С глазу на глаз

Кое-как запихнув в себя тарелку супа, а кашу так и оставив нетронутой, дредастая поспешила в свою камеру. Слишком много событий в первый же день пребывания в тюрьме. Охранник-извращенец, новые знакомства, домогания от толстой бабы. Что может быть еще хуже? На остаток дня был запланирован только ужин, который Крис собиралась успешно прогулять. Посидеть в камере за какой-нибудь книгой из библиотеки казалось хорошим решением. Наточий, видимо, не отличалась умом, поэтому книг в камере не было. Делать нечего, придется посетить тюремную библиотеку. Немного попетляв по нескончаемым коридорам, спустя десять минут Штрэфонд все же нашла нужную дверь и громко ввалилась в библиотеку, позабыв о правилах этикета. Все сидящие внутри тут же уставились на татуированную, включая охранницу за письменным столом. Кристина даже удивилась, что на такую работу берут женщин. Пробежавшись глазами по заключенным, дредастая увидела всю ту же шатенку, которая, казалось, увлеченно читала какую-то книгу. Хотелось остаться незамеченной и лишний раз не напоминать о своем существовании, ведь один Бог знает что в голове у этой загадочной девушки. Быстро шмыгнув к стеллажам, Крис пробежалась взглядом по книгам. Все какой-то отстой либо про права человека, либо классика. Выхватив наиболее благоприятную на вид толстую книгу, дредастая быстро её пролистнула. Ужас, даже картинок нет. Все это время девушка чувствовала себя некомфортно, если можно сказать, на физическом уровне ощущала на себе тяжелый взгляд. Все-таки остановившись на выбранной книге, Крис развернулась, и в надежде быстрее покинуть библиотеку, случайно столкнулась с карими глазами, которые все это время прожигали дыру в ней. Сделав вид что не заметила изучающего взгляда, дредастая поспешно покинула комнату, с облегчением прикрыв дверь и подпирая ее спиной. Решив, что опасность миновала и за ней никто не пойдет и, не дай Бог, не прирежет, с тяжестью на душе Крис поскорее направилась к своей камере. Эти внимательные взгляды татуированной особы немного напрягали, но пугал тот факт, что это в какой-то степени нравилось. Крис всегда пыталась скрыть тот факт, что её привлекают властные девушки. Об этом никто не знал, так как она вечно скрывала это своей позицией "актива". На самом деле она была без ума от грубой силы. Именно ею веяло от загадочной шатенки. Встряхнув головой и отогнав мысли о Маше, дредастая зашла в камеру и залезла на кровать, полностью погружаясь в сюжет не очень интересной книги. Настенные часы показывали девять вечера, как и планировала Крис, ужин она пропустила. Через полчаса вернулась Наточий. - Ты чего ужин пропустила? - девушка залезла на свою койку, листая какой-то бьюти журнал. - Мне эта жратва в горло не лезет. Я таким бы даже собаку не кормила. - выпалила Кристина, вмиг замолкнув. Слишком грубо. - Зря ты так, Рыжая старается.. Просто тюрьма выделяет хуевые продукты. - Что за Рыжая? - Нелли. Так скажем, это её погоняло из-за цвета волос. - перелистывая очередную страничку журнала, блондинка вздохнула. Новые давно не привозили, этот она пересмотрела раз десять. - Кстати, Маша весь ужин пялилась на наш столик. Она тебя не трогала? - Нет. - уже более заинтересованно сказала Крис, приподнявшись на кровати. - Расскажи мне о ней. - А что рассказывать? Маша Лебедева, или просто Маха-Рукопаха. Смекаешь почему? - дредастая издала короткое "угу", все-таки она не ошиблась, когда думала о силе шатенки. - Сидит за убийство вроде. Как я знаю, убила кого-то голыми руками. Ну а тут у нее связи с охранниками, они ей наркоту проносят, а она продает. Поэтому и авторитет. Её попросту боятся. Она сама до смерти забить может, так еще и дружит с Танком и Тихой. Может видела, с ней в столовке сидели. - Интересные клички. - Они вообще бешеные. Если у Маши ума хватает, то эти без разбирательств бьют. Сама Лебедева редко с кем-то расправляется, в основном им поручает. Она мудрая, не будет руки марать. Но и недооценивать её не стоит. - кинув журнал на стол, блондинка расправила кровать и легла под одеяло. - Отбой через двадцать минут, готовься ко сну. - Спокойной ночи. - последовав примеру сокамерницы, дредастая убрала книгу и легла. Сон никак не шел. Первая ночь в тюрьме самая сложная морально. Как привыкать к тонкому и жесткому матрацу, когда на свободе у тебя была собственная огромная и удобная кровать? Как привыкать к тому, что теперь у тебя отбой в 22:00, а подъем в 7:00, когда на свободе ты мог сутки напролет гулять по клубам? Ко всему придется привыкать, это не свобода, тут убежать от проблем не получится. Кажется, в такие моменты ты и начинаешь ценить свою обычную жизнь.

***

- Штрэфонд подъем. - камеру открывает незнакомый охранник, моложе на вид того, которого видела девушка вчера. Он выглядел как-то неуверенно. - Чего так рано? - на часах было 6:17, в то время как подъем происходит в семь. От разговоров проснулась блондинка, непонимающе смотря на охранника. - Дмитрий, а куда её? - вмешалась блондинка, обращаясь к пареньку. - Подарок судьбы. - хмыкнул тот, проходя в камеру и собирая вещи дредастой. - Переезжает в другую камеру. - К кому? - протерев глаза, Крис спрыгнула с койки и попыталась выхватить свою сумку с шампунем и другими вещами. - К Лебедевой. - Настя ахнула, а татуированная лишь смотрела то на блондинку, то на этого Дмитрия. Почему-то искренне не хотелось куда-то переезжать. - А где Конор? Она же с ней в камере. - Наточий встала, подходя к парню. - В больничке. - многозначительно посмотрев на блондинку, тот вскинул брови, явно на что-то намекая, что Настя сразу поняла. - Видимо надолго. Заговорился я, шагай на выход, Штрэфонд. - Держись. - прошептала на ухо Наточий и похлопала по плечу. Вздохнув, Крис вышла следом за охранником. Тот уверенно вел девушку в другую сторону блока, но с приближением к камере Маши тот становился все более зажатым. Она и охранников в страхе держит? У входа в А-032 парень замялся, быстро пихнул вещи татуированной в руки и открыл дверь. - Заходи. - его голос дрогнул. Крис пару раз выдохнула, собираясь с силами. Почему именно её переселяют сюда? Чтобы не терять виду, девушка уверенно переступает порог и тут же чуть ли не налетает на отжимающуюся Лебедеву. Дверь камеры хлопнула, а шатенка медленно поднялась с пола, разглядывая с восхищением новую соседку. Маша стояла в одном топе и штанах. Все рельефы спортивного тела переливались на свету из-за пота. Татуировки были везде: на шее, руках, груди и спине. Лебедева молча подошла слишком близко к Крис, от чего та вжалась в закрытую с той стороны дверь. Шатенка лишь усмехнулась с такой реакции и сняла полотенце с крючка на стене, вытирая проступившую влагу с лица и груди. Возможно, Штрэфонд сумасшедшая, но черт, как же сексуально она сейчас выглядит. - В столовой ты больше говорила. - усмехнулась Лебедева, усаживаясь на свою койку и разглядывая зажатую Штрэфонд. - Чего такая молчаливая? - Я не м-молчаливая. - голос немного дрогнул, мысленно Крис врезала самой себе по лицу за такую неуверенность. В омуте темных глаз она чувствовала себя раздетой. - Понятно, почему к тебе Депутат лезла. - шатенка отвернулась, разминая костяшки на руках. - Вблизи ты ещё красивее. - Спасибо. - Крис все же нашла в себе силы подойти к уже заправленной койке и сложить свои вещи на стол. - Почему меня сюда переселили? - Я попросила. - звание "мисс многословность" определенно достается Лебедевой. Маша облизнула губу, хлопая рядом с собой. - Присядь. Крис не хотела перечить, ведь так только усугубит и без того плачевную ситуацию. Скромно усевшись на край кровати шатенки, она бегала глазами по комнате и пыталась избежать зрительного контакта с Машей, которая в отличие от Штрэфонд не стеснялась и нагло пялилась на неё. - Понимаешь, в чем дело.. - будто насмехаясь, с досадой в голосе, спросила Лебедева. Рука шатенки легла на колено дредастой, от чего та вздрогнула и попыталась встать, но сильная рука осадила её. - Настя могла с тобой такое сотворить..Ух.. А я спасла тебя от этой участи.. Может, мне положена благодарность? - Спасибо. - взглотнула татуированная, подсознательно понимая, что Маше нужны явно не словесные благодарности. - Спасибо на хлеб не намажешь. ‐ рука скользнула выше, проходясь по внутренней стороне бедра. Крис задержала дыхания и закусила изнутри щеку чтобы не простонать. Сердце билось с бешенной скоростью, оно вот-вот пробьет грудную клетку. Внизу живота затянулся узел, что так не нравилось дредастой, разумом понимая, что не хочет этого. А тело хочет. - Мне нечего тебе предложить. - собрав всю волю в кулак, Крис скинула со своей ноги татуированную руку и резво встала, отходя в противоположную сторону камеры. - А мне кажется, очень даже есть. - Маша встала вслед за дредастой, словно хищник медленно надвигаясь на нее. Штрэфонд как загнанный зверь отходила назад до тех пор, пока спиной не уперлась в стенку. Шатенка подошла вплотную, опираясь руками на стену по обе стороны татуированной. - Не притворяйся, что не понимаешь. У тебя красивое личико, уверенна, в постели ты ничего. - Если ты думаешь, что я буду с тобой трахаться только потому, что ты спасла меня от той зэчки, то ты глубоко ошибаешься. С этой жирухой я бы и сама справилась. - не понятно откуда набравшись смелости, дерзко ответила дредастая, тут же пожалев о своих словах. В момент, до того спокойная Маша, превратилась в раздраженную. Крис глазом моргнуть не успела, как шатенка рукой сжала её горло, перекрывая доступ к кислороду. Штрэфонд захрипела, пытаясь отодрать руку, которая мертвой хваткой схватилась за её шею. Лебедева лишь сильнее надавливала. На её лице заиграли желваки, глаза наполнились злостью и потемнели до невозможности. - Ты не понимаешь с кем разговариваешь? Здесь я ставлю правила, здесь я решаю, что ты будешь делать. Не захочешь добровольно - я возьму силой. - заметив, что лицо Кристины краснеет, Маша сжалилась и отпустила горло, перехватывая её руки и сжимая их над головой девушки. Той пришлось встать на носочки, чтобы не повиснуть в воздухе. Сейчас, когда воздух вновь поступал в легкие, Крис вновь почувствовала то возбуждение от прикосновений девы. Маша лишь выше натянула руки, прижимаясь всем телом к девушке. Когда губы легли на татуированную шею, грубо покусывая и оставляя бордовые пятна, Штрэфонд совсем потеряла голову, томно выдыхая. Крис уже смирилась, что сейчас её трахнут как последнюю суку, ведь она не в силах противостоять Лебедевой, но та отрывается и отпускает руки, отходя на пару шагов. В глазах играют черти, на лице расплывается улыбка до ушей, когда она смотрит на Штрэфонд в таком состоянии. - Любишь грубо? Я учту. - усмехнулась Лебедева. В этот момент двери камеры открываются. Семь утра, во всей тюрьме подъем. - Я всегда получаю все что я хочу. Без исключения. Всему свое время и место. Заключенная захватила полотенце с шампунем и покинула камеру, оставив всё ещё шокированную Кристину наедине со своими мыслями. Закрыв лицо руками, та спустилась по стенке. Хотелось провалиться сквозь землю. Она потеряла контроль, полностью позабыв о своем собственном достоинстве. В голове крутился лишь один вопрос: что это блять было?