Виолин

*** Виолин разбудил пришедший от киборга запрос. «Ты цела?» «Дэн! Как хорошо, что ты жив. Я в полном порядке. Михаил в медотсеке. Состояние средней тяжести, но прогноз благоприятный. Лежу на другой койке, доктор сказал, что меня надо обследовать, и я не стала возражать. Пациент на больничной койке всегда вызывает меньше подозрений, чем бродящий по кораблю». «Пленников освободили, хозяина плантации задержали. Больше он никому не причинит вреда». «Кажется, это первая хорошая новость за последнее время. Дэн, я прошу, не рассказывай никому обо мне. Я придумаю, как выкрутиться, просто не рассказывай. А я уговорю Михаила, чтобы не упоминал тебя, когда настанет его очередь давать показания». «Информация сохранена». *** Закончив разговор, Виолин начала копаться в закоулках нецифровой памяти. Bond, задействованный в операции по внедрению, как любой разведчик, должен иметь свою легенду. Для этой цели больше всего подходят люди, официально числящиеся пропавшими без вести, и имеющими как можно меньшее количество родственников. Когда-то Себастьян и его подопечная вели целую картотеку девушек, внешне напоминающих Виолин. Ага, вот. Виола Хант, выпускница детского дома, работала массажисткой в фитнес-клубе, заявление о пропаже подали коллеги по работе. Виола. Неудивительно, что она крепче других запомнила именно её. Даже рисунок папиллярных линий в памяти сохранился. Дверь с тихим шелестом отодвинулась, кто-то заглянул в медотсек. - Виолин, эй, Виолин, - донёсся до девушки негромкий шёпот, - ты тут? - Алёша! – обрадовалась девушка, - живой! - Да, я в порядке. Ночь в карцере переночевал, а так ничего, даже не били сильно. Слушай, мне один из полицейских сказал, что капитан Петухов, ну тот, к кому я нанялся навигатором, прежде чем попал к Казаку, сейчас на Медузе. Сейчас отвезут меня на его корабль, если Станислав Федотович подтвердит мою личность, меня не станут держать тут до прохождения всей процедуры идентификации. Я спросил, нельзя ли и вас с Михаилом пораньше отпустить, не разрешили. - Поезжай, не беспокойся о нас. Михаил, похоже, поправится ещё нескоро, я хочу остаться рядом с ним. - Да. Конечно. Слушай, а твоя… твоя амнезия, она так и осталась? - Увы. Я по-прежнему не помню своего прошлого. - О… Жалко. Ну ничего, теперь у тебя будет много времени, чтобы устроить свою жизнь так, как нужно, чтобы все вспомнить. Кстати, у меня есть одна подруга, она училась в Академии на психологическом факультете. Могу дать тебе её контакты, если она и не возьмет тебя сама, то, может быть, поможет найти другого хорошего психолога. - Не знаю, будут ли у меня деньги, чтобы оплатить лечение, - вздохнула Виолин, - но спасибо, что хочешь помочь. - Вот, - Алексей протянул девушке листок бумаги, - наверное, видеофон я себе уже не верну, но здесь адрес моей почты в инфранете. Напиши, когда сможешь. Счастливо тебе. - И тебе. Юноша вышел. Виолин с лёгкой грустью посмотрела ему вслед. Приятно, когда о тебе проявляют заботу, но, похоже, что именно Алексея и его подругу психолога нужно будет тщательно избегать в новой жизни. Хотя электронные письма более-менее безопасны. *** Вениамин закончил заполнять медицинскую карту, ещё раз перечитал напечатанное, повернулся к пациенту. - Переохлаждение, нейротоксин, вдыхание дыма, чтобы его разрушить, голодание в течение недели, кровоподтёки на теле, возникшие в результате борьбы с собственными имплантатами. Я ничего не пропустил? - Ничего, - подтвердил Дэн, - это всё ерунда, заживёт. - Ох, Денис, - покачал головой доктор, - тебя послушать, так всё, что связано со здоровьем, ерунда, прямо как Стасик. То есть Станислав Федотович. Уверен, что больше ничего не хочешь мне рассказать? Дэн задумался. Он сдержит обещание, данное Виолин, тем более, что к его здоровью встреча с сорванным (если не обманывает) Bond’ом отношения не имеет. А вот кое-что другое… - Там, на Медузе. Когда я шёл без респиратора, у меня начались галлюцинации от нейротоксина. Кажется, это были мои страхи. - Страхи? Что ж, я бы сказал, что страхи это в некотором роде признак человечности, - хмыкнул Вениамин, - особенно умение их побеждать. Захочешь обсудить это – приходи. Дэн, я всё понимаю – ты не привык беречь себя, но ты для нас не просто боевой киборг, ценное оборудование. Ты наш друг. Даже если ты сам в это не веришь. - Верю, - улыбнулся навигатор, - потому и победил. - Тогда в ближайшие дни походишь на ингаляции, надо поддержать твои лёгкие. А вот мазь от синяков, будешь обрабатывать два раза в день, пока не рассосутся. - Хорошо, Вениамин Игнатьевич. *** - Девушка, ваш столик свободен? - Миша! – обрадовалась Виолин, вскакивая с места и обнимая пилота, - наконец-то, выписали! - Да уж, неделя в медотсеке это очень невесело. Но всё-таки лучше барака с плантацией. А чем тут кормят? - Это полицейский корвет, а не лайнер, так что в основном пайками, - девушка быстро сбегала к столику раздачи, принесла Михаилу уже разогретый контейнер, - ешь. Знаешь, я тут видела Алексея. Нашлись его работодатели, и полиция разрешила ему улететь с ними пораньше. Дэн тоже как-то попался мне на глаза. - Да, этот рыжий видимо и впрямь везунчик, - хмыкнул Михаил, - ну а ты? Как ты? - В целом так же. Память не вернулась, зато полицейские установили кто я. По отпечаткам пальцев. Виола Хант, воспитывалась в детдоме, имена ближайших родственников неизвестны. Обидно, что всё-таки Виола… - Имя можно и сменить, если очень хочется. Виолин в самом деле звучит лучше. Оригинальнее. Вот что родственников нет куда хуже. Михаил нарочито медленно поглощал содержимое пайка. Девушка по глотку цедила чай. Наконец пилот отодвинул почти опустевшую посуду, взглянул в глаза подруги. - Виолин… за эти три недели ты не раз спасла мне жизнь. Я хочу поблагодарить тебя за это и не только на словах. Ты, как я теперь вижу совсем одна, да ещё без памяти о прошлом. Я подумал… - Тише. Если хочешь дальше сказать о любви и браке, лучше помолчи. - Почему? Ты правда мне нравишься. Очень нравишься. - При таких необычных обстоятельствах за любовь легко принять другое чувство. Чувство благодарности например. Или желание помочь. Давай подождём хотя бы пару месяцев. Поживём обычной жизнью, в которой не нужно ловчить с фильтрами или отбиваться от хищников. У одного из полицейских есть дальний родственник, фермер с Нового Эдема – 2. Его зовут Джонатан Скай. Разводит редкую породу молочных коров, и не подпускает к ним людей на технике, даже самой бесшумной, только всадников на лошадях, представляешь. Он готов взять меня на работу. Пока на сезон, а дальше как сложится. - На ферму! – поперхнулся Михаил, - да мне после здешнего сельского хозяйства и думать про всякие там вспашки и посадки страшно! - А мне кажется, это очень важная работа. Алексей перед отлётом оставил мне адрес электронной почты, буду рада, если ты тоже это сделаешь. - Да, конечно. Но послушай, раз ты не готова… говорить со мной сейчас о любви, может, хотя бы позволишь купить тебе видеофон? Самый простой, дешёвый. Восстановить банковскую карточку можно довольно быстро, а нас наверняка отвезут на какую-нибудь цивилизованную планету, прежде чем распустят всех по домам. Виолин с трудом подавила тяжёлый вздох. Похоже, расстаться с Михаилом ей будет куда труднее, чем казалось на этапе планирования. В груди заворочался противный скользкий комок. Но другого выхода нет, пилот не должен знать правду. - Позволю. Даже оставлю тебе его номер.