Варить кофе, ждать любовь

      Пары в этом корпусе у Осаму были три раза в неделю, так что целых три раза в неделю он мог заходить, наслаждаться хорошим кофе и хорошим… Видом. Стоило ему это всего ничего, каких-то пары полуторачасовых прогулок пешком до дома, потому что случались дни, когда последние деньги он просаживал на кофе. Но нисколько об этом не жалел.       Вообще-то, как-то так выходило, что попадал он в основном на смены Акутагавы, но Чуя обычно все равно появлялся, бегал тут что-то, перекидывался со всеми ними фразами, как со старыми знакомыми, заставляя Осаму глупо улыбаться. А если его все же не было, то Дазай просто просиживал штаны вместе с Накаджимой, который тоже, походу, в этом кафе поселился. И явно словил огромный краш на Акутагаву. Не в дазаевской ситуации над ним ржать, конечно, но он как-то умудрялся.       Где-то спустя неделю Осаму наконец-то попал на полноценную смену Чуи. В этот день ему до ужаса захотелось не садиться за столик в принципе, как он уже привык это делать, а просто встать у стойки, подпереть щеку рукой и стоять. Смотреть. Часов… Много. Чуя в фартуке бариста и с собранными в пучок на затылке волосами ‒ просто умереть можно, как мило. У него наконец-то и бейджик был, и Дазай рассмотрел его фамилию ‒ Накахара. Странно, конечно, что он сам по имени представился, но как-то ему так действительно больше шло.       Чуя, завидев его еще в дверях, заулыбался. Этот внезапно зачастивший в кофейню парень с вечно растрепанными волосами в цвет шоколада, в которые так и тянуло зарыться рукой, всегда неожиданно проскальзывавшими до картинности изящными жестами и, главное, неприкрытой заинтересованностью ‒ говоря мягко ‒ в глазах ему, вообще-то, сразу понравился. Он от души посмеялся, когда Акутагава ему рассказал, как Дазай наврал, что его звал Ацуши, и тот так растерялся, что панически заказал чизкейк. Чуя Рюноскэ всегда говорил, что этот белобрысый на него смотрит щенячьим взглядом, а тот не верил. Говорил, мол, чего он мог в нем найти. Дурак.       В целом к этим двоим Чуя как-то заочно проникся симпатией. Ему практически все их постоянщики так или иначе нравились, он помнил каждого и искренне считал, что к ним ходят в основном хорошие люди, но Дазаю с Ацуши хотелось сказать персональное «привет», когда он забегал в кофейню и видел их теперь уже двоих за столиком. Причем Накаджима продолжал втыкать в свои конспекты, и, видимо, Дазай ему не мешал и не собирался, просто занимал место напротив и обычно тихо пил кофе, наблюдая через панорамное окно за улицей.       Но вот сегодня Ацуши что-то видно не было, объявился только Дазай. Оно и ясно, сегодня же не смена Акутагавы, а самого Чую, как он уже успел заметить, Накаджима почему-то слегка стремался.       — Привет, — в ответ Накахаре улыбнулся Дазай, подходя к стойке. Он вообще пребывал в тихом восторге от того, что Чуя сам со второго его появления тут задал общение на ты, что было очень смело для бариста на рабочем вроде месте, но Осаму этим с превеликим удовольствием тут же начал пользоваться. — Можно мне как обычно? Дазай повадился брать тут мокко. На полном серьезе, он его искренне полюбил. Раньше он ему не нравился, потому что везде был то слишком горький, то слишком сладкий, шоколад отдавал дешевым противным какао, и вообще, кто придумал добавлять шоколад в кофе? Но теперь Осаму понял, что просто не пробовал еще хорошо приготовленного.       — Я подумаю, — подколол Чуя и уже привычно Осаму блеснул своей хитрющей синевой. Когда он так делал, Дазай вообще всякую нить мысли у себя в голове терял.       — Ну пожалуйста? — состроил мордаху он, и Чуя тут же мягко рассмеялся.       — Так уж и быть, сейчас принесу. На таких условиях Осаму был согласен все-таки уйти за уже полюбившийся столик у окна. Оставив пальто на вешалке, а рюкзак кинув под стол, он сел и пару секунд взял на то, чтобы просто перевести дух. Ему бы стоило уже, наверное, как-то сдвигать ситуацию с мертвой точки, потому что, несмотря на то, как мало прошло времени, отношение Накахары было, вроде, вполне ясно. Вроде. Просто всегда оставался шанс, что все это напускное, обычная манера общения с любым посетителем. Ну а что? Одна такая улыбка ‒ и вот вам новый постоянщик. Ну или не улыбка, судя по Ацуши. В общем, эти бариста вообще всегда ребята загадочные.       Осаму задумчиво пялился в окно, откинувшись на спинку стула и наблюдая за бегущими мимо людьми. На улице стремительно теплело, и многие уже не застегивали пальто, поснимали шапки и в целом спешили поймать уже теплые лучики то и дело выглядывавшего из-за легких облаков солнца. Засмотревшись на эту реку довольных наступившей весной гуляк, Дазай не заметил, как Чуя подошел и поставил перед ним маленький деревянный поднос с высоким стеклянным стаканом, наполненным источавшим невероятный аромат напитком. Этот запах уже стал у Осаму ассоциироваться с чем-то… Хорошим и светлым. Даже не с чем-то конкретно, просто теперь для него так пахла, пожалуй, сама весна ‒ шоколадом и кофе.       — Спасибо, — улыбнулся Дазай, подняв взгляд на Чую. Тот кивнул в ответ и продолжил стоять, не торопясь уходить за стойку, будто ждал чего-то. Отличный момент, теперь задача не упустить его. Набравшись смелости, Дазай снова заговорил. — Чуя, я тут хотел…       — Я присяду? — вдруг перебил его Накахара. Дазай аж опешил.       — А, конечно… А тебе можно, начальство не будет против? Чуя почему-то снова засмеялся, отодвигая стул напротив Осаму.       — Думаю, я могу себе позволить некоторую вольность. Он сел за столик, подпер щеку кулаком и вопросительно посмотрел на Осаму, мол, я тебя слушаю, что ты там хотел. А он что-то уже и забыл, что хотел.       — Я, в общем… — Дазай сам себя не узнавал. Обычно это он заставлял людей теряться и уж точно никогда не имел проблем с тем, чтобы добиться желаемого, а тут… Вот что ему делать, когда это рыжее создание сидит тут напротив, думает непонятно что и смотрит прямо в глаза своим пронзительным взглядом? — Я спросить хотел, ты не против увидеться где-то… Помимо работы? Прямолинейность тут, пожалуй, лучшая тактика, и Дазай почему-то был уверен, что если начнет играть с Накахарой в игры, то проиграет. Не похож он был на человека, с которым стоит флиртовать, как с первокурсницей. И судя по реакции, он угадал.       — Уж думал, ты не спросишь, — нет, все-таки Осаму поражала эта смелость. Как это так вообще, его просто внаглую обыгрывают!       — Эй, мы знакомы неделю, — в шутку возмутился он. — Часто тебя на свидания зовут во вторую встречу?       — А это свидание? — продолжал издеваться Накахара.       — Да, — Дазай скрестил руки на груди, принимая правила и натягивая фирменную самодовольную улыбочку. Чуя явно веселился.       — Ну хорошо, — он вдруг достал из кармана фартука блокнот и ручку. Осаму как в замедленной съемке наблюдал, как он летящим аккуратным почерком выводит на листке свой номер и надпись «в субботу в 19:00 у кофейни. Не опаздывай, Осаму <3», отрывает его и придвигает к Дазаю. — Пей кофе, а то остынет. Чуя начал вставать, а Дазай просто пялился на этот листочек. Его переиграли и уничтожили.       — Откуда ты мое имя знаешь? — только и смог выдавить он.       — Ацуши сказал Акутагаве, а он мне, — пожал плечами Накахара. — Ты ведь не против? После такой улыбки Дазай и квартиру, которой у него не было, был бы не против на него переписать.       — Нисколько, — он подтянул к себе листочек и прибрал во внутренний карман пиджака.       — Тогда больше не отвлекаю, — Накахара обошел столик и направился к стойке, и тут Осаму почувствовал, как ему на плечо невесомо легла рука и так же невесомо соскользнула, как бы невзначай, что-то вроде прощания. Дазай тяжело выдохнул, как только он отошел на расстояние пары метров. Он только сейчас понял, что сердце уже какой-то неопределенный промежуток времени билось у него не в груди, а где-то в горле. Но помирать пока было нельзя. Как минимум, не раньше семи часов вечера этой субботы.