История Поющего мира: Песнь Заката

      Элия открыла глаза и тут же закрыла. Свет резал по глазам, отзываясь болью. Все ее тело ныло от одной и той же позы, но это было ничто по сравнению с болью в голове и руках. Через некоторое время девушка привыкла к свету и огляделась.       Уже наступило утро. В лагере по-прежнему сновали разбойники, кажется, они были чем-то обеспокоены. Никто из них не заметил проснувшуюся Элю. Девушка попробовала пошевелить телом, но ее руки были крепко связаны. Она попыталась натянуть веревку и вдруг почувствовала пальцами другие руки.       - Алет? – с надеждой прошептала Эванс, поднимая голову вверх. Дерево оказалось на редкость толстым и высоким. Кажется, серебристая ель.       - Ты, наконец, очнулась, - с облегчением в голосе сказал маг. – Как себя чувствуешь?       - Противно, голова кружится и болит. Кажется, в меня попали камнем…вся правая сторона лица в крови, и жилет вдобавок ею замаран, - честно ответила лучница, она не могла соврать о своем состоянии потому, что, если у них появится план, нужно четко рассчитать силы каждого. – А ты?       - Несколько ушибов по всему телу, ребро треснуло с левой стороны, - сказал маг. После того, как его скрутили и надели антимагические наручники, разбойники увидели эмблему на его кожаном жилете и избили его. Благо Эля почти сразу же потеряла сознание, и никто ее не тронул.       «Это все из-за моей несдержанности», - винил себя Ис.       - Все в порядке, Алет. Ты ни в чем не виноват, - мягко сказала Эля. – При виде раненых друзей, никто бы не устоял. Я сама была готова броситься на них в любой момент, просто я слишком слаба для этого. Ты намного сильней и в некотором смысле тебе было тяжелее бороться с твоей яростью.       - Элия…ты слишком добра ко мне. Если бы Анея не взяла с меня клятву не убивать людей без ее разрешения, я бы стер их в порошок еще первой атакой. Теперь момент упущен. – Сейчас Алет очень плохо держал себя в руках. Только антимагическая веревка, блокирующая напрочь всю его магию, и тот факт, что руки Эванс и Ис были связанны во всех смыслах этого слова, только эти две причины удерживали его. Недавно, когда Эля дернула на себя руку, режущая боль пронзила запястья Алета. «Уверен, что если сделаю также, то причиню ей боль! Черт!» - злился он.       - Я считаю тебя хорошим человеком. И в свете этого, ты не убил их не только потому, что Анея запретила тебе это, но и потому, что ты сам никого не хочешь убивать без особой причины. Разве тебе не хватило смертей на войне, в которой ты участвовал? – спросила Эля, оглядывая поляну.       Всего в нескольких метрах от нее лежала Азриель. Она, как мертвая, не шевелилась. Не было видно, дышит она или нет. Эля видела только ее спину в изодранной рубашке (кое-где на коже мелькали черные крылья цаплей) и в таком же состоянии штаны. Обуви на ней не было. Матисс замерзала на холодной земле. Где-то рядом без сознания лежал Леондар. Она чувствовала его магическую энергию.       - Возможно, ты права, - наконец, согласился Алет. – Но я могу забыть о своем человеколюбии рядом с этими подонками! – парень не смог выдавить из себя слова, чтобы рассказать о том, что случилось ночью, пока Эля пребывала без сознания.       - Что происходит в лагере? Почему они так взволнованы? – спросила девушка.       - По моему предположению, Янтарь узнал о нашей выходке, и Хрустальный звон с Хелифом попытались спасти нас, правда…их здесь, действительно, слишком много, и они отступили, доставив им неприятности. И, кажется, выкрали у них двух или трех товарищей.       - Они не справятся вдвоем! – Эля неосознанно потянулась вперед, пытаясь освободить руки. Алет сжал зубы от боли. Девушка вернулась в исходное положение, из ее запястий потекла кровь, как и у мага. Правда, боли в припадке ярости она не чувствовала.       - Они не вдвоем, - тихо прошептал голос. – Теперь нас четверо.       Эля узнала бы этот голос среди тысячи.       «Иэль! С ней все в порядке!» - сколько облегчения она испытала в тот момент.       - Значит, вы нашли нас, - успокоился Алет. – Где вы были? Мы не могли вас найти.       - Это все Лиам. Он держал меня подальше от лагеря разбойников и в одиночку ходил в разведку. Теперь, я, кажется, понимаю почему… - рассказывала девочка, прячась в укрытии и не показываясь друзьям.       - Ты вспыльчивая, Иэль, - прямо сказал маг и улыбнулся. – Я очень рад тебя слышать. Можешь передать мои извинения Хелифу по поводу моей оплошности.       - Нет, он сказал, что ничего не примет. И займет пост командующего на время, - усмехнулась девочка – бесшумная тень. – В любом случае, мы освободим вас сегодня. Держитесь. У нас есть план.       - Хорошо, - тихо ответил маг, и через пару секунд он потерял чувство присутствия Иэль.       Эля не могла с ней общаться, боясь выдать ее. Девушка для маскировки приглядывалась к Азриель, не пытаясь искать Иэль среди деревьев и кустов, но она все прекрасно слышала, в отличие от их противников.       «Просто потерпи…мы освободим всех» - наставляла лучница себя. Кстати, ее лука и стрел нигде не было видно. «Если у нас ничего не выйдет, они продадут мой лук… черт, Дэр мне этого никогда не простит! Нужно найти его!» - лихорадочно думала Эля, всеми силами стараясь не думать о боле во всем теле и холоде, пронизывающим до костей.       День прошел на редкость спокойно. Из-за личных проблем разбойников, они не замечали пленных. И не трогали Азриель. Данная банда разбойников состояла только из мужчин, большинство которых не принадлежали расе индифферцев. Среди них оказалось много землян и жителей Страны водопадов. Они постоянно суетились в своем большом лагере.       С ночевками повстанцев Заката это не сравнить. Здесь были палатки, тележки, фургоны, множество лошадей, какие-то коробки и клетки. Так много разбойников, и у всех на разных частях тела виднелась, словно пламя, красная повязка с заходящим солнцем. «Но это же эмблема повстанцев Заката! Почему они используют ее?» - недоумевала Эванс. У Алета она спрашивать не стала, после разговора с Иэль ему стало хуже, и девушка решила не беспокоить его.       В остальном, все было терпимо. Их не кормили, но и не пытали.       Однако стоило Эле расслабиться, как наступил вечер. Похоже, разбойники любили запивать проблемы алкоголем. Напившись, они стали намного агрессивнее и снова обратили внимание на пленных. Особенно на Азриель. Какой-то разбойник с раскосыми глазами и жидкой бородкой в грязной одежде решил поиздеваться над ней. Пнул сначала по ногам, потом ударил в спину. Азриель едва пошевелилась.       Эля, наблюдавшая за этим, не стерпела и закричала:       - ОСТАНОВИСЬ! – Пусть он посмотрит на нее! Пусть отстанет от ее подруги! Пусть прекратит! – НЕТ! НЕ ТРОГАЙ ЕЕ!       - О, надо же, вы знакомы? – с противной улыбкой на губах спросил мужчина. – Интересно, все повстанцы Заката такие странные?! Вы всегда защищаете ТЕНИЙЦЕВ?! – при этих словах он надавил на запястье Азриель и то хрустнуло.       - ТВАРЬ! – закричала Эля, обезумев от ярости. – УРОД! Я УБЬЮ ТЕБЯ!       - Правда? Что-то мне не верится, - он подошел к ней вразвалочку и наклонился к самому лицу. От него несло перегаром. Элю чуть не стошнило, по счастью, желудок ее был пуст. Мужчина схватил девушку за волосы и потянул вверх. Эванс усилием воли не закричала. Хотя голова болела так, будто ей без обезболивающего скальпелем снимали кожу с голову, а руки, словно их тянули лошади, как при четвертовании. Зато ноги у нее свободны. Эля яростно закричала и со всей силы пнула в живот. Девушка больно приземлилась на корень дерева. Разбойник упал на землю, где его вырвало от выпитой и съеденной пищи.       Алет очнулся от режущей боли в запястье, когда лучницу подняли за волосы. Он толком не соображал, что происходит, но крики Элии быстро привели его в чувство.       - Ах ты ТВАРЬ! - разбойник ударил ее по лицу. В то время его дружки решили помериться силой между собой и не замечали развлечения одного пьянчуги. – Надо было изнасиловать тебя и бросить в лесу!       «Надо было? В прошедшем времени?! Что он имеет в виду?!» - у Эли снова начал течь кровь со лба, она разбила губу и прокусила щеку. Металлически привкус крови стоял у нее во рту, и соображать становилось все труднее и труднее.       - Судя по твоему растерянному взгляду, твой дружок – маг ничего не сказал, да?! – рассмеялся он. – Я хотел с тобой развлечься, пока ты была без сознания, но этот поганый афилиец вместе с магом вмешались.       На лице Эле замерло выражение боли и отчаяния. Смысл фраз дошел до нее моментально.       - ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ С НИМ?! – закричала она.       Разбойник недобро рассмеялся.       - Он слишком часто вмешивался. Мы решили его обездвижить! ХАХАХА! – он зашелся безумным смехом. Эля весь день чувствовала магию Леондара и не могла понять откуда. Ее связанные руки мешали спокойно оглядеться, но сейчас хватка чуть ослабла, и девушка смогла поднять глаза на соседнее дерево. Руки Леондара растянули в стороны с помощью веревки и закрепили на противоположной стороны с силой затянув, с запястий стекала кровь, а в ладонях торчали два ножа. Его прибили к стволу, как распятого. – Вот жаль, из него получился бы неплохой товар, - театрально покачал головой разбойник.       - Алет, прости, - тихо сказала Эля, сжимая руки в кулаки.       - Все в порядке, действуй, - дал согласие заместитель командира. Эля оттолкнулась от дерева и потянула со всей силы на себя руки, в какой-то момент веревка не выдержала и порвалась, вместе с тем раздался жуткий хруст костей Алета. Эванс его не услышала. Лучница была свободна. С ее запястий стекала кровь, голова раскалывалась, от дня голода сводило желудок. Но ничто из этого не было важно. Она встала и тут же с яростным воплем бросилась в атаку. В то же время Алет, опираясь на дерево, поднялся во весь рост. Его руки пришли в негодность. Он порвал на запястьях несколько сухожилий, левое вывернул, вывихнул предплечье и сломал правую лучевую кость. Меч ему не взять, но магия все еще была с ним.       Эля повалила разбойника, который теперь смотрел с испугом и страхом на девушку. Ее глаза в свете костра горели дьявольским красно-зеленым огнем. Она забрала у него два кинжала и пригвоздила мужчину за руки к холодной земле. Он закричал от боли.       - Что?! Тебе нравится?! Я спрашиваю: ТЕБЕ НРАВИТСЯ?! – кричала Эля.       Ее жертва покачала головой и умоляла не убивать.       - Запомни этот момент и боль, которую испытываешь! И больше никогда не делай подобного!!! – сказала лучница ему и поднялась. На нее бежали пьяные разбойники, которые, наконец, сообразили, что у их друга была не все хорошо.       Эванс сжала руки в кулаки и приготовилась к рукопашному бою. Но враги вдруг замерли и повалились на траву. Приглядевшись к ним, Эля увидела иглы, воткнутые в их шеи. На поляну на лошадях ворвались Хрустальный Звон и Хелиф, с деревьев спрыгнули Лиам и Иэль, тут же вступив в бой. Алет раскидал двух разбойников с помощью магии, не беспокоясь о силе удара.       Эля же бросилась к Азриель, приземлившись рядом с ней, она прощупала пульс на сонных артериях: слабый, - лоб и лицо пылали жаром, и проверила дыхание: прерывистое с одышкой. «Ей нужна помощь! Срочно!» - лучница растерялась. Конечно, Ольвия учила ее, но это были только азы и только открытые раны да переломы, но не внутренние повреждения.       Как же жалела она в этот момент, что не изучала медицину так же, как и Азриель. Слезы покатились из ее глаз, прорисовывая дорожки на запекшейся крови.       «Нужно снять Леондара», - механически подумала она. Не зная, чем ей еще заняться. Отряд расправился уже почти со всеми противниками. Эля еле как поднялась на ноги, но ее тело внезапно отказалось слушаться. Ярость, что поддерживала ее, испарилась и на ее место пришла бесконечная усталость.       Эванс легла на землю, закрыла глаза и упала в спасительную тьму.       Хелиф спешился с лошади и легко расправился с оставшимися разбойниками. Целый день они постепенно уменьшали их количество и теперь могли справиться с их лагерем. В то же время Хрустальный звон снял Леондара, передал его заботам Лиама и поспешил освободить из клетки кандиликанов. Там лежала черная пантера с иссиня-черными крыльями и пятнистый леопард. Размером они были, как Янтарь, может даже крупнее. Он разрезал их антимагические веревки и дал им свободу, леопард неспешно поднялся на ноги, в то время как черная пантера со сломанным крылом осторожно убрала его и показала, что прятала все это время. В ее лапах без сознания лежала Анея Аитуно.       - Вот где вы, командир, - облегченно выдохнул копейщик. По виду Аитуно можно было сказать, что пострадала она, не так сильно, как другие.       Парень осмотрел клетку, но затем замер не в силах пошевелиться, он не мог обернуться и снова выйти на свет поляны, не мог посмотреть на Азриель, которая лежала в собственной крови с множествами ран. Не мог. Это было выше его сил!       Он помог выбраться кандиликанам из клетки. Янтарь, сочтя их состояние приемлемым, бросился на помощь Леондару и Азриель. Тигр обхватил раненых лапами и, используя свою магию, начал лечить их.       Иэль развязала веревки серебристого волка. Тот благодарно лизнул ее в лицо и за несколько секунд обернулся Инордоном. Весь израненный, на его шее виднелись следы от петли, он попытался подняться. Ноги его не держали, только при помощи Хелифа, Им устоял.       - Элия! – маг подбежал к девушке, лежащей на холодной земле без сознания. Она прерывисто дышала, и у нее подскочила температура. – Что нам делать? – спросил у себя Алет.       - Не волнуйся. Мы уже все продумали, - сказал мечник. Подойдя к клетке, в которой держали кандиликанов, он зашел в нее, встал в середину и достал меч. На секунду Диаль остановил его перед замахом, чтобы собрать в клинке магическую энергию, и со всей силы нанес удар. Хелиф разрезал все стальные прутья напополам. Крыша повозки соскользнула и упала на траву. – Мы погрузим всех раненых сюда и доставим к Красному дереву.       Алет посмотрел на него и кивнул. Им всем нужно время, чтобы прийти в себя.       - А что насчет разбойников? – спросил Хрустальный звон.       - Здесь еще есть повозки, я свяжу их, погружу и сдам ближайшему патрулю армии, - сказал он. – Нет, помощь мне не нужна, Хрустальный звон, - строго сказал Хелиф. – Сейчас ты точно не можешь убегать. И не ради себя, ради нее!       - Я…       - Они все живы, - прервал его мечник. – И это главное! И пусть тебя душит чувство вины, ярость и ненависть. НО! Они живы, значит, все можно исправить. Хрустальный звон судорожно вздохнул. Его сердце неслось с огромной скоростью, и каждый удар сопровождался болью, будто оно разрывалось на маленькие части.       «Азриель жива. Он прав! Я должен сперва позаботиться о ней и забыть про себя…» - подумал он и бросился к Янтарю.       Лиам подошел к единственному разбойнику, который еще был в сознании. Тот самый, которого Эля пригвоздила к земле. Он плакал и просил о помощи, не в силах самостоятельно пошевелиться.       - Извини, я не помогаю тем, кто издевается над Азриель, - равнодушно бросил парень, садясь рядом с ним на землю. Этого человека надо было вырубить и связать.       - Как вы можете?! Как вы можете помогать тенийцам! Они же хотели уничтожить этот мир! Они не заслуживают прощения! НИКТО ИЗ НИХ! – кричал он на всю поляну.       - По мне, единственные, кто не заслуживают прощения, так это вы. Азриель никогда не занималась браконьерством и не продавала людей. Вы хуже любого тенийца, – холодные пепельные глаза бесшумной тени внезапно налились ненавистью, серебряные нити в них засветились, выделяя расписной узор бабочки.       Разбойник почувствовал страх, будто он был кроликом в лапах тигра. Хоть эта бесшумная тень всего лишь подросток. Что-то тяжелое жило в его глазах.       - АХАХА! – рассмеялся он. – Даже ты сейчас ненавидишь меня. Все люди кого-то или что-то ненавидят! Так что без разницы будет ли это тениец или кто-то другой! Ты ничем не отличаешься от меня!       - Вот как, - легко произнес Лиам. – Тогда неудивительно, что ты стал разбойником, с такими-то мыслями. Раз есть ненависть, значит, есть и месть, и убийство. Ты допустил в свою голову одно негативное чувство, оно разрослось и вот уже продажа людей тебе кажется вполне обычной вещью, ведь они все равно, что скот, верно? – сказал мальчик.       Разбойник умолк. Тяжелые пепельные глаза пригвоздили его к земле, и вся его бравада в миг пропала.       - К тому же у тебя нет настоящей ненависти к тенийцам. Они что-то сделали тебе лично? Убили твоих близких или друзей? Нет. Большинство жителей этого мира просто переносят свою ненависть с одного объекта на другой, на тот, который разрешено ненавидеть. И в данном случае - тенийцы. Так и с тобой. Именно поэтому я не помогу тебе и не могу простить, - холодно сказал Лиам, доставая иглы. – А теперь усни и проснись в аду отчаянья. Кайся в своих грехах, если веришь в бога, но знай, он тебе не поможет.