Все заблудились в сути

Утром, когда сонные веки Чонгука только начали подниматься, перед глазами сразу предстало мирно лежащее рядом лицо, внимательно следящее за каждым вдохом. Видеть Тэхена по утрам ему не надоест никогда. Губы трогает нежная улыбка. − Давно проснулся? – Негромко шепчет брюнет. − Полчаса как. – Так же тихо отвечает ему сонный Тэхен, неосознанно заражаясь улыбкой. – Я так пить хочу. − В чем проблема? – Рассматривая и будто фотографируя глазами каждый сантиметр лица. – Ты же знаешь, куда идти. − Там злой и страшный серый волк на диване… А еще твоя сестра…. – Непривычно смущенно потупив взгляд. Чонгук тихо смеется и приподнимается, носом ободряюще поддев кончик носа блондина. Он садится на кровати, переплетает их пальцы и тянет на себя лежащее тельце. − Ну, тогда пойдем вместе. – Вытягивая Тэхена за собой с кровати. Обстановка в квартире была на удивление спокойной и непринужденной. После утренних процедур все обитатели расположились на кухне за обеденным столом, а Ён Ми раскладывала горячие блинчики по тарелкам, о чем-то непрерывно щебеча. Чонгук поддерживал разговор, Намджун вливался в него теплыми и ласковыми фразами, Тэхен тоже что-то отвечал и испытывал знакомый Чонгуку ахуй. От прежнего напряжения не осталось и следа. Он, пытаясь осознать происходящее, периодически выпадал из тем разговоров и, слегка хмуря брови, поглядывал то на брюнета, то на Намджуна. Между ними будто и не было вчера этого сурового и ультимативного разговора. Как старший может так себя вести после всего, что наговорил вчера своему племяннику? Почему Чонгук с ним так приветлив сегодня? Куда делся вчерашний растерянный и испуганный взгляд девушки? Эта семейная и теплая атмосфера субботнего утра сбивала Тэхена с толку. − Спрашивай. – Хихикает Ён Ми, когда ее дядя, попрощавшись, покинул кухню, а брат пошел его провожать. − Это вообще как? – Не сдержал удивленного тона блондин, поворачиваясь на девушку и отлипая взглядом от закрывшейся двери. − Ты тоже вчера все слышал? – Улыбка не сползает с губ. Тэхен кивнул. − К Намджуну нужно привыкнуть. – Пожимает она плечами. – Такой он человек. Он уважает чужие решения, но не терпит безответственности. У него все должно быть четко. Обязался – выполняй, хочешь – делай, есть цель – иди. Никаких поблажек. Если кто-то принимает четкое решение, он наблюдает и поддерживает по-своему. Но если кто-то поступает вразрез с его пониманием, он негодует. − И тебе не обидно? − Это его справедливость. – Констатировала девушка с лицом, будто ответ совершенно очевиден. – Он бы не позволил, чтобы меня против моей воли увезли к родителям, если ты об этом. Таково мое решение – остаться здесь. У меня есть свои обязательства в соответствии с этим. И это вписывается в концепцию понимания мира дяди. А заботиться обо мне…. Даже несмотря на то, что Чонгук делает это ради меня, все же это его решение. У него свои обязательства. Если он делает что-то, что показывает его стремление следовать решению, дядя Намджун помогает. Так он взял его на работу, когда увидел, что Чонгуки старается изо всех сил. А если он делает что-то, что идет вразрез с этим решением по мнению дяди Намджуна, он получает по шапке, как вчера. На самом деле, он никогда не бросит никого, кто старается. Просто он должен видеть эти старания. Чонгуки и меня он обожает. Мы это знаем. Просто так он прививает ответственность и самостоятельность. Юнги говорил, что со стороны это похоже, будто он нас с обрыва бросает и лететь заставляет, а сам просто ждет результат и придирчиво оценивает мастерство, с каким мы вертимся в воздухе. Блондин интенсивно закивал, а девушка на это усмехнулась. − Это не так. Он страхует нас постоянно. Просто по-своему. Чонгук тоже это понимает. Поэтому вчера единственный выход, который у него был – отстаивать свое решение, а у дяди Намджуна – надавить посильнее, чтобы проверить на прочность. Только так брат вчера мог показать, что все еще держит все под контролем. Хотя их вчерашний разговор из-за этого и звучал жестко. − И что, последствий никаких не будет? Он просто поугрожал вчера, а сегодня все забылось? − Не совсем. – Отпивая чай из своей кружки. − Забудется это не скоро. Дядя будет придирчивее и внимательнее, но с работой должно быть все нормально…. Наверное… Тэхен перевел взгляд со вскинутыми бровями на кружку перед собой. Дверь распахнулась. − Он тебя уволил? – Не подумав, быстро выпалил вопрос блондин, моментально среагировав на входящего младшего. − Нет. – Усмехается брюнет, проходит мимо сестры, проводит по ее макушке рукой и падает на стул рядом с Тэхеном. − Я же говорю. – Облизывая ложку с вареньем, улыбается девушка. − Дядя Намджун только кажется жестоким, он не может так поступить. − Он имеет на это полное право. – Подтягивая одну ногу к себе и упираясь пяткой в свой стул. − И, я уверен, он бы так и поступил, без сожалений. Если б я оказался долбо….− Кинув быстрый взгляд на сестру. − Кхм… идиотом. Идиотов Намджун ой как не любит. – Дотягиваясь до своей ложки, зачерпнув немного варенья и тоже запустив его в рот. «Намджун не любит идиотов». Вот в такую короткую фразу Чонгук уместил всю философию дяди, о которой только что говорила сестра. И эти двое с такой невозмутимостью об этом говорят…. Тэхен задумчиво оплетает свою кружку с чаем пальцами. − Так, а что там все-таки с тюрьмой? – Звонко интересуется девушка, подтягивая к себе ногу и садясь в такую же позу, как и брат. − До тюрьмы не дошло, Ми… − Неловко морщится брюнет. − Да я не об этом. – Обрывает его сестра. – Там аура какая-то благоприятная, что после того, как вы там побыли, я, наконец, познакомилась с человеком, который упорно избегает встречи со мной уже несколько месяцев? Брюнет подавился смешком, Тэхен на пару секунд завис. − Действительно, Тэхен. – Нахально усмехаясь, обращается младший. – Арест - двигатель прогресса? − Ах, вот как? – Тихо произносит блондин, вскинув одну бровь, поражаясь наглости Чонгука. – Я просто ждал подходящего момента, Ён Ми. – Переводя взгляд на девушку, и сдерживая рвущуюся улыбку. – Фееричное и запоминающееся появление – это по мне. − Бесспорно. – Усмехается брюнет, снова игриво стреляя взглядом в резко повернувшегося на него на этом слове Тэхена. − А как ты появился впервые перед Чонгуком? – Невозмутимо интересуется сестра. − О, да! – Чуть ли не воет от рвущегося смеха брюнет. – Расскажи ей, ты же не мог такое забыть? Тэхен поджимает губы, выругивается про себя и сдержанно поворачивается к девушке. − Как же ты оценишь всю фееричность, если я сам буду о ней рассказывать? Спроси лучше у главного свидетеля. – Стараясь сохранять спокойствие. Брюнетка обращает любопытный взгляд к брату. − Думаешь, выкрутился? – Посмеиваясь и поворачиваясь к сестре. – Ми, это было на той вечеринке, про которую тебе Юнги с Чимином рассказывали как-то. Где гонг, огнетушитель и все вот это. – Напоминает разговор одной из их встреч. – Тэхен сидел на кухне в компании кота-оливкового наркомана, в желтых очках в виде звезд, весь в зеленке и нес настолько восхитительный бред, что я тоже заразился. Но это даже не вся фееричность. Когда мы встретились в универе через день… − Это вся фееричность! – Перебивает его блондин, жмурясь от неловкости. Чонгук разражается хохотом. − Я вообще сейчас ничего не поняла... – Ошарашено шепчет девушка с округленными глазами. − 18 исполнится, я тебе скажу, как называется это чувство. – Отсмеявшись, Чонгук легонько трепет сестру по голове. – Главное, что оно светлое. Тэхен только открывает рот, чтобы что-то сказать, но по кухне разносится резкая мелодия телефонного звонка. Брюнет извлекает свой телефон из кармана домашних штанов, пару минут с улыбкой переговаривается, а затем поворачивается на девушку. − Ми, Юнги с Чимином сегодня ближе к вечеру заедут, ты не против? – Поднимаясь со стула и становясь позади Тэхена. − Нет, конечно. – Задорно откликается, тоже поднимаясь со стула, и, прихватив пару тарелок, направляется к раковине. – Только я часов в семь с Хосоком погулять уйду, ладно? − Ага. Только не допоздна. – Руками опираясь на спинку стула блондина и наклоняясь к его уху. – Чего ты такой скромный? Неужели мне удалось засмущать самого беса из порно? – Низким шепотом опаляя ушную раковину, медленно протягиваясь к пустой тарелке перед Тэхеном. У старшего горстка горящих угольков рассыпалась из груди куда-то в низ живота. − А ты хочешь, чтобы я при твоей сестре твоего цербера выманил? – Тихо шипит, реагируя на провокацию. − Я же могу, Гуки. – Бросив быстрый взгляд на отвернувшуюся к раковине девушку, и резко языком проводя по чужой шее. − В эту игру могут играть двое. – Игриво вздергивая бровями. Чонгук резко отстраняется, стиснув тарелку, и громко сглатывает, поднимая взгляд на затылок сестры, поправляя широкую майку и отходя от стола. − Я помогу. – Ухмыляясь, поднимается со своего места блондин и тоже забирает часть грязной посуды. – Ён Ми, я слышал, тебя Юнги терроризирует очередным спором? – Невозмутимо направляясь к девушке. − Ну, тут еще понять нужно, кто кого терроризирует. – Хихикнув, перенимая грязную тарелку. – Он безе терпеть не может, а я на нем торты из безе отрабатываю. Уборка после завтрака прошла под задорное щебетание девушки и заливистый смех блондина. Его веселила ее непосредственная прямолинейность в высказываниях и вопросах, ее забавляла такая реакция, и она безостановочно перескакивала с темы на тему, отвечая на разные вопросы. Уже через полчаса все трое сидели в гостиной перед телевизором, запуская фильм, который, как выяснилось, и Тэхен и Ён Ми давно хотели посмотреть. Просмотр полуторачасового фильма растянулся почти на три часа, потому что эти двое постоянно останавливали, обсуждая ту или иную сцену. Чонгуку было плевать на фильм. Он с большим удовольствием наблюдал картину взаимодействия тех, кто ему дорог, периодически вклиниваясь в оживленное обсуждение. − Так это же бред! – Возмущается девушка, сидящая справа от Чонгука, пока на экране мелькают титры. – Я весь фильм ждала, что он разрулит все, а он обдолбался и помер. – Недовольно всплескивая руками. − Если фильм вызывает эмоции - это хороший фильм. Даже, если эти эмоции негативные… − Хмурясь начинает блондин, поворачивается на девушку и выдыхает. – Нет, не могу. Согласен. Это полный бред. − «Ничего ты не понимаешь, Чонгук. Это сильный персонаж». – Хмыкает брюнет, передразнивая фразы, которые ему же говорили на середине фильма. − А у тебя всегда герои слабые, если они люди. – Фыркает девушка. − А сильные кто? – Моментально реагирует блондин, отлипая от спинки дивана слева от брюнета, чтобы видеть Ён Ми. – Животные? – На губах зарождается улыбка. − Ага. Он… − Не смей. – Перебивает сестру Чонгук капризным тоном. Тэхен мечется загоревшимся взглядом то к одному, то к другой. − …Плачет, когда они умирают. − Договаривает девушка, забавляясь. − Пожалуйста, скажи мне, что это касается фильмов про собак. – Нетерпеливо ерзает Тэхен, сдерживая восторженный смех. Чонгук закатывает глаза и откидывается затылком на спинку дивана. − Не обязательно, но да, их тоже. – Пожимая плечом. − А что такое? − Ён Ми, ты только что подарила мне алмаз. – Восклицает довольный Тэхен, не сдерживая ликования. – Я до жути захотел пересмотреть Хатико. – Сверкая нахальной улыбкой. − Я тебя прибью. – Поворачивает голову к сестре Чонгук. − А что, это секрет был? – Невозмутимо приподнимает брови девушка. − Вот именно, Гуки. – Подначивает старший, локтем несильно толкая в плечо. – Ты же видел, как я плачу. Чонгук медленно разворачивается к блондину, встречая его игривый взгляд своим напряженным. − А ты справедливость решил восстановить таким способом? – Приподнимая одну бровь. − Ну, если ты хочешь другим способом при мне поплакать, я так-то тоже посмотрел бы. – С трудом сдерживаясь, чтобы не закусить губу. − Ты на спарринг его вызываешь, Тэхен оппа? – Подает голос девушка, усмехаясь. − Он мне не соперник. – Набравшим глубины голосом чуть ли не басит Чонгук, неотрывно впиваясь тяжелеющим взглядом в нахального провокатора. − Так что? – Самодовольно ухмыляясь и поджимая к груди ноги. – Посмотрим на щеночков? Чонгук закидывает руку за голову, доставая подушку, которая лежит на спинке дивана, и укладывает ее себе на бедра, прикрывая пах. − Мне нужно еще домашку на понедельник сделать. – Разочарованно выдыхает сестра. – Так что это без меня. – Поднимаясь с места. – Позови, как он заплачет. – Хихикает и направляется к своей комнате. − Принято. – Салютует Тэхен. Чонгук выжидающе следит за девушкой, которая скрывается за дверью, а затем подрывается с места, через несколько секунд вылетает из своей спальни, за руку выдергивает Тэхена с дивана и уводит за собой. − Что такое, Гуки? – Чуть ли не хохочет блондин, когда его зашвыривают в ванную, запирая дверь и выставляя на стиральную машину пузырек смазки. – Я тебя чем-то разозлил? − Что ты. – Тихо рычит Чонгук, наваливаясь на блондина и прижимая его спиной к холодному кафелю. – Просто за пару дней подзабыл, как ты при мне плачешь. Напомнишь? – Затыкая приоткрывшийся дерзкий рот с нахальной улыбкой резким и грубым поцелуем. − Мне в душ нужно. – Пытается вывернуться из твердой хватки на запястьях и напористого поцелуя Тэхен. −Ну, так вот он. – Произносит твердым и низким голосом, кивая на душевую кабину. – Пойдем. – Снова накрывая ягодные губы нетерпеливым поцелуем и руками оглаживая голую кожу талии, задирая футболку. − Будь хорошим мальчиком и подожди на коврике у двери. – Выдыхает в потолок Тэхен, когда поцелуй накрывает его шею. Зубы впиваются в его кожу болезненным укусом, от чего он шипит, стараясь сдержать громкость голоса. − Я тебя сейчас насухую насажу, будешь себя так вести. – Стискивая челюсти, жмуря глаза и вдыхая аромат кожи. − Мы оба знаем, что ты до сих пор сдерживаешься только потому, что в квартире Ён Ми. – Облизывая губу. − И ты решил этим воспользоваться? – Языком проходясь по кадыку. − Доводить тебя до исступления мой самый полезный из всех бесполезных навыков. – Отталкивая ладонями крепкую грудь. – Я тебя позову. – Отворачиваясь, стягивая с себя чужую футболку, штаны и, ухватив смазку, заныривая в кабину, прикрывая непрозрачную дверцу. Чонгук выдержал минут 5. А затем, сбросив с себя одежду, открыл проклятую дверцу и замер. Тэхен стоял под струями воды, прислонившись голой грудью к плитке, оттопырив зад, прогнувшись в пояснице и проталкивая в себя два тонких пальца. − Я сказал, позову тебя. – Недовольно рыкнул старший, не отрываясь от своего занятия. Чонгук толкнул язык за щеку, внимательным взглядом неторопливо проходясь по всему телу, а затем шагнул внутрь кабины, прикрывая дверь. − Более развратным и беззащитным одновременно я тебя еще не видел. – Хрипит на ухо, накрывая мокрую спину своей грудью и рукой по пояснице спускаясь к ягодицам. – И я каждый раз терпеливо ждал снаружи. – Пальцем оглаживая влажное колечко мышц. – Какое упущение. – Проталкивая внутрь к пальцам Тэхена один свой. − Первые минуты этого процесса выглядят совсем не сексуально. – Выдыхает блондин. − Зато вот это. – Глубже проталкивая фаланги, оглаживая тугие стенки и чужие тонкие пальцы. – Дико сексуально. – Упираясь в бедро эрегированным членом, ощущая как по спине стекают горячие струи воды. Тэхен прикусывает нижнюю губу и прикрывает глаза, когда в него медленно начинает проникать четвертый палец. Движения двух рук плавные, тягучие, синхронные. Они сбивают дыхание, распаляют, пробуждают нетерпение. Струйки воды стекают по спине брюнета прямо на Тэхена, будто обволакивая их обоих. Чонгук опускает другую руку на член старшего и начинает так же неторопливо стимулировать, вращающими движениями, пока сам имитирует толчки в упругое бедро. Блондин сильнее прикусывает губу, лбом упирается в стену, сильнее выгибается. С Чонгуком даже растяжка более возбуждающая, быстрая. Стенки ануса расслабляются и поддаются чужому напору отзывчивее, низ живота сводит истомой. Тэхен медленно вытягивает из себя собственные и чужие пальцы, развратно расставляя ноги шире и двумя руками упираясь в плитку по сторонам от своей головы. Чонгук несколько секунд жадно рассматривает, как вода стекает по пояснице и щели между ягодиц. Он языком голодно водит по своей нижней губе, а затем берет с полочки смазку, грубым движением крепко ухватывается за отставленную задницу, заставляя немного выйти из-под воды, щедро льет на отверстие, которое открывает, оттягивая плоть ягодицы большим пальцем, и головкой члена размазывает вязкую жидкость по проходу. Медленное, тягучее движение раздвигает расслабленный сфинктер, проталкивая внутрь головку. Брюнет снова налегает на мокрую спину грудью, накрывая чужие ладони своими. − Я знаю, как ты любишь кричать, Тэ. – Шепчет чуть громче шума воды, мучительно медленно входя глубже. – Но сейчас ты должен быть потише, хорошо? Тэхен сильнее впивается зубами в свою губу и кивает, ощущая, как твердый член заполняет его полностью. Чонгук несильно прикусывает его трапецию и жмурится, стараясь не сорваться и не отодрать блондина прямо сейчас до любимых оглушающих криков. Он плавно растягивает тугие, обволакивающие стенки неторопливыми толчками, сдерживает нарастающую нестерпимую жажду этого тела. Тэхен капризно толкается бедрами навстречу, до чужого тихого басистого стона сжимая член внутри себя. Резкий толчок, сопровождающийся негромким рыком, тут же служит ответной реакцией. Слабый стон вырывается из него, а глаза начинают закатываться от удовольствия, когда за ним следует серия жестких, глубоких толчков по простате. Голос неконтролируемо прорывается через связки низкими сладкими стонами. Чонгук угрожающе рычит ему на ухо, затыкая рот ладонью, другой рукой сжимая бок тонкой талии до отметин и насаживая наслаждающееся тело на себя. − Тебя невозможно трахать нежно. – Прерывистый негромкий рев перекрывает шум водопада струй. – Ты же провоцируешь буквально каждым своим действием, бес. – Сильнее придавливая ладонь ко рту, из которого несдержанные стоны льются медовым голосом. – Тебя только драть до потери сознания. – Ожесточенно вколачиваясь, распуская по комнате звук громких шлепков двух мокрых тел. Тэхен по кафелю ладонями больно колотит, ощущая, как в легких заканчивается воздух, в глазах собираются слезы, а ноги начинают подкашиваться, но даже не думает попытаться отстраниться. Если бы его сейчас озверело не насаживали на член, сжимая талию, он бы сам отчаянно толкался навстречу, пока лишившийся кислорода разум не отключился. Чонгук в нем резко останавливается, вонзившись головкой прямо в набухший комок нервов, и чуть ослабляет хватку на лице, позволяя сделать небольшой вдох и издать сдавленный скулеж. Тэхена начинает мелко потряхивать, член дергается от нестерпимого напряжения. В него входят с оттяжкой, протяжно и мучительно. Подкатывающее желанное наслаждение болезненной пульсацией зарождается внизу живота и отдается слабостью в коленках. Тэхен жмурится, крепко сжимаясь внутри, чтобы всей поверхностью эластичных стенок ощутить каждый миллиметр вдалбливающейся плоти, и издает громкий разочарованный вой, когда внутри резко ощущается пустота. Чонгук играет желваками, подхватывая падающее на пол тельце. Этот звук блондина точно разнесся на полквартиры. Этот звук он не успел перехватить, пока пытался не дать Тэхену упасть. Он поворачивает его к себе, поднимая на руки, заставляя обвить себя бедрами, и прислоняет изящные лопатки к кафелю, прижимаясь. Тэхен цепляется за него, нетерпеливо ерзая, расширенными зрачками с поволокой мечась по всему лицу, по которому сейчас стекают струйки воды, падающие сверху. − Гуки…. – Скулит блондин громче, чем сам думает. – Гуки… − Тише-тише. – Успокаивающе приговаривает Чонгук сквозь сжатые зубы, снова пристраиваясь к засасывающей дырочке. – Знаю, сейчас. Потерпи еще чуть-чуть. – Поправляя соскальзывающее тельце и крепче вцепляясь пальцами в упругие бедра. − Гуки… − Завороженно шепчет Тэхен, ловя, наконец, голодный, темный, но такой заботливый взгляд черных глаз. – Ты такой красивый. – Как в дурмане на выдохе лепечет он, снова внутри ощущая глубокую заполненность. Чонгук ошарашено замирает с распахнутым ртом. Тэхен сам тянется навстречу, накрывая его губы влажным, рваным поцелуем. Бедра на талии сжимает крепче, приподнимая и опуская свой таз на распирающий своим размером орган. Брюнет вгрызается в ягодные губы с новой силой, то ли приходя в себя, то ли наоборот, обезумев. Он подбрасывает на себе изящное тело, вдавливает его в стену, с рыком вдалбливается в мычащего Тэхена, прикусившего собственную руку и закатившего наполняющиеся влагой глаза. Чонгук неконтролируемо жестко и резко толкается бедрами навстречу пульсирующим стенкам, до побеления пальцев стискивая задрожавшие бедра. − Ты прекраснее всего, что я видел в своей жизни. – Рычит брюнет, сквозь пелену звериного тумана выхватывая дрожь влажных ресниц. − Я хочу уничтожить тебя, лишь бы ни с кем не делиться твоей красотой. – Снова и снова остервенелыми грубыми толчками вторгаясь в обволакивающую узость. – Ты мой бес из порно. – Насаживая до основания. – Мой белый кролик. – Снова вонзаясь на всю длину. − Я тебя поймал. – Еще один глубокий толчок. – Слышишь? – Рычит, срываясь на быстрый темп. Тэхен сквозь шум в собственных ушах улавливает дурманящий тембр и болезненно впивается зубами в собственную руку, слабо заглушая оргазменный протяжный крик, извиваясь в надежной хватке крепких рук, ощущая, как пульсирующее нутро толчками заполняет горячее семя. Он крепче цепляется за широкие плечи, когда его еще ближе вдавливают в жаркую, тяжело вздымающуюся грудь. Каждый оргазм в этих объятиях, как первый. Каждый оргазм в этих объятиях, как последний. Чонгук осторожно опускает свою ношу на пол, переключает режим верхнего душа на лейку и падает рядом, обволакивая дрожащее тельце теплой водой. Из ванной они вышли еще спустя минут 20, приведя себя в порядок. Неловко переглянувшись, они двинулись на кухню, где негромко гремела посуда. Ён Ми готовила закуски к приходу гостей и невозмутимо приняла помощь Тэхена, вступая с ним в непринужденный разговор. Она не подала и виду, что что-то слышала, благодаря чему блондин облегченно выдохнул. Лишь когда Тэхен на минуту покинул кухню, девушка загадочно повернулась к своему брату и выложила из кармана своей толстовки наушники. − С тебя шумоподавляющие. Эти не подходят. – Усмехаясь и возвращаясь к процессу готовки. Чонгук рукой прикрыл веки, другой наощупь стягивая предмет со стола и смущенно отворачиваясь.

***

− А это что? – С любопытством вглядывается под диван Чимин. − Пенополистирольные шарики. – Невозмутимо откликается Ён Ми, запихивая небольшой пакетик с белой воздушной массой под диван. − А зачем ты их туда прячешь? – Интересуется Тэхен, сидящий на другом конце дивана. − Чтобы Чонгук их не нашел. – Поясняет очевидное девушка. − Понял. Другой вопрос. Зачем они тебе? – Переформулирует блондин. − Они, −кивая головой на стену, за которой Чонгук и Юнги заговорились, куря в вытяжку, − слишком увлеклись, разгоняя разговор про то, что у меня друзья только воображаемые есть. Это их наказание. Тэхен понятливо кивает, вспоминая, как полчаса назад те двое стебали девушку. − И что ты с ними делаешь? – Не врубается рыжик. − Подсыпаю понемногу в карманы, рюкзаки, капюшоны. – Пожимает плечами брюнетка, усаживаясь на кофейный столик. − И что, работает? – Хмурится Тэхен. − Да блять! – раздается из коридора возмущенный вскрик Юнги. − Тише ты, Ён Ми услышит. − Шипит старший брат. − Чонгук, я больше не могу! Они опять повсюду. Эти ебучие шарики опять повсюду! У меня крыша так скоро поедет! – Доносится до притихшей в гостиной троицы. − Да бляять. – Следует негромкий вой Чонгука. − Похоже, он свои карманы куртки тоже проверил. – Довольно жмурится брюнетка, широко улыбаясь сидящим рядом Чимину и Тэхену. – Сила самурая в терпении. Тэхена пробирает громкий смех. − Отсыпешь мне немного? Когда Ён Ми засобиралась на свою вечернюю прогулку, Чимин и Юнги засобирались вместе с ней. Юнги, наконец, купил Хосоку новый квадрокоптер и планировал сегодня отдать. − … Так а разве безоговорочная уверенность в себе не основная причина успеха даже бесталанного большинства? – Недоразумевает брюнетка, обуваясь в коридоре и вливаясь в общий живой спор. − Ты на нее плохо влияешь. – Переводит недовольный взгляд мятноволосый с девушки на Чонгука, надевая куртку. − О, думаю, ты плохо влияешь на нас обоих, следуя нынешнему мнению Намджуна. – Складывает руки на груди брюнет и ухмыляется. Юнги недовольно цыкает и закидывает руку на Ён Ми. – Пойдем, я тебе расскажу, почему за чужие переработанные мысли так легко зацепиться и посчитать их своими. – Выводя девушку за дверь вслед рыжику. − Я буду не поздно, Чонгуки! Тэхен, там в холодильнике остался десерт, если захочешь еще! – Бросает через плечо девушка. − У него чупа-чупс есть, не волнуйся за него. – Бурчит Юнги, захлопывая за собой дверь. − Чупа-чупс? – Вздергивает брови блондин, когда в квартире воцаряется тишина. − Ага. – Неловко посмеивается младший, направляясь в гостиную. – Нечего было меня вчера у него на глазах блядским чупа-чупсом провоцировать. − Я думал, это было довольно тонко. – Невинно поджав губы, следует вслед за хозяином квартиры. − Ты меня одной фразой и умиляешь, и бесишь. – Усмехаясь и останавливаясь посреди комнаты. – А то ты не знал, как на меня твои экзерсисы языком подействуют. − У меня так редко появляется возможность проявить инициативу, что я уже и не уверен, как на тебя они подействуют. – Нахально облизывается старший, подходя ближе. − Я смотрю, у тебя сегодня день попыток восстановить справедливость. – Скалится брюнет. − А ты против? – Игриво улыбаясь, томно шепчет в губы, грудью прижимаясь к груди, рукой сжимая начинающий твердеть орган через ткань штанов. − Придется пойти на компромисс. – Сдерживая смех, выдыхает Чонгук. − Какой кошмар. Для тебя это будет так тяжело. – Издевательски тянет Тэхен, медленно опускаясь на колени, задирая футболку и языком проходясь по кубикам пресса. − Да, прям одолжение тебе делаю. – Закусывая губу и не сводя прожигающего и одновременно забавляющегося взгляда с блондина. − Твоя щедрость достойна уважения. – Разыгрывает дальше Тэхен, освобождая наливающийся кровью член от нижней части одежды. Он сжимает ствол в руке, языком нежно касаясь отверстия уретры, обводя головку по кругу, щекоча уздечку. Чонгук сквозь пальцы пропускает блондинистые пряди, несильно сжимая их у корней. Тэхен его с ума сводит. Он его веселит, умиляет, интересует, возбуждает, всем собой от первого взгляда до каждого нового вздоха к себе неумолимо притягивает. Чужие губы обхватывают потвердевший орган, Чонгук крепче сжимает волосы в руке. Тэхен насаживается на член, позволяя головке упереться в стенку горла. Брюнет несдержанно громко выдыхает-стонет, запрокинув голову к потолку и прикрыв глаза. − Как я тебя люблю. – Срывается с уст Чонгука сокровенный шепот раньше, чем он успевает сообразить. Тэхен на секунду замирает, в ужасе распахнув глаза, а затем резко отталкивает от себя брюнета. Он смотрит снизу вверх неверящим, уязвимым взглядом, а затем подрывается с места и несется в коридор. Чонгук стискивает зубы, болезненно жмурясь и тяжело сглатывая. − Стоять! – Рявкает он, несясь вслед и на ходу натягивая штаны. – Тэхен! – Несдержанно рычит, приближаясь к спешно обувающемуся блондину. – Что ты делаешь? – Злостью загораясь все больше, пока старший в куртку запрыгивает. – Блять! – За локоть резко дергая почему-то дрожащее тельце на себя. – В чем дело?! − Не хочу. – Безостановочно мотает головой, испуганно вглядываясь в глаза напротив. – Не хочу. − Чего ты не хочешь, Тэхен? – Неконтролируемо повышая голос. – Отношений? Очнись! Мы уже с тобой в отношениях. Мы спим с тобой, все свободное время вместе проводим, знаем друг о друге больше чем кто-либо, и нам, блять, хорошо вместе! – Месяцами проявляемое терпение сейчас лопнуло, обнажая весь сдерживаемый напор. – Я не давил на тебя, играл в твои игры. Знаешь, сколько раз я хотел тебе признаться в любви, но молчал, потому что боялся тебя отпугнуть? Но я готов был терпеть, и сейчас это никакого значения не имеет, знаешь почему? А теперь, сюрприз, блять! Ты влюбился в меня. – Прижимая вырывающееся тельце к стене. – Просто хоть раз в жизни посмотри ты правде в глаза без всех твоих ебучих призм. – Грубо сжимая локоть и дергая, будто пытаясь привести в чувства. − Не люблю… − Звучит пронзительный болезненный шепот, а у Чонгука внутри что-то с оглушающим треском рвется, пронзая ядовитой острой болью. – Не люблю… − Отрицательно мотает головой блондин. Хватка на его локте слабеет. – Не люблю тебя. – Поднимая раненный взгляд. Из печальных ореховых глаз, не переставая, вытекают слезы. – Я тебя не люблю. – Надрывно сквозь плач снова повторяет. Чонгук отпускает дрожащее тело и обессиленно опускает руки. − Почему ты плачешь, Тэхен? – Тихий, моментально ослабший голос звучит хрипло. Прежде горящие черные зрачки невидяще смотрят на дорожки горячей влаги, тускнея. – Это мне впору лить слезы. – Еще тише произносит, отступая на шаг назад. Тэхен порывается сделать шаг навстречу и протянуть руки, но одергивает себя, прижимая ладони к своей груди, и вместо этого торопливым шагом бежит к двери. Хлопок двери до Чонгука доносится будто с другой стороны огромного, зыбкого болота, куда его непоправимо затягивает. Реальность ускользает от него, оставляя одного в звенящей и давящей тишине. «Соберись!» – Откуда-то издалека пытается докричаться голос разума. Кулак с силой прикладывается к стене, пытаясь перебить уничтожающую боль, которая глушит этот голос. «Ну же! Соберись!». Еще один удар рвет кожу на костяшках. «Давай. Ён Ми не должна этого видеть». Удар. Негромкий далекий голос разума. Еще удар. Снова будто далекое эхо. Еще. Еще. Еще. Когда Ён Ми вернулась домой, Чонгук сидел на полу рядом с окровавленной стеной и тряпкой пытался оттереть следы, но оставлял только еще большие разводы.