История Поющего мира: Песнь Заката

      Как и сказал Дэр, на следующий день Элия и Эйприс встали ни свет ни заря, чтобы начать тренировки. Они встретились на центральной площади в тренировочных костюмах. Эля давно не надевала его, и вчера весь вечер чистила, чтобы привести хоть в какой-нибудь приличный вид.       На ней длинная теплая кофта, под которой рубашка с длинными рукавами и белая майка. Поверх кофты она закрепила кожаный жилет, надела наплечники и наручи, затем перчатки без пальцев. На ногах были утепленные штаны, заправленные в ботинки на шнуровки. Эля взяла лук, колчан, прикрепила их, повесила белый меч на пояс и сложила в сумку несколько метательных ножей. Когда Эля взвесила в руках меч, он показался ей слишком тяжелым.       Плохой знак.       Эванс обвязалась шарфом и надела шапку. Вот и вся ее экипировка.       Эйприс был одет схожим образом, только на поясе у него висело два меча. Один короткий, один длинный. Вместе они назывались Пронзающий ветер.       При встрече с другом, девушка помахала ему рукой.       - Доброе утро! – поздоровалось она.       - Доброе утро, Эля, - ответил ей Эйприс. – Где Нэв?       - Я оставила его с Лиамом и Леондаром. Думаю, позже он соберется в гости к Желтому дракону или может отправиться на охоту с Инордоном, - пожала плечами Элия. – В любом случае Янтарь мне сообщит, если почувствует что-то странное.       - Твой кандиликан вернулся вчера?       - Он не мой, - мягко поправила Элия. - Да, он ходил на охоту и заодно спрятал тушу оленя где-то в лесу. Инордон хотел ее разделать и принести в деревню обходными путями. Фортейцы, конечно, возражать не будут, но их тошнит только от одного запаха мяса. Хорошо, что Инордон умеет маскировать его.       - Ты вчера поужинала? – это был самый обычный вопрос, но немного странный.       - Нет, у меня не было аппетита, - призналась Эля.       Эйприс только покачал головой. Все как и говорил Дэр. Эванс совсем забыла о своем здоровье и о том, что правильное и регулярное питание также важно, как и чередование отдыха с упражнениями.       - Ты хоть позавтракала? – уперев руки в бока, строго спросил гвайец.       - Я съела порцию каши, лепешку и выпила чай, - отрапортовала Эля, догадавшись о причине его беспокойства. – Не волнуйся, я обычно хорошо питаюсь, иначе Леондар или Иэль начинают на меня наседать.       - Ну, ладно… - сощурил глаза Эйприс. Парень опустил руки и уже в более добром расположении духа поинтересовался. – Интересно, они оба будут нас тренировать или же по очереди, или разделят на пары ученик-наставник.       - Я не знаю, Дэр вчера мне ничего не сказал, - пожала плечами Элия. – Разве он ничего не сообщил тебе дома утром?       - Нет, он рано встал и ушел к сестре, - ответил Эйприс, думая о том, какую же все-таки тактику выберут два мастера Стрел.       Анея стояла посреди гостиной в полной тренировочной экипировке. Давненько она не надевала ее. Раньше она позволял себе минимум защиты потому, что ее редко кто мог серьезно ранить или причинить боль, но тренировать Эйприса и Элию травмоопасно, они оба уже на том уровне, когда могли ей навредить.       - Надо же, ты надела защиту, - удивился Дэр. Он стоял в тренировочной форме.       - С ними она не помешает, - сказала Аитуно, закрепляя оружейный пояс. – Кстати, должна извиниться за то, что сказала по поводу твоей неготовности быть мастером Стрел. Вчера ты нашел и привел Элю, и выглядела она лучше, чем раньше.       - Спасибо, но я, действительно, еще не полностью созрел, - сказал Дэр. В руках он держал белый кинжал в ножнах, но на его поясе уже висело два одноручных меча. Парень покрутил оружие в руках, проверяя на предмет ссадин или других повреждений, и, к своей радости, ничего не нашел. – Я просто сказал ей то, что чувствовал.       - Ты явно подарил ей надежду, - сказала Анея. – Будь осторожней с этим. Надежда - вещь хорошая, пока она не разбивается.       - Я не боюсь, - ответил твердо Дэр. – Она не тот человек, что потеряется на середине пути. Когда ее путь намечен, ее сложно остановить. Ты сама уже заметила, Эля упрямая и всегда следует своему чувству долга и справедливости, поэтому, когда она заходит в тупик, ей не хватает сил найти несколько путей решения. Она видит только один и редко думает о других. В такие моменты ей нужно показать, как и куда идти. Но только сама она решает: идти ли по указанной ей дороге или выбрать другой путь. Она не настолько доверчива, чтобы беспрекословно слушать каждого, и это хорошо. Иначе ей бы могли воспользоваться плохие люди.       - Надо же проницательность Аитуно коснулась и тебя, - улыбнулась Анея. – Надо признать, я давно не общалась с тобой так долго, раньше мы могли позволить себе поинтересоваться лишь о важных или пустяковых делах. И ты, надо сказать, заметно вырос. Так обидно, когда младший брат становится сильнее тебя тогда, как раньше ты сама защищала его.       - Что ж, - усмехнулся Дэр. – Теперь в этом нет необходимости.       - Нет, правда, я удивлена. Ты по уши влюблен в Элю, но можешь трезво оценивать ее характер. Ты точно Аитуно, - рассмеялась девушка. Дэр чертыхнулся, стараясь не накричать на старшую сестру. – И раз ты так трезво оцениваешь ситуацию, то должен был понять…       - Я прекрасно знаю, что Элия мне откажет, в самой вежливой форме, которой может. Но откажет, - Дэр понимал это разумом, но сердце надеялось на другое. И ему было больно от собственных произнесенных слов. Вслух слова звучали куда хуже, чем в размышлениях. Будто он выносил себе приговор.       - Плохо, когда твой ум холоднее, чем у гвайцев, а сердце, горячее, чем у индифферцев, - призналась Анея. – Но не переживай, зато мы хорошо лжем.       - Нашла, чему радоваться. Ты ведь сама влюблена в капитана III отряда, - холодно напомнил Дэр. Анея просто согласилась, и на этом они закрыли тему о возлюбленных. Им нужно идти тренировать учеников. Перед выходом Дэр спрятал белый кинжал в заплечную сумку.       Они нашли учеников на месте встречи и вежливо пожелали им доброго утра. С центральной площади Анея уверенно повела их к южному концу деревни, а оттуда еще дальше, в лес. Сегодня было также пасмурно, как и вчера, но рядом с друзьями лес не казался мрачным и тихим. Два мастера стрел расспрашивали учеников о самых разных вещах, начиная с того, чем они позавтракали, и, заканчивая магическими, рукопашными и прочими навыками.       - Куда мы собственно идем? – спросила Элия.       - Как я уже отвечал Эйпрису, мы идем туда, где не помешаем другим, тренируясь с оружием дальнего действия, - терпеливо ответил Дэр. Девушка сделала обиженный вид, она не считала его ответ ответом, скорее злостным уклонением от него.       - Не волнуйся, Эля, - расслабленно сказала Анея. – Ничего подобного, что было в прошлый раз, когда я заводила тебя в лес, не будет. Мы всего лишь ищем открытое пространство, достаточное для стрельбы.       - Вы не ищите его, вы знаете о нем и ведете нас туда, - возразила Элия.       - Да, ты права, - призналась командир. – Ты слишком любишь придираться к словам, Эванс.       - Учитель, неправильное использование слов, может привести к тому, что вас неправильно поймут, это в дальнейшем может повлечь за собой различные неурядицы и ссоры, коих можно было бы избежать, просто используя слова в соответствии с их смыслом, - обратилась к Анее Эля.       Командир рассмеялась.       - Что ж, похоже ты сегодня в лучшем расположении духа, чем вчера и позавчера, - Анея обернулась к ней и подмигнула. Эля тяжело вздохнула. И кто собственно ее тянул за язык? Она все еще не могла относиться к Аитуно, как обычно. Эле было все еще совестно за пощечину.       Командир бодро шагала сквозь краснолистный лес и жухлая трава с листьями шуршала под ее ногами. Как охотник, Эванс готова была закрыть уши, лишь бы не слышать, как громко ходит Анея. Аитуно явно делала это специально, правда, непонятно зачем? Позлить Элю или спугнуть животных?       Эйприс оглядывался вокруг и не замечал ни одного опрокинутого дерева, ни одного пня или кочки. Все деревья на редкость прямые и здоровые. Слишком правильные. Даже расстояние между ними примерно одинаковое, поэтому заблудиться в этом месте нетрудно, конечно, если не замечать беспорядочно растущих краснолистных кустов и другие мелкие отличительные черты.       Прошло еще пятнадцать минут прежде, чем Анея воскликнула:       - Мы почти пришли!       Она даже заторопилась, заметив просвет между двумя тонкими молодыми деревцами. Остальные еле поспевали за ней, Эля даже перешла на бег, через три километра девушка удивилась тому, как быстро выдохлась. Правый бок кололо, и она не могла восстановить дыхание. Поэтому последней вышла на странную поляну неровной формы. От одного ее края до другого было около пяти километров.       Трава здесь росла на удивление изумрудно-зеленой и достигала ее колена. Эванс огляделась вокруг и неспешно стала углубляться вовнутрь, следуя за командиром и друзьями. Элия не могла понять: искусственная эта поляна или нет? С одной стороны форма у нее неправильная, но с другой трава была примерно одного роста и одного вида. Вся трава цвета приглушенного изумруда, покрытая воском, она лежала сплошным ковром. О длинные, как у камышей, листья легко порезаться. Больше здесь ничего не росло.       Эля думала над этим вопросом, пока не услышала, как изменился звук шагов Анеи. Эванс сама почувствовала, как ступила на что-то твердое, и посмотрела вниз. Она стояла на белой каменной плитке, настолько близко и плотной утрамбованной, что не чувствовалось ни трещин, ни выемок. Внутри зеленой поляны размещалась белая арена или как это еще можно назвать? Белый идеально ровный каменный круг. Примерно в полкилометра диаметром.       - Что это? – спросила Элия.       - Наша тренировочная площадка, - пояснила Анея. – Здесь тренировалась почти все повстанцы Заката. В основном, она предназначена для мечников и копейщиков. Но из-за расстояния самой поляны, позволяет тренироваться и лучникам, и магам. Здесь мы продолжим ваше обучение.       - Да, но из вас двоих его продолжит только Эйприс, - скорректировал предложение сестры Дэр. Он взглянул на Эванс. – Тебя нужно привести в форму. И касается это не только твоего тела, но и твоего разума.       - Что ты имеешь в виду? – спросила Эля.       - Приготовь лук и следуй за мной, - загадочно произнес Дэр.       Эля прицелилась и…осторожно опустила тетиву, не выпустив стрелу. Она убрала лук стрелой вниз и посмотрела на учителя. Дэр стоял в пятидесяти шагах от нее, широко расставив руки и ноги. Учитель попросил выстрелить в него, если быть точнее, мимо него в миллиметре над головой, ее цель - дерево позади Аитуно.       Эта ситуация напомнила об Анее. Когда-то старшая сестра сделала то же самое. Но тогда Эля только вступила в ряды повстанцев Заката.       - А ведь она говорила, что ничего подобного в этот раз не будет, - сказала Эванс, пытаясь собраться с духом. И почему это глупое упражнение ей приходится делать во второй раз? Эля неплохо контролирует свои движения, поэтому сможет выстрелить в миллиметре над головой, как и требует Дэр. Тем более с такого расстояния. Тут было около 30 метров.       Эля еще раз натянула тетиву и снова почувствовала, как ее рука дрожит. Прицел сбивается, и перед глазами появляются какие-то пятна, мешающие четко видеть цель. Девушка опустила лук. Что происходит?       - Ты уверена, что училась стрелять эти полгода, а? – злил ее Дэр, посыпая оскорблениями, как в старые добрые времена. Эля сжала с силой стрелу. Неужели это так тяжело?! Девушка резко вскинула лук, приложила стрелу, натянула и выпустила. Но в самый последний момент рука дрогнула, и черная стрела полетала прямо в лоб Дэру. Он успел схватить ее за древко в нескольких сантиметрах от цели. – Ты явно разучилась стрелять. Даже задание выполнить не можешь, - строго сказал Дэр. – Уверен, что и в движущуюся мишень не попадешь.       Элия не слушала его оскорбления. В ушах стоял шум и перед глазами все плыло. Она хотела избавиться от дрожи и думала, если увеличить скорость выпускания стрелы, то рука не дрогнет. Эванс ошиблась! И как! Чуть не убила собственного друга?! Руки била крупная дрожь, она не удержала черный лук, и он упал на изумрудную траву. Чтобы было бы, если бы Дэр не успел поймать стрелу?!       - Элия?! Элия Хонория София Эванс! – Дэр в первый раз произносил полное имя ученицы. Аитуно не любил сложные имена, но ее имя любил. Ему потребовалось приложить усилия, чтобы произнести имя девушки строго.       Эля не сразу, но все же отреагировала на зов и посмотрела прямо на него.       - Еще раз! – сухо сказал учитель.       - Ты издеваешься? Хочешь умереть?! Потому что я не смогу попасть! – повысила голос Элия.       - Ты стреляешь так вяло и криво, что любой смог бы перехватить твою стрелу, - Дэр продолжал ее дразнить. Сейчас он ходил по лезвию: либо Эванс удариться в истерику, признает его приказ невозможным и бросит занятия, либо попытается снова.       - Ты точно сможешь остановить все мои стрелы? – более спокойно спросила она.       - Конечно, - кивнул парень. – Моя реакция не такая хорошая, как у тебя, но ты еще не достигла того уровня, когда смогла бы выпустить стрелу со скоростью, на которую я бы не успел среагировать.       - Хорошо.       Эля попробовала еще раз. И еще. Она каждый раз попадала мимо. Либо слишком далеко от цели, либо в самого Дэра. Правда, мастер Стрел перехватывал все ее попытки убить его. Он оставался абсолютно невредимым. Тем временем с каждым выстрелом Эванс постепенно возвращала себе прежний контроль, она начала понимать: в чем причина ее промахов и пыталась бороться против собственного подсознания. Почему-то лучнице казалось неправильным стрелять в беззащитного человека, Эля мысленно сравнивала себя со стражниками в деревне Снов. С убийцами. К тому же перед ней стоял ее друг; Эванс не могла даже представить, чтобы ранить его. Поэтому одни стрелы летели в Дэра, другие летели мимо.       - Дэр, кого ты считаешь убийцами? – спросила Эля после очередного промаха.       - Тех, кто сознательно убивает беззащитных, - сказал Дэр. – По крайней мере, тебе так скажет добрая половина воинов, - сказал парень. - Вот, представь себе: ты на войне и видишь, как один человек убивает другого человека, который намеревался убить первого. Ты будешь считать его убийцей?       - Мм…нет, - покачала головой Эля. – Я же не считаю Алета убийцей.       - Хорошо, тогда будешь ли ты считать убийцей человека, которого вынудили сражаться с другим человеком насмерть? – спросил Дэр.       - Нет, иначе бы считала Умбру Муна убийцей. Я же считаю его жертвой обстоятельств.       - Понятно… тогда представь себе другую ситуацию. Ты победила врага, который собирался убить тебя и всех твоих близких. Если ты прервешь его жизнь, ты будешь считаться убийцей? Заметь речь об его исправлении не идет…       - Ты же знаешь, как я поступила в том случае! Я не смогла его убить! Это было неправильно, он же был беззащитным и ничего не мог мне противопоставить! - возражала Элия.       - Речь идет не о тебе. Анея убила Феликса Тортора – врача из деревни Снов, - сказал Дэр.       - Я знаю… - тихо сказала девушка, будто боялась, что их может подслушать командир.       - Ты считаешь ее убийцей? – просто спросил учитель.       - В этом случае я не знаю…вряд ли он смог что-то противопоставить Анее. Это был не равный бой. Но с другой стороны он бы мог продолжить зверские опыты и дальше мучить людей, - Эля долго гнала от себя воспоминания о темных комнатах, похожих на камеру содержания, и о криках людей. И вот всё снова всплыло в памяти. Она села на траву.       - Ты знаешь, Анея ведь могла поступить так же, как и ты, просто стереть ему память. И почему же она так не сделала? – спросил Дэр, садясь рядом с ней.       - Из чувства справедливости?! Разве такой гад, как он, не заслуживал платы за все содеянное?       - Тогда почему Анея просто выстрелила в него, подарив относительно легкую смерть?       - И, правда, почему? – удивилась Эля.       - То есть ты бы спокойно или с улыбкой на лице смотрела на то, как его пытают? – он продолжал заваливать ее вопросами.       - Нет…не смогла бы, - призналась Элия после нескольких минут размышления. – В этом дело? Она щадила мои и Иэль чувства? Не хотела, чтобы мы превращались в чудовищ, получающих удовольствие от людских страданий?       - Нет, дело не в этом. Ею двигали более серьезные причины, хотя отчасти она беспокоилась и за вас. Я попытаюсь тебе объяснить. Помнишь, как Хемминг Вилмарссон разрушил заклинание Манриты Санцес? Он вспомнил тебя.       - Угу, - кивнула Эля.       - На самом деле, если бы Анея попыталась очистить разум Феликса Тортора, стереть память или что-нибудь еще, это был бы всего лишь магический блок между ним и его воспоминаниями, правда, человек обычно не осознает его, если он не новоприбывший, как ты. И так, если это магический блок, у него всегда есть замочная скважина. Другие заклинания могут открыть этот блок, если умело подобрать к нему ключ. Поэтому стирать его память опасно. Его исследования были важны и для правительства, поэтому какой-нибудь государственный маг запросто мог снять с него заклятье.       Если же просто отдать его на суд государству, тогда будет еще хуже. Им ничего и расколдовывать не придется. Он просто продолжит свои исследования. Поэтому Анея и Габриель приняли такое тяжелое решение. Ты все еще считаешь мою сестру убийцей?       - Нет, все-таки определение «убийцы» довольно сложное, - призналась Эля. – Не хотелось бы неразумно назвать так какого-нибудь человека.       - Мне кажется, что тебя больше беспокоит определение не «убийцы», а «убийства», - сказал Дэр. - В данном случае оправданий нет, был ты пьян или разозлен, был ты на войне или на смертельных боях. Ты совершил убийство и этим гордиться не стоит, - строго сказал Дэр.       - Да, - кивнула Элия. Девушка нахмурила брови, будто боролась с чем-то внутри себя. Аитуно думал, что ее одолевает любопытство и оказался прав. – Дэр, ты кого-нибудь убивал?       - Не знаю, - покачал головой парень, пытаясь подавить улыбку. Разговор был серьезным, и улыбаться в такой момент крайне странно, но он обрадовался, что угадал направление мыслей Эли. Эту черту ее характера Дэр увидел сразу: она всегда любопытствовала и вечно задавала вопросы.       - Как это? – удивилась Эванс.       - Как-то мы отстреливалась от разбойников, и я попал одному из них в живот. Я не знаю: умер он или нет, - поэтому точно не могу сказать, убивал я или нет, - сказал Дэр, поднимаясь с травы. – Давай продолжим тренировки.       Эля кивнула. Она сложила поднятые Дэром стрелы в колчан и посмотрела на лук. На черной гладкой древесине сверкала непоколебимая надпись: «Смерть ничем нельзя приукрасить». «Если ты убил человека, но все же не стал убийцей, смерть все равно остается смертью», - подумала Эля. «Ни цветы у надгробия, ни красивая одежда, ни золото вокруг покойного, ни слава, полученная благодаря самопожертвованию. Ничто не украшает смерть. Она всегда ужасна, и я это поняла», - девушка достала черную стрелу из колчана, приложила к тетиве, натянула ее, прицелилась и выпустила. Стрела вошла в дерево ровно на миллиметр выше головы Дэра.       - Поздравляю, - сказал парень, вытаскивая стрелу из дерева.       Она боялась наставлять оружие на беззащитного, потому что чувствовала себя убийцей, такой же, как те стражники в деревне Снов. Но Эля не убийца, даже если ранит Дэра, он не умрет. Наставляя на него оружие, Эванс видела всех друзей, видела уже погибших дорогих ей людей. Она просто не могла ранить их! Не могла ранить собственными руками! Но пока она не убила их, все можно исправить, к тому же у нее нет намерения убить, она делала это не из кровожадности, а для защиты. Оружие создано не только, чтобы убивать. Всего лишь инструмент. И Эле выбирать для чего он послужит.       Эля сжала черный лук.       - Что ж. Теперь можно вернуться к упражнениям. Пора приводить твои мышцы в порядок, а то выглядишь как хиленькое полумертвое животное, - улыбнулся Дэр. – И сколько же подходов мы сможем сегодня сделать? – задумался мастер.       «Надеюсь, я переживу это», - с надеждой подумала Элия, собирая вещи.