История Поющего мира: Песнь Заката

      Эля вскочила на ноги и побежала к главным воротам, Нэв и Иэль ринулись за ней. Там надзиратель с высоко поднятыми руками и брошенным на землю мечом, стоял перед двадцатью солдатами, которые наставили на него оружие. Лучница без колебаний пробежала между их рядами и загородила собой парня.       - Не надо! – закричала она, обращаясь к ним. – Его нельзя убивать!       - И почему же?! – закричал кто-то из солдат. – Он надзиратель этого лагеря!       - Вот именно! – поддержали они его.       Эля открепила лук.       - Не делайте глупостей, мисс Элия Эванс, - попросил Эмилат. – У них есть все права на мое убийство, - сказал он, опуская руки. Одну из них он приложил к раненому боку. Это движение не ускользнуло от внимания лучницы.       - Ни у кого на это нет прав! – она посмотрела на солдат. – Анея сказала о его неприкосновенности и отдала приказ! Вы его не тронете!       - Какой-то Закатный не будет нами командовать! – был ей ответ.       - Повстанец Заката! – поправили Иэль и Эля одновременно. Девочка вышла к ней и также загородила надзирателя, тогда и Нэв выскочил из рядов. Мальчик споткнулся на снегу, задел кого-то из солдат, у него дрогнули руки и отпустили тетиву. Стрела полетела, прямо в Элю, Эмилат быстро схватил ее и завел назад. Стрела воткнулась ему в бедро. Мальчик встал с испуганным выражением лица, ушки виновато опущены, он подбежал к Элии и дрожащими ручками пытался дотянуться до нее. Девушка высвободилась из объятий надзирателя, потрепала по голове лисенка и повернулась к Эмилату, осмотрев место раны. Стрела торчала из бедра, где-то в средней ее трети.       - Прости, мама, - прошептал Нэв испуганно. Эля улыбнулась.       - Не волнуйся, он заслужил, - усмехнулась лучница.       Неожиданно она резким движением выдернула стрелу. Эмилат даже крикнуть не успел. Элия осмотрела наконечник, тонкий и несильно расширяющийся к концу, без зазубрин. – Вам повезло, стрела безобидная, в отличие от крови, вытекающей из раны, - она сняла ремень, сказал сесть ему, и затянула ремень повыше раны.       - Да, самая простая и стандартная стрела, - отозвался он, улыбаясь. Кажется, они забыли, что на них целились солдаты. Те тоже, кажется, забыли, что целились в них. К тому же в радиусе поражения был ребенок и две цели, который нужно было спасти, а не убить.       - Почему вы защищаете его?! Он ведь надзиратель! – недоуменно произнес солдат.       - Да, но только благодаря ему, мы живы, - сказала Иэль.       - И только благодаря ему, глава этого лагеря мертв, - сказала Анея. Она и еще несколько человек, среди которых был Габриель, Хелиф, Алет, Лиам и Нигрум, прошли через главные ворота. За ними плелись пленные, с удивлением озираясь по сторонам. Их возглавлял Умбра и Винг.       - Не надо, я сам бы справился, - заметил командир третьего отряда повстанцев Заката – Габриель Кинг.       - Возможно, но раз он не вышел из боя целым, то ты был бы ранен, причем, скорее всего, даже серьезней него, - сказала Анея.       - Это еще почему? – возмутился парень.       - Потому что он лучший лучник из категории лучников Солнечного отделения на всем материке Аграун, - сказала бывший мастер Стрел. Элия с удивлением посмотрела на него. Эмилат улыбнулся во все тридцать два зуба. Эванс почувствовала внутри себя раздражение, она дала ему слабую, но чувствительную пощечину.       - За что? – опешил парень.       - Не знаю, - сказала Эля, опуская голову. Конечно, она знала. Только что Элия говорила о наконечнике стрел с тоном знатока. Вот только он сам прекрасно разбирался в них. Эванс почувствовала себе уязвленной и несколько оскорбленной. Однако девушка никогда бы не подумала, что он стреляет. У него висел только двуручный меч на поясе. Лука не было. Анея еле сдержалась от смеха, наблюдая за ними.       Иэль посмотрела на Умбру, мальчик подошел к ней.       - Похоже, спасать вас не пришлось, - сказал он.       - Значит, ты, правда, хотел спасти нас, - усмехнулась девочка.       - Что в этом такого странного? – спросил Умбра, не понимая ее усмешек.       - Нет, ничего. Кто-то там говорил про привязанности и прочее… сказал, что лучше не стараться спасти сестру, ведь она все равно умрет… - в наигранно-назидательном тоне говорила девочка. – Могу лишь сказать тебе одно: если бы даже все пленные устроили восстание, у вас не было бы ни шанса. Так зачем ты стремился спасти нас, если после стольких усилий, я бы все равно умерла?       Умбра растерялся с ответом. Все переключились с надзирателя на двух детей, особенно внимательно за ними наблюдал Лиам. Эля, закончив лечить рану Эмилата, наблюдала за младшим братом Леондара.       - Наверное, потому что я пожалел бы, если бы не попробовал. - Немного поразмыслив, ответил он. – Я не хотел просто смотреть и ничего не попытаться сделать. Если бы ты умерла, это уже нельзя было бы исправить…       - Правильный ответ, - Иэль поцеловала его в щеку и улыбнулась. – Ты попытался и выиграл!       Умбра смущенно усмехнулся. Эля развязала импровизированный жгут и вернула его на законное место. Этот звук щелчка заставил всех ожить. Солдаты опустили оружие, Закатные пропустили пленных вперед, оставаясь на месте, только Габриель и Анея сделали пару шагов им навстречу, выступая как истинные командиры восстания. Эля, Эмилат, Иэль, Умбра и Нэвэкуоре остались на месте, наблюдая со своей позиции за Аитуно и Кингом.       - Отсюда наши пути расходятся, - громко объявила Анея всем присутствующим. – Дальше местная полиция и мастера академии разберутся в ситуации.       - Мы добились всех своих целей и теперь нам срочно нужно уходить. Нас преследуют Объединенные силы Паверис, - добавил Габриель, затем он обратился к освобожденным пленным. – Я не могу себе полностью представить, что вы пережили за то время, что пробыли здесь, не смогу понять утраты, которые вы понесли и кем вы стали после случившегося. Но сейчас вы свободны…вы можете делать, что пожелаете, пасть в уныние, найти какие-то другие ориентиры в жизни, напиться, забыться. Все, кроме одного, - он поднял вверх указательный палец. Эля догадывалась, о чем он сейчас скажет. – Вы не можете убивать.       Некоторые были удивлены такому условию. Как этот человек мог думать, что после зверств, происходящих здесь, они смогут кого-то убить?! Другие постарались казаться безразличным, и именно к ним обращался глава, к тем, в ком пробудилось извращенное желание убивать. К настоящим убийцам. Третьи же пали в истерику.       - Почему это случилось сегодня?! Почему не вчера или раньше! Что нам теперь делать?! Мы убили ради себя других людей! ЗАЧЕМ! – вопил один из них особенно сильно. Эля дернулась от боли в сердце. В ее кошмаре Ин Фернум тоже спрашивал, чем занимались Закатные и почему не пришли раньше? Если бы это случилось через три дня после того, как попала Эля в лагерь, он был бы жив. И Обливион была бы жива. Спасенных было бы больше.       Эмилат с чувством вины и жалости посмотрел на Эванс.       - Вы живы сейчас, потому что убили этих людей. Если бы это случилось раньше, ничего бы не изменилось… - сказал Винг. – Мы бы умерли в своих битвах, и на наше место привезли бы новых. Нет разницы, когда это случилось. Главное, что теперь этого лагеря нет. Радоваться или не радоваться, что вы остались в живых, решать только вам. Нам же сказали, мы можем делать, что угодно, кроме как убивать. Ни себя, ни других.       Габриель кивнул.       Анея посмотрела на Эмилата, он почувствовал ее взгляд и едва заметно кивнул.       - Те, кто ранены или плохо себя чувствуют, пройдите к целителям, остальным следует обратиться к главе полиции для идентификации вашей личности и страны, - сказал Габриель. Затем он обратился к повстанцам Заката. – Возвращайтесь в дом Хелифа. С остальным мы разберемся.       Элия медленно поднялась на ноги, но чуть пошатнулась. Надзиратель придержал ее за руку.       - Ты тоже едешь в дом к Хелифу, - сказала Анея надзирателю.       - Хорошо, - послушно ответил Эмилат.       Умбра попросился ехать вместе с ними, Анея и Иэль ему разрешили. Винг решил остаться вместе с остальными и присмотреть за бывшими пленными. После того, как он стал их лидером, он чувствовал за них личную ответственность. Парень подошел к Эле. Нэвэкуоре посмотрел на черного мужчину и спрятался за маму.       Они крепко пожали друг другу руки.       - Береги себя, - сказала она.       - И ты, - широко улыбнулся он.