kiss la kill

— просыпайся, сынок. — дядя чонсок стучит в дверь чонвоновой комнаты. — погода такая чудесная, постепенно теплеет, давай вместе сходим куда-нибудь, я свободен. мне так стыдно за то, что провожу с тобой очень мало времени. — ещё пять минут, пап… — ян про себя думает, будь проклята вся эта чёртова весна, почему её все вообще так любят? будят ни свет ни заря в выходное утро. чонвон и так вчера из-за вечерних пар вернулся невесть во сколько, так ещё и полночи заснуть не мог, прокручивая в голове миллион вариантов разговора джея и джейка. чонвон шима не знает от слова совсем, но, стоит предположить, если ему удаётся вечно терпеть джея и его выходки, то он точно ему под стать. не в плохом смысле. — я буду ждать за столом, спускайся быстрее. чувства довольно смешанные: посиделки с дядей чонвону нужны были в детстве, когда он жил с разгульной матерью в своём самом страшном кошмаре, чтобы хоть кто-то близкий мог отвлечь его от ежедневно наблюдаемого ужаса. отцовская поддержка нужна была после чудовищной трагедии, в то время, когда ян изо всех сил пытался от неё оправиться. когда он был ребёнком. зачем ему это сейчас? бессмысленно. "уже слишком поздно пытаться налаживать отношения со своим сыном, когда тот вырос и кое-как сам утихомирил боль от всех своих детских травм" - думает чонвон, в полудрёме ногами пытаясь нащупать тапочки около кровати. да и дядя вряд ли ни с того ни с сего решил бы позвать своего дорогого племянника куда-то, чтобы упрочить семейные узы. видимо, ему что-то нужно. ян шаркает тапочками, тяжело перебирая ногами ступеньки узкой лестницы со второго, своего, этажа. завтрак с дядей доверия, честно, не вызывает, да и не привычно как-то: чонвон уже довольно давно ест либо в одиночестве, обычно не дома, либо с нишимурой и его семьёй. нанятая ян чонсоком кухарка-горничная была на удивление неопытная в своём деле, хотя, возможно, ей просто не очень-то хотелось стараться, потому что, во-первых, трудиться было не для кого: хозяин дома там практически не появлялся, а его сын всё больше и больше времени проводил со своим лучшим другом, а, во-вторых, платили ей тоже не особо много, потому что из-за постоянного отсутствия жильцов экономку попросту не вызывали. — будешь яичный рулет? — господин ян уже сидит за столом, набив рот рисом, и словно совсем обыденно, будто это каждый день происходит, палочками перекладывает кусочек яичного рулета в тарелку напротив. — да я на самом деле ещё не особо голоден, — чонвон неловко треплет волосы на затылке. — не беспокойся, я попозже один позавтракаю, приятного аппетита. — ты, кажется, не особо следишь за своим питанием, так ведь гастрит или язву заработать можно. — голос главы этого дома заметно грубеет. — ну, раз есть не хочешь, просто посиди со мной, расскажи что-нибудь, например, как там твой друг? вы же всё ещё общаетесь? — да, общаемся. с рики всё хорошо. — чонвон неохотно плюхается на стул, отвечая на дядин вопрос чересчур сухо. — с чего вдруг такое внимание? — просто волнуюсь о своём сыне. в универе как обстоят дела? справляешься? — да всё стандартно. — стандарт для тебя, кажется, бесконечные пропуски. думаешь, я не знаю? — тогда не стандартно, а нормально, приемлемо. — оправдывается младший. — я понять не могу, это что, допрос? — я же уже сказал, что просто интересуюсь жизнью своего сына. — как-то ты поздно начал. — ян, кажется, давится собственным ядом. — я пойду, ладно? мы с рики договорились встретиться, прогуляться, весна же всё-таки. — прямо в глаза врёт. — мне жаль, чонвон. видимо, совместного времяпрепровождения у нас не получится. — дядя выходит из-за стола, за плечо аккуратно приостанавливая своего приёмного сына. — только ответь мне на последний вопрос, хорошо? ты случайно не нашёл друзей помимо нишимуры? может, в универе с кем-то ещё познакомился или встретил интересных людей, например, в парке или кафе? — нет, а что? — в очередной раз просто беспокоюсь. — на лице появляется еле заметная раздражённая (и раздражающая) улыбка. — не думай об этом. удачной прогулки. ядовитым был не только чонвон, ядовитым было абсолютно всё в этом доме. находиться тут не хочется от слова совсем. ян, возвращаясь в свою комнату, напоследок бросает дяде какую-то нечленораздельную грубость и исчезает вверх по лестнице. "да пошёл он" - срывается с губ уже за дверью собственной комнаты. чонвон здесь ни за что не останется, равно как и никуда с этим человеком не пойдёт. логика дяди чонсока совершенно не понятна, да и понимать её, столького натерпевшись, не особо хочется, если честно. ян, изнутри раздражённо прикусывая щёки, запрыгивает в широкие джинсы и тёмно-синий свитер крупной вязки, который они с нишимурой, ещё учась в школе, по приколу купили ему в секонд-хенде. у рики, к слову, есть точно такой же, только красный. пародируют полицейскую мигалку. чонвон берёт телефон и бездумно тыкает по клавиатуре, набирая сообщение дорогому другу. в голове только одна мысль случайно проносится: "пожалуйста, несмотря ни на что, ты мне очень нужен".

yang_jungwon, 10:02 a.m.: утречка! понимаю, что немного внезапно, но не хочешь сегодня сходить куда-нибудь? вроде как, японская слива умэ красивее всего цветёт в середине весны, прямо перед тем, как совсем отцветёт. мы могли бы сходить полюбоваться. что думаешь, рики-кун?

ni-ki-san, 10:03 a.m.: доброе утро!! прости, чонвон, но я опять уже договорился с сону(( мы кстати тоже идём смотреть на цветение умэ, поэтому, чтобы не чувствовать себя третьим лишним, может, позовёшь с собой того джея, например? сможем все вместе насладиться прекрасными видами. вы же больше не враждуете, да? чонвон, чтобы побыстрее с лучшим другом отношения устаканить, вчера на занятиях ему невзначай о джее и самой неловкой на свете, произошедшей с ними двумя вещи рассказал, надеясь, что нишимура этого и вовсе не воспримет из-за некоторого надлома, возникшего между друзьями. глупо было так думать. ян ведь тоже, пускай и без всяких подробностей, но, как минимум, в курсе того, когда, например, рики с сону впервые переспали. нишимура всё же всё ещё остаётся лучшим другом для яна, конечно, он эту новость о странных, словно всё больше и больше разрастающихся с каждым новым днём взаимоотношениях старшего запомнит и попробует выяснить обстоятельства, как вообще такое произойти могло, а, если чонвон застесняется рассказывать или, быть может, будет слишком ослеплён своими эмоциями относительно пака, потому что что-то подобное случается с яном в первый раз, рики попытается узнать самостоятельно, а для этого придётся вновь посмотреть на этого джея. он в глазах нишимуры после успокаивающих речей друга о нём всё-таки немного исправился, но не до конца - ухо востро держать нужно всегда. рики не чонвон, чтобы обещать джею своё доверие.

yang_jungwon, 10:03 a.m.: о, господи, мы будем выглядеть как парочки, устроившие двойное свидание…

ni-ki-san, 10:04 a.m.: обещаю, я даже постараюсь меньше брать сону за руку, чтобы мы выглядели просто как толпа друзей!! а вообще, этот джей вполне себе симпатичный, так что даже в роли твоего бойфренда выглядел бы совсем неплохо;)

yang_jungwon, 10:04 a.m.: кажется, ким сону во время поцелуев высосал твой мозг)0)0) что ж, до встречи у центрального парка в 15:00, а ещё, пожалуйста, надень тот "наш" красный свитер.

спускаться и через дверь выходить, где вновь придётся с дядей пересечься, как-то не хочется, придётся снова отвечать на кучу родительских банальных вопросов о том, куда, зачем и почему, а ян, по правде говоря, с недавнего завтрака уже сыт этим по горло. со второго этажа спускаться через окно не так уж и страшно, как может показаться. по крайней мере, чонвон так уже делал. в старшей школе, когда яна отстранили от занятий якобы за курение в туалете, хотя он, между прочим, никогда бы не стал поступать так глупо, там же дым распространяется и жутко пахнет! школьная крыша на свежем воздухе для кого, по вашему? чонвон просто попался с тем, что от его рук сигаретами пахло и тогда, когда покой делового дяди чонсока вдруг нарушили вызовом к директору, приёмный отец за все чонвоновы проделки посадил его под домашний арест. только вот чонвона такими шаблонными и скучными наказаниями не удержишь и уж точно не преподашь урок. хотя, наверное, с какой-то стороны домашний арест всё же можно считать полезным - не желая оставаться взаперти, невольно начинаешь придумывать способ, как из этого гнетущего заточения выбраться. ян, например, насмотревшись голливудских фильмов, так как деревьев рядом особо не было, решил попробовать спуститься по простыням - люди даже из пожаров в небоскрёбах спасались таким способом, так что спуск со второго этажа казался проще пареной репы. правда, только казался. на деле всё было куда страшнее: вдруг старый комплект постельного белья внезапно порвётся или руки случайно соскользнут с ткани, и чонвон камнем упадёт вниз. если не умрёт, уж точно сломает себе что-то или калекой останется. несмотря на то, что потолки комнат дома ян были значительно ниже стандартных потолков многоэтажек, и на то, что чонвон тысячу и один раз проверил крепление простыней на подоконнике, всё равно было до чёртиков боязно. ян, не смотря вниз, спускался методом скалолазов: ногами шагая по кирпичной стене и перебирая простынь руками, и, как оказалось, даже у не самого атлетичного чонвона получилось без происшествий выйти из дома таким способом. забираться назад, правда, всё ещё пока не выходит, но вот сбегать так получалось бессчётное количество раз. однако дядя всё равно этого не замечал: ему главное - пару нотаций гнусавым голосом прочитать и назначить какое-то наказание, а не следить за соблюдением своих же запретов. чонвон снова привычно поднимает оконную раму и тут же получает ласковый поцелуй мартовского ветра. улица пахнет весной: свежими древесными почками и сырой оттепелью, тёплым ванильным солнцем. настроение будто по волшебству мгновенно меняется в лучшую сторону, стоит только взглянуть в безоблачное лазурное небо, что сладкой голубой лагуной разливается над всем земным шаром. осталось только верхнюю одежду и обувь взять, и можно выбираться в свет, правда, вещи, к сожалению, тоже внизу в прихожей остались. нестрашно. чонвон под толстый свитер ещё один потоньше надевает и под кроватью в пыли нащупывает старую-старую коробку с конверсами. скорее всего, немного прохладно всё же будет, но зато выглядит очень ничего даже. ян за пару прыжков по стене ловко спускается на задний двор, куда его окно, собственно, и выходило, и по причине чего дядя чонсок как раз до сих пор юного бунтаря и не подловил. даже самый рассеянный человек бы заметил, что фасад дома украшает какая-то странная связка пододеяльников и простыней с мстителями марвел, а вот задний двор… с ним дела обстоят куда проще, с учётом того, что за домом в метрах трёхстах вообще располагается какая-то густая лесопосадка. в голове среди сотни мыслей чонвон ловит, прямо как сказочную синюю птицу за хвост, именно ту, которая подсказывает, что сегодняшний день несомненно будет прекрасным. чудесная солнечная погода тому первое доказательство. ян даже весело подпрыгивает вдоль бесконечно устремляющейся вперёд трассы, которую ему нужно преодолеть, чтобы добраться до города, забавно напевает себе под нос и кулачки прячет в длинных шерстяных рукавах, совершенно на едва щиплющий холод внимания не обращая. единственное, что немного волнует сейчас - то, что нужно позвать с собой джей пака, хотя, признаться, даже если он вдруг посчитает эту затею с цветением сливы глупой и откажется от прогулки, чонвон всё равно не расстроится. ему так хорошо сейчас, весна и правда словно обладает никому не известной таинственной магией влюбленности и очарования, что после хмурой серой зимы, которую ян вдобавок ко всему из-за своего дня рождения недолюбливает, будто окутывает этот суровый мир во что-то яркое, красивое и уютное.

yang_jungwon, 11:26 a.m.: привет, не хочешь случаем посмотреть на последнее цветение сливы? если да, то приезжай в центральный парк в 15 часов. моя очередь куда-нибудь сводить тебя, доверие за доверие))

чонвон быстро-быстро стучит по клавиатуре своего телефона и убирает его обратно в карман, возможно, даже не надеясь на ответ, да и в целом в нём не особо нуждаясь. путь по трассе длиною в полтора часа и толкучка в метро для яна подобно молнии проносятся - незаметно. он в итоге даже заранее приезжает, успевает за лишний час весь парк обойти дважды и перекусить клубничными вафлями в маленьком ларьке неподалёку. чонсон с лёгкой улыбкой пялится в экран мобильного, пальцем проводя по каждой напечатанной чонвоном строчке. ян кажется до одури легкомысленным, раз, по всей видимости, и правда начинает старшему верить, вот только пак чувствует себя ещё более безрассудным, потому что на долю секунды осознаёт то, что он бы хотел получить доверие чонвона не как человека, причастного к ян чонхе, что точно как-то связана с отцом, а как своего потенциального друга, наверное. (ну или как там называются все эти тёплые отношения между людьми, когда вам настолько хорошо рядом, что хочется, чтобы время навсегда застыло на месте и навеки запечатлело момент, где вы счастливо вместе смеётесь и всякая бесцветная грусть трусливо отступает, оставляя лишь красочный идеальный мир, полный самых разных оттенков. мир только для вас двоих.) подобные наваждения, признаться, джея очень сильно пугают, он считает это собачьей чушью и в такие сопливые глупости абсолютно не верит, однако вместе с тем бешеный азарт лишь сильнее заставляет желать встреч с младшим. порой ведь люди совсем не замечают, как меняются рядом с другими людьми. подлинную суть человека изменить, конечно, не сможет никто и ничто, однако окружению, видимо, под силу открыть в нас новые стороны, неважно, сильные они или слабые. поистине странно, но с чонвоном джею легко: ян довольно юный и жизни толком не знает, того, что пережил чонсон ему не понять уж точно, да и тот мир, в котором пак не живёт, а, определённо, выживает, должно быть, совсем младшему не знаком, вот только джея это всё равно никак не останавливает. всё это гротескное семейство ян вызывает дикий интерес. чонсону даже кажется, будто их неосознанно тянет друг к другу, будто сама судьба толкает навстречу чонвону. конечно, он не будет ей противиться. новая встреча с яном - новая информация. ну и, может быть, немного новых эмоций. будем честны, джей никогда и ни с кем не чувствовал себя так, как с чонвоном. jaypark, 11:33 a.m.: жди. — пойду прогуляюсь. — чонсон стучит в церберовскую хлипкую стенку из гипсокартона, через которую слышно буквально всё, в соседнюю комнату джейка. — босса сегодня всё равно нет вроде как. — неужто опять с чонвоном? — правда сама себя не вскроет, верно? — а вот это уже тот джей пак, которого я знаю. — шим выходит из своей комнатки, в коридоре встречаясь со старшим, и широко ему улыбается, глядя глаза в глаза. — ты говорил, что защитишь сонхуна, сделай одолжение, передай ему кое-что. — джей мнётся. — я ужасный брат, я знаю, но я не могу быть близ него, пока чон янг всё сильнее затягивает ошейник на моей шее. я не прошу тебя оправдывать меня перед ним, мне просто нет оправдания: я только нашёл его, а теперь снова убегаю. я прошу тебя передать сонхуну лишь одну мою просьбу - пусть он постарается окончить университет экстерном в этом году. думаю, он осилит два семестра за один. я знаю, что это безумно трудно, но по окончании последнего курса за его успехи ему точно выдадут полицейский значок, спецслужбы уже рассматривают его кандидатуру как одну из самых им подходящих, так что нам просто необходим такой человек. — я тебя услышал. — джеюн жмёт старшему руку. — обещаю, с сонхуном ничего не случится. — я надеюсь на тебя, джейк. — чонсон, прощаясь, уходит в сторону лифта. — спасибо. тем не менее джей не сразу спускается к выходу из цербера или на парковку за очередной машиной босса - в первую очередь поднимается наверх, к хисыну в лабораторию, из внутреннего кармана кожанки доставая тот самый свёрток с трубочкой, ради которого чонсон пошёл на их первое с чонвоном свидание, если это можно так назвать. пак немного остудил голову, собрался с мыслями, а, значит, теперь наконец настало время раскрыть все карты. даже если он играет по правилам босса, нужно лишь не спасовать раньше времени, не поддаться чужому, однако, очень умелому блефу. стоит перешагнуть порог лаборатории, в ноздри сразу же ударяет резкий запах крови вперемешку с потом и спиртом. доктор ли без анестезии, потому что чон янг просто не побеспокоился о закупке диэтилового эфира для ингаляционного наркоза, прямо на живую зашивал глубокую резаную рану на татуированном животе одного из церберовских псов. тот лишь рвано кричал хриплым голосом, изо всех сил стараясь не дёргаться от жуткой боли, но получалось это довольно тяжело, отчего хисыну и другим помощникам-лаборантам приходилось крепко держать отчаянно трепыхающееся тело. — у тебя что-то срочное? — хисын двумя руками вдавливает плечо пострадавшего в кушетку. — как видишь, мы сейчас немного заняты. — могу я немного подождать тут? — обращается джей к ли, останавливая свой взгляд на закатывающихся от боли глазах раненого парня. — у меня к тебе дело. — конечно. — как ты, джей? ничего не беспокоит? — сосредоточенно спрашивает доктор ли, продолжая кропотливое аккуратное накладывание швов. — случай с твоей кровью всё же безумно редкий. — у меня всё как обычно, вы же знаете. — пак в благодарность кланяется доктору, хотя тот, сидя к нему спиной, всё равно этого не видит. — а с ним, с крисом, все будет хорошо? — внутренние органы не задеты, жить будет. тем более крису скоро тридцать шесть, так что он завершит самый опасный тип миссий для себя. вот, зато на этой вашей нарисованной трёхглавой собаке даже останется шрам-напоминание. — господин ли показательно проводит рукой по своей практически завершённой работе, выполненной поверх отличительной татуировки. — бери хисына и идите решайте свои дела, я почти закончил. мы дальше и без него управимся. — да лучше бы я сдох на этом задании. — в самом конце вмешивается раненый мужчина. — мои напарники всё равно исчезли. смысла оставаться в этой клетке босса для меня больше нет, а сбежать из неё уже никогда не получится. эти слова, исполненные печали и боли, достигают не то что глубин сознания, они достигают даже самых потаённых глубин чонсонова сердца. представить себя без джейка для джея равно тому, чтобы остаться без рук или ног. невыносимо больно. ощущая неожиданно нахлынувшую, буквально минутную слабость, пак отходит вместе с хисыном к его столу, стоящему в самом дальнем углу, и на столешницу опирается, наклоняясь ближе к чужому лицу. — что у тебя там? — чтобы их, не дай бог, ни в чём не заподозрили, шепчет ли, усаживаясь в своё рабочее кресло; поправляет очки и медицинские перчатки. — вот. — джей показывает ранее спрятанный, уже порядком замызганный и заляпанный целлофан с куском соломинки для напитков. — ты можешь провести биохимический анализ этой чёрной жидкости? я думаю, это какой-то яд, так что будь осторожен, не прикасайся голыми руками. — я-то, конечно, попробую, но, кажется, данный свёрток у тебя не первый день. тут можно заметить, что это странное вещество немного подиспарилось и каплями осело на целлофане, так что исследование может занять чуть больше времени, хотя, в принципе, полагаю, я управлюсь, даже не выходя за рамки недельного срока. — хисын, ты лучший. — джей благодарно похлопывает старшего по плечу. — пожалуйста, позвони мне, как всё узнаешь. теперь настало время для новой встречи с ян чонвоном. пак задерживаться в здании цербера не намерен - ускользает из своего собственного ада подобно персефоне, спасающейся из аидова царства, за считанные секунды. чонсон в очередной раз запрыгивает в дорогой чёрный автомобиль и покидает этот воняющий псиной район чересчур быстро: резина на шинах с неприятным скрипящим звуком стирается, после себя оставляя запах жжёного каучука и характерные чёрные полосы на асфальте. весеннее солнце слепит глаза, но вместе с тем прямо-таки заставляет взгляд загореться, потому что ехать навстречу золотым солнечным лучам - словно гнаться за исчезающим в сизом небосводе огненным фениксом, образ которого несёт исключительное тепло и свет, никакой опасности. феникс - символ возрождения и бессмертия. на часах без четверти три, чонсон паркуется близ парка и, выходя из машины, глазами среди десятков чужих лиц ищет знакомое. — так ты пришёл, — чонвон замечает старшего первым и подбегает, приветственно махая обеими руками сразу. — пойдём скорее, я тут уже местечко выбрал, откуда лучше всего видно. ян за собой утягивает старшего, он даже опомниться не успевает: только быстро зажимает кнопку блокировки дверей на ключе зажигания и в спешке двигается куда-то в неизвестном для себя направлении. чонвон приводит джея к обзорной площадке, располагающейся на небольшом холме, под которым как раз-таки и росли сливовые деревья. умэ - первое цветущее здесь растение, оно распускает свои трогательные бутоны ещё в январе, даже быстрее сакуры, а отцветает уже к середине марта. в японии, как рассказывал нишимура, цветок сливы - символ весны, торжествующей над зимой, добродетель и мужество, преодолевающие трудности. сливовое дерево - символ самурая. чонвон находит в этом символизме отдалённую, едва уловимую связь с джей паком. немного грустно, но плохим эмоциям сегодня места нет, так что весь негатив от себя ян старательно в момент отгоняет. если подойти совсем близко к ограждению, протянув руку, можно коснуться нежных цветов. чонвон так и делает: тонкими изящными пальцами дотрагивается до хрупких лепестков, кожей чувствуя меж ветвей лёгкие дуновения ветра, что эти самые лепестки неосторожно срывают и ласково, будто извиняясь, выкладывают в мягкий, воздушный ковёр на всё ещё не прогретой земле. красиво. ян улыбается широко, до проявления восхитительных детских ямочек на щеках, а чонсон на этой детали в лице младшего сильно внимание заостряет, уж больно мило, как ему кажется. — ты красивый. — вырывается как-то совсем машинально. — спасибо. — тушуется ян, явно смутившись. откуда этот джей вообще что-то кроме колкостей знает? — чего это ты вдруг? — твоя кожа бледная, как вот эти белоснежные цветы умэ, — джей аккуратно берёт младшего за подбородок, переводя его взгляд в нужную сторону. — а губы такие яркие, как вон те, тёмно-розовые. чонвон краснеет. он, конечно, знает, что действительно красив, часто слышал это в школе, да и в универе уже успел словить на себе нередкие заинтересованные взгляды, но вот услышать такое от дерзкого и нарциссичного мафиози он никак не ожидал. джей странный, загадочный, явно не от мира сего - ян до сих пор удивлён, что они знакомы. он ему неровня. вот только сердце всё равно бешено мечется из стороны в сторону, не понимая, что ему делать. нужно ли со всеми потрохами сдаться члену мафии, чтобы наконец освободиться от его преследования, или, быть может, нужно выложить всю подноготную человеку, к которому тянет, словно магнитом? чонвон будто стоит над узкой гранитной трещиной, образовавшейся в результате землетрясения, и не решается выбрать, с какой стороны ему остаться. в конечном итоге разлом в земле просто увеличится, и ян, не предприняв никаких действий, упадёт и разобьётся о скалистое дно глубокого ущелья. "нужно жить здесь и сейчас, даже если потом о чём-то пожалеешь" - думает чонвон. хотя, он в своей жизни сожалел так много и так часто, что уже просто устал от этого. плевать. здесь и сейчас хочется быть рядом с джеем. — спасибо, что уговорил меня встретиться с джейком. — чонсон неловко улыбается и немного отстраняется, заметив смущение младшего. — мы с ним, конечно, никогда дольше трёх дней не ругаемся, но я был рад, что поговорил с ним вчера. — затягивание проблемы ни к чему хорошему не приводит, — чонвон вздыхает. — потому что, когда вы вдруг захотите вместе её разрешить, между вами уже будет целая пропасть, преодолеть которую стоит больших трудов для обоих. старший видит, как губы яна слегка вздрагивают и как он отчаянно пытается этого не показывать, а потому просто молчит с ним рядом. удивительно, ведь раньше джей, как последний засранец, обязательно бы расковырял чужую больную мозоль, как только её нащупал, чисто забавы ради, а сейчас, находясь с чонвоном, он даже не уверен, что может назвать себя гончей, которой заклеймил его босс. чонсон словно уже не та годами тренируемая бойцовская собака, взращённая чон янгом, рядом с чонвоном он будто теряет себя, минимум ту свою тёмную половину, превращаясь в игривого щенка, знатно изголодавшегося по чужому теплу и заботе. джей не понимает странным образом зарождающегося в собственной душе декаданса, и это, признаться, досаждает и злит. — мы несильно задержались? — пак, кажется, уже где-то слышал этот голос. — простите, сону срочно ненадолго вызвали на работу и пришлось ждать, пока он освободится. — рики-кун! — чонвон по-детски невинно улыбается и так же инфантильно бросается обнять своего друга, завидев на нём парный свитер. значит ли это, что нишимура всё обдумал? прошло не так много времени… но ян отчаянно пытается хвататься за любой момент, который они могут провести вместе. рики, однако, приходит не один, но чонвон, признаться, никакого внимания на пришедшего с ним парня не обращает. — японская слива и правда прекрасная! чонсон немного опешил. во-первых, он не знал, что кто-то ещё придёт. во-вторых, он, конечно, видел нишимуру раньше, который сейчас отчего-то с пака прямо-таки глаз не сводит, смотрит с прищуром, словно следит за каждым неправильным движением, и мельком слышал от чонвона о том, что у него есть парень, но вот представлял себе пару рики он далеко не так. джей думал, что человек вроде нишимуры будет встречаться с каким-то ванильным застенчивым милашкой, нет, бесспорно, сону очень миловидный и сладенький, даже приторный, но вот энергетика от него исходит совсем противоположная. ким излучает непоколебимую уверенность на десятки километров вперёд, ведёт себя слегка манерно, и в этой его слащавой манере общения отчётливо прослеживаются нотки излишней драматичности и даже стервозности. вдобавок ко всему, сону ещё и выглядит как квир клише, возведённое в абсолют. на волосах - подсмытый нежно-розовый цвет сладкой ваты, а на глазах с васильковыми линзами, за которыми даже привычно карей радужки совсем не видно, - едва заметные коричневые стрелки. ким в принципе любил делать своё и без того идеальное лицо ещё более совершенным, точно кукольным, казалось, это придаёт ему особый шарм, поэтому косметикой он никогда особо не брезговал: высветлял кожу консилером и пухлые губы мазал цветным блеском с ароматом спелой вишни. нишимура даже говорил, что так он похож на аниме-персонажа. сону это льстило, сону это нравилось. ноги кима от природы очень стройные и длинные - красивые; он это знает, поэтому никогда не стесняется подчеркивать их облегающими штанами, впивающимися во все места, а, чтобы его фигура казалась ещё сногсшибательнее, сону на верх надевает цветастую полупрозрачную водолазку, также в облипку, и едва прикрывается плюшевым пальто и то исключительно потому, что сейчас всё ещё прохладно. в ушах двенадцать проколов, половину из которых сону сам иголкой на спор сделал в старшей школе, а на пальцах с чёрным небрежным маникюром красуется куча аляповатой серебристой бижутерии. "показушник" - думает о киме чонвон. он ему никогда особо не нравился, так уж повелось ещё со времен школы, но, впрочем, без разницы. не ему с ним встречаться. — давайте же скорее насладимся прекрасной умэ под янтарным солнцем. — сону подзывает ребят поближе к ограждению, откуда вид шире открывается. — знаете, что слива означает на языке цветов? её цветок буквально значит "сдержи все свои обещания", так что, пользуясь случаем, я хочу пообещать, что всегда буду любить рики-сана. звучит настолько слащаво, что чонсон и чонвон даже морщатся на секунду, но, стоит признаться, момент довольно милый, и какой бы течной сучкой, как выразился бы по этому поводу чон янг, ни казался сону, к своему партнёру он относится с излишней заботой и трепетом. ким даже выучил японский ради нишимуры и досконально изучил множество книг о стране восходящего солнца. рики после таких трогательных слов просто не может не приобнять своего парня со спины, доверчиво уложив подбородок ему на плечо. младший накрывает лежащие на медной ограде руки сону своими, сплетая их пальцы. лицезрея эти телячьи нежности, чонвон в голове вспоминает сообщение нишимуры о том, что они четверо будут исключительно компанией "друзей" казаться, и недовольно цокает. хотя, наверное, он бы на месте рики рядом со своим любимым человеком тоже бы не удержался и так сделал, винить его не в чем, просто немного неловко. хочется уйти отсюда и позволить этой сладкой парочке насладиться нормальным свиданием. — посмотрим в следующий раз на цветение сакуры? — непонятно, обращается ким только к рики или к ним всем, но, судя по всему, ко всем, раз, не дожидаясь ответа, он продолжает рассказывать то, что нишимура уже точно знает. — согласно легенде, когда спустившемуся с высоких небес на острова японии богу ниниги были предложены на выбор две дочери бога гор, он выбрал младшую сестру, олицетворяющую цветок, а старшую, высокую скалу, - отослал отцу, поскольку счёл её безобразной. тогда отец разгневался и поведал о своём первоначальном замысле: если бы ниниги выбрал себе в супруги скалу, жизнь потомков бога была бы вечной и прочной - подобно горам и камням, но ниниги совершил неправильный выбор, и потому жизнь его потомков, то есть всех людей, начиная от самих императоров и кончая простолюдинами, будет бурно-прекрасной, но недолговечной - как весеннее цветение. кажется, ким сам себе на уме, но джей для себя отмечает тот факт, что он довольно начитанный и о японии, как о родной стране своего парня, и правда много знает. паку даже нелепо кажется, что в характере этого сону есть что-то вроде хитрости или лукавства, но это так, первое впечатление, не более, а оно зачастую обманчиво. — как будем любоваться сакурой, так свои легенды и расскажешь, не забегай вперёд раньше времени. — встревает чонвон. — сейчас мы смотрим на умэ, и раз она означает "сдержать все свои обещания", тогда я обещаю, — ян во всё горло кричит, опираясь ладонями на металлическую оградку. — я обещаю, что буду счастливым! — наверное, он лишь в очередной раз пытается убедить сам себя. но разве человек, что пережил столько боли, не заслуживает хотя бы грамма счастья? чонвон так устал на самом деле. он бежит от прошлого, точно от скоростного поезда, вечно спотыкаясь на рельсах о душераздирающие воспоминания, и всё, чего ему хочется, - их отпустить. возможно, от этого путь к этому пресловутому счастью наконец сократится и оно не будет казаться настолько недосягаемым. люди вокруг шугаются и в сторону яна косятся, что уже говорить о шокированной таким поступком компании чонвона, где у всех глаза буквально на лоб вылезли, особенно у рики, потому что он никогда в своей жизни не думал, что его друг решится сделать что-то подобное. — я обещаю быть счастливым! — чонсон подхватывает младшего, сам не зная почему: поддавшись атмосфере или, быть может, чтобы все вокруг не считали, что ян здесь один такой дурачок. возможно, он и вовсе подсознательно ловит беззвучные волны чужого крика о помощи - особой роли, признаться, это не играет. в такой прекрасный ясный день, отбросив все невзгоды, у них просто обязан быть шанс хотя бы ненадолго, совсем чуточку, побыть счастливыми. здесь и сейчас.