Тайны Солнца

      Сиэль нахмурилась, приподнимаясь на локтях и пронизывая лежащего под ней Райана донельзя подозрительным взглядом.       — Что ты имеешь в виду? — чувство подвоха, заползшего в сердце червём, не оставляло её ни на миг, заставляя кровь у висков пульсировать, а тонкие пальцы дрожать от едва сдерживаемого напряжения.       Райан замолчал, поджав губы и отведя взгляд, что ещё больше убедило Сиэль в правдивости её предположений.       — Нам не нужно животное воплощение Дейла, — осторожно начал Райан.       — Разве? Без этой проклятой бабочки у него не будет причин нас слушать!       — Будет, — задержав дыхание, словно перед прыжком в ледяную прорубь, заявил Райан. — Если ты станешь нашей бабочкой.       — Хочешь отправить меня на убой?! — выкрикнула Сиэль, отскакивая. Негодующий звон многочисленных украшений стал тем плачущим аккомпанементом.       — Ничего подобного! — искренний страх зажёгся в солнечных глазах, и Райан так же вскочил, протягивая руки вперёд. — Помнишь, мы же договорились сказать Аарону, будто ты мне послушна? Ни у кого тогда не будет вопросов, если я предоставлю тебя отцу как мнимое доказательство преданности! Тогда Дейл пойдёт на любые уступки!       — Нет! — взвизгнула Сиэль истошно. — Это равносильно смерти! Не хочу! Не буду!       Не желая больше выслушивать подобной дурости, Сиэль закрыла ладонями уши, опустившись на колени.       Как так можно?! Она не жертва и не разменная монета! Она не станет презренной наживкой в руках главного врага! Он же… он ужасен, он может сделать с ней что угодно! И каковы шансы на то, что никто не вмешается? Что отец ответит вовремя? Да никаких! Одна. На солнечной стороне. В руках убийцы, насильника и предателя. О нет, её жизнь слишком ценна, чтобы так ею рисковать.       — Закат, — протянул Райан у неё над головой, медленно опускаясь на корточки и кладя свои руки поверх её прижатых к ушам ладоней. — Я клянусь всем, что у меня есть: ты не пострадаешь. Ты мне веришь?       — Никому я не верю, — всхлипнув, заявила Сиэль, и по алебастровым щекам покатились слёзы. Больно часто они являлись на её прелестное лицо в последнее время.       — Он не причинит тебе вреда, — аккуратно переведя руки с ладоней на спину, Райан уронил Сиэль себе на грудь, принявшись осторожно её поглаживать и вдыхать нежный аромат мяты и едва уловимых ирисов. — Слышишь? Доверься мне, прошу. Мы ведь не сможем выкрасть бабочку Дейла, значит, не сможем осуществить план. Что тогда сделает с нами Дар?       Сиэль спрятала лицо в извечно алой рубахе, не переставая всхлипывать. Наживка. Добыча. Она! Она, так привыкшая вертеть другими издалека, постоянный надзиратель и никогда — участник. Почему она оказалась в этой роли? Неужели нет иного шанса? Но… монстрово доверие. Сиэль хотелось довериться и поверить собственному Рассвету, но рациональность и века одиночества кричали об обратном. Слишком опасная затея, слишком непредсказуемый результат. Аарон — Главенствующий, один из древнейших, увы. Кто такому может противостоять? А были ли у них шансы изначально? Не вёл ли их Дар к пропасти с самого начала? Но зачем? Только ли забавы ради?       Страх.       Он терзал бессмертную душу, впустив острые отцовские когти. Себялюбие и паучья сущность не давали и шанса на согласие. Слишком она важна, слишком сильна, слишком… слишком, чтобы отдавать её заложницей Богу Солнца. Ведь так?       Сердце.       Глупое, влюблённое — плевать ему было на доводы разума. Оно хотело верить тому, кому принадлежало, и ныне его хозяйкой являлась вовсе не Сиэль.       — Если со мной что-то случится, никогда не прощу, — проскрипела она с трудом, будто и голос на время решил воспротивиться их дурной идее.       — Знаю, сам рядом лягу, — выдохнув, заявил Райан, оставляя на белоснежной макушке лёгкий поцелуй.       — Куда? — голос Терри, как в последнее время повелось всё чаще, прозвучал крайне невовремя. А уж его недовольное лицо становилось ещё большим показателем несбыточности новой затеи.       — Я пойду на солнечную сторону, — заявила Сиэль, не отнимая лица от багровой ткани.       — Ага, конечно, — фыркнул Терри. — А что сразу не к Аарону в руки?       — Именно туда и планирую, — буркнула в ответ Сиэль.       — Совсем спятила?! — тут же взревел Терри. — До чего вы уже додумались?!       — Терри, ты знаешь животное воплощение Дейла? Сможешь её выкрасть? — издалека начал Райан, глядя на брата глазами побитой собаки.       — Нет, — Терри скрестил руки на груди, вздёрнув подбородок.       — И мы нет, — грустно выдохнул Райан.       — Поэтому решили свою шкуру подставить? — скептически поинтересовался Терри.       — У тебя есть другой план? — нахмурилась Сиэль, кося одним глазом на старого друга.       — Не ввязываться во всё это, — Терри пожал плечами. — Повернуть назад ещё не поздно.       «Поздно» — читалось в обращённых друг на друга взглядах. Увы, явление Дара во всей красе явственно демонстрировало, что шанса отступить у них больше не было. Ибо на кону ныне стояло слишком многое, вовсе не только их собственные жизни и хранимые ими дары, но и целый мир. Кто знает, как столь… своеобразная личность отреагирует на предательство тщательно выстроенных планов?       — Я против, — прекрасно поняв, о чём светились столь не похожие друг на друга глаза с одной и той же эмоцией, категорично заявил Терри. — Это слишком опасно.       — Она не пострадает, — нахмурился Райан.       — И что ты сможешь сделать? Аарон слишком силён, чтобы ты смог на него влиять.       — Я могу влиять на всех остальных, — подобно брату, Райан вздёрнул подбородок. — Терри, я прошу тебя, доверься.       — Нет, — Терри качнул головой. — Даже не пытайтесь.       — Если лев окажется у отца тогда же, когда я окажусь у Аарона, ничего он мне не сделает, — внезапно произнесла Сиэль, в чьей голове уже успели выстроиться очередные мошки, неудачно влетевшие в аккуратно расставленную паутину. — Нам нужно рассчитать время. И союзник, который отдаст льва отцу и расскажет о моём похищении.       — А вам, я смотрю, прямо хочется спихнуть на меня всю грязную работу, — морщился Терри. — Как вы льва-то планируете выкрасть?       — Да он постоянно прохлаждается где-то, — Райан безмятежно повёл плечом. — С отцом он практически не появляется, и тот о нём толком никогда и не переживает, ибо уверен, что его животное священно в глазах окружающих.       Ещё некоторое время усиленных увещеваний понадобилось Райану и Сиэль на хотя бы каплю сомнения в глазах Терри, и, спустя довольно долгий промежуток времени, тот со скрипом согласился, собрав с обоих обещание думать в первую очередь о безопасности, раз о рациональности они предпочли забыть.       И только Терри собрался покинуть Обитель, как резко замер, и взгляд его затянулся поволокой.       — Оливия де Литтера только что скончалась, — заявил он и обернулся к паре с неожиданным вопросом: — Что будет, если отцы не станут вас слушать?       И вновь взгляд глаза в глаза, и вновь безмолвный диалог и обещание. Если что-то произойдёт с одним, другой ляжет рядом. Они не имеют права сойти с намеченного пути, но могут уверить отцов в собственной незыбленности, коей не имели в настоящем.       — Нам нужна вода Забвения, — заявили они единодушно, не глядя на Терри.       Бог Смерти мог лишь понимающе кивнуть и, чуть задумавшись, покинуть их.

***

      Оливия де Литтера, в девичестве де Викорра, раскинулась на спутанных простынях, и пот продолжал стекать по её изнеможённому родами лицу, огибая очаровательные зелёные глаза, навеки застывшие в муке. Герберт де Литтера был единственным очевидцем произошедшей смерти, но не единственным посетителем временного склепа, укачивая на руках новорождённую малышку, что уже готовилась проявлять семейный норов громкостью только обретённого голоса.       — Она сможет встретиться с нашим сыном? — не отрывая безлунного взгляда от той, что совсем недавно пылала жизнью, осведомился Герберт.       — Полагаю, если сможет отыскать его среди других почивших, — чуть задумавшись, ответил Терри.       Бог Смерти прошёл к изголовью кровати и протянул руку к пушистым светлым прядям, в беспорядке раскиданным по подушкам. Ворон на его плече громко каркнул, посрамив честь новой наследницы герцогства. Из бездыханного тела поднялся едва уловимый белесый дух, и всё те же яркие глаза напоследок обратились к мужу, заставив того судорожно затаить дыхание и приподняться со стула. На мертвенно бледных губах расцвела последняя ласковая улыбка, и Оливия вложила призрачную ладонь в пышущую жаром руку Терри.       Проводив совсем ещё молодую женщину по Пути Смерти в хранилище душ, Терри, будто бы случайно, провёл её чуть дальше, где обретались души уже целый год. Там, среди бледных блондинов и смуглых брюнетов, затерялся мальчишка десяти лет, оглядывая едва двигающихся собратьев поразительно живым для своего состояния безлунным взглядом. Оливия слишком быстро отыскала сына среди остальных, слишком быстро замерла, и только губы едва шептали:       — Мальчик мой…       Оставив мёртвую половину семьи мёртвым, Терри вернулся к живой её части. Герберт на его появление отреагировал неожиданной яростью, прижав дочь к груди со змеиным шипением:       — Её не отдам. Третье дитя мне не дано, наш род не может закончиться так просто.       — Я не за ней, — Терри качнул головой с лёгкой улыбкой.       Де Литтера всегда были со своим пониманием жизни. И даже смерть не всегда могла их остановить.       — Я здоров, — тут же заупрямился Герберт.       — О, весьма! — не мог не согласиться Терри. — Однако нужны вы мне по иной причине.       — И какой же? — утратив всякое обоснование опасаться будущего, Герберт тут же распрямил гордую спину, вскинув острый подбородок и вызвав у Терри смешок в связи с недавними событиями. Не так уж и мало осталось у них с братом от столь великого рода.       — Мне нужны два… нет, три флакона воды из реки Забвения, герцог. Увы, бог собрать её не может, а обычный человек не пройдёт сквозь монстров.       — Зачем же? — продолжал упорствовать Герберт.       — Для дел божественных, разумеется, — Терри развёл руки в стороны. — Станете свидетелем великого события.       Хмыкнув, Герберт предпочёл согласиться. Вскоре подошла одна из старших служанок, на чьи поруки была передана малышка Манон, и, переодевшись в наряд, подходящий прогулкам по Изнанке, Герберт был готов отправиться в путь.       В первые мгновения на обратной стороне мира герцог не переставая крутил головой, наверняка уподобившись в поведении погибшему сыну. Как истинное дитя прародительницы, его не смущали ни кровавые реки, ни выжженная до тла земля, ни мелькавшие тут и там монстры, активно грызшие чьи-то конечности. Подобной выдержки порою не хватало даже богам, здесь же — смертный. Пусть и далеко не самый простой.       — Так вы представляли себе Изнанку? — интересовался Терри, ведя Герберта к одной из ветвей смертоносной реки.       — Около того, — кивнул тот, зарываясь длинными пальцами в густую взлохмаченную шерсть одного из подобравшихся монстров. — В какой-то мере считал её местом чуть более… пустынным. Так же… она порой приходила в видениях.       — Да, ваши видения поистине часть легенд, — фыркнул Терри и, поймав удивлённый взгляд собеседника, напомнил: — Я родился до Изабеллы и Константина. Мне видения недоступны.       Действительно что-то вспомнив, Герберт понятливо кивнул и шёл дальше уже молча, однако Терри вновь не смог сдержать любопытства:       — Вы подозреваете кого-то в гибели вашего сына?       — У нашего рода всегда достаточно врагов, — Герберт удивительно спокойно пожал плечами. — Сила и власть развращают. И развращают куда сильнее, когда принадлежат кому-то другому. Не скажу, что Ролан был святейшим из детей, однако утопления явно не заслуживал.       Герберт рассказывал о том столь спокойно, что сомневаться не приходилось: виновники смерти его сына найдены. Терри параллельно стал вспоминать, кого из подлунных аристократов недавно забирал при странных обстоятельствах, и на ум приходило сразу несколько семей. Однако Бог Смерти решил благоразумно промолчать. Он уже поворошил осиное гнездо человеческих тайн, и закапываться в них ещё глубже, имея собственные, казалось излишним.       Наконец они добрались до одной из ветвей реки Забвения, чьи чёрные воды было столь легко пропустить среди столь же чёрной выжженной драконьим пламенем земли. Не нуждаясь в напоминаниях и указаниях, Герберт молча достал три пустых флакона и опустил их в воду, погрузив вместе с бледными пальцами. Терри на миг задержал дыхание, чувствуя, как собственный дар холодно дышал над самым ухом. Удивительно, насколько легко человеку достать оружие, убивающее богов. И при этом как же тяжело рядом с ним оказаться, не попав в зубы стелющимся туманом монстрам на пути. Хорошенько закрыв флаконы, Герберт тщательно их оттёр от лишней воды и, только убедившись в полной сухости, а значит, и безопасности, вручил Терри.       — Жду приглашения на великое событие, — хмыкнул он напоследок, вновь выходя в уже опустевшей комнате, где недавно раскинулось тело только ушедшей роженицы.       — Всему своё время, — кивнул Терри и вернулся в Обитель.

***

      — Почему три? — осведомился Райан, задумчиво глядя в едва колышущиеся обсидиановые волны, заключённые в весьма условной стеклянной тюрьме.       — Я несу за вас ответственность до последнего, — с усталым выдохом заявил Терри, пряча последний флакон в один из многочисленных скрытых карманов любимого плаща, что так красиво создавал образ таинственности, пусть и не имел каких-либо необходимых обоснований.       — Мы тебя не заслужили, — на лице Райана расцвела ласковая улыбка, наблюдать за которой было одно удовольствие после довольно долгого промежутка времени, когда всякая улыбка на лице юного Бога Веры вызывала лишь дрожь. Ведь нет ничего страшнее слепца, поражённого собственной нуждой.       — Да, иногда это заметно, — не мог не поддеть Терри, проводя рукой по гладкому оперению беспокойного ворона на плече.       — Думаешь, наша затея обречена на провал? — внезапно вторглась в разговор Сиэль, стоявшая в отдалении вроде бы с привычным выражением отчуждения, однако в последнее время оно столь редко её посещало, что ныне вызывало по меньшей мере неприятие.       Райан зажёг в ней искры радости, научил улыбаться простым вещам, теперь же — вновь обособленность. Вновь одиночество. Райан периодически бросил на неё грустные взгляды, понимая и собственную вину, и её терзания, и потому не вмешивался. Сиэль было необходимо привычное время одиночества на обдумывание будущего. Чувства она уже излила слезами на кровавой рубахе, теперь же вновь вступал в силу разум и его попытки то ли убедить закончить глупую идею, даже не начав, то ли найти причины и дальше ей соответствовать.       — Надеюсь, что нет, — заявил Терри уверенно. Хоть кто-то в их компании должен подавать пример стойкости, пусть и мнимой. Сейчас им всем как никогда нужна та самая уверенность и в плане, и в силах. Пусть они хранили свои тайны — то, что не позволяло им отступить, — но Терри давно привык отвечать за них. Оберегать и быть готовым в любой момент отстоять пред теми, кто не всегда замечал даже хрустнувшие под ногами черепа.       — А я верю, — дополнил его речь Райан, улыбаясь настолько широко, будто в стремлении продемонстрировать весь ряд зубов. Не таких уж и идеальных, как у отца. По крайней мере один клык забавно косил, создавая иллюзию некой полукошачьей улыбки.       — Тогда мы должны справиться, — наконец фыркнула Сиэль из своего угла, криво ухмыльнувшись. — Если Бог Надежды надеется на успех, а Бог Веры в него верит — стоит действительно подумать о положительном исходе.       Получив хоть какое-то подтверждение того, что Сиэль решила выбраться из самопостроенного панциря, Райан тут же подошёл к ней, крепко обняв. Та же обвила его тонкими руками в ответ. Терри с затаённой, застарелой грустью качнул головой. Когда-то и ему была доступна подобная простая радость единения кого-то столь же близкого. Однако смертные уходят рано. Всегда. Райану в негласной битве братьев за любовь повезло больше всех: мало того, что ему ответили взаимностью, так и пара его бессмертна. Она не умрёт просто так, она не состарится, не заболеет, не увянет. Будет рядом. И даже если судьба предпочтёт их развести по разные стороны баррикад, оба будут знать — их пара жива. До неё можно добраться, и как бы тернист тот путь ни был, однажды он придёт к концу. К кому-то живому. Любящему и любимому. Увы, из восьми братьев подобная роскошь оказалась доступна лишь самому младшему. И главная его задача — сохранить то белокурое счастье, что, скрывая неуверенность, столь доверчиво жалось к крепкому плечу, доверяя больше, чем, возможно, стоило.       — Смерть хотя бы одного из нас уже разрушит мир, — говорили они значительно после. — Смерть же троих…       — Мы не дойдём до того, — вещала Сиэль со смутной гордостью, терявшейся в дрожащем подбородке и крепко сжатых пальцах.       — Мы сможем, — продолжал Райан, кладя горячую руку на тонкий стан.       — Надеюсь, — усмехнулся Терри.       — Лучше верь, — дёрнула бровью Сиэль. — А пути наилучшего исхода оставь мне.       — Пути-пути, — Терри качнул головой. — Что же мне делать по итогу? Как нам сопоставить время так, чтобы Аарон не успел причинить Сиэль какой бы то ни было вред?       — Сначала нам нужно выкрасть льва, — нахмурившись, начал Райан. — Ты можешь ступать по обеим сторонам, твоё появление, разумеется, привлечёт внимание, но я отвлеку его на себя заявлением о слабости Дейла.       — У тебя будет не так много времени заметить льва и перенести его отцу, — продолжила Сиэль. — Я попытаюсь воздействовать на него отсюда, чтобы он не смог сбежать. Но это сильно подкосит мои силы.       — Мёд будет наблюдать за тобой с высоты, — перехватил Райан, чуть воодушевившись. — Когда вы исчезнете, он приземлится ко мне на плечо, и так я пойму, что пора перемещать Сиэль. Ты же в это время должен сразу показать льва Дейлу и заявить о пропаже Сиэль.       — Главное, чтобы отец первым не причинил вред льву, тогда Аарон наверняка ответит тем же, — нехотя произнесла Сиэль.       — Я смогу убедить его не поступать необдуманно, — кивнул Терри. — Хорошо, лев у Дейла, Сиэль у Аарона. Что дальше?       — Обмен заложниками, — пожал плечами Райан. — На нейтральной территории, скорее всего.       — Разлом? — предположил Терри, и пара кивнула. — А монстры?       — Де Литтера, — настала очередь Сиэль пожимать плечами. — Им не впервой вмешиваться в божественные дела, — для большей убедительности она приподняла кулон, умело замаскировавший смертоносную воду в простой чёрный камень.       — Они не смогут договориться, — качнул Райан головой. — Поэтому мы поможем.       — Думаю, времени пройдёт достаточно, и я сумею чуть восстановиться, — говорила Сиэль не особо уверенно.       — Либо я сам восстановлю ей силы. Не только же забирать, — фыркнул Райан и тут же получил лёгкую затрещину.       — Заставлю их хотя бы покачнуться, — продолжила Сиэль.       — А мы оттолкнём, — добавил Райан.       — Вновь своруем заложников, — понятливо продолжий Терри.       — И тогда начнётся главный кошмар, — тяжело выдохнув, закончила Сиэль. — Попытки договориться.