История Поющего мира: Песнь Заката

      Эля уснула всего лишь на несколько часов и проснулась в пять утра. Она встала, заправила кровать, умылась, приняла душ, и поскольку в шкафу не было одежды, девушка продолжала разгуливать в сорочке. Не зная, чем заняться, ноги привели ее на кухню. Только здесь Эванс подумала о том, что в целом весь дом построен для обычных людей, не для афилийцев с их огромным ростом. На этом основании Элия предположила, что этот дом сделан для туристов или здесь раньше жили люди с другого государства.       На кухне в изобилии лежали продукты, которые сортировались на фрукты, овощи, мясо, рыбу, хлеб и др. Отдельно были отложены те, которые можно употребить в готовку, в основном, скоропортящиеся продукты.       Элия оценила запасы, посчитала проживающих и расстегнув запонки на манжетах, закатала рукава. Девушка надела фартук и косынку. «Почему бы мне не приготовить завтрак?» - подумала она и принялась за дело. К восьми часам она заставила весь кухонный стол различными блюдами, начиная с горячих супов и заканчивая холодными закусками и салатами.       - О, у нас сегодня комплексный завтрак? – спросил сонным голосом Хелиф.       - Доброе утро, - поприветствовала Эля.       - Что здесь происходит? – в комнату вошли Анея и Азриель.       - Доброе утро, Анея, Азриель, - улыбнулась девушка.       - Эля?! Ты почему не спишь? – спросила удивленно Азриель.       - То есть ты больше поражена тем, что она не спит, чем тем, что она приготовила? – Командир указала на блюда на столе. Тенийка осмотрела все приготовления с огромными глазами и подняла их на Элю.       - Во сколько ты встала и почему ты в ночной сорочке? – набросилась на нее тенийка.       - Кстати, тебе очень идет, - сделал комплимент Хелиф.       - Спасибо, - поблагодарила Эля. - Простите, мне не спалось. Я встала где-то в 5 утра, по моим ощущениям.       Как только Аитуно услышала, во сколько встала Эванс, она начала возмущаться, высказывая все недовольство. Хелиф под шумок ушел обратно в комнату, чтобы привести себя в порядок.       - Но я не знаю, где моя одежда и мне надоело спать! – оправдывалась изо всех сил Элия.       - Доброе утро, - поздоровался Алет, садясь за стол. Он был в обычной афилийской одежде, как всегда чистый и опрятный.       - Доброе утро, - хором ответили девушки. Но затем Азриель загородила Эванс и попросила командира отвести их полуночную сову переодеться. Анея кивнула, схватила Элю и потащила до комнаты. Она оставила там Элю, а сама убежала и вернулась с ворохом одежды в руках.       - Что это? – рассматривая рубашки, штаны и платья, спросила Эля.       - Твоя одежда, мы купили ее тебе, пока ты спала. Если что-то не понравится…       - Купили? – переспросила девушка. – Зачем?       - Твоя была поношенная и мужская. Раз уж ты решила быть Элей, то почему бы не купить одежду по возрасту? – Анея села на кровать. – Переодевайся. Думаю, раз у тебя сегодня хорошее настроение, лучше надеть платье.       - Правда?       - Да, заодно у отряда Дрима, наконец, исчезнут все подозрения насчет того, что ты парень, который любит наряжаться в женскую одежду, - пробормотала командир.       Эля не удержалась и рассмеялась. Она переоделась из белой сорочки в белое платье, которое формой было точно таким же, что и прошлое. Разница лишь в плотности ткани. Девушка по привычке надела фартук и косынку, Анея удивилась, но не стала спрашивать об этом.       Они спустились вниз.       На кухне уже вовсю шел завтрак. Они еще не дошли до места, а шум и крики уже оглушали их. В самой же комнате творился бедлам, повстанцы Заката наспех накрыли стол, расставили напитки и теперь просили наложить им различные блюда.       - Доброе утро! – сказала Анея.       Закатные поднялись со своих мест и хором произнесли:       - Доброе утро!!!       Эля заткнула уши, боясь потерять слух. Затем Закатные сели по своим местам. Свободных мест было еще полно, поэтому две девушки без труда уместились за столом. Эля оказалась рядом с Леондаром и Иэль, Анея - с Алетом и Хелифом.       - Доброе утро, - улыбнулся летчик. – Как себя чувствуешь?       - Доброе утро, гораздо лучше, - улыбнулась Эля.       - Это правда всё ты приготовила?! - спросила ее Иэль, уплетая бутерброд с синими томатами и яйцом.       - Да, - ответила девушка.       - Ого, ты не говорила, что так вкусно готовишь! - с противоположной стороны сказал Хелиф. - Такое скрывать…       - Просто у нас обычно готовкой занимаются Лиам и Леондар. Мне было неудобно просить их или вмешиваться, поэтому я… - пыталась оправдаться Эля.       - Я сейчас обижусь, - вздохнув, сказал Леондар.       - Но ведь мы были почти не знакомы, и я…       - Почти не знакомы, - повторил упавшим голосом Лиам, сломав сухарь. Он собирался его добавить в суп, но вдруг передумал и стал мельчить бедный кусочек в руках с отстраненным видом. Парень сидел от Эли через Иэль и все прекрасно слышал.       - Простите! Я не это имела в виду! – Эля покраснела от стыда. Ей хотелось спрятаться под стол. - Если вы будете не против, я буду вам помогать.       - Так лучше, - заправляя челку, снисходительно сказал Леондар и улыбнулся. Он намеревался попробовать суп, но, взяв ложку в рот, подавился и закашлялся. Закрывая рот ладонью, он огляделся.       Эля встревожилась, потому что он вдруг побледнел, и выражение его лица изменилось. Так же было и в деревне Ледяных рек. «У него приступ!» - поняла она, быстро нашаривая платок в кармане фартука, найдя его девушка, как ни в чем не бывало, протянула и сказала:       - Не торопись, - парень благодарно принял платок и вытер руки и лицо. Эванс только краем глаза успела заметить кровь на ладони. Никто больше ничего не увидел.       Первой со стола вышла Азриель. Она поблагодарила за завтрак, взяла три подноса и стала набирать блюда для лежачих больных. Затем удалилась с одним из них. Остальные два отнесла Аиграль после того, как покончила со своим завтраком. Когда все закончили есть, братья Касс вместе с Иэль начали мыть посуду, пока Эля собирала остатки и вытирала со стола. Анея сидела за стулом и наблюдала за ними.       - Вы что-то хотите спросить? – поинтересовалась у нее Эля.       - Да… - сказала Аитуно, поднимая голову. На самом деле, она ответила, не задумываясь, ей пришлось быстро придумать вопрос и первый, который пришел ей в голову: - Ты всегда готовишь в фартуке и косынке? – спросила командир.       - Всегда, - подтвердила Эля. - Как бы объяснить, у Ольвии бывают пациенты, поэтому нужно держать комнаты и кухню в чистоте. Также нельзя самой испачкаться, поэтому я, наверное, по привычке надела фартук и платок, - улыбаясь, рассказывала Эля. – Я даже и не задумывалась над этим, пока вы не спросили.       Анея была приятно удивлена. Обычно Эванс не рассказывала о своих друзьях из Каллии или старалась не уточнять, кого именно она имела в виду. В особенности имя Ольвии, его Эля совсем не могла выговорить, но сейчас она рассказала о прошлом так легко и просто, будто и не было тех преград, которые мешали ей сделать это раньше. То же отметил и Леондар.       После завтрака они приступили к повседневным делам. Сейчас повстанцы Заката готовились к тому, чтобы сменить снаряжение и экипировку. Они готовились к осени. Эля тоже решила перепроверить вещи. Она разложилась в комнате и призадумалась: что ей следует взять с собой? Естественно, оружие, но часть метательных кинжалов пришлось убрать. Эля посмотрела на длинный меч, который принадлежал Александру Иринас.       «Наверное, стоит отправить его обратно…заодно напишу письмо Ольвии», - подумала девушка. Все-таки для нее полутораручный меч слишком тяжелый. В отличие от него, новый белый меч, который сейчас находился в рюкзаке, идеально подходил под ее габариты и способности. Напарник полутораручного меча, у которого выгравирована надпись: «Я защищаю», оставался с Элей. Лучше этого кинжала для защиты у нее не было.       Девушка достала черное платье и убрала в стопку ненужных вещей, туда же отправились старые водолазки, рубашки, штаны и сапоги. Из всей экипировки, Эванс оставила только набедренные ножны, кожаный жилет, портупею и зеленый плащ. Все остальное заменялось новой одеждой.       Эля достала цветок, который надежно прятался в стеклянной пробирке. Было удивительно, что за два месяца он так и не увял. Маленький белый трилистник - ничем не примечательный, но Анея, увидев его как-то раз, приказала хранить при себе и ни в коем случае не выкидывать, поэтому он всегда был при Эле. Тщательно обдумав все, Эванс выкинула шкатулку со шпильками, остальное: несколько испорченных бумаг, ежедневник, чистые листы с перьями и чернила, - девушка положила в сумку. Книга Ольвии теперь хранилась у Азриель. Тенийка часто читала ее перед сном и восхищалась знаниями миссис Иринас в области анатомии. Эля не понимала ее восторг, но радовалась, что книга хоть кому-то пригодилась.       Странный сверток с надписью: «Когда окружение не позволит уйти» тоже был постоянно с Эванс. И сейчас она его сложила обратно в дальний карман. Сколько бы Элия не думала, зачем ей может он пригодиться, и что ждет ее в будущем, ничего в голову не приходило. Все же девушка не видела будущего, как Ледоцвета. Она много думала над способностью повелителей Четвертого измерения и, в конце концов, решила, что лучше не знать чего-то наперед.       И все же смутные подсказки Ледоцветы не давали ей спать спокойно.       Вдруг в дверь тихо постучались.       - Заходи, Леондар, - пригласила Эля.       Касс медленно открыл дверь и вошел вместе с Янтарем на руках. Кот смиренно висел, мерно покачивая хвостом.       - Янтарь, - улыбнулась Эванс. – И где же ты был? – парень положил кота на кровать. Янтарь потянулся, осмотрелся и улегся спать на подушку хозяйки.       - Инордон держал у себя, пока ты спала, - ответил Касс, садясь на пол рядом с ней.       - Мне кажется, что Инордон заботится о нем больше, чем я. Как же стыдно, ведь я его хозяйка, - призналась Эля, глядя на кота. Он подрос за последний месяц, питаясь на рыбе и овощах, и сильно прибавил в весе.       - Это только кажется. Обычно Янтарь спит с тобой и вертится рядом, просто ты не замечаешь, - улыбнулся Леондар. – Но я пришел сюда по другой причине.       - Что-то еще? – спросила Эванс. – Если не срочно, я выставлю тебя за дверь. У меня здесь ужасный беспорядок.       - Хм…ты оставишь старый жилет? – поинтересовался он.       - Сегодня все переводят темы, да? – улыбнулась Эля. – Я оставлю его. Ольвия и Татьяна выбирали его мне. Пока я могу носить, буду носить. Даже если он мужской. Парень рассмеялся.       - Здесь нет ничего не смешного! – возмутилась Эванс.       - Прости, конечно, ты права, - согласился парень. - Просто я не удержался и представил себе шутки Хелифа по этому поводу. Я почти уверен, он бы сказал: «Если будешь его носить, то тебе точно не понадобится менять жилет».       - Это довольно грубо, Леондар! Хелиф любит посмеяться над кем угодно, но не ты, - воскликнула оскорбленная в лучших чувствах Элия. - Если я могу притворяться парнем, это не значит, что у меня не женственная фигура. Вот выросту и тогда увидите! - хмыкнула девушка.       - Да, надеюсь, я тоже увижу, - ответил Леондар.       «Как он может столь непринужденно переходить от шуток к серьезным темам?» - недоумевала она, не успевая подстраиваться под его настроение.       - Знаешь…       - Это раздражает? – спросил Леондар.       - Нет, - на автомате возразила Эля, - и все-таки лучше так не шути. Мне не по себе становится, - призналась Эля, поежившись.       - Прости, - вздохнул парень. - Однако если слишком серьезно к этому относится, то можно сойти с ума. Относись к этому проще… - Эля нахмурила брови. Как можно к смерти относится не серьезно? - …спасибо за платок, - сказал Леондар, закрывая неловкую паузу.       - Не за что.       - И ты больше ничем не поинтересуешься? – спросил он.       - Если ты ничем не хочешь поделиться? – ответила вопросом на вопрос Эля.       - Приступы начались два дня назад, - признался он. Эля вскочила с места, распинала ворох одежды, чтобы встать прямо перед ним, нагнулась вперед и посмотрела в совершенно бесстыжие вересковые глаза.       - Какого черта!? – по тону слова больше напоминали угрозу, чем злость.       - Я не боец, в отличие от тебя. Мне всего-то было нужно подготовить отступление – я знаю, это важное задание. Однако не так как сражение. Я не хотел волновать тебя и ничего не сказал.       - Прекрасно, - Эля выпрямилась, прикрыла глаза и выдохнула. – Что с тобой поделать?       Они еще немного поговорили. Леондар пожелал удачи ей с ворохом одежды и удалился. Эля до конца разобрала вещи, потом девушка уложила новые вещи в сумку и затянула ее. Теперь она была готова в любой момент покинуть этот дом.       Но произошло прощание только через три дня, когда Хрустальный звон и остальные более или менее поправились и были сделаны все необходимые приготовления к отправлению. На этот раз вместе с ними отправилось путешествовать три лошади, которые нагрузили съестными припасами и другими вещами.       Вильнус полностью признавался другом повстанцев Заката. Он вернулся из Клестзира, рассказав последние новости. По предварительным данным, миссис Аорделиннар посадят в тюрьму и не казнят. Поскольку большую часть денег возвратили в казну города.       Дети также останутся с мистером Аорделиннар, который ушел со своей должности. Разбойники, участвовавшие в бесчинствах в городе, были пойманы и отправлены каждый в свое государство, где их по законам родной страны посадят или казнят. Закатные спокойно выдохнули и на этой ноте расстались с афилийцем.       3 сентября они покинули Андерст (город севернее Клестзира) и направились на северо-восток к границе между Афилой, Элирой и Страной водопадов. Стране водопадов принадлежала местность, где протекало множество рек из озера Квархен, они все стекали к лагуне близ Жемчужного моря, где стоял портовый город Междуречье. Но повстанцы Заката собирались обойти озеро и направиться в Интро – страну снегов и безграничных тундр. И уже через нее попасть в главный пункт их назначения – Деревню Снов.       Их планам мешала Центральная армия Объединенных сил Паверис. Срок, данный Максимом, вышел, и за ними выслали отряд. Правда, они отставали от них на день пути, но постоянно сидели на хвосте и не давали сбавить темп или расслабиться.       По составленному плану около озера повстанцы Заката разделились между собой. Отряд Дрима и отряд Анеи, каждый пошел в противоположную сторону, намереваясь разделить силы противников. Да и отряд Дрима не должен был дальше сопровождать отряд Анеи. У них была своя работа в Паверис по поимке одного опасного преступника.       Обогнув озеро, стараясь не попадаться пограничным, отряд повстанцев Заката пересек первую границу, потом и вторую, оказавшись на территории Интро. Закатные остановились у истока реки Дэйрос, вытекающей из Квархена шестой по счету, здесь они смогли найти небольшой прилесок и устроить лагерь. На преодоление всего пути от Андерста у них ушло больше двух недель.       - Эти приставучие солдаты от нас не отстают, и количество их не изменилось, после того, как мы разделились с Дримом, - тяжело вздохнул Хелиф. – Они совершенно не дают попутешествовать в свое удовольствие.       Закатные сидели на лесной полянке, недалеко от Дэйрос. Неплохо поужинав, они готовились ко сну и строили планы на завтра. Со сменой погоды лагерь изменился. Теперь все располагались поближе к костру, чтобы не замерзнуть. Особенно это касалось детей и раненых. Хрустальный звон, сильно уставая, все еще прихрамывал на правую ногу.       - Да, - признала Анея. – Но я даже не представляю, как их можно сбить со следа. На такой местности – это тяжело. Может натолкнуть патруль индифферцев на них? Вроде местные солдаты не в ладу с Объединенными силами Паверис.       - Нежелательно. Если они разберутся в ситуации, патрульные индифферцы разозлятся и к нам еще хвост прибавиться, - отказался от предложенной идеи Хрустальный звон. – Не будем строить сомнительные планы, лучше давайте отдохнем. Завтра нам нужно преодолеть большое расстояние, - высказался он, залезая в спальный мешок. Сверху парень накинул на себя утепленный плащ.       - Ты в последнее время подозрительно спокойный, - решил высказаться Хелиф.       - Вовсе нет. Это ты слишком много волнуешься, хотя для такого поведения нет особых причин. Лучше ложись спать, - предложил друг. – Посмотри на остальных, Эля уже давно спит в обнимку с Янтарем.       - Да спите вы уже оба, - холодным голосом произнес Алет. – Хрустальный звон тебе еще дежурить с половины ночи. Так что хватит болтать!       - Есть, заместитель командира! – хором ответили мечник и копейщик.       Утром обнаружилось, что Хрустальный звон ушел. Он оставил записку, адресованную Анее и по ее собственному решению, она зачитала содержимое всем остальным:       «Командиру Анее Аитуно,       Простите, что ухожу, не попрощавшись, но вы, командир, знали, что этот день наступит. Я стал членом повстанцев Заката по собственным причинам и убеждениям и теперь, выполнив то, что я задумал, мне здесь больше нельзя находиться. Отныне мне предстоит другое дело, которое по силам только мне. Может быть, вы узнаете об этом в недалеком будущем, однако я смею надеяться, что все-таки нет.       Если вдруг кто-то спросит, почему я решил уйти сейчас, то я посчитал этот момент очень удачным. Страна Водопадов отсюда очень близка и теперь с вами есть Эля. Она сможет компенсировать недостатки команды, от чего ее эффективность не упадет. То есть, уйду я или нет, не скажется на способностях отряда. Плюс один да минус один – в итоге ноль. Вы ничего не теряете.       Но это не все причины. Есть еще одна. Будем считать это моим последним заданием: я остановлю погоню за вами. Надеюсь, после этого ваше путешествие будет более спокойным. Удачи вам и берегите себя.       - Хрустальный звон»       Хелиф выхватил записку и пробежался по ней еще раз фиолетовыми глазами. Не зная, как выразить обуреваемые его чувства, он смял бумагу в руках и затем разорвал на кусочки.       - Плюс один да минус один – в итоге ноль, - повторил он фразу копейщика. – Люди тебе не арифметика! – закричал он. – Трус! Даже в лицо не мог сказать этого, - злился Диаль.       - Он мог. Просто вы сильнее, и ни за что не отпустили бы Хрустального звона, - спокойно сказала Анея. – В любом случае – это его осознанный выбор, - пожала плечами девушка. – Нам нужно собираться, завтракать и выходить.       - Не могу поверить, что ты говоришь сейчас серьезно, - сказал Алет. И только потому, что это сказал он, Анея удивилась. – Так просто отпускать из отряда нашего товарища? Ты сама на себя не похожа.       Командир Аитуно выдохнула.       - Хрустальный звон вступил в отряд повстанцев Заката на условии, что в случае выполнения своей задачи, он может в любой момент его покинуть. Я приняла условие и теперь должна выполнить свою часть сделки.       - Ты приняла условие, а я - нет! – вспылил Хелиф.       Эля кивнула вместе с ним, она украдкой наблюдала за Азриель, которая сидела на спальном мешке и пыталась остановить слезы, которые стекали по ее щекам. Тенийка закрыла рот, сдавливая всхлипы и стараясь не привлекать к себе внимание.       Эванс надолго не задерживала на ней взгляд, чтобы не смущать. Сейчас Азриель нужно одиночество, а вот Эле нужно вернуть Хрустального звона для ее подруги.       Ничем невыдающееся утро для Ольвии принесло много переживаний. К ней, впервые за долгое время, пришел почтальон и передал посылку. Женщина подумала, что он ошибся, но там до боли знакомым подчерком были нацарапаны имя и фамилия знахаря.       Ольвия приняла посылку, ушла к себе в кабинет, села за любимый стол и торопливо вскрыла деревянную коробку. Внутри по диагонали лежал меч ее мужа, неуклюже упакованный в ткань винного цвета. Также там лежали засушенные лекарственные травы, которые могли расти только севернее Паверис и здесь не водились. И письмо.       Вскрыв конверт ножом для писем, Ольвия развернула лист:       «Дорогой Ольвии Иринас,       Я долго не писала вам, не зная, как могу начать это письмо. Теперь же, когда мои сомнения развеялись, я могу сообщить вам новость: «Я – повстанец Заката».       Возможно, вы скажете, как это опасно, неразумно, и я не справлюсь с этим. Наверное, вы окажетесь правы. Однако я больше не могу во всем полагаться на вас, Татьяну и Дэра. Я хочу сама, своим умом и сердцем принять решение, я хочу сама своими глазами увидеть этот мир, почувствовать его, услышать. Поэтому я останусь с людьми, которые свободно путешествуют по нему.       Не волнуйтесь, они - хорошие люди, и я с ним не пропаду. Скоро Татьяна тоже должна оповестить вас о событиях, которые произошли в Клестзире, и обо всем остальном. Чтобы там не было написано, знайте, я и повстанцы Заката действуем согласно нашему видению справедливости. Возможно, это неправильно, возможно, мы ошибаемся, но я так решила.       Если вдруг вы что-то потеряли из моих вещей, они у меня. Моя одежда, записная книжка с чернилами, цветок-трилистник, белый меч. Правда, я не знаю ваш он или не ваш. И еще со мной Янтарь.       Спасибо вам за все, что вы сделали для меня. Эти слова, к сожалению, не способны передать мою благодарность. И я вряд ли смогу возместить все ваши старания и материальные затраты, но все равно очень сильно люблю вас и скучаю.       Я отправила вам немного лекарственных трав, которые собрала в лесу около Клестзира. Эту посылку я отправила из Андерста. Не пытайтесь написать мне, поскольку мы постоянно путешествуем. Ваши письма не дойдут до меня.       - Элия Хонория София Эванс»       Ольвия облегченно выдохнула. Раз Эля подписывается настоящим именем и хорошо отзывается о повстанцах Заката. Значит, она, действительно, в безопасности, и ей там нравится.       «С ней все в порядке», - улыбнулась знахарь: «Кстати, я все думала, кто мог забрать Белую луну. Этот меч был готов в день, когда Эля пропала. Оказывается, он у нее. Я очень рада, ведь полутораручный меч «Шэдоу киллер» Александра был для нее слишком большим и тяжелым».