История Поющего мира: Песнь Заката

      Поскольку из-за раны на животе парню нельзя посещать тренировки, лишь только теоретические занятия, следующие три дня Эллану предстояло отлежаться дома. Первый день прошел весь в заботах Ольвии о правильном лечении племянника. Заживление его мелких ран, синяков и легких ушибов. После обеда Эллан под надзором Ольвии помогал собирать ягоды в саду. Эванс давно не проводил столько времени со знахарем и был очень рад наконец-то побыть с ней. Они обсуждали самые разные темы с самого утра и до позднего вечера. Все, что только могли прийти в их голову.       Пока женщина принимала больных, Эллан занимался домашним хозяйством, вроде уборки, заготовки дров (приближался август, который здесь был прохладным), сменой постельного белья и стиркой вещей. Еще он помыл Янтаря, который отчаянно упирался в края таза и пытался вырваться и убежать, как только ему представлялся случай. По окончанию руки Эллана покрылись царапинами.       Затем он провел некоторое время на любимой поляне, любуясь рекой и лесом. Второй день отличался тем, что у него были занятия в академии. Они прошли очень быстро. Эванс сидел вместе с Эйприс, обсуждая тему урока или болтая о вчерашнем дне, которой у двоих парней прошли совершенно по-разному. Как узнал Эллан, Овиан тоже не пришел на вчерашние тренировки.       Эйпри все еще игнорировала его. Это огорчало и все же…он мог ее понять. Вечер прошел точно так же, как проходил обычно. Раз Эллан не мог тренироваться с мечом и луком, то тренировался в магии. У него как раз было еще много незалеченных царапин, оставленных непослушным котом.       Утро третьего дня началось обычно. Ольвия отправила его за покупками в город, и Эванс с радостью согласился. Он надел серые штаны, черные высокие сапоги, водолазку, и футболку под нее. Поверх всего натянул темно-зеленый плащ, в капюшон которого запрыгнул Янтарь.       - Ты собираешься пойти со мной? – улыбнулся Эллан, потрепав котенка по голове. - Хорошо, я не против. Если ты обещаешь не бегать! – пригрозил ему парень. На что Янтарь громко замяукал.       - Вот и молодец, - он взял вещевой мешок, в котором лежали небольшие мешки, и направился в деревню.       Там они накупили кучу продуктов для лазарета, в основном то, что Ольвия не могла вырастить сама или получить, вроде молока, сыра, заморских трав, соли и сахара. На оставшиеся деньги Эллан купил Янтарю кусочек мяса. Он сел на скамейку возле тротуара, и развернул бумажный пакетик с мясом. Котенок тут же спрыгнул с плеча, настороженно обнюхал лакомую еду и вдруг вцепился в кусок маленькими клыками и когтями. Через пару минут от него не осталось и мокрого места. Только Янтарь довольно облизывал лапы, напевая про себя кошачьи песни.       «Если подумать, я давно не ел мяса. В последний раз, наверное, на Терре. В академии я не хожу на обед, поэтому там мне не пришлось его попробовать, а при Ольвии съесть его себе дороже», - размышлял Эллан. – «Странно, я по нему почти не скучаю».       Он немного отдохнул и отправился в обратную дорогу.       Когда Эллан поднялся на холм, то увидел возле лазарета черную протяженную карету. Эванс уже как-то видел такие. В них перевозили мертвых людей на кладбище, которое располагалось в нескольких километрах от Каллии. При взгляде на черного резного ворона на крыше кареты у парня появилось дурное предчувствие.       «И что им здесь нужно? Неужели кто-то из пациентов Ольвии умер?» - помрачнел он.       Эллан зашел в лазарет, нарочито шумя всем, чем придется, чтобы известить тетю о своем приходе. Затем он прошел на кухню, положил там мешок с продуктами и разложил их по местам.       «Наверное, она будет в плохом настроении. Может, мне что-нибудь приготовить, что поднимет ей настроение?» - подумал парень. В это время в комнату вошел незнакомый человек в коротком черном плаще и с черной шляпой на голове. Из-под ее полов смотрели равнодушные серые глаза.       - Здравствуйте, - вежливо произнес Эллан. На что мужчина ничего не ответил. Эллан пожал про себя плечами: «Не хотите разговаривать, ну и пожалуйста, подумаешь», -парень решил игнорировать его.       Он сделал несколько холодных салатов, поставил в холодильник и выжал сок из огромных желтых ягод в кувшин. Закончив парень, поставил чайник, и в этот момент в комнату зашла Ольвия. На ней был одет белый фартук, поверх халата, измазанного кровью, женщина стояла в тканевых перчатках, с маской на лице и косынкой на голове. Поверх тапочек одеты тканевые сапожки.       - Ольвия, тебе нужно открыть ванную комнату? – деланно спокойным тоном спросил Эллан, вскользь осмотрев ее. Он редко видел знахаря в крови. Такой вид ему совсем не нравился и навевал не самые приятные ассоциации.       - Да, будь добр, - попросила мягко женщина.       Эванс прошел по коридору, открыл дверь, которая находилась рядом с операционной, и пропустил внутрь тетю. Вообще из операционной можно сразу пройти в ванную, но похоже Ольвия сильно спешила и забыла ее подготовить. Да и дверь операционной забыла закрыть.       «Стоп, это же вторая операционная комната. Я еще ни разу не видел, как Ольвия ей пользовалась» - с интересом подумал парень. После визитов в дом Аитуно он убедился в своем нездоровом любопытстве. Но сейчас он снова ничего не смог поделать. Хоть тогда это привело к ужасным последствиям, сейчас Эллан, словно забыл о предыдущем опыте. Он решился заглянуть в таинственную комнату. Подойдя к двери, Эванс чуть-чуть ее приоткрыл, заглянул и тут же закрыл.       Он судорожно вздохнул, облокотился на стену и тяжело дыша, безуспешно попытался успокоиться. Парень мысленно проклинал свое любопытство как никогда прежде. А в голове стояла назойливая картина.       Ольвия вышла через 10 минут в коридор. Без всех защитных вещей и в новом халате. Она очень устала после всей проделанной работы. Знахарь торопилась, так как ей показалось, что она не закрыла дверь в операционную. Но та оказалась заперта. Затем Ольвия вернулась на кухню и пригласила всех к столу. Они пообедали втроем. После чего человек в черном уехал на карете, сказав пару слов знахарю наедине.       - Эллан, ты выглядишь бледным. Что-то случилось? – заботливо поинтересовалась женщина, заваривая его любимый чай с запахом лаванды.       - Да, - честно признался племянник. – Ты забыла закрыть дверь от второй операционной.       - Вот как, - с большим самообладанием, чем ожидал Эванс, ответила Ольвия. Она поставила перед ним кружку чая и села за стол на противоположной стороне. – И что ты думаешь об этом?       - Не знаю, как бы это сказать… - замешкался Эллан, думая, какие бы подобрать слова. Уместные слова.       - Я училась в академии Алмазных лилий. Целительство и знахарство – сложная дисциплина. И причина в том, что для нее нужен хороший Магфон. Однако, как тебе известно, мой Магический фон очень слабый. Я не могла исцелять в таких же объемах, как мои подруги-сокурсницы. Я окончила академию с плохими оценками. Но я не сдалась. И мне относительно повезло. Я встретила учителя, - улыбнулась Ольвия. – Знаешь, на Нейтусе, Фортее, Флосе и Адсиме изучать мертвое человеческое тело нельзя. На Венте и Индиффере вскрытие никак не ассоциируют с медициной, оно нужно для погребальных обрядов или еще для чего-нибудь. О тенийцах сложно сказать что-либо конкретное по этому поводу. За 300 лет многое могло измениться. А у гвайцев невозможно изучать тело. И только Терра продвинулась в этом деле очень далеко.– При воспоминаниях о мертвом мужчине с вскрытой брюшной полостью, грудной клеткой и черепной коробкой Эллану стало нехорошо. Он тут же пожалел о решении пообедать. Эванс глотнул чая и попытался отодвинуть мрачные мысли куда подальше. Тем временем Ольвия продолжила:       - Мой учитель был террийцем. И, несмотря на его, низкий Магфон он исцелял людей, которых бы давно сочли за безнадежно больных. Он и рассказал мне о методах лечения на Терре, правда, только мне. Твоя планета, действительно, удивительная! И в тоже время ужасна. Первое время мне было очень плохо, снились кошмары. Я потеряла аппетит. Тяжело выносить запах, вид и кровь.       - Ольвия, - попросил Эллан, зажимая рот.       - Прости, - извинилась женщина со слабой улыбкой. – Если хочешь, я больше ничего не скажу.       - Нет, продолжай, - покачал головой Эллан. – Только без описательных подробностей, пожалуйста.       Ольвия кивнула:       - Затем я привыкла. Он обучил меня всему, что знал сам. И мы расстались. После этого я утроилась на работу и продолжила исследования, улучшая свои медицинские техники и углубляя знания в строение человеческого тела разных рас. Так и начались все эти слухи о гробовщике.       - Откуда вы брали…материал? – звучало ужасно, но слово «труп» звучало еще хуже.       - Тот человек в комнате бездомный, умерший от голода. Обычно, я так их и нахожу. Или, если люди хотят выяснить причину заболевания или смерти, то тоже обращаются ко мне. Правда, часто я лишь вижу изменения органов, редко сопоставляя с источником. Проще всего с ядами, тяжелее с инфекционными заболеваниями. Никак не могу понять, почему органы так меняются? Что вызывает их изменение?       - Если честно, я мало чем могу вам помочь, - предположил Эллан, вспоминая уроки по биологии. Он как будто оказался где-то в средневековье, когда врачам запрещали вскрывать трупов из-за религии.       - Учитель говорил о разных микроорганизмах и сказал соблюдать строго личную гигиену. Правда, я так и не поняла о чем он, - сказала смущенно Ольвия.       «Конечно, микроскопов, судя по всему, тут нет. И вообще технологии этого мира застряли где-то на средневековом этапе. Интересно, как у них вообще появился космический флот с таким-то уровнем. Хотя…недостаток технологий здесь компенсируется магией», - рассуждал Эллан, успешно отвлекаясь от второй операционной комнаты.       - Значит, из-за этого вас стали бояться. Но почему тогда появились слухи, будто после вашего лечения умирают люди? – спросил парень.       - Меня стали бояться. Особенно пожилые люди. Почему-то кто-то стал распространять слухи, будто я могу подмешать яд или еще что-нибудь лишь бы получить мертвое тело. Люди легко поверили в эти нелепые россказни. Больные до последнего старались не обращаться ко мне и запускали себя до такой степени, где все мои знания становились бесполезными, - врач помрачнела. – Так они умирали.       - Одно зацепилась за другое, то за третье, прямо как снежный ком, - выдохнул парень.       - Эллан, если тебе противно или…       - Нет, я, конечно, не в порядке. Но и вас презирать или ненавидеть не могу. Вы лишь хотите спасать жизни. На Терре такое обычное дело, просто, как мне кажется, я был очень далек от медицинской сферы. Я – обычный человек. И мне…       - Я понимаю, постараюсь, чтобы в следующий раз, ты об этом не узнал, - облегченно проговорила Ольвия.       - Не обязательно, главное, не увидел, - объяснил Эллан.       Затем они поговорили на более приятные темы. А ночью парню приснился кошмар, где Элю вскрыли, когда она была все еще жива. Когда девушка захотела закричать, все во сне поменялось, и Эванс увидела улыбающуюся женщину с черными кудрявыми волосами и синими глазами и мужчину-блондина с зелеными глазами. Они сидели на пикнике в солнечном лесу…       Девушка вольготно расположилась на софе, сложив ноги, обутые в сапоги, на спинку диванчика, руки под голову. Она глубоко вздохнула. Наконец-то этот скучный день кончился. В отличие от предыдущих дней, полных тревоги и неизвестности, 17 июля выдалось слишком спокойным.       Солдат с измененной памятью еще ничего не подозревает и живет довольно счастливо - она недавно получила доклад. После того, как 14 июля он, наконец, засветился в лазарете, и Ольвия Иринас успешно изменила ему память, ничего особенного больше не случилось.       Девушка усмехнулась: «Значит, он действовал в одиночку, ну что ж, тем безопасней для него».       Сегодня снова шел мелкий дождь, и дул теплый ветер. Она снова ничего не делала в академии, и эти бездействие и затишье угнетали ее. Ей всегда нужно что-то делать и чем-то заниматься, но не просто так валяться дома – это ее раздражало.       И только, когда она уже окончательно разочаровалась в этом дне, в дверь раздался звонок, тихий и протяжный. Никто из ее близких так не звонит. Она вскочила с софы и решительным шагом прошествовала к двери, замерев прямо перед ней. Девушка расслышала голоса в передней.       - Может, она спит? – спросил спокойный голос.       - Нет, - усмехнулся второй. – Она не спит, и она дома. Сегодня не тот день, в который она не могла бы здесь быть, - спокойно дополнил он. Этот голос…девушка точно знала, это был его голос. Она узнает его среди прочих других, такой спокойный и решительный… она торопливо провернула ручку, и вдруг вспомнила, что закрылась еще и на щеколду с цепочкой, нашаривая ее рукой, она, наконец, открыла дверь. Два человека в плащах стояли перед ней. Оба скрывали лица. Вот один из них подошел и вкрадчиво произнес:       - Давно не виделись, - кажется, у его обладателя неожиданно перехватило горло.       - Вот это да, кажется, твои волосы стали еще длиннее, – сказал первый голос. Для нее он тоже оказался знакомым, однако она не могла отвести глаза от первой фигуры в плаще. Ей очень сильно хотелось, чтобы он снял плащ, но девушка понимала, насколько это опасно.       Она вздохнула, собираясь с силами и возвращая себе душевный покой. В это же мгновение обе фигуры перевели дух и расслабились.       - Прошу входите, - произнесла она, приглашая их в дом.       Он был почти пуст: в пяти комнатах, самой жилой казалась только кухня, в спальне же стояла одна кровать, два стула и шкаф. В гостиной находилась пара диванов, софа, шкаф и стол с цветами. Везде однотонная ничем не приукрашенная мебель. Стены белого цвета без обоев, обычные светильники, простая утварь…все очень пресное.       - Все твои дома выглядят крайне странными. Тебе нужен личный дизайнер, - заметила девушка-обладательница первого голоса.       - Я устраиваю дома так, чтобы мне в них было удобно. Мне не нравятся украшения и резьба…да и от всяких мелких предметов тоже нет пользы.       - Даже от зеркала?! – спросила удивленно гостья, не увидев ни одной зеркальной поверхности помимо стекла в окнах, шкафу и посуде.       - От него в первую очередь, - усмехнулась хозяйка, усевшись на свой любимый диванчик, с которого она только недавно встала. – Итак… - и она замолчала. Прошло пять минут, прежде чем, девушка в плаще потеряла терпение и произнесла:       - Ты что-то хотела сказать?       - А…точно! Я ведь сказала слово и, наверное, ввела вас тем самым в заблуждение. Я думала, что вы хотите меня о чем-то спросить, а потом задумалась и ушла в себя…извините, - улыбнулась девушка.       Парень издал смешок в кулак. Она почувствовала, как что-то внутри нее встрепенулось, пришлось скрестить руки на груди: слишком живо она отреагировала даже на такое малейшее движение гостя. Это не могло не раздражать и не расстраивать. Хоть с виду девушка и оставалась спокойной, но все же… ее сердце явно было задето.       - Ты ведь нас позвала?!       - Разве ты все равно не собиралась сюда? – вопросом на вопрос ответила она гостье.       - Да, но не так скоро. Хотя пользуясь случаем, я, наверное, навещу семью… а может и нет.       - Это будет не самой лучшей идеей, - подтвердил собеседник.       - Вот именно поэтому у меня есть идея намного лучше…