Все заблудились в сути

Громкая трель телефонного звонка пронзила сонную тишину субботнего утра. − Сука, Липси! – Прошипел разлепляющий веки Юнги, когда испугавшийся резкого звука кот, подскочил на его груди, вцепившись когтями. Чимин рядом разнеженно улыбнулся и перевернулся на другой бок, лениво потянувшись к телефону на тумбочке. Тело сразу напряглось, он моментально подскочил, коротко прокашлялся, смахивая сонливость, и серьезным голосом поприветствовал звонящего. Мятноволосый нахмурился и приподнялся на локтях, наблюдая, как рыжик нервно перемещается по комнате, зажав телефон плечом, натягивая боксеры и выдавая односложные ответы. − Ты чего размотался по всей спальне, клубочек? – Сипло интересуется Юнги, пока окончивший разговор хозяин квартиры продолжает наматывать круги по комнате. − Родители приезжают завтра. – Растерянно поднял глаза Чимин. − Всё, хватаем тревожный чемоданчик, подделываем паспорт и залегаем на дно где-нибудь на островах Кука? – Искренне стараясь понять внезапную панику. − Нет. – Хмыкает чуть расслабившийся рыжик и залезает обратно на кровать, садясь на колени. – Не готов я сейчас, понимаешь? Юнги вопросительно хмурится. − Я думал, они не приедут раньше декабря. – Тормоша свои волосы на затылке. – К этому времени я бы успел какой-нибудь новый защитный механизм найти… − Чего?... – Присев на кровати, стряхивая с себя остатки сна. – Ты боишься их что ли? − Не их.− Мотнув головой. – Я боюсь, что рядом с ними, я не смогу….ну… отстоять себя что ли. − Я не очень понимаю, Чими. Они на тебя нападают? − Они меня…. Любят. – Поджимая губы. – Просто очень по-своему…. Как бы тебе объяснить. – Падая спиной на постель и рассматривая потолок. – Прошлой весной я в компанию одну устроился. Радовался до жути. Пару недель спустя узнал, что у матери опухоль. – Резко приподнявшись и успокаивающе выставив ладошку. – Сейчас все нормально, тогда провели исследование, была доброкачественная и маленькая, быстро удалили, вообще никаких последствий. Но когда я только узнал, это был стресс, что у меня, что у родителей. Меня это тогда подкосило. Я решил, что слишком слаб и слишком мало делаю, вот, даже не могу, например, оплатить матери операцию, если потребуется. Не знаю, с чего я вдруг решил, что это мой долг, да у них и с финансами проблем нет, но суть такая. Я слаб и делаю недостаточно. Начал пахать практически без сна и отдыха. В итоге, уже через пару недель с ней все было в порядке, а я слег с истощением и температурой. Тэхен меня тогда от души постебал за это, но всю неделю кормил, притаскивал лекарства и развлекал. Когда мне стало лучше, я понял, насколько то был неразумный способ борьбы со стрессом. Стал бережнее относиться к себе, умеренно работать, учиться и веселиться, чтобы и развиваться дальше, и давать волю своей детской части. Я получил диплом, мне поручили интересный проект на работе, на пару дней я решил съездить к родителям. Долго рассказывать, как так получилось, но вернулся я из этой поездки, казалось, пустой оболочкой с выпотрошенной душой. Вкратце, вся моя деятельность бессмысленна, я же сам должен понимать, что пора мне переставать заниматься ерундой и возвращаться в родной город, чтобы работать с ними. Знаю, я не маленький уже, чтобы так остро реагировать на подобное, но что поделать, их обесценивание меня задело. И привело к очередному дурацкому поступку. Я сам перестал видеть смысл в своей работе, стал редко там появляться, а, когда мой начальник по-доброму стал интересоваться причинами, я не нашел ничего лучше, как рассказать об опухоли матери. Я перенес тот опыт, что пережил весной на ту ситуацию и использовал, как прикрытие, а потом уволился. Ну не мог я больше работать там. – Поморщившись. − Клубочек, в этом вообще нет ничего страшного. Ты выбрал наиболее приемлемый для тебя способ разрешения проблемы в тот момент. Конечно, на постоянной основе этого лучше не допускать, но как единичный случай, он вполне понятен. К тому же, ты нашел применение своему болезненному опыту, превратив его в свой инструмент в тот момент. Я этому могу только поаплодировать. − Тэхен отреагировал похожим образом. – Не сдержав смешок. – Рационально я понимаю, что так-то ничего страшного не натворил, вред никому не причинил, последствия поступка понесла только моя нервная система. Но все же беспокоила меня этическая сторона вопроса. Считал себя моральным уродом, а потом пообщался с Тэхеном, вот, тебе рассказал и понял…. − Что моральные уроды все вокруг? – Усмехается мятноволосый. − Нет, − тоже усмехнувшись, − мораль настолько субъективна, что прежде чем оценивать себя с точки зрения морали, нужно убедиться, через свою ли призму я на нее смотрю. Ну, то есть, расскажи я об этом своей матери, вмёрз бы я уже в лед по шею. А рассказываю вам, и все норм, жить можно, даже своеобразная сила в поступке просматривается. Удивительно. – Задумчиво улыбаясь. – В общем, самоанализа с тех пор у меня в голове было достаточно, рационально я могу хоть дьявола оправдать, а вот с эмоциональной реакцией работать и работать. Теряюсь я с родителями. Они ведь, знаешь, эту квартиру мне купили, чтобы я в общежитии не жил. И с одной стороны мотив неимоверно щедрый, а с другой, они не хотели, чтобы я в неподобающем обществе крутился. И в этом они все. С одной стороны безграничная любовь к ребенку, с другой попытки тотального контроля. Мне стыдно признавать, но они все еще влияют на меня. С вами я чувствую почву под ногами, знаю, кто я и чего хочу, а с ними вся моя личность кажется просто пшиком. Они ее не знают и никогда не примут, а я боюсь ее показывать, потому что…. Я тоже люблю их…. − Процесс сепарации от родителей всегда очень болезненный для обеих сторон, Чими. – Задумчиво всматриваясь в напряженного рыжика и успокаивающе поглаживая его по руке. – Причем у многих он может и в 40 не завершиться. Не знаю, какой там защитный механизм ты планировал найти к декабрю, но отстаивать свои решения, свою деятельность, свою жизнь нужно начинать уже сейчас. − Я знаю. Я все знаю. – Негромко взвыв, перевернувшись на живот и уткнувшись в матрас лицом. – Я взрослый парень, а в голове неуверенность маленького мальчика рядом с ними. Отвратительно. – Бурчит куда-то в толщу кровати. − Ты видишь своего внутреннего ребенка, анализируешь его, осознанно ищешь первопричины и инструменты. Это не отвратительно, Чимин. Это то, что делает тебя думающим человеком. Прекрати себя гнобить. – Наклоняясь к рыжику и носом утыкаясь в щеку. – Ты прекрасен, мой такой разношерстный, нескончаемый клубочек. Мне нравится тебя распутывать. − С тобой я всегда себя чувствую уверенно. – Разворачивая лицо с мягкой улыбкой. − Хочешь, я с тобой завтра побуду? − Если они еще и о моей ориентации узнают завтра, я совсем ебнусь. – Хихикнув. − Ну, − нежно оглаживая оголенную поясницу, спускаясь ниже, − я могу постараться не приставать к тебе у них на глазах. Хотя ты, наверняка, так обворожительно бы покраснел от этого. − Нет, − разулыбавшись, − ты прав. Пора мне самому уже отстаивать себя. Просто они застали меня врасплох утренним звонком. Уже успокоился. Справлюсь завтра. – Потянувшись к чужим губам. − Если что, твой эмоциональный костыль всегда готов прийти на помощь. – Легко касаясь пухлых губ. − Сейчас я хочу другой вспомогательный предмет. – Игриво проводя языком по нижнему краю своих зубов. − Ну как тебе отказать? – Улыбается Юнги, переворачивает рыжика на спину и, навалившись сверху, неторопливо и чувственно целует. − Зубы! – Чимин резко отталкивает мятноволосого, сбрасывая с себя и подскакивая с кровати. – Сначала почистить зубы! – Взвизгивает, выбегая из спальни. Юнги падает лицом в матрас, смех смешивается с тихим разочарованным воем.

***

В понедельник Чимин был в приподнятом настроении. Встреча с родителями впервые за долгое время прошла без сильных подавляющих последствий. Конечно, не все было идеально и гладко, как этого бы хотелось, но внутри рыжика росла поддерживающая уверенность, которую укреплял он сам, Тэхен, а теперь и Юнги. Это казалось важнее и ценнее всего, что у него было прежде. Это свое пока маленькое, но уверенное и самостоятельное «Я» Чимин был готов отстаивать и лелеять, ведь в него верит не только он. К тому же, эмоционально напряженный воскресный день закончился в компании репетитора по вокалу, от чего рыжик был просто в восторге. Поэтому сейчас его не угнетали тяжелые мысли, а волновали насущные и более актуальные вопросы. − А с ним ты почему не сходишь? – Интересуется Тэхен, вместе с другом подходя к подоконнику недалеко от аудитории, в которой у них скоро начнется следующая пара. Пару минут назад, когда Юнги отошел в уборную, Чимин навалился на блондина, предлагая вместе сходить и сдать анализы на половые инфекции. − Он сдал еще в первую неделю нашего знакомства. – Пожимая плечами и запрыгивая на подоконник. − Предприимчиво. – Оценил Тэхен, становясь у другого края. − Да не, он тогда еще не из-за меня, а просто на всякий случай. А теперь он уговаривает меня попробовать без защиты, и я задумался о проверке сам. Тебя за компанию зову. − Можно. – Меланхолично кивнув, залипая в телефон. − Он с Чонгуком, кстати, ходил тогда. – Будто невзначай бросает рыжик, очень увлеченно рассматривая собственные пальцы. − А зачем ты мне это говоришь? – Ехидно прищуривается блондин. − А я не тебе, а засосам на твоей шее. – Язвит рыжик. – Еще следам укусов, вашим взглядам, исчезновению посреди спектакля… − Да понял, я понял. – Смеясь, перебивает друга Тэхен. – Пошли послезавтра утром сходим. − Договорились. – Хлопнув себя по бедру. Он хотел было спросить, что происходит между ними, но, вспомнив прошлый опыт попытки влезть в эти дебри, осекся. Если захотят, сами расскажут. – Ты к экономике уже начал готовиться? − А она завтра что ли? – Вскинул брови Тэхен. − Понял, принял. А ты? – Встречаясь взглядом с подходящим Юнги. − Что я? – Становясь рядом и закидывая рюкзак на подоконник. − Тест по экономике. Подготовку начал? − А он завтра что ли? – Удивленно уставился мятноволосый. − Все с вами ясно. – Цыкает рыжик, пока Тэхен издает тихий смешок. – На следующей неделе, расслабьтесь. Пока наигранно недовольный Чимин отчитывал остальных за попустительское отношение к учебе, а Юнги отстаивал пользу продуктивной прокрастинации, Тэхен, улыбаясь, снова уткнулся в телефон. Он уже минут 10 стирает, переформулирует и снова набирает одно и то же сообщение. «Я свободен сегодня в девять». Адресат выбран, сообщение написано, но что-то его останавливает. − …. Так что у нас сейчас инкубационный период, в который работает наше бессознательное. – Продолжает настаивать на своем Юнги. − Прокрастинация – друг креативности, Чими. – Согласно кивает Тэхен, поднимая взгляд. − Вы мне этим зубы не заговаривайте, теоретики ебаные. – Смешно злится рыжик. – Это касается творческих проектов, а не конкретных задач. С экономикой вы ничего не надумаете за неделю, а просто время потратите. Там не продуктивно прокрастинировать нужно, а тупо выучить. − Любопытно. – Раздается усмехающийся голос позади Тэхена, от которого тот резко вздрагивает. − О, Чонгук! – Переключается на подошедшего брюнета Чимин. − Тест по предмету через неделю. – Поясняет условия задачи. – Когда ты начнешь готовиться? Сегодня или в ночь перед тестом? − Ты вообще не по адресу, Чими. – Хмыкает Юнги. – Этот пролистает методичку, пока тестовые задания раздают, и напишет. Чонгук, все так же ухмыляясь, отрывает взгляд от экрана телефона Тэхена, проводит по блондину многозначительным взглядом, сдерживая смешок, когда тот торопливо блокирует телефон с именем «Гуки» в адресной строке, и невозмутимо поворачивается на двух других друзей. − От предмета вообще зависит. Ну, в большинстве случаев, да, быстрого взгляда хватает, дальше на логике можно вывезти. Но если нужно решать задачи, то нужно вечерок поднапрячься или на парах работать. – Пожимая плечами. − У меня завтра тест, а я из-за командировки часть пар пропустил. Сегодня планирую часов до девяти поготовиться дома…. а потом про экзорцизм почитаю, наверное. Книга интересная попалась. – Снова переводя забавляющийся взгляд на блондина. − В общем, время у нас еще есть, Чими, не нагнетай. – Прищурившись и отводя взгляд от младшего. – А у вас какие планы на вечер? − Я в студию сегодня. – Откликается Юнги. – Чимин со мной планировал. Рыжик одобрительно кивает. − А у тебя, Тэхен? – Снова подает слегка насмехающийся голос брюнет. − Работать до вечера буду, а потом в зоомагазин зайду. – Недовольно бурчит блондин. – Пес соседский лаять много стал, думаю ему намордник присмотреть. – Убирая телефон в карман свободных джинсов. – Пошел я нам места займу. – Отлепляясь плечом от стены и направляясь в сторону аудитории. Чонгук, сдерживая смех, следит за удаляющейся фигурой, а затем переводит взгляд на закатившего глаза Чимина, который издал понимающий и сочувствующий вздох. − Помоги мне. – Просит младший, добрыми и чистыми глазами всматриваясь в рыжика. – Что ему нужно? − Я не могу тебе помочь, Чонгук. – Растерянно разводя ладони в сторону. – Я вообще не врубаюсь, что за хуйня у вас происходит. − Ладно, хуй с тобой. – Задумчиво поджав губы, брюнет нахмурился, отвернулся, сделал несколько шагов по направлению к выходу, потом резко развернулся и вернулся обратно. – Нет, не хуй. Чимин, ну пожалуйста. Дай мне хоть что-то. Что ему нравится? − Да не знаю я. Из лука он любит стрелять, книги про попаданцев любит, стейки, мундштуки, диджериду ему нравится. – Вылавливая в голове хаотичный набор знаний о человеке. − Я понятия не имею, как тебе это поможет. Остальное у него узнавай, а то я себя сейчас меж двух огней чувствую. − Диджериду классный. – Одобрительно кивает Юнги, улетевший в свои мысли на этом моменте. − Я понял. – Задумчиво хмурится младший. – Коэффициент твоей полезности только что значительно возрос. – Вдруг неожиданно радостным голосом восклицает он, трепет рыжика за волосы и, разулыбавшись, снова направляется к выходу. − Что бы между ними ни было, они оба в этом ужасны. – Недовольно бурчит Чимин, поправляя растрепанные волосы, а внутри почему-то тоже стало радостнее.

***

В девять вечера Чонгук, учтя все прошлые ошибки, стоял в прихожей в аккуратных, но домашних серых штанах и белой футболке, прислонившись затылком к стене и скрестив руки на груди. Вместо горячего ужина на кухне одиноко в холодильнике лежали два сырых стейка, а подсвечники были убраны с глаз долой обратно в комнату Ён Ми. Чонгук был уверен, что Тэхен придет, несмотря на то, что то сообщение он так и не получил, а с блондином не виделся после того разговора. Поэтому, когда десять минут спустя в квартире раздался звон дверного звонка, он несдержанно улыбнулся, досчитал до десяти и непринужденно открыл дверь, впуская своего ночного гостя. − Как книжка по экзорцизму? – Гордо приподняв подбородок, вплыл в квартиру Тэхен, сразу стягивая обувь и верхнюю одежду и по-хозяйски проходя к ванной. − Решил начать с практики сегодня. – С трудом сдерживая рвущуюся улыбку, неотрывно прослеживая взглядом за каждым движением, пока Тэхен не скрылся за дверью. − А у тебя с зоомагазином не заладилось? – Ответной провокацией встречая выходящего из ванной блондина. − Да нет, заскочил. – Приподнимая на уровень глаз небольшой пакетик с логотипом секс-шопа, который все это время держал в руках, и многозначительно вздергивая брови. Изящная фигура, виляя бедрами, самоуверенно направилась из коридора в нужную комнату. Чонгук на несколько секунд приложился горячим лбом к стене и замер, тая в своем светлом ахуе. Улыбка на лице сочеталась с играющими желваками и зажмуренными веками. Он рукой сжал ткань своей майки на уровне сердца, вдавливая ладонь в грудь, пытаясь успокоить сходящую с ума мышцу, качающую кровь. Когда он все же добрался до собственной спальни, то остановился в дверях, прислонившись плечом к косяку и сложив руки на груди. Он потяжелевшим и предвкушенным взглядом осматривал представшую картину, толкая язык за щеку. Тэхен сидит на краю кровати, закинув ногу на ногу и приподняв правую руку на уровень лица. С указательного пальца изящной изогнутой кисти свисает кожаный ремешок кляпа в виде черной косточки. Брюнет проходится языком по своей нижней губе и вопросительно вскидывает брови, заставляя Тэхена ответить на незаданный вопрос. − Думаю, тебе пойдет. – Раскачивая предмет на пальце. – Я сегодня чуть в голос не застонал, когда представил это в универе. – Завлекающе закатывая глаза. − Пес, значит, лаять слишком много стал? – Отлепляясь от двери и угрожающе медленным шагом приближаясь, хищным взглядом исподлобья распуская мурашки по телу блондина. − Ты много говоришь во время секса, не замечал? – Притихшим голосом, снова от дерзости к покорности переходя. − А тебе это не нравится? – Повалив Тэхена на спину и нависнув сверху, рукой неспешно к чужой, в которой черный предмет зажат, протягиваясь. − Меня это из реальности выбивает. – Признается блондин, чье дыхание начинает сбиваться. – Хочу узнать, каково будет без. – Крепче сжимая ремешок. − Звучит, как ужасная идея. – Несильно надавливая на тонкие пальцы, стараясь их аккуратно разжать. − Думаю, тебе он пойдет больше. Тэхен притягивает руку к своей груди, пряча кляп в своих ладонях. − Драться теперь со мной будешь? − Зачем мне драться с тем, кто сделает все, что я хочу, стоит мне на него слегка рыкнуть? – Закусывает губу брюнет. − Гуки, ну пожалуйста. – Взмолился старший. − Я так хочу. – Нетерпеливо спину выгибая и капризно жмурясь. − Как же ты меня бесишь. – Несдержанно выдыхает Чонгук, к желанным губам прикладываясь, чужую победную ухмылку ощущая. Брюнет еще несколько минут терзает уста, которыми не может насытиться, которых коснуться сейчас больше не сможет. А затем силу воли в кулак сжимает, пока чуть ли не визжащий от восторга Тэхен на его затылке застежку застегивает. Зубы сжимаются на прорезиненной кости, скулы напряжены до предела. − Цербер. – С извращенным восхищением любуется блондин своей воплотившейся фантазией, пока его одними глазами на куски рвут. Чонгук чувствует легкую дрожь в руках Тэхена, пока тот нетерпеливо сдергивает с него футболку, сам одним движением избавляет блондина от пуловера, к потолку взвывает, когда в его шею зубами вонзаются. Он быстро стягивает с обоих тел нижнюю одежду, из-под подушки смазку с презервативами рывком к себе тянет. − Там еще кое-что…. – Подает тихий голос Тэхен, когда его ноги к груди прижимают. Нескрываемое, бесстыдное предвкушение замирает в его широко распахнутых глазах и на приоткрытых губах, в горле удушающая сухость от возбуждения. У Чонгука желваки заиграли. Он смотрит на плоский ограничитель силиконовой черной анальной пробки. Пальцы неконтролируемо сильно впиваются в точеные бедра, ноздри широко раздуваются от тяжелого дыхания. Чонгук запрокидывает голову к потолку, открывая вид на напряженную шею, хрустит позвонками, следы от зубов в кость впечатывая. Он нечеловеческий взгляд опускает вниз, в нем «Я убью тебя» читается. Тэхен дышать забывает, будто сквозь транс каждую микромимику видит, зачарованно наслаждается. Пробку из него спешно извлекают, отбрасывая в сторону, стон из него вырывая. Дрожь пронзает все тело, возбуждение словно в кулак сжимает мышцы живота. На колечко мышц крупная головка в латексе давит, горло оплетает крепкая ладонь. Он ореховыми мутными омутами в ответ смотрит, а в них «Убей». Чонгук входит резко, глубоко, животного взгляда не отрывая, сверху грудой высеченных мышц нависая, горло до отметин сжимая татуированной рукой. Из него вырывается приглушенный кляпом рык, и Тэхен под ним хрипит, задыхаясь и кончая себе на живот. Рев заполняет комнату, сквозь пульсирующий стук крови на барабанных перепонках проникая внутрь. Жесткие, протяжные толчки безжалостно вдавливают содрогающегося блондина в матрас. Горло дерет удушением, лицо начинает краснеть, из глаз выкатываются слезы, но он и на миг не может оторвать подчиненного взгляда от вырвавшегося цербера в будто амфетаминовых зрачках. Чувствительное нутро импульсами сжимает безостановочно вторгающийся член, словно само направляя прямо к занывшему от переизбытка ощущений комку нервов. Еще хотя бы одна такая минута, и Тэхен отключится, но разбросанные на простынях руки лишь крепче сжимают ткань. Вместо разумных попыток ослабить хватку на шее, Тэхен лишь быстрее моргает, пытаясь развеять пленку, мешающую четко видеть завораживающую картину. Брюнет резко одергивает руку от чужого горла, словно получив удар током, когда глаза блондина начали закатываться. Он ухватывается за бедра, налегая на них, прижимая их к вздымающейся в стоне-кашле груди. Мощные бедра интенсивнее двигают таз, головка трется о набухшую простату, вырывая болезненно громкие стоны охрипшего голоса и сдавленный рык. Блядский Тэхен глаз от него оторвать не может. На губе ощущается собственная слюна то ли из-за проклятой кости, то ли из-за возбуждающего аппетит зрелища. Блядский Тэхен принимает в себя каждый остервенелый толчок и каждое протяжное проникновение. На руках и шее проступили вены от напряжения. Блядский Тэхен только его. Как он может думать иначе? Злость, животное желание полного обладания, безумие, порожденное чужой беспрекословной отзывчивостью – внутри смешалось все. Чонгук озверело вдалбливается в беспрерывно дрожащее тельце, сам не в силах собственную дрожь унять. Тэхен выгибается, извивается, кричит. Он руки к Чонгуку тянет, застежку на затылке поймать пытается. − Говори со мной. – Молит осипшим голосом плачущий Тэхен, срываясь почти на каждом слоге от сбитого дыхания. – Говори, пожалуйста. Чонгук нетерпеливо выплевывает в сторону осточертевший кляп, моментально впиваясь голодным поцелуем в ягодные губы, не останавливая жестких толчков. − Еще раз эту дрянь на меня наденешь, я тебя в клочья разорву. – Низко рычит брюнет, переходя рваными укусами и поцелуями на изящную шею. – Ты сам, блять, не знаешь, чего хочешь. – Руками грубо перехватывая бедра, заставляя Тэхена обвить ногами свою талию и приподнимая его над кроватью, придерживая за поясницу. – Ты душу из меня вырываешь своим пронзительным взглядом. – Глубже насаживая сладко стонущее тельце, охватившее его руками и жмущееся ближе. – Ты либо станешь моим, либо умрешь. – Исступленно вырывается из Чонгука, пока Тэхена на нем пробивает крупной оргазменной судорогой. Блондин круто выгибается в пояснице, из последних сил стонет в потолок, сжимается вокруг чужого члена, пальцы ног подгибает. Он, словно в бреду, ощущает еще десяток беспощадно чувствительных толчков и сквозь собственный шум в ушах слышит такой приятный и сводящий с ума протяжный гортанный стон, срывающийся на вой. Веки прикрываются, улыбка растягивает уголки губ. Или ему так только кажется. Отключающийся разум ощущает мягкое приземление лопаток на постель. Чонгук обессилено падает рядом. В зрачках застыл пока не до конца осознанный страх собственных мыслей. Сорвавшиеся в порыве страсти слова…. Кажется, в тот момент он действительно так думал. − Только не ненавидь меня завтра. – Тихо шепчет брюнет, понимая, что сейчас его уже не услышат.

***

Когда утром Чонгук открыл глаза, Тэхен тихо посапывал на боку, повернувшись к нему лицом. Младший принял эгоистичное решение полежать и посмотреть на такого мирного и спокойного блондина. В прошлый раз у него были силы обтереть его перед сном. В прошлый раз он утром подскочил пораньше, чтобы приготовить завтрак. В прошлый раз Тэхен просто свалил. В этот раз Чонгук позволит себе насладиться нежным утром. Все остальное потом. Тем более, неизвестно, как воспринял старший вчерашнюю финальную фразу. Слегка припухшие от вчерашних слез веки слабо задергались примерно полчаса спустя. − Доброе утро. – Шепчет брюнет, всматриваясь в сонно-потерянный ореховый взгляд. − Доброе. – Хрипло шепчет в ответ. – Кажется, я голос себе сорвал. – Мягко улыбаясь искусанными губами. − Неудивительно. – Тоже расплываясь в улыбке. Тэхен не придал значения той фразе. Облегчение расползается по телу. − А на вчера благотворительная акция по обтиранию теплым полотенцем не распространялась? – Сонно, но уже нахально все так же шепчет блондин, осторожно ворочаясь, пытаясь понять масштабы бедствия. − Я вырубился сразу за тобой. – Виновато хмурясь и закусывая губу. − Я пошутил, Гуки. Ты и не должен был. Но тут все равно пахнет свежестью и тропическими фруктами почему-то. – Задумчиво принюхиваясь. – Ты ночью увлажнитель включил? − Я его включил перед твоим приходом. Чем, говоришь, он пахнет? − Тропическими фруктами. – Пожимая плечом. – Нет? − Ананасом. − И? Какая разница? Чего ты так удивленно смотришь? − Ты говорил как-то, что ананасовый сок любишь. – Хмурится Чонгук. – Я решил, тебе понравится запах. Тэхен искренне захохотал, тут же прижимая руки к заболевшим мышцам пресса. − Это подкат был, Гуки. – Сквозь смех давит из себя блондин. – Он, вроде как, на вкус спермы влияет. − Неловко. – Жмурится Чонгук, утыкаясь лицом в подушку. − Мило. – Улыбается блондин, успокаивающе опуская ладонь на черную макушку. – Забей. Брюнет с теплой улыбкой снова поворачивается назад и пронзительно вглядывается в непривычно нежного беса. − У меня стейки есть. Хочешь? − Стейки? На завтрак? Какой кошмар. Хочу. – Посмеиваясь. − Только у меня они никогда хорошо не получаются. − Это единственное, что я умею готовить хорошо. – Шире улыбается младший. − Я приготовлю. Поцелуешь меня за это во время готовки? Блондин нахмурился, моментально становясь серьезнее. − Это…. − Это просто поцелуй за стейки, Тэхен. – Тверже произнес Чонгук. − Компромиссы нам придется находить. Тэхен поджал губы, на несколько секунд задумался, а потом согласно кивнул. Младший спокойно кивнул в ответ, но глаза радостно блеснули.