Попробуй уловить ритм

Очередная минорная партия завершилась идеальным исполнением, струнный оркестр показал сегодня высший класс. Контрольный пробег программы был завершен, оставалось дождаться вечера и показать такое же представление, как только что. Были подобраны разные устрашающие композиции, хэллоуин на носу. Женя скептически относилась к этому празднику, для неё это был совершенно обычный день, в то время как Илья с Данилом уже договорились ехать на празднование и во всю подбирали себе жуткий грим. Власова предложила посидеть в этот день у неё, собраться всем, как в старые добрые. Никто, на удивление, не возразил, Оля даже не стала тщательно выспрашивать подробности проведения вечера, а, совсем наоборот, очень быстро согласилась. — Куда ты так быстро, подожди, — Марина окликнула где-то в конце коридора, — Молния, блин. — Извини, — Женя все никак не могла привыкнуть, что теперь они снова ездят все вместе, — По привычке. — А ты все за Савиной гонишься! Наивная то, сама же говоришь, все уже. — Да, точно. Мало кто заметил, что Женя вновь стала той молчаливой и холодной, которая была до Арины. Говорить было не о чем, будни снова стали серыми. Оставалось только слушать бесконечные разговоры о счастливой семейной жизни. Вспоминать о былых днях все еще было тяжело, всегда в них была Арина. Да даже во сне она была. Правда, все время уходила с той Соней. Общение пришлось свести к минимуму, звонки ограничить одним в пару недель. Хотя, Женя слепо верила, что такой способ ей помогает, не обращая внимания на то, что Савина уже буквально мерещилась перед глазами. Время летело сломя голову, Касаткина даже не заметила, как пожелтевшие листья уже устилают землю. Осень всегда ей не нравилась, несмотря на не такую уж и плохую погоду. Совсем скоро придут дожди, везде будет слякоть и вечно скачущая температура. О снеге стоило только мечтать. Каждую зиму Женя ездила с Денисом в горы, но он только женился, да и его жена беременна, так что в ближайшие пару лет им точно не светит подобный отдых. Кстати, вспомнишь солнце… — Здравствуй, лучик, — Женя сразу услышала смех по ту сторону, — Как дела? — Все нормально. Почему лучик? — Вспоминала, как мы на неделю-вторую ездили в горы зимой. — На улице пятнадцать градусов, а ты о зиме думаешь, — Денис сказал это с поддельным ужасом, — Одна хладнокровность. Что думаешь о встрече? — Ну, если ты меня заберешь… — Женя только открыла дверь и сразу увидела родной «Опель», — Ладно. Еще некоторое время Женя прощалась с девочками, обговаривая сегодняшнее выступление. В душе она ликовала, что не придется ехать в душном автобусе, выслушивая бесконечные рассказы Перепелкиной о её стереотипных отношениях с мужем или капризах дочери. Возможно, это было и вправду интересной темой, но не тогда, когда выслушиваешь это практически каждый день, изредка выговариваясь о чем-то своем. — Какие-то свежие сплетни? — Нет, угнетающая рутина, — Женя быстро поцеловала друга в щеку, — Как же удобно в машине, боже, Денис… — Разбаловала она тебя, Жека. — Её имя можно спокойно произносить. — Ну, почему-то ты сама его избегаешь. — Я не избегаю, — Женя заметно заерзала на кресле, — Наоборот, спокойно принимаю факт того, что так случилось. Мы с Ариной все решили… — Ага, я вижу, как ты спокойно реагируешь. Денис насквозь видел её, особенно снова этот холодный взгляд, редкие касания. С одной стороны он жалел, что они разбежались именно так, а с другой, наоборот, был рад. Женя была достойна кого-то получше, более зрелого человека рядом. Исходя из его общения с Данилом, было понятно, что эта парочка еще совсем дети. Он сам подавлял в себе радость, когда видел Данила, его немного смущало, что он общается с человеком младше на десять лет и поэтому автоматически влек за собой Женю, не основываясь на её чувствах, что было большой ошибкой с его стороны. Денис буквально закрывал глаза на её искренние чувства и отказывался их принимать. — Зато, теперь ты точно знаешь, кого тебе рядом нужно… — Денис, пожалуйста, — Женя закатила глаза, — Я рада, что ты переживаешь, но я не хочу это обсуждать. Уже много времени прошло. — Да не так то и много, знаешь. — Хорошо, будь по твоему, но не заводи это снова. Я каждый день выслушиваю, что сделала правильно. — Это чтобы ты к ней не вернулась, — Денис игриво глянул на неё, — Было бы неправильно… — Да твою мать, может, я сама решу?! Не учи меня жизни, Денис, я устала уже от этого. Вы все считаете нужным меня утешить, я справлюсь сама! — она резко ткнула пальцем себе в грудь, поворачиваясь к нему боком, — Я общаюсь все еще с Ариной, я не могу её отпустить, несмотря на абсолютно чистое понимание ситуации, я уже не вывожу ненавидеть её! Все эти три месяца я только и делала, что игнорировала её, отвечала сухо и грубо, я все это делала от искреннего желания отпустить и забыть. Все уже, Денис, все, я сама сделала выбор и если она вернется в Краснодар, я не смогу просто игнорировать её дальше. Смирись с этим. — Да она относилась к тебе как к… — К кому? Она нормально относилась ко мне, все то время она всегда проводила со мной… — Но думала о другой. — Да, — тут она сразу сдалась, — О другой. Тут и воцарилось молчание. Денис напряженно ехал к себе домой, Женя морально готовилась к встрече с беременной капризной девушкой, в виде его жены. Этот разговор только в очередной раз накалил отношения между ними, Касаткина все чаще воспринимала все, будто в штыки и часто охладевала ни с того, ни с сего. Её саму это ни капли не беспокоило, ибо если бы она сдерживала все эти эмоции — все было бы в несколько раз хуже. А так, сейчас она та, какая есть на самом деле. *** — Зато ты наконец-то можешь найти нормального мужика! Женьк, перед тобой они просто стелятся, только Гуся вспомни. Ну попробовала с девкой, с кем не бывает, главное, что все обошлось. — Вот, и то верно. Арина, понимаешь, она такая… Скользкая, ненадежная… — Перепелкина неловко поправила очки, — Да и девушка. Ну, о каких серьезных отношениях может идти речь? Это же за гранью дозволенного. — Мне кажется, вы что-то разошлись, девочки… — Никита старался их унять, заметив как Женя удивленно вскинула брови и спокойно слушает, — Все же, это их дело, пусть они решают все сами. — Никит, ну еб твою мать, Жека ж такая девушка, — резко вмешался Славик, — А с малолеткой тусуется. Скажи мне, ну зачем? Могла бы уже давно себе кого-то постарше отхватить, при бабках. — Какие вы все ограниченные… Я больше ни минуты тут не проведу, как вы мне надоели, змеи безмозглые, — Женя поспешно собиралась, — За своими семьями бы следили. Ты ни черта не делаешь, Марин, пока Славик каждый день в усмерть на работе напивается, а потом ревешь, что денег нет. А о тебе, Перепелкина, вообще молчу. Как тебя терпит Кирилл, я не понимаю, вечные поучения, неуверенность в себе, попытки надавить на жалость и осуждающий взгляд. Надеюсь, Ира вырастет лучшей версией тебя, — Женя лукаво улыбнулась, мило похлопав глазами, — А теперь — идите нахуй. Спасибо, Оль, за вечер, я пойду. Когда на почту пришло очередное письмо, Арина не собиралась его просматривать, но его заглавие уж очень сильно заинтересовало её. «Здравствуйте! Ваш билет на представление…», а самое главное — привычное место в третьем ряду. Все сомнения в миг развеялись и Арина поняла, что вот тот момент, о котором говорила Женя. И сейчас, уже пребывая в Краснодаре, она с интересом высматривала новый букет цветов, который бы мог понравиться Жене. Было немного сложновато выбирать, пионы выглядели вяло, а гортензии остались только белого цвета, который ей бы точно не понравился. Остальные цветы не вызывали большого восторга, лилии Касаткина не любила, а эустомам предпочитала розы. Так и было решено, взять букет алых роз. Арина терпеливо ждала с ним у входа филармонии, изредка поправляя вечно загибающийся край бумаги. Новогодняя программа вызвала бурный прилив настроения, хотелось уже нарядить елку и всю родительскую квартиру. Предвкушение встречи с Женей заставляло сердце выпрыгивать из груди, ладошки предательски потели. Несмотря на растерянность, она четко прокручивала слова в голове, которые собиралась сказать ей, как только она выйдет. Многое за это время изменилось. — Арина? — Оля, привет, — Арина сразу обернулась, широко улыбнувшись, — Давно не виделись. — Да, давненько. Я сначала не узнала тебя без… — она не могла не улыбнуться в ответ, — Ты покрасилась. — Да, вернула природный цвет. Синий уже поднадоел. А ты, я смотрю, тоже времени зря не теряла. Какой срок? — Ах, боже, — Оля в удивлении распахнула глаза, — Уже так заметно? — Савина быстро кивнула, — Пятый месяц. Это так неожиданно, знаешь, у Дениса же жена тоже беременна, только она уже на восьмом и Никита с такой завистью говорил об этом. А потом мы в августе поехали к родителям в деревню, ну, сама понимаешь, внезапно получилось. — Понимаю прекрасно. Ну, насколько я знаю, Денис же об этом только на свадьбе узнал, в качестве подарка. Никита то как, рад? — Да, очень. Он просто не может перестать радоваться каждый раз. Думает уже об имени, мальчик же будет. — Мои поздравления! Я никогда не сомневалась в Никите. Оля принялась радостно хихикать. Двери раскрылись и вышла наконец-то та, ради кого Арина приехала. Они сразу встретились взглядами, что Власова заметила и тихонько пожелала удачи. Первый шаг решила сделать Савина, протянув ей цветы. Столько только коснуться пальцев Жени, мурашки сразу разбежались по спине, оставляя за собой нервное подрагивание. Молча они рассматривали друг друга еще долго, не решаясь сказать хоть слово, просто боялись сломать момент. В горле пересохло, глаза бегали по лицам друг друга, а Арина не могла перестать закусывать нижнюю губу. — Спасибо за букет. Рада тебя видеть. — Я тебя тоже, — сразу выпалила Арина, — Ты так прекрасно выглядишь, знаешь, я… — Я знаю, — Женя еле заметно улыбнулась, — Пошли к скверу, если тебя не затруднит. — Да, конечно. Привыкнуть к смене температур было трудновато. В Краснодаре зимой был плюс, по сравнению со столицей, так что она или выбрала слишком теплую куртку, или же это был жар, вызваный переживанием. Арина не думала, что будет так волноваться при виде неё, в то время как Женя наконец-то смогла почувствовать спокойствие спустя столько времени. Она будто плыла по улице, совершенно забыв о всех проблемах и негативных эмоциях. Единственная мысль, что была у неё в голове, почему она не сделала этого раньше. — Ну, так… Мы наконец-то решим, что между нами? — Арина сразу решила действовать, как только присела на лавочку, — Жаль, фонтан не работает. Было бы как в нашу первую встречу. — Да, и вправду жаль, — Женя рассматривала розы, аккуратно расправляя некоторые бутоны, — Я думаю, что да. Пора бы уже решить, что между нами. — Сначала, позволь мне все-таки объяснить тебе ситуацию, что произошла летом, — Арина села поближе к краю, чтобы была возможность повернутся к Жене лицом, — Встреча с Соней тогда была абсолютно случайна. Я просто побоялась тебе об этом рассказать, я не знала, как ты среагируешь, ну, встречи с бывшими редко приводят к чему-то хорошему. Понимаю, что это не оправдание, да и то, что она полностью тогда захватила мои мысли было совершенно неправильно. — Хорошо, Арин. Скажи мне только одно, ты все еще думаешь о ней? — Нет. Больше нет. Мы после этого встретились с ней, поговорили… И она дала мне понять, что проблема была только во мне. Женя смотрела пристально, но была крайне спокойно. Её губы растянулись в полуулыбке, когда Арина высказывала все свои мысли по поводу этого. Она следила, как пальцы неловко теребили куртку, каждый раз выпуская лоскуток ткани, но при этом она ни разу не запнулась. Перед ней сидел совершенно другой человек, который больше не скрывал ничего. Арина говорила как было на самом деле, но стоило ли давать ей второй шанс? — Вот… Когда я поняла, что эта проблема достигла пика, в плане, когда я еще была в Москве, мне пришлось обратиться к специалисту. Как никак, проблема по настоящему была и я не хотела вовлекать туда тебя. Сейчас я уже сама справляюсь со своими мыслями, да и эмоциями, в общем. Так что, я… Женя была в восторге от услышанного. Арина сама приняла проблему, открыто заявила об этом, не приходилось вытаскивать это по частям из неё. Слушать её было само утешение, почему-то невозможно было свести взгляда с её губ. Касаткина сама не понимала, какие эмоции сейчас испытывала, но кончики пальцев буквально разгорались от одной мысли дотронуться. Снова ощутить тепло этих рук, сжать мягкие волосы… Арина была особенно слабым местом у Жени, она прекрасно это понимала и была готова за это поплатиться еще раз, как бы глупо с её стороны это не звучало. Она наконец-то поняла, почему люди возвращаются. Поняла, что любовь может сломать все на своем пути, пережив муки и пытки, испытав огромную боль. И она не смогла сдержаться в этот раз. Касаткина поспешно впилась в губы Арины, не дав ей договорить. Все, чего хотела тогда Женя — дотронуться, снова погладить щеки большими пальцами, прижаться всем телом и не отпускать. Абсолютно все равно было на проходящих мимо людей, она уже пару раз услышала гневные хмыки и комментарии, а останавливаться не хотелось совсем. Губы неистово горели, невозможно было так просто оторваться, хотелось целовать еще и еще, укусить до крови, но все оборвалось довольно резко. Арина в один момент крепко прижала её к себе, оставив чувственный поцелуй где-то за ухом. — Пошли, может, в машину? Я не думаю, что тут хорошее место для поцелуев… — А в машине будет тяжелее сдержаться, ты же понимаешь? — Да, прекрасно понимаю. Женя заставила её отъехать в место потише, чтобы никто не обращал внимание на резко запотевшие в машине окна или легкие её пошатывания. Все вещи лежали впереди, а она сидела у Арины на коленях, содрогаясь от каждого касания горячих ладоней. Это были такие резкие, довольно агрессивные движения, Женя позволяла себе многое, хотя и не понимала, что на неё нашло. Она даже позволила Арине порвать колготы, ибо снимать их было чертовски долго, а все тело уже изводилось от возбуждения. Только вот, Савина то тоже не пальцем деланная, да и поиздеваться любила, поэтому радостно наслаждалась каждой частью её тела. Руки помнили, особенно реакцию Жени на любое касание к спине или груди. Она с неописуемой радостью наблюдала за тем, как рот каждый раз открывался от наслаждения, издавая тихий стон. Невыносимо было терпеть издевательства, Касаткина решила действовать самостоятельно и принялась отвлекать Савину страстным поцелуем. Языки сплелись, а она быстро заводила руку Арины все ниже, аккуратно усаживаясь на пальцы. Как же Савиной нравилось наблюдать за Женей в эти моменты, она просто не могла отвести взгляда от своей уязвимой женщины. Её бедра активно задвигались в такт движений пальцев, пока она крепко прижималась к Арине, стараясь сохранить обожаемую близость. Взгляд Савиной прекрасно чувствовался, но Женя все еще стеснялась так открыто сохранять зрительный контакт между ними, хотя каждый раз чувствовала как это отдает внизу живота. Резкий вскрик, вперемешку с обольстительным стоном, раздался в салоне. Женя постепенно обмякла в руках Арины, аккуратно уложив голову у неё на плече. Возможно, это была огромная ошибка, снова впустить её в свою жизнь, но именно это сейчас нужно было Жене. Она сегодня услышала все, что хотела услышать от Арины так долго, и наконец-то поняла, почему не сделала этого раньше. Страх — главная тому причина. Просто было волнительно услышать, что Арина и вправду изменила ей с бывшей, а не просто случайно встретила где-нибудь. Облегчение, которое сейчас чувствовала Женя, стоило того. — Извини, что я так резко прервала твою речь… — Ничего, я только рада, — послышался привычный ехидный смешок, — Тогда… У нас все хорошо? — Это… Еще тяжело сказать, но то, что я тебя все еще люблю, это правда. — Я тоже тебя люблю, Жень. Правда, я реально поняла это, пока была так далеко. Извини меня, пожалуйста, что не слушала тебя с самого начала, — Арина уткнулась лбом во влажную грудь, — Пожалуйста… — Давай просто пообщаемся некоторое время, — Женя аккуратно уселась рядом, опираясь спиной о прохладную дверь, — Понаблюдаем, все решим… Думаю, не надо спешить в этот раз. — Хорошо, я не против. Но не обещаю, что смогу выдержать так долго и не поцеловать тебя в какой-то момент… Ну или, трахнуть, как сейчас, например. — Возможно, я сама тебя спровоцирую, так что… На мгновение повисло молчание, а затем заливистый смех. Они обе снова были счастливыми, позабыв на мгновение о всех преградах и ссорах. Каждая понимала, что перед ними сидят два совершенно других человека, нежели тогда, поэтому и действовать нужно было по другому. *** — Ты что? — Денис сразу опустил шею, — Мы же с тобой обсуждали, что ты на вернешься к ней, в любом случае, а тут резко «ой, мы переспали?» — Да. И что с того? — Женя вальяжно покачивала ногой, сидя кабинете полицейского, — Захотела и сделала. — Господи, Женя… Мы сколько с тобой это обсуждали, а ты просто… Ты будто маленькая девочка, я не понимаю. — Наоборот, как взрослая женщина. Я сама её пригласила, мы поговорили, я услышала, что хотела, — Женя нахально хмыкнула, рассматривая кабинет мужчины, — Напомнить тебе, как Ника застала тебя с другой? Мой дорогой, помниться, я приняла твою сторону тогда. — Да ты боялась этого разговора, как огонь воды! А тут резко мне заявляешь, что все решено, Касаткина, я тебя вообще не узнаю, — Денис резко вскочил с места, пропуская мимо ушей упрек измены, — То ты всех подруг нахуй шлешь, то к бывшей возвращаешься, хотя всегда категорически против была. Ты кто такая вообще?! — А теперь потише, ладно? Я послала только тех двух, а с Олей мы в прекрасных отношениях остались, — Женя тихо вздохнула, поднимаясь, — Это только мое решение. Прими, наконец-то, мои чувства. Я люблю Арину также, как ты любишь Нику и это абсолютно нормально. Я не смогла её отпустить, не смогла перестать о ней думать, поэтому и приняла решение поговорить. И теперь я ей верю. — Если что-то снова случиться, разговор будет другой. Сама будешь справляться. — Спасибо, лучший друг. Женя покинула участок с довольно неприятным осадком на душе. Вроде взрослый мужчина, а и сказать больше нечего. Радовало только одно, её ждала встреча с Ариной и она вот-вот должна была подъехать. Их общение снова расцвело, они снова говорили обо всем, но активно избегали слов-триггеров, по типу «отношения» и все в подобном ключе. Женя была рада тому, что улыбка снова неосознанно натягивалась при виде очередного сообщения от Арины. — Привет, — они быстро обнялись, — Ну, поехали… — Привет. Ты голодна? — Ох, нет, я поела дома, — Арина удовлетворительно кивнула, — На набережную? — Все то ты знаешь, я посмотрю. Все время в машине вместо музыки звучал разговор, Арина говорила о нежелании возвращаться в Москву даже на пару дней, но это было неизбежно. Нужно было поговорить с врачами, и как минимум, забрать оставшиеся вещи. Она впервые делилась какими-то тревожащими чувствами без каких либо сомнений. Конечно, после долгой работы со специалистом было легко открываться перед дорогим человеком, а еще пару месяцев назад она бы просто промолчала. В любом случае, их терапия еще не окончена и с этим тоже нужно будет что решать. — Как твоя нога? — Женя держала её под руку, шагая по тротуару в поиске укромного местечка, — Я видела палочку в машине… — А, да. Это на случай, если я её сильно перетружу. Так то все нормально, реабилитация довольно успешна, думаю, совсем скоро все будет отлично… — И ты наконец-то сможешь вернуться в баскетбол, — Женя прижалась к Арине поближе, стараясь согреться и укрыться от ветра, — Разве не чудно? — Да, наверное… — улыбка слегка сползла с её лица и она смущенно прокашлялась, — Насчет этого, я даже не знаю… Стоит ли мне возвращаться. — Что ты такое говоришь? Конечно, стоит, ты же так горишь этим, Рин! Я каждый раз вспоминаю тебя на площадке и… Это что-то невероятное. Как ты обходишь других девочек, дразнишься, да у тебя глаза горят просто. — Это все лестно, правда, но. Я более чем уверена, что они и без меня сыграются, — Арина грустно улыбнулась, останавливаясь у любимых бортов, — Я часто общаюсь с Катей, она рассказывает многое о их теперешнем составе. Понимаешь, я не хочу быть обузой для них… И, думаю, будет правильно уйти. — Ну, подожди, тебя же не поставят сразу в основу. Да, ты одна из ключевых игроков, ты сыгралась с капитаном, что немаловажно, я уверена, но тебе же снова нужно будет доказать, что ты достойна, — Женя хмуро рассматривала бушующие волны, пока Арина понимающе кивнула, — Это совершенно новый путь, Арин.