдаваться в ближайшее время. "Отлично." Внезапно она подняла взгляд с любопытным выражением лица, прикончив остатки своего данго одним чистым взмахом вдоль шампура. — Ты нашел нам место для ночлега? Наруто рассеянно кивнул, проглотив еще одну клецку, позволив своим глазам блуждать по небольшой площади, на которой они сидели. Там было несколько человек, слоняющихся вокруг, наслаждаясь завтраком на открытом воздухе, и даже несколько пар, просто бездельничающих. «Да, я прошел несколько храмов, и один из мастеров был монахом в Храме Огня. Он разрешил нам остаться в одном из додзё на несколько дней, пока мы не двинемся дальше». Шизуку кивнула со счастливой улыбкой, она задавалась вопросом, каково это — остаться в храме, даже если это всего на несколько ночей. Внезапно ее осенила мысль, когда она посмотрела на одежду, которая была на ней. "Я должна получить мантию, как у тебя?" Наруто, наконец, посмотрел на нее, веселье мерцало в его стальных глазах, прежде чем повернуться с небольшим смешком. — Нет-нет, я думаю, ты будешь в порядке. Шизуку не понравилась довольно озорная ухмылка блондина. Фуу сидела в центре своей тренировочной площадки одна, Каншу никогда не задерживалась надолго во время тренировок. Она предположила, что это потому, что, как и все в деревне, он презирал ее присутствие, когда она подключалась к чакре своего Биджу. Часть ее не могла винить его, она использовала ее уже почти семь лет и все еще не привыкла к гнетущему ощущению плотной красной чакры. Однако гораздо более громкая ее часть испытывала отвращение к этому человеку за его трусость; она устало вздохнула, продолжая направлять свою чакру, быстро проходя через ручные печати. Она все равно не могла покинуть тренировочную площадку; если бы она вышла из-под печати до того, как Кансю деактивировал ее, она бы немедленно потеряла бы сознание. Однажды он напился и забыл о ней, оставив ее одну на ночь в одной довольно тонкой одежде. Не помогло и то, что была почти середина зимы; она была уверена, что если бы не чакра Нанаби,(Семихвостый) она бы умерла той ночью либо от холода, либо от болезни, которая могла бы последовать, если бы она не была невосприимчива ко всем без исключения болезням. И, конечно же, когда Каншу вернулся, чтобы деактивировать его, он не смог даже хмыкнуть извинения, вместо этого выглядя так, как будто она должна была извиниться перед ним за то, что пережила испытание, через которое он ее заставил. Прямо сейчас она благополучно направляла три хвоста своей чакры Биджу, которые проявлялись в виде пары крыльев насекомых и длинного тонкого хвоста, который рос из ее нижней части спины из чистой чакры. Однажды она пыталась летать с ними, но это закончилось тем, что на следующий день она проснулась в наручниках, подавляющих чакру, в своей камере. Похоже, печать на ее тренировочной площадке была довольно чувствительной ко всему, что мог счесть ее «уходом». Сейчас это был ее безопасный предел, в четыре хвоста она стала становиться более агрессивной и менее способной к рациональным решениям, а на пяти хвостах вобще теряла контроль. Оказалось, что она была довольно уникальным случаем среди Джинчурики из-за характера ее жильца. С каждым чередующимся хвостом, до которого она увеличивалась, она получала либо еще один набор крыльев, либо хвост, но никогда оба, иначе у нее могло бы быть нечетное количество крыльев, что не сработало бы. Это было почти поэтично, тот факт, что у нее были крылья, и она больше всего на свете хотела освободиться от этого ада, но никак не могла их использовать. Она часто задавалась вопросом, имеет ли ошейник ограниченный радиус действия, и поэтому деревня была так непреклонна в том, что она не может летать, но, в конце концов, это был бесполезный ход мыслей. "Ринпунгакуре но дзюцу!" Она закончила свои ручные печати и выдохнула большое облако яркой сверкающей пыли, которая преломляла свет так, как некоторые сочли бы красивым. Она переключила руки на тюленя, и почти сразу же все облако сгорело, выжигая и без того мертвую землю под ним. Девушка вздохнула, глядя на результат своего Дзюцу, всего с тремя хвостами, почти половина всей тренировочной площадки была охвачена областью действия Дзюцу, и она даже не вложила в него всю чакру, которую могла. Она позволила своему плащу Чакры упасть, приложив руку ко лбу, чтобы предотвратить головную боль, которая всегда сопровождала его. "-старый вы не беспокойтесь об этом, это ничего." Девушка с мятными волосами моргнула, когда новые голоса внезапно приблизились к тренировочной площадке, ее уши дернулись, чтобы уловить разговор. Это был не Кансю, это было точно, и никто больше не приближался к этому тренировочному полигону. Она подумала, что это может быть какой-то несведущий генин, но получила ответ, когда повернулась. "Если это ничего, то почему бы тебе не... о". Это были мальчик и девочка примерно ее возраста, может быть, чуть моложе. Блондин, казалось, был одет как монах, в комплекте с сякудзё и общим видом мирных мужчин такого образа жизни. Его глаза были сужены, но не подозрительно, она все еще не могла видеть его глаза, что мгновенно придавало ему какое-то таинственное ощущение. Внезапно она узнала в нем мальчика, которого встретила утром по дороге на тренировочную площадку. Девушка была невысокого роста, одета в костюм мико, несмотря на то, что не обладала королевской грацией и самообладанием, присущими женщинам этой профессии естественным образом. Она больше походила на девушку, играющую в переодевания, что довольно позабавило Фуу, чего давно не случалось; обычно это было либо презрение, либо простое раздражение, редко искреннее веселье. У нее были распущенные фиолетовые волосы, видеть такие длинные волосы было даже немного завидно; ее волосы всегда были коротко стрижены, чтобы они никогда не мешали ей видеть. Очевидно, что оружие не должно хорошо выглядеть, оно должно быть эффективным. Мальчик наконец заметил, что тренировочная площадка, на которую он вошел, не пуста, и слегка помахал Фуу, удивив ее. «О, привет, я не знал, что эта тренировочная площадка занята». Фуу была немного шокирована, когда внутренне вздохнула; она даже не осознавала, что все еще может достаточно заботиться о том, чтобы сделать это. Тем не менее, она знала, что будет дальше: осознание того, что она демон, несколько ехидных или слегка завуалированных оскорблений, и тогда они оставят ее. «Надеюсь, вы не возражаете, это одна из немногих тренировочных площадок с водопадом». И с этими словами блондин пошел дальше, а девушка быстро последовала за ним, как щенок. Фу на самом деле моргнула от явного удивления, она не ожидала этого; она немного сглотнула, когда поняла, что кто-то действительно говорил с ней. Никаких угроз, никаких оскорблений, никакой скрытой ненависти или даже открытой ненависти; он только что говорил с ней. — Н-нет, все в порядке. Ее голос был довольно кротким, она давно им не пользовалась, а горло немного пересохло от дзюцу, которое она практиковала. Она с легким беспокойством наблюдала, как мальчик шел к водопаду в задней части тренировочной площадки, напротив большой скалы, которая граничила с деревней. Это была одна из самых удаленных от деревни тренировочных площадок; это была Фуу, чтобы никто не запаниковал, когда она использовала свою чакру Биджу, или случайно столкнулся с ней. Мальчик устроил небольшое шоу, изготовив несколько полосок бумаги с чакрами, Фуу узнала их, когда проходила аналогичный тест. Ее собственным родством были вода и ветер, причем последний был основной природой ее чакры. Она наблюдала с легким интересом, как девушка взяла бумагу, по-видимому, воспользовавшись моментом, чтобы сконцентрироваться, когда она протолкнула через нее свою чакру. Можно было легко сказать, что все были несколько поражены, когда бумага внезапно лопнула в воде. У Фу не было большого опыта, но она знала, что это ненормально; даже в этом случае пара, казалось, быстро справилась с этим. Пока она смотрела, дуэт продолжал изумлять ее, когда блондин снял верхнюю одежду, аккуратно разложив ее на берегу ручья, и вышел, пока не оказался прямо перед бушующей водой. Как только он поместил руки под падающий поток, он медленно начал раскалываться, примерно три четверти водного объекта разумного размера были вырезаны. Фу узнала это, пройдя тот же процесс для своей собственной элементальной манипуляции, но это было только потому, что она была оружием, отточенным с юных лет. Увидеть, как кто-то настолько молодой, кто явно не шиноби, проходит продвинутое обучение манипулированию стихиями с такой шокирующей легкостью, было просто нереально. Концепция истинного истощения была довольно чужда зеленоволосой Джинчурики из-за ее неестественно больших запасов чакры, но она знала, что такие упражнения ни в коем случае не должны быть легкими. Она сразу заметила наметанным глазом, что удерживает его от выполнения упражнения, и просто не удержалась. «Он сосредотачивается только на чакре, которую изгоняет, забывая сосредоточиться на чакре, уже находящейся вне его тела, и держать ее в фокусе». Несмотря на то, что она лишь рассеянно бормотала это, как будто комментируя часть механизма и тот факт, что мальчик стоял в довольно громком водопаде, он, казалось, слышал ее. Он повернулся, его прищуренные глаза на мгновение посмотрели на нее, прежде чем на его лице появилась легкая ухмылка. Как будто он жил только для того, чтобы удивлять ее, в следующий раз, когда он погрузил руки в воду, водопад полностью раскололся. Челюсть Фуу вот-вот оторвется от шока; он не только слышал ее; он так легко поправился, услышав всего лишь довольно расплывчатую часть непреднамеренного указания. По-видимому, довольный завершением упражнения, мальчик выбрался из воды и пошел к ней. Она слегка напряглась, когда он приблизился, зная, что если они начнут драку, у нее не будет выбора, она не могла бежать. Либо она будет наказана за драку в деревне, либо за попытку сбежать с тренировочной площадки. "Спасибо, я застрял на некоторое время с этим." Девушка с карамельной кожей не знала, что ответить, просто стояла в неподвижной позе от незнакомого ощущения разговора с кем-то. Словно почувствовав ее беспокойство, блондин обезоруживающе улыбнулся ей, прежде чем мягко поднять руку. - Кстати, я Наруто. Фуу только моргнула, уставившись на его протянутую руку, осторожно рассматривая ее, когда она подсознательно перенесла свой вес на заднюю ногу. На лоб Наруто легонько нахмурился, прежде чем он накрыл его той же безмятежной улыбкой. "Знаете, это рукопожатие, знак дружбы?" Он сказал это в шутку с небольшим смешком в конце, но Фуу каким-то образом знала, что он оценивает ее реакцию. Когда она продолжала не отвечать, Наруто опустил руку, прежде чем указать туда, где Фуу могла видеть другую девушку, практикующую первую стадию манипуляций с водой. — Это Шизуку, а обезьяна — Марсеру. Только в этот момент Фуу заметила маленького капуцина, довольно часто встречающегося в лесах вокруг деревни, который сидел рядом с девочкой с фиолетовыми волосами и смотрел, как она выполняет упражнение. Она не могла поверить, что это ускользнуло от ее внимания; он был так пропитан запахом девушки, что она не ощутила его присутствия должным образом. Она знала, что это было потому, что она была настолько сбита с толку происходящим, что это просто вылетело из ее головы. Если бы ее куратор мог видеть ее сейчас, она, вероятно, лежала бы на земле, корчась от удара ошейника из-за того, что упустила такую ​​потенциально важную информацию. "Фуу." Это снова вышло довольно слабо, поэтому она слегка кашлянула и повторила это снова, хотя и немного сильнее. Наруто просто улыбнулся ей и еще раз протянул руку, на этот раз Фуу осторожно выставила свою, расширив ухмылку Наруто, когда он попытался схватить ее. Рефлекторно Фуу тут же схватила его за запястье, изогнула тело и перекинула мальчика через плечо. К ее удивлению, он грациозно приземлился на ноги, мгновенно приняв позу тайдзюцу, которую она не узнала. «Ну, я пока не собирался просить спарринг, но ладно». Фу снова нерешительно переместилась на заднюю ногу; она напала на мальчика, а он все еще улыбался ей. Даже если он не оскорблял ее словесно за то, что она демон, он все равно должен чувствовать некоторую враждебность к ней за это. В замешательстве ей потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что он сказал, но ни один из них не двинулся с места. "Что такое спаринг?" Наруто удивлённо моргнул, давая Фуу кратчайшую вспышку стальных пурпурных сфер за его обычно скрытыми веками. Он выпал из своей стойки, слегка склонив голову набок, «Знаешь, дружеская драка между друзьями». Бровь Фуу снова нахмурилась в замешательстве, ей казалось, что каждую минуту, проведенную с этим мальчиком, ей подбрасывали новые, сбивающие с толку идеи, которых она не могла понять. Она мало что знала о дружбе, учитывая, что раньше у нее никогда не было друга, что неудивительно, но она понимала достаточно, чтобы понимать, что друзья не должны ссориться. «Почему друзья ссорятся?» Наруто приподнял бровь, все еще не меняя своей более расслабленной позы, так же как и Фуу не сдвинулась со своей оборонительной позиции. «Ну, на самом деле это не бой, а скорее тренировочное сражение, чтобы проверить свои навыки без угрозы того, что ваш противник вас убьет». Фуу настороженно моргнула, она никогда не испытывала ничего подобного, все противники, с которыми она когда-либо сталкивалась в бою, были настоящими и на сто процентов готовыми нанести ей серьезный вред. Для нее было вопросом «убей или будь убитым», чтобы получить опыт, и до сих пор она была еще жива, чтобы думать об этом. "Значит, если мы ссоримся... мы друзья?" Снова бровь девушки нахмурилась в сильном замешательстве, что привело к тому, что на лице блондинки мелькнуло слегка обеспокоенное выражение, но не то чтобы Фуу узнала эту эмоцию. «Ну, я полагаю, вы могли бы смотреть на это так. Друзья, соперники, товарищи, спарринг не обязательно требует дружбы, но может быть ее признаком». Интенсивный взгляд Фуу немного расслабился, но она по-прежнему казалась обороняющейся и растерянной, как загнанное в угол животное, недоумевающее, почему хищник до сих пор не начал убивать. Наруто на самом деле был немного удивлен, что она еще не убежала, из-за того, как она себя вела. — Значит, ты хочешь стать моим другом? Наруто ярко улыбнулся при этом, когда он небрежно пожал плечами, движение застало Вердетт врасплох. — Конечно, если хочешь. Черты лица Фуу тут же стали хмурыми, а ее поза стала гораздо более агрессивной, но все еще не вызывая какой-либо осмысленной реакции со стороны блондинки. В этот момент Шизуку смотрела на них с любопытством и легким намеком на беспокойство за свою подругу. "Почему?" Наруто снова склонил голову набок, очень небрежное и беспечное движение снова сбило Фуу с толку, чего она не понимала, поэтому, естественно, была разочарована. «Я не знал, что мне нужна причина, чтобы подружиться с кем-то». В этот момент Фуу дрожала в едва сдерживаемой ярости, чакра ее жильцов была на грани прорыва. «Прекрати это, что бы ты ни делал, прекрати! Тебе недостаточно ненавидеть меня? Теперь ты должен попытаться сломить и мой дух?! Я тебе не позволю!» С этими словами гибкая Таки Куноичи рванулась вперед, ее рука была вытянута, а ладонь сплющена, как лезвие. За мизерное время, которое потребовалось ей, чтобы преодолеть расстояние между ними, Наруто уже перешел в защитную стойку Мизу-но-Май. Когда ее рука с лезвием вошла внутрь, он вцепился в ее запястье, отводя ее руку в сторону и позволяя ее инерции вперед нести ее вперед, пока ее тело не оказалось на уровне его спины. Прежде чем она успела среагировать, Наруто упал в идеальный шпагат, не отпуская запястья девушки. Фуу уже была дестабилизирована неожиданным движением, поэтому, когда Наруто слегка дернул ее за руку, она покатилась вперед почти без сопротивления. Все движение слилось воедино, как струящийся пар, и довольно скоро Фуу оказалась лежащей спиной на слегка влажной земле. С грацией и ловкостью, которые могли обеспечить только интенсивные и серьезные тренировки, она вскочила на ноги, отметив, что Наруто не предпринял никаких шагов, чтобы извлечь выгоду из того, что она была заземлена. Она быстро рванулась вперед, хотя на этот раз это был обман; в последний момент, когда она увидела, что рука Наруто поднялась, чтобы схватить ее за запястье, она вместо этого схватила его, сильно потянув и одновременно подняв колено. Демонстрируя впечатляющую гибкость и контроль, Наруто вместо этого оттолкнулся, почувствовав, как сместился его баланс, прыгнув вверх и над девушкой взрывным движением, усиленным чакрой. Во время замешательства девушки он поменял их хватку, прежде чем приземлиться, обеими ногами твердо упершись в землю, используя Чакру, чтобы застрять там, и одним быстрым движением потянув девушку вверх и через плечо. Снова Фуу перевернулась на спину, сбитая с толку отсутствием боли, которую она чувствовала от того, что могло быть серьезно изнурительной атакой. Однако на этот раз, когда она встала, это было не так быстро, и она внезапно почувствовала головокружение, как будто они ссорились гораздо дольше двух минут. Тряхнув головой, чтобы как можно лучше очистить паутину, она с осторожностью наблюдала за блондином, в то время как он продолжал сохранять ту же беззаботную улыбку. «У тебя много чакры». Не обращая внимания на его слова как на ненужную шутку, несмотря на чувство замешательства относительно того, откуда он это узнал, Фуу бросилась вперед, на этот раз используя чакру для усиления движения. И снова, в последний момент, Наруто отступил в сторону, взмахнув рукой и внезапно появившись позади нее, крепко сжимая оба запястья. Фуу пытался сопротивляться, но чем дольше он держал ее, тем слабее она чувствовала себя и тем меньше могла сосредоточиться. Наконец, когда она почувствовала, что ее ноги ослабли до такой степени, что она едва встала, Наруто отпустил ее, заставив ее споткнуться вперед на неуверенных ногах. «Видите? Вот это был хороший спарринг». Фуу только тяжело вздохнула, повернувшись к блондинке. "Почему?" Она тяжело дышала, прежде чем выпрямиться. "Почему вы это делаете?" Наруто устало вздохнул, проведя рукой по волосам, безмятежная улыбка на мгновение исчезла, сменившись чуть более слабой, но более искренней. «Я не знаю, какие у тебя представления обо мне, но я не хочу причинить тебе никакого вреда, Фуу». Девушка с мятными волосами посмотрела вниз, ее волосы затеняли ее тусклые оранжевые глаза, когда она смотрела на бесплодную землю у их ног. Наруто почувствовал, как волосы на его затылке встают дыбом, когда ядовитая красная чакра начала вытекать из пор Фуу, быстро формируя плащ с единственным длинным нитевидным хвостом, растекающимся позади нее. Ее голова была окутана чем-то вроде козырька, а из области живота плаща выходили четыре маленьких выступа, похожих на руки. " Я ТЕБЕ НЕ ВЕРЮ!" Девушка снова бросилась вперед, на этот раз с невероятной скоростью, за которой глаза Наруто могли почти следить, но его тело было бы способно среагировать только в самый последний момент, если бы он продолжал использовать только Тайдзюцу. Он махнул рукой, чтобы подготовить Шинра Тенсей, но в этом не было необходимости. Когда Фуу подошла к нему, она внезапно замерла, и ее поступательный импульс унес ее вперед в землю, чтобы создать длинную, но неглубокую траншею с ее телом. Плащ начал спадать, и когда он, наконец, исчез, Наруто увидел, как девушка корчится на земле, испытывая явную мучительную боль, пока ее руки скребли простое черное колье на шее. Наруто заметил небольшое количество чакры в аксессуаре, но ничего об этом не подумал, ведь во всех его посохах, мешочках и даже серьгах было небольшое количество чакры. Оглядевшись, он быстро нашел причину в том же крупном бритоголовом мужчине, что и раньше, держащем руки в крысиной ручной печати. "Что ты делаешь!?" Мужчина посмотрел на монаха с искренним удивлением в глазах от вопроса, но еще больше от беспокойства в голосе Наруто. Фуу тоже могла быть удивлена ​​или сбита с толку, но сейчас ее миром была ослепляющая боль, исходящая от ошейника. «Я наказываю куноичи из деревни». Глаза Наруто слегка расширились от ужаса, но этого было недостаточно, чтобы показать его Риннеган. — Ты делаешь это со всеми своими шиноби? Мужчина подозрительно уставился на монаха, начиная задаваться вопросом, почему он вообще на тренировочной площадке, никто, кроме него и Фуу, сюда не приходил. «Это не твоя забота, Монах-сан. Пожалуйста, предоставь мне разобраться с шиноби под моим началом». Наруто просто отчаянно смотрел то на мужчину, то на все еще явно страдающую девушку на земле. «Пожалуйста, прекратите это, она не сделала ничего плохого». Мужчина снова сузил глаза на мальчика, прежде чем, наконец, отпустить печать; Фуу осталась дергаться на земле, ее глаза были широко раскрыты и расфокусированы, когда она тяжело дышала. «Объясните, что здесь произошло». Наруто быстро кивнул, украдкой взглянув на Фуу, которая почти перестала дергаться. «Мы с другом просто бродили по деревне и видели, как она здесь тренируется, я предложил ей поспарринговать, вот и все». Мужчина перевел взгляд с блондина на Фуу, которая теперь начала приходить в себя. Наруто заметил, что ее поза стала покорной и замкнутой, ее глаза выглядели остекленевшими, как будто они лучше принадлежали мертвому человеку. «Ну, я рекомендую вам в будущем избегать спаррингов с нашими шиноби монах-сан. Особенно в этот раз». Он бросил грязный взгляд на уже частично выздоровевшую девушку, которая молча подошла к нему. «Пойдем, Фуу, мы возвращаемся к тебе домой». Фуу даже не моргнула и ни в малейшей степени не подтвердила заявление, она просто последовала маленькими размеренными шагами, когда здоровенный мужчина пошел прочь, оставив Наруто и Шизуку очень сбитыми с толку и обеспокоенными за девушку с мятными волосами. Шизуку подошла, ее глаза следили за парой, когда они уходили, пока они полностью не скрылись из виду. "Почему он сделал это с той бедной девушкой?" Она не получила немедленного ответа, поэтому повернулась, чтобы посмотреть на Наруто. Как и она, его глаза следили за девушкой и ее большим опекуном, хотя он следил за их сигнатурами чакры, пока они тоже не исчезли. Его волосы упали на лоб, затенив глаза, когда костяшки пальцев сжались в хватке на сякудзё. "Я не знаю." Он поднял голову, его глаза были открыты и горели от протекающей через них чакры, заставляя их светиться так, что Шизуку могла бы счесть это зловещим, если бы она не знала блондинку. — Но я намерен выяснить.