Все заблудились в сути

− Что ты сделал с Тэхеном? – Голос друга звучит в динамике слегка обеспокоено, переходя на шепот. – Чимин всерьез продумывает план по угону кукурузника в эти выходные. − Да нихуя я с ним не сделал. – Несдержанно громко рычит Чонгук, ловит удивленные взгляды проходящих мимо него в аэропорту людей и делает тон тише. – Нихуя я не сделал, Юнги. Если рыжий сдохнуть захотел, пусть других в это не втягивает. – Раздраженно выплевывает из себя. – Хотя чего это я. Куда ж он без вас? Ты ему патроны будешь подавать, если он расстрел решит устроить, Тэхен первый на амбразуру побежит, а вы ему будете подсказывать, куда встать, чтобы побольше пуль попало. − Я ни черта сейчас не понял. – Опешил мятноволосый, округлив глаза и отходя еще на несколько метров от Чимина, чтобы до того точно не донесся этот яростный поток младшего. – Я сказал ему, где ты, потому что думал, что вы время вместе проведете и разрешите, наконец, это напряжение, от которого на вас табличку 18+ повесить хочется. − Не прогноз, а хуйня собачья, Юнги. – Не унимая напора. – Если б ты думал, ты б его мотивами поинтересовался или со мной бы поделился той ебать какой секретной историей, которая оправдывает все, что он делает, а меня мудаком выставляет. – Остервенело поправляя сползающую с плеча сумку. – Но мне ж нельзя такое знать, доверия ко мне ноль. Поверхностная дружба, одноразовый секс – вот что мне положено. А я еще и недоволен, что мне звонят с предъявами, не разобравшись в ситуации…. − Успокойся, блять. – Рявкает старший в трубку, прерывая злостную, торопливую речь. – Выдохни, Чонгук. – Более спокойным голосом. – Давай по порядку. Когда Юнги вернулся к столику в кофейне, Чимин растерянными глазами бегал от своего тетрадного листа, куда выписал локации с кукурузниками вокруг города, к экрану телефона. Мятноволосый озадачено почесал затылок и негромко присвистнул. Возможно, он и правда с Чимином слегка поплыл, загораясь от него как от факела. Это все, конечно, весело, но Чонгук прав, пора включить мозг и хотя бы попытаться разобраться в ситуации. − Клубочек, вызвони Тэхена. – Осторожно убирая исписанную тетрадь в сторону. – Пусть сюда приедет, мы с ним поговорим. − Я же тебе сказал, в каком он состоянии. – Удивленно поднимая взгляд. – Он никуда сейчас не поедет. − Скажи, что тебе помощь нужна. Он приедет. Рыжик на секунду замялся, но, увидев твердость во взгляде мятноволосого, все же нажал кнопку вызова. Пока Тэхен ехал, Юнги аккуратно подготавливал Чимина к разговору. Он вкратце описал ситуацию, частично изложенную Чонгуком, и они вместе пришли к нескольким выводам. Во-первых, идею с кукурузником стоит оставить на потом. Во-вторых, пора рыжику прекращать предотвращать и глушить негативные мысли Тэхена. Нет, в самих их развлечениях нет ничего плохого. Просто есть разница – веселиться ради веселья или веселиться в попытке сбежать от себя. И второй вариант, возможно, не помогает Тэхену двигаться дальше. В-третьих, странные игры этих двоих пора прекращать. Полчаса спустя на проезжей части напротив кофейни остановилась машина такси, и из нее вывалился растрепанный блондин. На нем была футболка, домашние штаны, сверху накинут теплый махровый халат, а на глазах были солнцезащитные очки. Он, ступая домашними тапочками со стоптанными задниками, преодолел небольшой тротуар и уже через пару минут плюхнулся на диванчик напротив двух слегка ошарашенных друзей, игнорируя удивленные взгляды окружающих. − Ты обдолбался чем-то? – Вырвалось из Юнги, пока он рассматривал буквально за пару дней изменившиеся и осунувшиеся черты лица, нездоровый цвет кожи и расфокусированные заторможенные движения блондина. Чимин локтем толкнул его в бок. − Нет, к сожалению. – Откидываясь затылком назад и сквозь темноту очков рассматривая потолок помещения. – А есть что? – Голос звучит спокойно, но очень устало. − Тэ… − Начал слабым голосом Чимин. − Да, ты сказал, что-то случилось. – Переводя не просматриваемый сквозь черные линзы взгляд на друга. – О чем ты хотел поговорить, Чими? – Теплота и сопереживание слышны в легкой хрипоте слов. − Об этом. – Ответил за рыжика Юнги, ладонью указывая на весь сегодняшний образ Тэхена. − Спешил, как мог. – Пожал плечами блондин и снова откинулся головой на диван. − Тэхен, что произошло, что ты сейчас в таком состоянии? – Со всей серьезностью спросил мятноволосый. − Вооот какая повестка дня. – Протянул блондин. – У меня теперь два тревожных паникера. – Попытавшись выдавить улыбку, но мышцы лица отчаянно сопротивлялись. – Просто легкий недосып. − Ты на труп похож. – Недовольно прищурился Чимин. – Опять. Тэхен с едва заметным раздражением выдохнул и оперся локтями о стол, складывая руки, чуть выглядывая из-под очков и потухшим, но внимательным взглядом осматривая друзей. Рыжик сидел словно на иголках, всем видом демонстрируя явное беспокойство. Оно и понятно, несколько раз он наблюдал последствия затянувшихся подобных периодов друга. Это была не депрессия, как тот все время считал, но приятного все равно было мало. Кошмары в той или иной степени сопровождали Тэхена всю жизнь. После событий двухлетней давности он практически с ними породнился, то воспринимая их естественной частью своей жизни, то напиваясь, чтобы немного от них передохнуть. К врачам он тоже ходил. Проходил кучу бесполезных обследований, принимал разные типы снотворных, от которых было чувство, что мозг превращается в кисель. В конце концов, он просто устал искать причину. Казалось, это абсолютно безрезультативное и очень изматывающее поползновение. Его способом борьбы стала деятельность. Освоение бесполезных навыков, работа с постоянным взаимодействием с людьми, участие в мероприятиях, которые генерировал неуемный мозг рыжика. Последнее оказалось очень приятным и своевременным бонусом к их дружбе. Тэхен бы и без этого с ним дружил, но как же кстати оказалось это развитие из маленького солнышка в неуемный генератор дичи. Их времяпровождение заполняло голову постоянными позитивными событиями, выматывало физически, и кошмаров становилось меньше. Когда они только начинали дружить, Чимин был довольно стеснительным и, казалось, боязливым. Как выяснилось, рос он в строгой семье, в которой его самовыражение неосознанно душилось заботливой любовью. Довольно обеспеченные родители прививали ему условности и приучали к рамкам общества небольшого городка, в котором они жили, где все друг друга знают и постоянно нужно поддерживать какой-то эфемерный статус. Когда он переехал в большой город и познакомился с Тэхеном, то осторожно, словно кот, впервые трогающий снег, начал озвучивать свои идеи и желания. Блондина это очень забавляло, и он поддерживал нового друга словами и действиями. Когда Чимин чего-то боялся, Тэхен просто шел и делал. Рыжик восхищался, а со временем осмелел и сам становился инициатором все более и более безумных затей. Его внутренний двигатель закрутился, дорвавшись до энергии, которую источал Тэхен. Спустя два года знакомства в его действиях появилась еще и высшая ценность. Его друг, переживший сложную ситуацию, будто выздоравливал от их совместных затей. Тогда рыжик немного перегнул, правда, и им действительно пришлось убегать от полиции, но Тэхен так смеялся, будто для него это было единственным постоянным буйком, за который можно уцепиться, чтобы выплыть. Так Чимину казалось, так это отчасти и было. Их своеобразная забота друг о друге и сформировала те отношения, которые есть у них сейчас, в которых они влияют друг на друга посредством участия в своеобразном досуге, в которых они действительно беспокоятся друг за друга. Единственное, Чимин все же продолжал оставаться слишком ранимым, когда дело касается тех, кого он любит. Поэтому Тэхен перестал делиться с ним тем, что до конца не осознал или что могло его слишком травмировать. По крайней мере, эта мысль устраивала блондина больше, чем та, в которой он был больше не способен полностью довериться даже своему солнышку. Про кошмары он говорил, но лишь малую часть того, что происходило на самом деле. Тэхен не рассказывал, как, столкнувшись с сильным стрессом, его организм дает сбой. Впервые это произошло как раз два года назад, потом повторилось пару раз, например, когда он расставался с кем-то. Сон превращается в пытку, он чувствует изматывающую усталость, но заснуть удается только на несколько минут. Мозг отчаянно выбрасывает из сна, приправляя все нутро цепенящим ужасом. Все тело сковывает парализующей болью, тошнота бурлит в горле, мышцы и кости ломит, будто от лихорадки, перед глазами пугающие картины заблудившегося в бреду разума, а в груди концентрация пережитых в бесконечной вселенной сна чувств. Череда мучительных и разрушительных кошмаров, рассказывать о которой страшно, больно и, как выяснилось после трех месяцев походов по врачам, бессмысленно. Это нужно просто пережить. Оно закончится. Оно всегда заканчивается так же внезапно, как начинается. Чимин считал, что Тэхен впадает в депрессию. Тэхен хотел бы в нее впасть. Но не хотел и не видел смысла рассказывать об этом другу. Это закончится само. Ему просто нужно продолжать жить так же, как раньше. Ему нужны не грустные обеспокоенные взгляды гаснувшего солнышка, а его горящие яркие протуберанцы, разгоняющие кошмары. По крайней мере, это работает лучше ослабляющих снотворных. Почему это снова произошло с Тэхеном сейчас, он не понимал. Сильного стресса он не переживал, ничего плохого вообще не происходило. Он даже накануне шесть часов проспал без единого кошмара, с чужой теплой рукой на своих глазах. А потом просто тихо выбрался из объятий и уехал, даже не разбудив Чонгука…. Между ребрами что-то неприятно ныло и тянуло, ощущалось напряжение сухожилий в пальцах, а в груди снова растекалась та самая тоска. Но это было правильное решение. Оно не должно было привести к таким последствиям. Просто нужно немного переждать и снова вернуться в строй, беззаботно донимая брюнета и составляя компанию Чимину и Юнги….. Юнги… Взгляд из под очков плавно переходит на мятноволосого, чьи обманчиво-безразличные глаза спокойно и изучающе смотрели в ответ. Когда Юнги делает такой взгляд, Тэхен почему-то чувствует себя младшим. За эти недели у них выстроились довольно неплохие и теплые отношения. Но, несмотря на то, что в этой компании по-детски чаще всего вел себя рыжик, именно Тэхена мятноволосый воспринимал как ребенка. Возможно, дело как раз в некой скрытности блондина, которую Юнги, казалось, видел насквозь. Каждый раз, когда Тэхен ловко менял темы, которые слишком близко подходили к его границам, он ловил на себе едва заметно прищуренный взгляд нового друга. За то, что каждый раз при этом тот не произносил ни слова, или просто озвучивал очередной счет, ему можно сказать отдельное спасибо. Лишь один раз, когда они вдвоем вышли курить, Юнги задал несколько прямых вопросов. Тэхен ответил на все, которые посчитал допустимыми, а большего от него и не требовали. Мятноволосый, словно врач, слегка надавил на больные места, определив их положение, а затем убрал руки. Тогда блондин вкратце рассказал ему о событиях двухлетней давности. Не о своих переживаниях, последствиях, мыслях на этот счет. Просто о самом факте, как о части своей истории. Таким же образом он мог бы рассказать об этом и Чонгуку, только ведь брюнет же продолжил бы залезать глубже, а Тэхен не уверен, что смог бы тогда держать свою привычную оборону. Нет, с Чонгуком это было бы слишком многозначительным, слишком личным разговором. Когда в отношения вмешивается секс, такие простые вещи приобретают излишний контекст. И почему все размышления опять свелись к Чонгуку? Пора бы закрыть этот гештальт и относиться к нему так же, как остальным. Только вот…. Почему-то сейчас эта идея не кажется такой уж правильной… Почему-то немного страшно сейчас как ни в чем не бывало появиться перед брюнетом и продолжить вести себя как прежде…. Почему-то кажется, что его не простят. Хотя за что? − …. нужны не курсы по управлению кукурузником, а откровенный разговор. – Тараторил рыжик, пока помутненное от недосыпа сознание уносило лучшего друга в собственные мысли. − Чего? – Слегка встрепенулся Тэхен, краем уха уловив интересную задумку. – Не будет кукурузника в выходные? Юнги шумно выдохнул и несильно сжал колено своего парня под столом, успокаивая и перенимая инициативу разговора. Поле для маневров оставлять Тэхену нельзя, а Чимин своими непосредственными и честными речами, которые Юнги, безусловно, нравятся, сам создает блондину пути отступления. − Это не выход, Тэхен. Если тебе херово…. – Начал было мятноволосый. − Да нормально все со мной. – Сжимая слегка трясущиеся от тремора ладони в кулаки и убирая их в карманы халата. – Чими, я говорил тебе миллиард раз. Это не депрессия, меня не нужно спасать, за меня не нужно волноваться. Просто я не-выс-пал-ся. – Поворачиваясь на мятноволосого. – И да, это не выход, это вход. Согласен, с кукурузником уже перебор. Что поделать? Когда Чими нервничает, он слегка перегибает. Но я не бегу ни от чего, а так же, как и вы, просто ловлю кайф от всего нового. По вашей логике, нам всем к врачу пора. Вместе пойдем? Глядишь, там тоже что-то интересное придумаем. А знаете, почему? Потому что это тупо весело. Если я говорю, что я в норме - я в норме. Хватит переживать…. Или переживите это. Не знаю, как лучше. Интересное выражение, да? – Сбившись с мысли и снова начиная улетать в размышления. − Как к Чонгуку съездил? – Ухватил за хвост разбегающиеся мысли блондина Юнги. − Никак. – Поджав губы. − Я переживаю не только за тебя. – Спокойным и мягким голосом продолжил тянуть за торчащую нить мятноволосый. – Я давно его знаю, и то, что вы делаете друг с другом, мне не нравится. То, что ты с ним делаешь, Тэхен. − Да действительно! Бедного маленького мальчика разводят на секс. Какие же муки он, должно быть, испытывает. – Закатывает глаза блондин. − Тэ, Юнги прав. – Непривычно серьезным голосом вмешался рыжик. – Ты просто забавляешься из упрямства, а он тебя, похоже…. − Ну все. – Резко оборвал друга блондин, негромко хлопнув по столу, опуская на него руки и слегка наклоняясь вперед. – Я, конечно, ценю, что вы так участливы и несвойственно дотошны, но вот это, − указательным пальцем рисуя круг вокруг друзей, − пора заканчивать. Мы с Чонгуком – взрослые люди. – На этой фразе Юнги хмыкнул, а блондин стрельнул в него недовольным взглядом, но темные линзы очков не доставили его получателю. – Мы сами решим, как нам друг с другом взаимодействовать, и что-то мне подсказывает, что ты первый бы послал меня к черту, если бы я лез в ваши отношения, когда меня не спрашивают. – Подбородком кивая на мятноволосого. – На вас, сердобольные вы мои, это никак не отражается. Вы сами ставки на нас делаете и от души угараете, когда кто-то из нас лажает с подкатом. – Резкая головная боль пронзила череп. Тэхен зажмурился и кулаками надавил на виски. – Так, − уже более тихим и спокойным голосом, − о псевдодепрессии поговорили, о Чонгуке поговорили…. Еще какие-то вопросы остались? – Поднимая уставший взгляд на притихших друзей. В ответ тишина. − Вот и славно. – Руки заторможено ощупывают карманы халата. – Я, кажется, телефон оставил в коридоре…. Я так понимаю, идея вытащить меня сюда сейчас принадлежит явно не Чими? – Скользя зрачками по неловко поджимающему губы рыжику, бегающему глазами по помещению кофейни. – Вызовешь мне такси, пожалуйста? – Обращаясь к Юнги. Мятноволосый молча извлек телефон из кармана толстовки и выполнил просьбу, введя продиктованный адрес. − Класс. – С трудом поднимаясь с дивана. – Увидимся завтра… Или через пару дней. Не знаю пока. − Тэхен неспешно направляется к выходу, но затем резко останавливается и, постояв пару секунд, возвращается к столу, опираясь на него ладонями. – Вы уж простите, если я был слегка грубоват. Вы так-то лапочки, просто я пиииздец как хочу спать. – Он кивает сам себе и на этот раз, не возвращаясь, покидает заведение. Чимин и Юнги задумчиво наблюдают через большое окно кофейни, как блондин выплывает на тротуар, снова ищет что-то в карманах, извлекает оттуда портсигар и зажигалку, а затем закуривает, разворачиваясь к окну и всматриваясь в ответ. − То есть телефон он забыл, а портсигар и зажигалку взял?... – Охуевшим шепотом бормочет мятноволосый, не отрывая взгляда от представшей картины курящего на холоде Тэхена в очках, тапочках и халате. − Думаю, телефон у него тоже с собой…. Он просто решил тебя слегка наказать…. – Так же шепотом, будто блондин может их услышать, наблюдая за лучшим другом, делающим планомерные затяжки. – Какой у вас там счет уже? 72:70?.... Когда машина подъехала, Тэхен бросил на нее ленивый взгляд через плечо, выкинул докуренную сигарету в стоящую рядом мусорную корзину и, послав своим наблюдателям воздушный поцелуй, больше похожий на то, что он отсалютовал, заполз на заднее пассажирское сидение. − Больше я в их отношения не полезу… − Наконец, обычным голосом заговорил Юнги, когда автомобиль скрылся из виду. −….Огреб сегодня от обоих. Короткий смешок вырвался из легких рыжика.

***

Ён Ми уже полчаса акулкой крутилась вокруг только вернувшегося из командировки брата. Она с порога поняла, что Чонгук сегодня не в духе. Обычные способы поднятия настроения не работали – душ, вкусный ужин, веселые истории, расспросы о командировке и попытки разговорить. Брат был уставшим, да, но нужно было быть слепым, чтобы не заметить, что его что-то гложет. Успешное открытие нового филиала не принесло радости, как обычно. Судя по разговору, дело было явно не в работе, но спрашивать про другой аспект его жизни сейчас нужно было очень деликатно. Если сестра не подберет подходящий вопрос, то Чонгук просто отмахнется и уйдет спать. Как-нибудь потом он обязательно ей что-то расскажет, но это будет потом. А плохо ему сейчас. - Как дела с дженгой? – Созрел, наконец, вопрос в голове. − Развалилась она, похоже, к хуям. – Задумчиво ковыряя вилкой остатки ужина. Прикрытые глаза резко расширились, Чонгук спохватился и уставился на сестру. – К чертям. – Торопливо исправляясь. – Не смей ругаться матом. Ён Ми хихикнула и чуть наклонила голову вбок, выжидая продолжения, но его не последовало. Брюнет цыкнул своим мыслям, нахмурился, тяжело выдохнул и поднялся с места. − Я уберу. – Перехватывая опустевшую тарелку и неся ее к раковине. − Спасибо, Ми. − Проводя ладонью по проплывающей мимо макушке и усталым шагом направляясь к двери. − Дженгу, кстати, всегда можно начать выстраивать заново. – Бросила напоследок девушка, включая воду. Чонгук хмыкнул и вышел из кухни. Физическая усталость растекалась по телу, пока тело растекалось по родной кровати. Мысли, которые уже второй день роились в голове, создавая постоянный фоновый шум, громко заворошились, мешая спать. Да, дженгу можно начать строить заново. Только вот Чонгук до жути не хочет больше никакой дженги. После того, как он позавчера утром проснулся в пустой постели, то прочувствовал всю мощь разлетающихся брусков. То тягучее опустошение и досада, которых он избегал несколько недель, сдерживаясь при всех провокациях блондина, достигло его и без секса. Своим визитом Тэхен подбил его к проигрышу, и Чонгук проиграл. Дженга разрушилась на нем. С того момента никто из них не отправил больше ни единого сообщения. Это молчание давило еще сильнее. Если бы Тэхен, как ни в чем не бывало, прислал хоть что-то, стало бы легче. Но сейчас Чонгука будто поставили перед фактом – либо ты играешь в мою игру, либо иди ты к черту. Брюнет провернулся на матрасе, разблокировал экран телефона, который осветил лицо в темноте комнаты, и в очередной раз пробежался по оповещениям. Работа, какие-то мемы от Чимина в общем чате, спам… Сообщений от Тэхена нет. Конечно же. Экран гаснет, и гаджет отлетает на край кровати. Либо по его правилам, либо никак. Как же это раздражает. Чонгук зарывается лицом в подушку и негромко рычит. Почему он должен первым идти навстречу? Это его хотели использовать, это его бросили в пустой постели, даже не разбудив. Почему он должен переступать через себя и принимать чужие условия? «Потому что иначе – никак» - проносится в голове. Что бы значило это «никак»…. Насколько отдалится от него Тэхен? На что он переключится? Или на кого…. Липкое, неприятное чувство шершавым языком прошлось по ребрам. Уж лучше дженга. Ёбанная дженга. Чонгук стискивает челюсть и снова хватается за телефон.

***

Вибрация от оповещения разнеслась по полу. Тонкая рука выпуталась из под одеяла, на ощупь нашла телефон и утащила его внутрь кокона. Гуки Сдался? Тэхен Еще чего. Слабая улыбка трогает уголки пересохших губ. Глаза с полопавшимися сосудами гипнотизируют экран. Чонгук его провоцирует. Давящий страх встречи резко отступил. Все хорошо. Веки резко наливаются свинцом, телефон выпадает из рук. Тэхен, наконец-то, крепко засыпает.

***

− Не все сразу, клубочек. Для первого раза получилось отлично, я считаю. У тебя есть слух и это самое главное. – Уверенно смотря прямо в глаза стоящему рядом рыжику и стряхивая пепел с тлеющей сигареты. − И этим самым слухом я слышу, как я сфальшивил. – Морщится Чимин, мыском кожаного ботинка наступая на край лужи на дорожке перед универом. − Видишь, как здорово. – Спокойно подмечает мятноволосый. – То, что ты видишь недостатки, значит, что у тебя есть все возможности их исправить. Ты, вон, уже даже на вокал записался. Чтобы что-то получалось, нужно приложить усилия, даже если есть задатки, и это нормально. Главное, чтобы тебе самому нравилось, что ты делаешь. Тебе нравится? Рыжик интенсивно закивал. − Я рад. – Мягко и еле заметно улыбаясь и легонько толкнув своего собеседника плечом. – В том, что у тебя все получится, я не сомневаюсь. Не будь так строг к себе. К идеалу стремиться можно всегда и при этом никогда его не достичь, но это вовсе не значит, что нужно обесценивать свои старания и достижения, понимаешь? − Понять-то я понял, только этому еще научиться нужно. – Приподнимая уголок губ и гипнотизируя лужицу, границы которой он пытается расширить ботинком. − Классное чувство, да? – Чуть более оживленно кивает Юнги и затягивается. − Не сказал бы. – Хмуря брови и пряча подмерзающие от прохлады осени ладошки в карманы цветастой куртки. – Херь какая-то. – Несильно топая носком по воде, от чего мелкие капли невысоко брызгают. − Да ну ты чего? – Ласково улыбаясь. – Момент, когда ты осознаешь границы своего осознания – это ж такое скребущее и необычное чувство. Цени его. Цени то, что можешь его испытывать. − Знаешь, иногда твоя философия вызывает у меня подозрения. – Прищуриваясь и тепло улыбаясь в ответ. − Знакомое чувство. – Врывается в беседу голос подошедшего со стороны парковки Чонгука. − Странно, но я даже рад снова лицезреть твою обманчиво безобидную мордаху. – Задумчиво протянул Чимин после обмена приветствиями. − Удивительно, но у меня ты тоже не вызываешь негатива. – Сдерживая рвущийся смешок. − Ц. – Закатил глаза рыжик. Чонгук все же усмехнулся и жестом попросил у Юнги сигарету. − Чего вы тут обсуждали? – Мимолетно вздернув брови на то, что мятноволосый снова курит свои прежние сигареты, он подкуривает. − Помнишь текст, что я написал год назад и мучился с наложением его на музыку? – Убирая пачку в карман толстовки, виднеющейся из под расстегнутой куртки. − Хотел бы я забыть все твое нытье на эту тему. − Ты умеешь ныть? – Заинтересовано округлил глаза рыжик. − Слушай его побольше. – Растянул губы в полосу Юнги, окатив ухмыльнувшегося младшего осуждающим взглядом. – В общем, Чимин на днях его пропел, когда читал, и меня осенило. Вчера записали. − Круто. Скинешь? – Выдыхая дым. −Нет. – Вмешался рыжик. − Да. – Твердо отрезал Юнги, кинув на свой клубочек смиряющий взгляд. − Да. – Капризно выдыхает Чимин и чувствует, как его волосы слегка трепят. Еще несколько минут они стояли недалеко от университета, докуривая и обсуждая последние новости. Чонгук рассказал, что сегодня утром отвозил Ён Ми в аэропорт, чтобы та поехала на две недели каникул к родителям, вкратце поделился забавными рабочими моментами и их результатами за время командировки. Юнги с Чимином рассказали о последних событиях и о том, что пропустил младший. О Тэхене они говорили исключительно в контексте дружбы их компании. А затем все трое направились к университету, расходясь по корпусам. Тэхен появился только к обеду. Кожа снова приобрела карамельный оттенок и здоровый блеск, ясные карие глаза стреляли шкодливым ехидством, уложенные блондинистые пряди слегка завивались, жесты и походка приобрели прежнюю уверенность и плавную четкость движений. Он подплыл к столику в кофейне, откинул куртку и сумку на спинку стула, занял привычное место напротив Чонгука и звонким беззаботным голосом влился в разговор. − …. Да я ж не идиот. – Возмущается Чимин, который уже перестал понимать, как его безобидная реплика про разрыв круговорота торговли довела до такой баталии. − Я просто сказал это в рамках экономической абстракции. − Решение покупать или производить – это первое, что предприниматель делает, Чимин. Сравнение выгоды и расходов, выбор между аутсорсингом и инсорсингом. Даже если принимается решение о производстве, требуется оборудование, сырье, трудовые ресурсы и так далее. Относительно всего этого проводится анализ…. − Чтобы что-то продать, нужно что-то купить. – Кратко подытожил хен. − Или приватизировать. – Кивает Чонгук. − Не обязательно. – Задумчиво вклинивается блондин. − Продают воздух, мусор, да даже дети продают свою радость за подарки. То есть, по сути, продать можно даже время и эмоции. − Молодец, ты описал концепцию шлюхи. – Усмехается брюнет. − Погоди, − оспаривает Тэхен, − шлюха – это, в некотором роде, благородная профессия. Она продает не товар, а услугу. Это же, скорее, концепция бляди. И вообще, это если мы говорим о розничной торговле, а если оптом, то это называется маркетинг впечатлений. – Последние два слова он произносит одновременно с младшим и их вместе с Юнги прорывает смех. − Циники вы все ебаные. – Недовольно бурчит рыжик, откидываясь на спинку стула. − Интересная у тебя просто мысль была. – Кроссовком под столом ободряющее постукивая ботинок Чимина. – Видишь, как всех взбудоражило. – Кивает на остальных улыбающийся Юнги. − Ага, думаю, у Гуки даже привстал, когда мы о шлюхах заговорили. – Посмеивается блондин, кидая игривый взгляд на младшего. − Хорошо, что ты всегда на страже моей эрекции, чтобы такое заметить. – Вздергивает брови Чонгук, отправляя ответный пас. − Что, серьезно? – Тэхен с выражением любопытства на лице чуть наклоняется вбок, чтобы заглянуть под стол. − В пятницу иммерсивная постановка будет. – Закатывает глаза Чимин и, рукой вцепившись в ворот друга, возвращает того на место. – Ну, как постановка. Короче, какой-то народ собирается в здании бывшего подпольного казино и будет что-то делать. Я знаю адрес и кодовое слово для входа. − Откуда он берет это дерьмо? – Возмущенно уставился Чонгук на мятноволосого, моментально отлипнув взглядом от Тэхена. − А вы свое? – Не растерялся Юнги. − Туше. – Кивнул брюнет и повернулся обратно к двум другим собеседникам. − Я за. – Невозмутимо согласился блондин. − Кто бы сомневался. – Прищурился Чонгук. − Что такое, Гуки? Не хочешь кончить вместе со мной эту неделю, предавшись иммерсивному акту? − Тэ, − толкает язык за щеку, подобрав ответно-ласковое прозвище провокатору, − ты перегибаешь палку. – Буравя блондина резко потемневшим и потяжелевшим взглядом, от чего тот довольно закусывает нижнюю губу. − Моя палка. Хочу – перегибаю. − Господи, да потрахайтесь вы уже, пожалуйста. – Взмолился Чимин, громко прикладываясь лбом к столу. − Если ты Чимина до такого состояния довел, представляешь, каково мне? – Не успокаивается блондин, не отрывая взгляда расширенных зрачков от рвущегося наружу цербера. − Так, все, я на пары. – Подорвался с места покрасневший рыжик. − Без комментариев. – Подавив смешок, поднимается вслед за своим укатывающимся клубочком Юнги. Еще несколько секунд двое оставшихся пожирают друг друга глазами, не в силах разорвать этот пленяющий контакт. Скрупулезно взращиваемая мания, кажется, достигла своего пика. Когда давящая ткань джинсов в области паха стала нестерпимо ощущаться, Тэхен все же отвел взгляд и молча поднялся с места. Он уже положил руку на поручень входной двери заведения, когда прямо над ухом послышалось тяжелое дыхание. Чонгук придавил ладонью полотно двери, не позволяя ее открыть, и грудью прислонился к спине блондина. − Сегодня в восемь у меня. Адрес скину. – Низким глубоким голосом негромко произнес младший и, накрыв руку Тэхена, потянул дверь, открывая ее. – Чего застыл, бес из порно? Идем. – Другой рукой слегка надавливая на поясницу, заставляя старшего выпасть из ступора и сделать шаг.