Дым всё ещё душит тебя?

Март 2020 года был радостным для всех обучающихся в школе. Карантин обещают до начала мая, что плохого в том, чтобы сидеть дома и учится? Захотел не пришёл, потому что отключили электричество дома, проспал и тому подобное. А вот списать домашние задание вообще очень просто. Так ведь? Анастасия не пошла сегодня в школу из-за своего эмоционального выгорания. Учителя бы сказали, что это так себе причина, да и не только учителя.  — Почему человек должен врать о плохом физическом самочувствии, только по тому, что моральное здоровье ни-че-го не значит?! — сквозь слёзы говорила кому-то за окном девушка, с длинными мокрыми ресницами, смотря в тёмно-синее небо.  — Я устала… я так устала… помоги мне, пожалуйста, — начала просить неизвестного Анастасия. — Я всегда всем помогала и старалась понять их, почему я тогда «На дне»? — опустила голову сероглазая с голубым оттенком в глазах.  — Я сойду с ума столько сидеть дома… — сжала кулаки девушка. — Я больше так не могу! Пожалуйста… Внезапно зазвонил мобильный телефон Насти, на экране которого высветилось имя абонента: «Лила Катен». Что Лилит Авдеева хотела в такое время? Как долго они не разговаривали или же проводили время вместе. Видимо и ее карантинные меры сильно затронули. Девушка была в очень сложных отношениях со своими родителями. Кому, как не своей подруге Анастасии она могла позвонить в такое время? Анастасия долго думала брать ли телефон в руки и нажимать на кнопку ответа. Она обычно молчит о своих проблемах и никому не рассказывает, но упорно помогает другим, забивая на себя. Это неправильно, но жаль, что люди это понимают после боли, хотя может в этом и смысл. Прошло пару минут и Игнатьева всё же ответила, но никак не решалась заговорить. Ей надо было сначала успокоиться прежде чем поддерживать кого-то. Лилит совсем потеряла надежду, что девушка ответит, но как только она ответила, то по ту сторону была лишь тишина, что обеспокоило ее. Что с Настей? Почему она вдруг молчит? Она решила нарушить молчание, позвав подругу по имени:  — Настя?.. Слышишь? Анастасия держала свою ладонь на губах, чтобы случайно Лилит не услышала всхлип девушки. Затем она тихо вздохнула, убрав правую руку от лица.  — Да…— неуверенно ответила русая. Обжигающие слёзы снова потекли по щекам. Стало щипать в глазах, поэтому та зажмурила их.  — Извини… Что-то случилось? — снова прикрыла рот Настя.  — Да вот… решила позвонить и спросить, как ты поживаешь… — с искренностью произнесла Авдеева. — Ты слышала новость о карантине? Чертов коронавирус… Анастасия убрала руку от рта и спокойно заговорила, — Да, мы будем месяц дома!  — улыбнулась Настя и открыла наконец свои глаза.  — Целый месяц… — поникла в голосе Лилит. — Мы так давно не виделись, а тут еще и карантин… Наедине дома с семьей… Лилит задумалась, а затем решила сменить тему:  — Что ты сейчас делаешь?

Пару секунд молчания. Всегда стоит вопрос, сказать правду или ложь, сказать, что ты на самом деле чувствуешь. Но не все выбирают правду, страх или внушение о том, что это слабость, кто знает, какие мысли у них там в голове. Как дела? Хорошо. — Обычно так на автомате получается ответить у Насти, что уже вошло в привычку.  — Я… Читаю книгу… Там такой трогательный момент, я аж заплакала… Авдеева даже впала в ступор в один момент. Интуитивно она знала, что с подругой сейчас что-то не так, судя по ее голосу. Хорошо, что она плакала из-за какой-то книги, а не потому, что ей было плохо. Даже, если бы второй вариант был возможен, Лилит бы поддержала ее и затем спросила кому разбить лицо. Все же Игнатьева была близким для нее человеком.  — Ох… — мягко улыбнулась Лилит от облегчения. — Что за книга? Может, мне тоже прочитать и поплакать.  — Бегущий в лабиринте, — с нежностью ответила на вопрос Анастасия, — помнишь мы фильм смотрели? Так вот… читаю момент, где погибает Ньют и… в книге лучше всё описывается…  — Это тот самый фильм, после которого ты мне прожужжала все уши о том, насколько Дилан О’Брайен ахуителен в свой роли. — Ухмыльнулась Авдеева. — Конечно, я помню, солнце.  — Дилан, лучший, — подтвердила слова Лилит Анастасия, а затем мягко вздохнула, — Ты как там, Лил? Улыбка Авдеевой резко упала с лица. Как она на самом деле себя чувствует прямо сейчас? Вот бы еще знать ответ на этот вопрос. Сейчас, когда начался карантин, время пошло не в ее пользу. На протяжении месяца ей нужно будет проводить его с родителями и младшей сестрой. Последнюю она сильно любит. И даже порой ей кажется, что она только и живет ради этого девятилетнего ребёнка. С родителями же история другая…  — Я… нормально, — с грустью проговорила девушка, сделав глубокий вдох, — пока что нормально.

Утро 2020 года этого дня прошло не очень прекрасно у Яны Авдеевой.  — Яна! Где эта паскуда?! — начал с крика задавать вопросы отец девушки — Евгений. Кристина — мать Лилит, быстро прибежала на кухню, — Жень, что случилось? — тревожно спросила она.  — Этот ребёнок оставил грязную посуду и не помыл за собой!  — И что? Я сейчас помою. Кристина медленно подошла к раковине и начала спокойно мыть тарелки и ложки, которые стояли в раковине. — Делов то.  — Яна, какого чёрта, твоя мать должна делать твою работу? Раз жрёшь, имей уважение убрать за собой. Яна сидела в комнате, пропуская слова, которые громко выходили из приторного рта отца. Девушка всю ночь сидела и занималась уроками, потом надо думать над экзаменами, никогда не было такой нагрузки, как на дистанционном обучении. Вот, она вспоминала про то, что надо есть и решила пойти позавтракать, затем же вздремнуть перед уроками в Zoom. Сегодня ей к третьему уроку. Девушка вышла попить воды и столкнулась со своими родителями. — Явилась, — нахмурил брови отец, — Всю ночь не спала, опять снимала видео для своего тик тока? Он тебя не прокормит и не оденет.  — Я занималась. У нас много домашнего задания было, но я успела всё выполнить, — смотрела на чашку Авдеева, — я хотела вам кое-что сказать. Я не буду поступать в педагогический. Я хочу быть актрисой, — сделала вдох, а затем выдох Яна, — Я буду поступать в театральный в Санкт-Петербурге. Вы знаете, что я работаю, но мне всё равно не хватит на обучение. Вы можете мне помочь?

Пара минут молчания, а затем…  — Что ты сказала? — тихо задал вопрос мужчина до жути спокойным выражением лица, — нет. Либо педагогический, либо от нас помощи не жди.  — Ты не понимаешь, отец?! Я не хочу! Почему я должна идти туда, куда не хочу?!  — Неблагодарная мразь. Девушка с надеждой в глазах посмотрела на свою родную мать, — Мам? Женщина лишь с сожалением продолжала мыть посуду.  — Ясно. Спасибо. Авдеева вышла из комнаты, а отец бросил ей вслед: «Не звони и не проси у нас больше ничего, я не хочу даже слышать тебя». Лилит с печалью вспоминала события сегодняшнего утра. Это не первый раз, когда у нее были проблемы с отцом, но явно не последний. У нее все еще были раздумья насчет того поступить ли в ей ненавистный педагогический по желанию ее родителей или же последовать своей мечте и поехать в Санкт-Петербург. Если она последует совету родителей, то какое будущее ей достанется? Счастливое ли? Больше всего на свете девушка хотела стать актрисой. Единственной проблемой оставались деньги. Придется ли ей теперь работать вдвойне, чтобы заработать на учебу и проживание? Она так устала. От учебы, работы и родителей. Ежедневная рутина, которая превращалась в неистовый кошмар. Неужели она и вправду была не на что не способна, раз не могла держать все под контролем? «Как сукой ты была, так ей и сдохнешь» — пронеслись в голове Авдеевой слова отца, что заставило ее сделать еще один глубокий вздох. Нужно было держать себя в руках и не заплакать от безысходности. Самое обидное было — даже не слова отца, а бездействие матери, которая даже не удосуживалась ее защитить и хотя бы что-то сказать. Почему она просто молча мыла посуду? И это было не только сегодня. Лилит просто хотела, чтобы они вдвоем поддерживали ее, как обычные, нормальные родители. Она была тоже человеком, как и они. Она имела право на отдых, когда уставала. Она имела права на слезы. Она имела право на то, чтобы не быть во всем идеальной. Имела право выбирать куда ей поступить, потому что это была ее жизнь.  — Лил, ты тут? — послышалось на другой линии телефона Яны, — у тебя точно всё нормально?  — Просто с самого начала утро не задалось, — честно ответила Авдеева, — очередная ругачка с родителями… Ничего нового. А как у тебя дела? Девушка была не особой фанаткой делиться своими переживаниями. Она понимала, что у других людей присутствуют свои проблемы. А если она будет жаловаться только на свои, то у этих людей их прибавиться. Лучше пережить все в одиночку и не о чем не жалеть.  — Кстати, ты поговорила с родителями о своих желаниях? Анастасия очень переживала за свою подругу, порой даже боялась, что родители могут с ней сделать. Зачем рожать детей, если потом будешь всю жизнь винить их в появлении. Это твоя обязанность тратить деньги на них до восемнадцати лет и воспитывать, а дальше тебе выбирать!  — Да, поговорила… — опечалено произнесла Яна, теребя низ рубашки на себе. — Я все-таки решила поступить на театральный. Это, конечно… будет трудно с недостатком финансов. Но если я не постараюсь сейчас, то не буду счастлива в будущем.  — Ты всё правильно делаешь, ты будешь счастлива, Лилла, — улыбнулась Игнатьева, — Они когда-нибудь поймут, что потеряли звезду, если что, то наша семья попытается тебе помочь материально… Авдеева мягко улыбнулась на слова Анастасии. Она всегда была тем человеком, от которого было тепло на душе. Если про это говорить, то она была ее комфортным человеком. Настя всегда поддерживала решения девушки и уважала ее выбор. Не часто можно было двоим увидеться, но если они встречались или разговаривали вот так по телефону, Лилит чувствовала себя в безопасности, зная, что подруге можно доверять. Она хотела бы ответить в телефон, но тут послышался звук со стороны двери. Увидев в проеме своего отца, Лилит поспешила сбросить трубку.  — Лил? — раздалась вибрация от сброса абонента и девушка посмотрела на телефон, — Что случилось? Настя перезванивала, но Лилит больше не отвечала. Что же произошло? «Лил, у тебя всё хорошо? Перезвони, пожалуйста, как сможешь» — написала сообщение Игнатьева и отложила телефон, посмотрев в окно на тёмно-синее небо и произнесла: «Снова одна со своими мыслями».