Там, где молчат цикады

Я никогда не сердилась на своих родителей. Я никогда не упрекала их в том, что мое детство было покрыто пьянством, наркотиками и кровью, нежели игрушками, прогулками и теплыми обедами. Я любила отца и мать несмотря ни на что. Любила. До последнего. *** Утром меня разбудил сильный грохот. Ничего не понимая, я подскочила. В дверях стояла мама. В руках она держала большую дорожную сумку. — Поднимайся, Томико. Я перевела взгляд с черной сумки на черные глаза мамы. Они ничего не выражали. — Зачем сумка? — Шепотом спросила я. — Ты уезжаешь. — Равнодушно ответила женщина. — Поживешь пока у тетки. Ком врезался в горло. Я подскочила, и, запутавшись в одеяле, споткнулась. — Зачем?! Мама не ответила. Она бросила сумку мне в ноги. — У тебя пятнадцать минут. Собирайся. Мне показалось, что из комнаты выкачали воздух. Пол пошатнулся. Они дали понять, что я им больше не нужна. Выбрасывают словно какого-то щенка. Странно, но вместо горя во мне зародилась злость. С остервенением, я схватила сумку. Одна вещь за другой летела прочь из комода. Пожитков было не так много, поэтому я действительно справилась за пятнадцать минут. Проходя по коридору, мои глаза встретились с отцовскими. Он смотрел на меня так, словно я ему вовсе не дочь. Не пререкаясь, я вышла из дома. Мама подталкивала меня в спину. — Сядешь на четвертый автобус. — Бесцветно заговорила она. — Сойдешь на конечной, там тебя встретят. — Мама… — Тихо просипела я, обернувшись. — Ты меня хоть когда-то любила? Женщина уставилась на меня как на прокаженную. — Ты ошибка моей молодости, Томико, ничего более. Эти слова подействовали на меня как удар под дых. Развернувшись на пятках, я устремилась прочь. Ошибка… Никогда не любила… Перед глазами все поплыло. Впервые родительские слова полностью меня уничтожили. *** Пока автобус вез к неизвестности, я пыталась припомнить как выглядит эта самая тетя. Госпожа Коя́ма — сестра моей мамы. Это единственная родственница, которую я знала. В последний раз мы с ней встречались, когда умерла бабушка. Мне тогда было чуть больше шести лет. С мамой они явно не ладили, потому что та ни разу к нам не приезжала, собственно, как и мы к ней. *** Ладони вспотели, когда, выйдя из автобуса я увидела длинноногую женщину в солнцезащитных очках. Она стояла возле машины в расслабленной позе. Приостановившись, я пригляделась повнимательнее. Кто в пасмурную погоду носит такие очки? — Томико, чего встала как истукан! — Крикнула мне та, помахав рукой. — Иди же сюда, недотепа. Медленно, я побрела к ней. Первым, что я почувствовала подойдя ближе, были духи. Они пахли чем-то приторно сладким, но не таким уж тошнотворным, как у некоторых моих одноклассниц. — Ну, привет. — Игриво сказала тетя, заключив меня в объятья. От неожиданной ласки, я застыла. — Чувство, будто булыжник обнимаю. — Буркнула женщина, отстраняясь. — Приношу свои извинения, госпожа Кояма. — Ответила я, глубоко поклонившись. — Официально так… Словно незнакомцы какие-то. Я уставилась на через чур улыбчивую особу, так не похожую на мою мать. — Есть хочешь? Я замотала головой. — Нет, благодарю вас. — О великие Боги… — Ответила тетя, накрыв ладонью лоб. — Ладно, давай в машину. — Она ваша? — С удивлением спросила я, глядя на серебристый автомобиль. Женщина с некой гордостью хмыкнула. Открыв мне дверь изнутри, она похлопала ладошкой по переднему сидению. — Давай уже. У нас много дел. — Простите. — Я снова поклонилась. *** В салоне пахло пластмассовыми панелями и дешевым ароматизатором. Вцепившись в ремень безопасности, я смотрела на неизвестные улицы, которые в скором времени станут мне основной дорогой. Чувство неловкости сжирало меня изнутри. — Не против, если я радио включу? — Обратилась ко мне тетя. — Нет, госпожа. — Тихо ответила я, опустив глаза. — Слушай, давай без этих твоих «госпожа», ладно? Неуверенно, но все же я кивнула. — Зови меня просто «тетя» или просто по имени. Помнишь ведь как меня зовут? Столкнувшись с собственным отражением в ее очках, мы «обе» отрицательно замотали головой. — Кошмар. Моя сестрица явно обо мне ни словом не обмолвилась за столькие годы… Томико, меня зовут Рэя. Не госпожа, а просто Рэя. Хорошо? Я снова кивнула. — Славно. — Улыбнулась та, отбарабанив по рулю пальцами с наращенными красными ногтями. *** Когда машина остановилась, Рэя вышла, снова поманив меня за собой. Мы оказались у небольшого домика с маленькими окнами. — Добро пожаловать. — Хлопнув в ладоши, сказала тетя. — Кстати, у нас дома живет кот. Надеюсь, вы поладите. — У вас есть кот? — Спросила я так, словно речь шла о чем-то мифическом. — Ничего себе, так вот какие темы могут из тебя слова вытягивать. — Рассмеялась она. — Пойдем, сама сейчас все увидишь. Я молча последовала за женщиной. — Здесь два этажа. — Начала она. — На первом живет хозяин, а на втором — уже я. Господин Сато довольно специфичный, но ты привыкнешь. — Женщина слегка вздрогнула, упоминая его. — Так вот, будь хорошей девочкой и не шуми лишний раз. Он не особо приветствует крикунов. — Поняла вас. — Замечательно. Повисла тишина, когда мы поднимались по металлической лестнице сбоку от дома. Спустя мгновение послышался скрип открывающейся двери. *** Дом тети почти не отличался от нашего: те же обветшалые стены, потертые полы и старая мебель. Однако чувствовалось это место совершенно по-другому. Оно было живым, что ли. На потрепанном полу лежал ковер цвета хаки, а стены украшали картины. — Чего застыла на пороге? — Прикрикнула женщина. — Это, знаешь ли, неприлично. — Извините за вторжение. — Пробухтела я, снимая с себя ботинки и верхнюю одежду. Поставив обувь как полагается — носками к выходу, я прошла в зал, волоча сумку. — Проходи, садись. — Затараторила Рэя, излишне суетясь. — Голодная? Давай приготовим лапшу? Знаю, это не так полезно растущему организму, но я не сильна в готовке. — Она улыбнулась, но улыбка эта больше похожа на вымученные попытки скрыть панику. — Тут еще где-то кот… да, кот… Надо бы поискать. А вообще, что из еды любят дети? Ой, ты, наверное, уже и не ребенок. — Рэя хихикнула. — Подростки. Я молча наблюдала за странностями этой женщины. — Госпожа… — Тут две комнаты, спать придется вместе. Квартира-то маленькая. Но не переживай, футоны у меня — что надо! — Госпожа. — Ты не стой, не стой… — Тетя! — Рявкнула я. Меня крайне удивил напор в моем голосе. Дома я такого себе не позволяла, поэтому тут же зажмурилась, мысленно себя браня за чрезмерную дерзость. Женщина тут же смолкла. — Прошу прощения. — Прошептала я. — Я не хотела на вас кричать, просто вы… — Не продолжай, я поняла, — отмахнулась Рэя. Поправив пальцем солнцезащитные очки, она плюхнулась на стул. Уголки ее губ дрогнули в легкой усмешке. — Это ты меня прости, Томико. Я просто не знаю… Меня ведь тоже поставили в неловкое положение. — Тетя что-то злобно проворчала, упомянув имя моей матери. — Я доставляю вам неудобство? — Смутилась я, делая шаг назад. — Только тем, что мне неизвестно как обращаться с вами — с детьми. Как видишь, кроме кота у меня никого нет и не было. Даже этот пушистый засранец куда-то пропал. Ой! — Встрепенулась она, накрыв ладонью рот. — Извини, не хотела ругаться. Странно, но это заставило меня улыбнуться. — В любом случае, тебе лучше здесь, чем там… — Добавила тетя, разглаживая свою кофту. Давно надо было забрать тебя. — Она кивнула, указывая на мое опухшее лицо. Тень улыбки снова исчезла. — Я не хочу быть обузой и вам. — Племянница не может быть обузой, лапочка. — Мягко ответила женщина. От удивления, я уставилась на нее, выпучив глаза. Странная, болтливая… но при этом добрая и смешная. Рэя показалась мне одновременно чужачкой и самым близким человеком. Рядом послышалось кошачье протяжное «мяу». Тут же появился огромный белый кот с янтарными глазами. Он запрыгнул в квартиру, через приоткрытое окно. — Ка́цу! — Возмутилась тетя. — Где ты пропадал, поганец? Но он не ответил. Его взгляд был устремлен на меня, — незнакомку в его владениях. — Привет. — С придыханием сказала я коту. Тот, дернув ухом, потерся о раму и свалился на спину, выставляя свое пушистое белоснежное пузо. Поставив сумку на пол, я тихонько подошла к Кацу, и моя ладонь «утонула» в шерсти животного. Теплый…