История Поющего мира: Песнь Заката

      Эля спокойно проспала половину ночи, но ее сон вдруг превратился в кошмар. Эванс вскочила, и все оставшееся время перед подъемом смотрела в одну точку. Иногда она прикладывала руку к шее, ускоряя заживление раны. Голову она успела подлечить еще вчера. К сожалению, синяк на распухшей щеке пришлось оставить. Вряд ли исцеление ран с помощью магии законно.       Девушка поднялась на ноги. У нее резко закружилась голова, и она завалилась, упираясь спиной к холодной стене. «Правая рука плохо слушается…затекла? Еще и голова кружится. Недосыпы, недоедания, драки и холод… слишком суровые условия для моего организма», - Эля сжала левую руку, прошла вдоль стены и вышла на холодный воздух. На улице все еще стояла ночь. Лучница могла утеплить свое место для сна, однако матрас на чердаке был лишь один. И его нельзя поделить между остальными. Эле было бы совестно перед пленными. Поэтому либо все, либо никто. Она вернулась в барак, где все же теплее, чем на улице.       Объявили подъем. Этот день был такой же, как и все. Не считая, повышенной слабости Эли и меньшего, чем обычно количества смертей. За завтраком Иэль обратила внимание на ее состояние и не на шутку встревожилась.       - У вас гораздо хуже условия, чем у нас, - сделала вывод девочка, услышав описание барака, где спала Эля и остальные ее возраста. С ними за столом, как всегда, сел Умбра, девочка, которая выпрашивала еду у лучницы, и к ним присоединился Винг. Он большую часть времени молчал, но иногда бросал взгляды в сторону Эли. Она недоумевала, чем обязана таким вниманием, особенно, после его вчерашнего избиения. Эля намеревалась отдать половину порции девочке. Но Иэль накричала на нее и приказала все съесть. Кармен сама отдала одну четвертую попрошайке. Также поступил Умбра. Эванс поблагодарила их и через силу съела всю порцию. Иэль аккуратно осмотрела ее шею.       - Ты вылечила себя? – с удивлением спросила она. – Как?       - Как? Как обычно… - непонимающе ответил Эля и высказала наблюдение. – Кстати, я ни разу не замечала, чтобы здесь кто-нибудь пользовался магией. Она же не запрещена.       - Она не запрещена, однако здесь повсюду растет антимагическое дерево, из него же сделаны бараки. Никто не может использовать магию здесь. А ты можешь? – поражено прошептала Иэль.       Эля удивилась.       - Вообще-то это возможно, - вмешался Винг. – Те, у кого есть глубокая связь с энергией растений, могут пользоваться магией, поскольку они подчиняют себе антимагические растения. Однако никто из них не использует ее.       - Моя вторая врожденная магия – растения, - сказала честно девушка. Иэль спрятала лицо в руках. Сколько еще у них появится проблем? И это еще Эванс не рассказала, что пыталась дать надежду пленным на освобождение, потратив почти всю магию, и повздорила с надзирателем.       - Если кто-нибудь прознает об этом, тебя убьют, - сказал чернокожий мужчина Эле.       - Все, - тихо прошептала Иэль. – Ходи с повязками и ни за что не снимай!       На тренировке после завтрака у Элии прихватил живот, однако она продолжила заниматься. Через некоторое время он утихомирился. Все шло вполне обычно до появления списка поединков. Среди них значилось имя Иэль.       Эванс старалась ни о чем не думать, она пришла на поле боя и подошла к Умбре. Мальчик стоял со скрещенными руками, глядя куда-то вдаль. Он явно о чем-то задумался. Эля вывела его из размышлений приветствием, он коротко ответил ей и осмотрел поле для боя.       - Я тут подумала… почему ты так долго не сражаешься? – спросила Эля у Умбры.       - Перед третьим боем часто делают большой перерыв, - пояснил мальчик с волосами цвета индиго, блестящими на зимнем солнце. – Мой бой будет завтра или послезавтра.       - Вот как.       Противником Иэль оказался хорошо сложенный мужчина, который был бывшим солдатом, но из-за употребления наркотиков оказался на улице. По крайней мере, он сам так сказал. Принадлежал он к флоссийцам.       Прозвенел звонок.       Все произошло в доли секунды. Иэль исчезла из поля зрения противника и вдруг оказалась на противоположной стороне поля. Ее правая рука была в голубой крови. А в животе мужчины расцвел темно-синий цветок, темнее, чем цвет волос Умбры. Он умер до того, как упал на землю.       Эля была ошеломлена. Мун удивлен.       - Победитель: Иэль Кармен! – объявил охранник.       Девочка вытерла руки о снег и подошла к ним с пустыми красными глазами. Эванс обняла ее и погладила по голове. Завтра, возможно, будет ее бой. И в отличие от подруги, она все еще ничего не решила для себя.       Хелиф проснулся лишь к обеду на следующий день. По ощущениям ему стало намного лучше. Шрамы перестали болеть, и от них больше не исходил жар. Однако обессилев от болезни, он не смог даже встать. Желтый дракон сидел рядом на стуле, читая книгу. Он всю ночь не смыкал глаз, наблюдая за состоянием мечника.       - Тебе нужно еще поспать, - критично заметил копейщик. – Но сначала немного поесть. Клуе сказала, что ночью кризис миновал, и ты быстро пойдешь на поправку.       - Вот как… я бы не отказался от чего-нибудь горячего, - признался Хелиф и чуть замявшись, спросил. – Скажи мне, ночью ничего странного не произошло? – спросил он. Желтый дракон резко захлопнул книгу и посмотрел на друга. В его желтых глазах читался вопрос: «Как ты узнал?». Больной слабо рассмеялся.       - Мне снились какие-то странные сны, - пояснил Диаль.       - Ты говорил, пока спал. Ничего особо внятного, но ты звал по имени каждого из своей семьи и еще… свою жену. Элис, - нехотя, признался Желтый дракон.       - На меня непохоже… - сморщив лоб, признал Хелиф. Сейчас он выглядел слабым и даже постаревшим. Парень глубоко вздохнул, ощущая неприятную тяжесть во всем теле и туман в голове. - Знаешь, когда это все только случилось, когда я потерял семью, мне первые два года снились кошмары. Я не видел, как погибла моя семья, но я часто становился свидетелем этого в своих кошмарах. Целых два года. Но сейчас…они почему-то, ни в чем меня не винили. В первый раз моя семья старалась поддержать меня и успокоить. Словно я был ребенком, которого нужно защитить. И это странно для меня.       - Да уж, - признался копейщик. – Наверное, твои сны вызваны драконьей болезнью. Насколько я знаю, тебе уже давно не снились кошмары, связанные с деревней Снов.       - Да, - кивнул парень. Он взглянул на друга-сторожа и слабо усмехнулся. – Теперь рассказывай ты. Что случилось у тебя?       Желтый дракон на мгновение задумался и сухо произнес:       - Моего отца казнили, - сказал он. Его мысли были столь же пусты, сколько и выражение его лица.– Я узнал об этом несколько дней назад. И после этого мне приснился кошмар. В нем отец меня ни в чем не винил, наоборот, он меня похвалил. Как будто я снова был наивным ребенком, а он любящим добряком-отцом. И это меня напугало, куда больше, чем если бы он накричал на меня, засыпал проклятьями и отрекся от меня…Я отправил его насмерть, однако он похвалил меня за это.       - Да уж, ненормальные у нас с тобой сны, - улыбнулся парень.       - Я принесу тебе поесть, после чего ты ляжешь спать, - Желтый дракон встал с места, положил на стул книгу и вышел из комнаты. Тишина быстро подействовала на Хелифа, и он провалился в прохладную тьму еще до того, как ему принесли еду.       «Я тебя защищу, поэтому спи спокойно» - твердила Элис в его снах, обнимая руками шею мужа.