Девяносто семь процентов

Утро ознаменовалось пинками в дверь и жизнерадостным воплем мистера Дауни: — Подъем, мелочь! Прекрасное утро в далеком будущем началось! — Я готов убивать, — доверительно шепнул альфе на ухо сонный Хэйв. — Несмотря на тот факт, что это недоразумение станет целым ректором… — Тс-с-с, он об этом знать не должен, — Джойс, не открывая глаз, чмокнул его в губы и соизволил явить из-под одеяла свою помятую мордочку. — Ты слишком бодрый для престарелой занозы, Роб. И вообще, у нас отпуск. Заслуженный, между прочим. — И тебе совершенно не хочется исследовать этот дивный новый мир?! — возмущенно проорали из-за двери. — Пока все, что мне хочется — это выспаться. И прежде, чем мир исследовать, нужно другие проблемы решить, — Джойс поворочался и с тихим шипением отбросил одеяло. Не уснет ведь. — Вы с хозяином уже разговаривали? — Вчера, мимоходом, — голос до отвращения бодрый. Так и кажется, что Роб за малым не приплясывает под дверью. — Сегодня еще нет. Фигня в том, что у нас нет ни одного подключенного к сети терминала. Представляешь? — Представляю. У нас тоже ни одного, — на всякий случай добавил Джойс, встал с кровати и накинул на Хэйвена одеяло. — Если обещаешь не шуметь, я тебя даже впущу. — Эй, так не честно! Я собирался тебя на завтрак вытащить. И еще Хэйв куда-то запропастился. Вдруг его куда-то уволок здоровяк альфа-хозяин? — страшным голосом возвестил Роб. — Нам дали одну комнату на двоих, — сообщил Джойс. — И если ты начнешь ржать, то я тебя знать — не знаю, — пригрозил он и все-таки открыл дверь. — А Джер дрыхнет без задних ног, как я понимаю. Но его будить ты не рискнул, зато есть мы для этого дела. Садист, — он кивнул стоящему у порога Дауни и вернулся в комнату. — Ну? Что тебе хозяин сказал? Или ты только со «здоровяком альфой» общался? Не такой он, кстати, уж и здоровый. — Ну уж точно поздоровее тебя будет, — Роб стоял на пороге, широко ухмыляясь. Быстрый взгляд метнулся к постели и назад, к Джойсу. — Если я тебя понюхаю, это будет расцениваться как агрессия или как м-м-м… желание присоединиться к теплым постельным обнимашкам? — Хм? — Джойс вскинул бровь. — А ты зачем меня нюхать собрался? Я тебе и так скажу — мы с Хэйвом пара. С сегодняшнего дня — официальная и скрепленная. — Кто не успел, тот опоздал, — мистер Дауни просочился в комнату и с разгону плюхнулся на край постели. — Ладно же! Вчера Джер мелкого бету тонким слоем размазывал. А тот так забавно сопротивлялся! — Мелкий бета — это Индиана Гардиан Хэмсворт? — подозрительно сощурился Джойс, выуживая из шкафа одежду. Одно дело — разгуливать в одном белье перед Хэйвом, другое — перед кем-то еще. — А мы вроде поладили. Хотя общались недолго. Ты хоть в курсе, кого Джер «тонким слоем размазывал»? — Кем бы он ни был, он будущий капитан, так что держать удар должен, — пожал плечами Роб. — Ну конечно, — пробурчал из-под одеяла Хэйвен. — Сначала наехать, а потом когда-нибудь разбираться. — «Удар» Реннера и ты-то не всегда держишь, — заявил Джойс. — А тут мелкий, да еще и бета. Кстати, сын хозяев. Хотя нет, не совсем. Для одного сын, для другого… не сын. Пасынком язык назвать не поворачивается, но, похоже, он и есть. — Поправка, — воздел в воздух указующий перст Роб. — Я Джера игнорирую. А это — лучшая защита от нападения. Но информацию учту. Ладно, каковы планы? Нас вроде как собираются домой возвращать, или мы здесь отныне и во веки веков? — Собираются. Еще как собираются, — Джойс подошел к кровати, бесцеремонно вытащил из-под Дауни край одеяла и склонился над Хэйвом, невесомо касаясь губами губ. Не такое пробуждение он планировал. — Поваляешься немного или встанешь? Мы тогда с Робом на завтрак сходим. — Встаю, — вздохнул омега, оборачиваясь одеялом, самым бесцеремонным образом отпихивая Роберта в сторону. — А если вы отвернетесь, то сделаю это быстро и без кровавых жертв. — Роб отвернется. Правда, Роб? — с улыбкой и нешуточной угрозой в голосе произнес Джойс, помогая Хэйву подняться. — Роб? — тот сделал совершенно наивные глазки и уткнулся лицом в простыни. — Конечно Роб отвернется! Задохнется! Подохнет во цвете лет! — пыхтел он. Хэйвен фыркнул, но довольно ловко вывернулся из одеяла и, подхватив валявшийся на полу комбинезон, принялся одеваться. Конечно, душ не помешал бы, но если время не терпит, его можно перенести на время после завтрака. — Кончать жизнь самоубийством мы не предлагали, — откровенно ухмыльнулся Джойс, зевая и берясь за расческу. — И вообще… сам виноват. Не пришел бы в такую рань, мы бы сами проснулись и собрались. — Что-то мне подсказывает, что сами вы выползли бы к обеду, — сопел Роб. — Да у вас обоих такое выражение лиц, что дай вам волю — из постели пару дней не выберетесь. О юность, о страсть неземная! — Завидуй молча, старичок, тебе такое и не снилось, — Джойс обернулся к Хэйвену, убедился, что тот одет и, шагнув к кровати, потянул одеяло на себя. — Можешь явить нам свое прекрасное личико. Ты в курсе, что вся Академия считает, что вы с Джером спите? — О, что, правда? — в темных глазах плеснуло искреннее удивление. — Надо подумать на эту тему. Раз вся Академия считает, значит, так и должно быть! Обещаю подкинуть Джеру эту мысль. Пусть тоже подумает. — Паяц, — хмыкнул Хэйв. — Что выросло, — развел руками Дауни. — Надеюсь, ты готов к его реакции, — Джойс рассмеялся. — И я даже не сомневаюсь, кто у вас будет сверху. Ладно, если все готовы, то пошли, а то есть-то хочется. Кто-нибудь помнит дорогу до того чудесного кафе? — Что за вопрос, естественно! — Роб скатился с постели и, разгладив складочки на своем комбинезоне, бросил возмущенный взгляд на альфу. — И к сведению… я — всегда сверху! Иное попросту не обсуждается. — Да, конечно, — хмыкнул Хэйвен. — Даже не сомневаюсь. — Он даже ничего не поймет, — громким шепотом, так, чтобы у Дауни не было и шанса не услышать, поведал ему Джойс, обнимая за талию и увлекая за собой. — Только глазом моргнуть и успеет. Джер у нас быстрый. — Раз-два и готово, — тихонько рассмеялся омега. — Сменим тему, господа, — засопел Роб, прикрыв за собой дверь. — Говорите, нас собираются вернуть в наше время? Когда? — От нас не зависит, — Джойс мгновенно стал серьезным. — Я так понимаю, все получилось случайно. Они будут пытаться повторить эксперимент, наверное. Черт, как же тут все-таки по-другому! — оглядываясь уже более осознанно, выдохнул он. — Ну так, время же тик-так. Не стоит на месте, — фыркнул Роберт. — Двести лет назад скорость перелетов была ниже в разы. — А теперь умники создают контролируемые червоточины, — задумчиво протянул Хэйвен. База была непривычной. Разместили их на верхнем уровне. По всей видимости, в отведенном под жилые секции для персонала. Коридоры имели потолки из прозрачного плексигласа. Вероятно оооочень толстые, поскольку выше них были только причалы и черный бархат бесконечного космоса, усыпанный искрами далеких звезд. Красиво. Очень красиво. Немного страшно, но раз уж хозяин решил так, значит, материал более чем прочный и выдержит даже агрессивную среду. Люди, которых они встречали, ходили под этим черным небом безбоязненно. Привычно. Все верно, чего им бояться? Они здесь работают и, скорее всего, уже не первый год. Это не попаданцы из прошлого, шансы которых вернуться домой, в свое время, пока что не слишком понятны. — Слушайте, а вдруг здешний хозяин… ну ладно, один из хозяев, папа маленького напуганного беты — ваш отпрыск? — поиграл бровями Роб. Джойс сморгнул: — Он сказал, что он из «брошенного» поколения. Скорее Бета вдруг замерзнет, чем я своего ребенка оставлю. — Но вы не можете знать обо всех м-м-м… обстоятельствах вашего существования в нашем времени, — пожал плечами Дауни. — Я вот хочу узнать, кем я стал. Только все как воды в рот набрали. — Это логично, на самом деле. Тебе просто хотят оставить твою мотивацию в поступках. Если ты будешь знать, кто ты и что ты здесь, есть шанс, что ты поступишь совершенно не так, как поступил бы, если бы не знал этих фактов, — Хэйв потянул за руку альфу, сворачивая в очередной коридор, который упирался в обзорную площадку-кафе. — Всё равно, — заупрямился Джойс, которого мысль о том, что он может быть отцом Криса Хэмсворта, выбила из колеи. — Какие бы обстоятельства ни были. Разве что нас по времени размажет. Или я умру раньше. — Даже не мечтай, что ты так просто от меня отделаешься, Джойс! — прошипел Хэйвен. — О-о-о… да у вас любовь, парни, — со знанием дела протянул Роберт. — А ты только заметил? — невинно поинтересовался Джойс и, притянув к себе сердитого и взъерошенного Хэйва, собственически поцеловал. — Никуда я от тебя не денусь. Не слушай этого большого глупого дядю, Крис Хэмсворт — абсолютно и точно не наш с тобой ребенок. К тому же он совсем на нас не похож. — Но как это мило смотрелось бы! Представляете, стоит такой себе верзила-альфа, если его сын на него похож, то он таки верзила, а потом с отчаянным воем с ногами залазит на ручки и вопит: — ПАПАНЯ!!! — Роб тут же в лицах попытался изобразить, как бы это выглядело со стороны. Джойс вскинул бровь, открыл было рот, собираясь что-то сказать, и фыркнул. И в ту же секунду Роба развернуло, дернуло и пригнуло к полу под весом здорового парня, повисшего у него на шее: — Папаня! — сграбаставший его Реннер шмыгнул носом и, кажется, даже всхлипнул. — Ты почему меня одного оставил? Бросил. Одного. В чужом времени. Нехороший папкааааа… — Кара небесная настигла тебя! — рассмеялся Хэйвен. — Сынок… — натужно пропыхтел Роб, пытаясь удержаться на ногах. — Мать твою… — Мамочку попрошу не обижать, — Реннер со смехом дунул ему в ухо и метнулся в сторону, чтобы от Дауни не прилетело. — Кстати, кто у нас мамочка? — Может, вы свои нежности на потом оставите? — почти жалобно попросил Джойс. — Жрать охота. — Не переживай, котенок, счаз все будет, — Реннер подмигнул ему в ответ и снова обернулся к Роберту. — Вопрос мамочки у нас пока что не раскрыт. — Ну ты и зануда, — почти с восхищением протянул Джойс, на что Реннер продемонстрировал всем желающим неприличную фигуру из трех пальцев. В то, что это — будущий декан супер-факультета, верилось с большим трудом. — О… какие тесные дружеские отношения, — донеслось со стороны ближайшего столика. — Мамочка! — радостно взвыл Роб. Джойс только застонал. Не то, чтобы он был не рад видеть Инди Хэмсворта, просто какими теперь глазами он на своих ректора с деканом смотреть будет, когда в Академию вернется. Самих парней это, правда, нисколько не волновало, поэтому Джереми, хмыкнув про себя, неуловимым жестом скользнул вдруг вперед, по дороге выдернув из вазочки на пустом столике цветочек, и опустился перед Инди на одно колено: — Очень сочувствую тебе, мамочка. Выдержать нашего папочку — это только святой может. С добрым утром. Ярко-голубые глаза беты широко распахнулись. Сегодня он был не в стандартном комбинезоне, а в мундире помощника капитана, что в комплекте с длинной светлой косой выглядело весьма пикантно. Наконец совладав с изумлением, Инди принял цветок, водрузив его в вазочку на своем столике, а потом, по всей видимости, набравшись наглости, с чувством приложился губами к высокому лбу Джереми. — Ты думаешь о том же, о чем и я? — едва слышно выдохнул в ухо Джойсу Хэйв. — Эээ… я вообще ничего не думаю. Не в состоянии, — честно признался тот. Да и изумление, промелькнувшее на лице Реннера, дорого стоило. — У вас всегда так доброго утра желают? — поднялся Джереми, улыбаясь почему-то немного растерянно и потирая лоб там, где его коснулись чужие губы. — Тогда я не хочу возвращаться. Хэмсворт похлопал ладонью по соседнему стулу, приглашая присаживаться. — Это эксклюзивное пожелание доброго утра, мистер Реннер, — как можно более невозмутимо ответил он. — А мне? — тут же бухнулся перед ним на колени Роб. — А ты перетопчешься, — фыркнул Хэйв, обнимая его со спины за шею и взъерошивая всей пятерней волосы. — Ты все испортил, мелкий! — возмутился тот. Джойс коротко рыкнул, шагнул вперед и, сгребая Хэйва в охапку, оттащил подальше. Под изумленными и насмешливыми взглядами усадил его на стул и навис с грозным видом. Реннер фыркнул, а потом расхохотался в голос, наблюдая всю эту картину. Отставил стул, устраиваясь рядом с Инди, и показал Роберту язык. Возмущенный пока-что-еще-не-ректор Дауни плюхнулся на единственный свободный стул и раздосадовано подпер голову кулаком. — Никакого уважения к старшим! Никакой субординации! Может, я будущий Председатель Совета Миров? А вы тут… — Угу, — согласился младший Хэмсворт. — Гегемон. Ту би однозначно! Что-то светилось на самом дне его глаз. Что-то непонятное. Пугающее почти. Билось, силясь вырваться словами, жестами, но снова и снова скрывалось под сенью густых светлых ресниц. Пресловутый контроль у беты был на высоте. Похоже, куда серьезнее даже чем у Джойса. Инди приложил ладонь к всплывшей над столешницей панели и в воздухе засветилось меню. — О, — тут же оживился Джойс, опускаясь на стул рядом с Хэйвом. — Чем кормят в будущем на завтрак? — Кашкой, — почти нежно улыбнулся Реннер. — Маленьким мальчикам по утрам положено есть кашку. А то не вырастут. — Хм? — Джойс нарочито медленно вскинул бровь. — Какую кашку будешь, Джер? — Надо у папочки спросить, — наивно похлопал глазками тот. — А то мамочка сегодня что-то не в духе. — Лично я предпочитаю на завтрак фриттату с овощами, — Инди вызвал над столом изображение пышного омлета с овощами и чем-то там еще. — И кофе. И еще сладкие блинчики с карамелью, — он быстро извлек из меню изображения с заказанными блюдами, и спустя пару вздохов все заказанное появлялось перед ним на столике. — Выкуси, — фыркнул Роб, подтягивая все это к себе, и Хэмсворт со смешком снова сделал заказ, позволяя будущему ректору наслаждаться приготовленной едой. — Мой отец увлекается кулинарией, так что все блюда в кафе подают по его рецептам. Реннер хмыкнул, плавным жестом вызвал меню, в точности повторив движения Инди, за которым очень внимательно наблюдал, и, кинув на Джойса лукавый взгляд, заказал кашу. Три порции. И когда заказанное появилось перед ним, две тарелки отправил Джойсу и Хэйву, и запустил ложку в свою. Аккуратно снял губами горку с ложки и еле слышно застонал. — Передай отцу мое пламенное спасибо. — Ага, — кивнул Джойс, уплетая свою порцию. И он даже не играл, изображая удовольствие. Ну, почти. — Сами и передадите, — усмехнулся Инди, с удовольствием поглощая завтрак. — Они когда с Томом познакомились только, уговорились, что на их кораблях еда и кофе будут натуральными. Собственно, пятьдесят процентов белков и углеводов — синтезированы, пятьдесят — восстановлены из глубокой заморозки или дегидрации. Что касается кофе, какао и чая, то они натуральны на сто процентов. Кофе завезен из Новой Колумбии. Тот, что готовит отец — настоящий, со Старой Земли. — Стоит, наверное, как целое состояние, — с легкой завистью протянул Хэйв. — Ну… он является совладельцем одной из плантаций. Так что часть урожая забирает для личного употребления, — пожал плечами Инди. — Сибарит, — со знанием дела припечатал Роб. — Зато команда и персонал, наверное, его обожают и текучки никакой. Сплошная логика, — заметил Реннер. — Как здесь развлекаются? Раз уж нам выпали каникулы, стоит ими воспользоваться. Или нас в шахты загонят еду отрабатывать? — Обожают, — кивнул Инди, не поднимая головы от своей тарелки. Точно боялся… обжечься? — Он говорил, что для него образцом всегда был один из преподавателей в Академии. Его тоже обожали. Боготворили, хоть и побаивались кадеты. — Наверное, у каждого есть любимый препод, — кивнул Хэйв. — Ну или кто-то, кто влияет так, что всю жизнь потом о человеке вспоминаешь. — А развлекаются… ну, здесь же исследовательская база, так что из развлечений — любование растущими кристаллами, игры, кино опять-таки. — Скукота, короче, — припечатал Реннер. — Ну может экскурсия какая? Или… А что исследуют, кстати? — его глаза загорелась, как у истинного изыскателя. А потом взгляд застыл на чем-то в стороне. Джойс проследил за ним и похолодел, судорожно пытаясь придумать что-нибудь, чтобы объяснить существование ласок. — Забавная у вас здесь мода, — в конце концов, выдохнул он. — Я тоже дарк, мне дадут такую же одежку? — Доживешь до его преклонных лет, познаешь все тонкости бетанского этикета и философии, и может быть, в качестве большущего одолжения, тебе перепадет один браслетик. И пара тряпочек, первопричинные места прикрыть, — как можно непринужденнее ответил Инди. — Солнечный, уж не хочешь ли ты сказать, что у тебя в старости также глаза светиться будут? И непременно фиолетовым? — Реннер отвел взгляд от ласки, но, судя по его сузившимся глазам, поверил он в сказанное с трудом. Если поверил вообще. — Никто из нас до его возраста не доживет, — невозмутимо продолжил Инди, как ни в чем ни бывало. Придвинув блинчики и кофе, он вскинул бровь и улыбнулся. — Ему лет четыреста, и он — один из первых Голосов. Кажется, Говорящий со Звездами. — В голубых глазах — тень смятения. Солнечный. Его никогда и никто не называл ТАК. — Или Несущий Жизнь? Забыл… В общем, это — первые дарки. Те, благодаря кому стали возможны наши мутации. Они были погружены в стасис на много лет. Не так давно Том нашел их и разбудил. Джойс ему мысленно поаплодировал. Виртуозно выкрутился. И не солгал, и правды не сказал. — Ох, темнишь ты что-то, прелесть моя, — покачал головой Реннер. — Задницей чувствую. Джойс тут же вмешался: — Хреновый у тебя детектор лжи. Сбоит что-то. Ты настройки обновил бы. Или апгрейд какой сделал. — Хэй! У меня, между прочим, самая классная задница на всем курсе. — Да бери выше сразу — всей Академии. — Ну не знаааааю, — протянул Роберт. — По-моему, моя лучше. — Простите, парни, сравнивать не могу. Я чуток из другого времени, так что по состоянию на сегодня по глубокому убеждению бОльшей части кадетского состава самая-самая задница у… гм… декана Изыскательского факультета, — Инди покраснел, но против правды не попрешь. Джойс закусил губу, а потом плюнул и, зарывшись лицом в шею Хэйвена, затрясся от смеха. Реннер кинул на него подозрительный взгляд, но продолжать тему не стал. Только головой покачал. А потом, воспользовавшись тем, что Роберт отвлекся на проходящую мимо их столика девушку, стащил с его тарелки блинчик. И невозмутимо повернулся к Инди. — Вернемся к нашим баранам. Что здесь исследуют и можем ли мы принять в этом деятельное участие, пока я со скуки в терминал не полез? — Баранов здесь точно не изучают и к участию в исследованиях не допускают, — Инди приговорил свой блинчик. — Изучают — понятия не имею что, я всего лишь практикант, так что по версии старших — практически баран. Хэйв улыбнулся, зарываясь пальцами в шевелюру альфы. Надо же, какой проницательный тролль этот Индиана Гардиан. Собственно, почему Инди? Это скорее детское имя. Гардиан ему подходит больше. Защитник. Гардиан. — Нас только что баранами… — Роб вернулся с небес на землю и обнаружил пропажу части своего завтрака. — Ты спер мой блинчик. Как ты мог? Нет справедливости ни в этом мире, ни в другом! — Я?! Наглая ложь! — вскинулся Реннер, изображая оскорбленную невинность. — Ты сам его сожрал и не заметил. Солнечный, ну а по кораблям хоть полазить можно? Инди улыбнулся. Это прозвище — так странно. Трогает, задевает что-то глубоко внутри. Согревает. — Том этого не запрещал, так что думаю, вам будет интересно увидеть «Струну», это изыскатель Тома. «Стрела» отца сейчас в доке, проходит модернизацию. — Прелесть какая, у каждого в семье по кораблю, — фыркнул Джойс. — Чтоб я так жил. — Будешь, — уверенно и как-то даже жестко кивнул Реннер. — Прелесть моя, а тебе шею не намылят? Потому как если нет, то я готов идти хоть сейчас. Подумать только — настоящий изыскатель! — С чего бы такая уверенность о будущем малыша? — выгнул бровь Дауни. — У тебя внезапно прорезался дар предвидения? — Я умею договариваться с мирозданием, — со зловещим выражением лица загробным голосом протянул Реннер. — И вообще. Может, я космический дух? — Однозначно, — фыркнул Хэйвен. — Особенно, когда за штурвал садишься. Тогда только тебе и молятся, чтоб долететь и приземлиться. — Устами малька глаголет истина! — припечатал Дауни, запивая последний кусочек блинчика какао. — Ха. Я самый быстрый в Академии. А если у кого-то слабые нервы и поджилки трясутся — так это не моя проблема. — Сугубо проблема окружающих! — Кстати, самый быстрый в Академии не ты. На тренажерах тебя уделывал даже я, — показал ему язык Хэйв. — А по итогам экзаменов рекорд принадлежит Джойсу. — Сейчас рекорд принадлежит мне. Скоростной взлет-посадка, стыковка в условиях, приближенных к боевым. Я улучшил результат отца на три миллисекунды. А отец улучшил показатели Джойса на четыре миллисекунды… — ввернул Инди. — Я видел вашу статистику в архивах. — Солнышки вы мои, — восхитился Реннер. — На тренажерах я могу быть самым последним. Но до моей ювелирной точности вам еще пахать и пахать. В конце концов, именно я сажал «Таурус» после того, как его ионный шторм потрепал. На одном почти сдохшем маневровом. И получил за это экзамен автоматом. — Ты крут, Джер, реально крут, — выдохнул Джойс. — Видел я этот реликт. С его инерцией я бы пол-планеты снес. — У каждого свои таланты, — Реннер ему подмигнул. — Видел я твои фигуры высшего пилотажа на легких истребителях на тренажерах. Это что-то. — Хотелось бы мне посмотреть, как вы пилотируете дредноуты! — с легкой ноткой зависти бросил Инди. — Хоть бы и «Шангри-Ла». Он уже не новый, но в ваше время он еще даже в проектах не светился. А по тоннажности он больше, чем дредноуты вашего времени раза в полтора. И инерция у него выше. — Я с такими титанами стараюсь не связываться. Предпочитаю что побыстрее и поманевренее, — пожал плечами Реннер. После завтрака он расслабился, и стал мягче, улыбчивей. И ехидности поубивалось. Чуть-чуть. — «Шангри-Ла» — это тот монстр, который над нами висит? Это тоже твоего отца? — Он принадлежит компании Тома, — покачал головой Инди. — Но да, это он. — Туда половину Академии сгрузить можно, — прищелкнул языком Роб. — Вряд ли, — покачал головой Хэйв, выбирая из меню чай для себя и Джойса. — Том предоставляет дредноут для прохождения практики курсантов. Некоторые особо отличившиеся потом идут к нему. Он ценит людей. — Мы курсанты, — заметил Реннер. — Нас возьмут? — Вернешься в свое время, доживешь до нашего, тогда и спрашивай, — закусив губу, выдавил Инди. Но смешок все равно сорвался. А вот в глазах притаилась тень. — Тогда это я тебя в курсанты возьму, — фыркнул Реннер, и Джойс поперхнулся. — Ты кем становиться планируешь? — поднял на него взгляд Инди. — Я не оригинален, хочу быть изыскателем, — Реннер сузил глаза, глядя на него в ответ пристально. — Так, как нашему хозяину, мне вряд ли повезет, но мне и не надо. — Я заканчиваю Капитанский-Прайм. Так что, в лучшем случае, ты будешь читать мне курс Основ службы изыскания, — Инди протянул руку и ладонью погладил его по щеке, сопроводив жест нежнейшей из арсенала своих улыбок. — Милый… На сей раз поперхнулся уже Хэйв. — Это ты так подлизываешься, солнечный? — кажется, контролю Реннера могли и камни позавидовать. Только уголок губ дрогнул. Перехватив его руку, он, не отпуская его взгляда, прижался губами к его ладони. — Ладно, считай, что зачет ты сдал. — Бляя… — Джойс уткнулся лицом в шею Хэйва и зажмурился, жарко шепча ему на ухо. — Это катастрофа, любовь моя. Это просто катастрофа. — Ну что ты, я же дарк, я не могу чисто физиологически, как ты говоришь, подлизываться, это не в моей природе. Взять тебя под опеку на всю оставшуюся — это да. Умеем, любим, практикуем. Возненавидеть всем сердцем — легко и непринужденно. На мелкие расшаркивания я не размениваюсь, — отчего-то именно сейчас показалось, что Инди снова уступил место Гардиану. Небрежным жестом он перекинул через плечо косу. — Это он деликатно намекает, что за зачет не будет строить тебе глазки, — конкретизировал Дауни. — То есть ты, с этой твоей девчачьей косой… — Она не девчачья, это общепринятая традиционная прическа у дарков, преимущественно альф, символизирующая готовность дарка вступать исключительно в серьезные и длительные отношения, не размениваясь на один из условных союзов, — пояснил Хэйвен. — Проще говоря, Гардиан Хэмсворт намерен выбрать пару раз и на всю оставшуюся. — Абсолютно точно, аймэ Ларк, — кивнул Инди, так и не отняв руки у Реннера. Джойс вздохнул и отстранился от Хэйвена. — Как насчет того, чтобы прогуляться по тому монстру, в который «пол-Академии вместить можно»? — Хочешь погонять на большом и неповоротливом? — Реннер усмехнулся, отводя взгляд. Руку Инди он отпустил, напоследок, точно невзначай погладив кончики пальцев. — Легко, — пожал плечами Инди. Снова вызвав панель управления столиком, он выбрал команду уборки, а потом быстро отправил сообщение отцу и Тому. Держать в курсе передвижений старших было необходимо хотя бы с точки зрения здравого смысла. Реннер и Дауни вдвоем были способны угнать этот дредноут. Играючи. — Погонять нам дадут вряд ли, — задумчиво заметил Хэйв, поднимаясь из-за стола. — Ну хоть рубку пусть покажет, — Роберт скорчил умильную мордочку. — Покажу. Все равно мне на вахту заступать! Ответное сообщение от Тома пришло быстро. Даже слишком. И было оно короткое донельзя: «Всех на борт. Сейчас!» — Господа, надеюсь, никто никаких личных вещей в каютах не забыл? — Инди… Гардиан схватил за руку Реннера и бегом поволок за собой. — Том вызывает нас на борт. И немедля. Так что шевелимся, господа! Он бежал ровно, мягко, не оглядываясь, точно чувствуя, что за ним следуют и следуют неотступно. Шаттл, готовый поднять их на корабль, уже ждал. Несколько минут быстрого полета, и судно приняло их, гостеприимно раздвинув шлюзы. «Инди, парней по каютам, проследи, чтобы пристегнулись, и на мостик. С отцом оттуда свяжешься», — Том отдал очередной приказ, а корабль мелко завибрировал. Ласки давно перебрались на базу, так что свободных кают было валом. Дабы не мотаться потом в поисках подопечных, Инди загнал их в ближайшую свободную поближе к мостику. Забавно, но его была через три каюты дальше по коридору. — Противоперегрузочные койки. Быстро, ложитесь. Мне нужно на мостик. Кажется, мы стартуем. — Всю жизнь мечтал слетать в неизвестность, — проворчал Реннер, проследив за тем, как укладываются Джойс с Хэйвеном, а потом уже вытянулся на кровати сам. — Что за спешка? Мы от кого-то удираем? — Подробностей мне не сообщали, — Инди поочередно пристегнул сначала дарков, Роба, а потом подошел к нему. — Не дрейфь, тебе, кажется, приключений хотелось? — Если ты хотел меня обидеть, то считай, что у тебя получилось, — Реннер пристегнулся сам. — Я не трус. — И в мыслях не было. Мне извиниться на всякий случай? — А я потом зубов досчитаюсь? — усмехнулся Реннер, и вдруг перехватил его руку, потянув на себя. — Нас отправляют домой? — Я не знаю, Джереми, — ответил Инди, наклоняясь к нему поближе. — Я правда не знаю. Том прислал сообщение, значит дело срочное. — Если бы нас это не касалось, то нас бы здесь не было. Я не дурак, — Реннер отпустил его, отвел взгляд. — Если что… Спасибо. — Если что — еще увидимся. Сегодня. Ну или лет через полсотни. Ты же грозился у меня зачет принять? — усмехнулся Инди. — Что он творит?! — артикулировал Хэйв, обернувшись к Джойсу. Джойс только глаза закатил. Кажется, с этими типами все ясно. Джереми-то ладно, ничего не знает, а вот мелкий бета, кажется, совсем голову потерял. — Обещаю, мучить тебя я буду недолго, — Реннер тихо рассмеялся. — Тогда постараюсь доставить твой зад к месту назначения со всем уважением и тщательностью. Как величайшую драгоценность в этой Вселенной, — фыркнул Инди, а через несколько секунд, проверив крепления, исчез из каюты. Том был на мостике. Напряженный, с сумасшедшей улыбкой. — Свяжись с отцом. Мы улетаем. Он вернуться не успеет. — Он явно счастлив не будет, — с сомнением протянул Инди, но привычно вызвал на личном комме по закрытой линии отца. Тот откликнулся мгновенно, и помимо сообщения сыну отправил сообщение еще и Тому. — То есть как вы улетаете?! Что происходит, карми? — Научники получили данные с беспилотников. В шестом секторе разворачивается аномалия. Параметры те же, что были при червоточине. Только природные, а не искусственные. Мы упустить это не можем. Так что отправляемся в прошлое. Крис… Вам с ласками придется нас вытаскивать. Где-то далеко, у себя на борту капитан Хэмсворт глухо зарычал. — Ты хоть понимаешь что будет, если нам не удастся ни черта сделать, Том?! Я потеряю все, ради чего жил. Я потеряю тебя и Инди. — Найдешь нас через пятьдесят лет, — Том улыбнулся, только в глазах сияла смертельная тоска. — У тебя получится, Крис. Я верю в тебя. Верю тебе. Ты сможешь. — Не шути со мной так, малек, — судорожно выдохнул альфа. — Мне без вас жизни нет. — Он еще раз глубоко вздохнул, колоссальным усилием воли заставляя себя успокоиться. — Хорошо. Я возвращаюсь на базу, и мы начинаем экспериментировать. Других вариантов просто нет. Отправь мне координаты, где вас ловить, если у нас получится создать управляемую червоточину. Искать тебя по всей вселенной мне будет… гм… несколько проблематично. — Я не знаю, Крис, — Том закусил губу. — Возьми за точку отсчета наши координаты ухода. — Договорились, Карми. Давай попытаемся встретиться через стандартную неделю. Надеюсь, все получится, — его улыбка была болезненно-горькой. Но он сдержался. Просто переключил канал. — Береги себя, нэри. Меня не будет с тобой рядом, когда тебе придется принимать очень серьезные решения. Но ты уже взрослый, и ты справишься, я уверен. — Тадэри… — Инди тяжело сглотнул, а потом уверенно тряхнул головой. — Мы справимся, отец. Ты сам говорил, если рядом Том — жди самого странного, но и самого прекрасного, что может произойти в жизни. Все будет хорошо… увидимся через неделю. Так или иначе. Да, для Криса Хэмсворта действительно пролетит неделя. А вот для них может пройти полсотни лет. Оставалось молиться космическому духу, чтобы ласкам удалось. — Я люблю тебя, — еле слышно выдохнул Том, отключая Криса. — Как они, Инди? — Дарки… окончательно стали парой, если я хоть что-то понимаю, — отозвался бета. — Мистер Дауни развлекается. Дж… Реннер — пытается выпытать информацию. Ему скучно, так что он мог попытаться проникнуть в систему корабля. Хотя сейчас они в койках, так что вряд ли это вероятно. — Ты плохо знаешь Реннера, — Том улыбнулся от воспоминаний. — Он абсолютно сумасшедший и шикарный тип. А малыши молодцы, что решились. — Он… читал у меня всего один курс. Но в него была влюблена половина капитанского. Черт, никогда такого не видел, но теперь понимаю, — Инди немного растеряно улыбнулся. — Мне, кажется, повезло больше всех, да? — Не говори отцу, но я в него тоже был немного влюблен, — рассмеялся Том. — Реннер очень многое значит для нас с Крисом. Поэтому я сделаю все, чтобы вернуть его домой. — У нас ходили слухи, что он и ректор… гм… нежные друзья, но никто и никогда не видел их вместе. Впрочем, и с кем-то другим Реннера никто и никогда не видел. Даже случайно, — Инди плюхнулся в свое кресло. Вот-вот объявят старт, а он в полном раздрае. Том нахмурился. Отошел от своего пульта, опустился на корточки: — Инди, что случилось? — Все в порядке, правда, — поднял на него совершенно потерянный взгляд младший Хэмсворт. — Просто… у тебя никогда не было ощущения, что он смотрит на тебя и чего-то ждет? Ждет от тебя. А ты не понимаешь чего, но чувствуешь, что должен сделать что-то, сказать что-то? Знаешь, мне ведь в Академии было комфортнее всего именно у него. Я специально дополнительные часы брал. Это было как оказаться дома. У себя. Не как с тобой или с отцом. По другому. — У меня было так же. Он заменил отца мне, когда я учился. Не было никого, кто спрашивал бы с меня так строго и так бы обо мне заботился. — Он гонял меня до седьмого пота, зная, что я не буду изыскателем, зная, кто я и что я. Может быть, он даже помнил все, что я ему здесь наговорил, — Инди закусил губу и зажмурился. — А я не могу молчать. Меня просто прорывает в его присутствии. — Нельзя, — Том сжал его пальцы. — Инди, не смей. Только не им. Не ему. Потом, взрослому можешь говорить что угодно, но не сейчас. — Я знаю, тата, — отчаянное, почти детское обращение. Младший отец. — Но как сложно танцевать с ним. Как сложно и как хорошо! Том скрипнул зубами. Плохо, очень плохо. — Инди… Малыш… Нельзя. Не думай о нем, тебе будет больно. — Я справлюсь, тата, — сжал его пальцы в ответ бета. — Я же потенциальный альфа. С вероятностью выше девяноста процентов. Так что… пройду мутацию и справлюсь. Обещание. Не больше. Маленькая ложь. Справится ли? Он должен, он же будущий капитан. Его жизнь — это космос. Его дом — борт корабля. Его семья — экипаж. Другого просто не будет. Не может быть. Не… не с тем, кто ему нужен. Со всей отчетливостью и горечью. Со всем осознанием. Пропасть под ногами. Плексигласовый провал. Совсем как в орбитальном корпусе. Страшно смотреть, но отвести взгляда невозможно. — Я просто не хочу, чтобы тебе было плохо, — Том поднялся, мягко целуя его в лоб. — Я на твоей стороне. Помогу, если надо. — Давай просто отправим их домой? Мне ему еще экзамен сдавать и лицензию получать, — Инди смущенно огляделся. На мостике знали кто он. Поблажек не делали, но он давно показал, чего стоит. Но эта капля нечаянной нежности заставила дрогнуть сердце. И пошатнула уверенность. — Твой отец найдет нас только для того, чтобы свернуть мне шею за то, что я опять собираюсь влипнуть в авантюру, да еще и тебя в нее тащу, — Том хмыкнул, только смех получился невеселый. — Меня считают сумасшедшим, но уроки Реннера я помню, как сейчас. И я никогда не совался никуда, не оставив за собой хотя бы один выход. Сейчас… мы все идем в никуда. И я все больше склоняюсь к тому, чтобы высадить тебя. Тем более что у нас с три черта шаттлов. Крис меня прибьет, но я этого не сделаю, если ты сам этого не захочешь. — Отец найдет нас потому что он тебя любит. Конечно, он будет на тебя порядком зол, ты ведь снова забываешь, что ты для него карми, и что у вас — Союз Жизней. Ты снова не позволяешь ему разделить с тобой твою жизнь. Но он тебя снова простит. А я не собираюсь удирать, когда начинается самое интересное, — упрямо покачал головой Инди. — К тому же, должно же у меня быть что-то, о чем можно говорить с деканом Реннером через пятьдесят лет по его ммм… таймлайну. — Я с большим удовольствием лицезрел бы сейчас твоего отца где-нибудь за своей спиной, но он не успеет, Инди. А ждать его мы не можем. У нас слишком мало времени. Так что, — Том поправил выбившуюся из его косы прядку. — Пятиминутная готовность. И я, пожалуй, даже сам сяду за штурвал. — Почту за честь попытаться заменить моего отца на мостике, мистер Хиддлстон, сэр, — Индиана Гардиан Хэмсворт пружинкой подскочил со своего места и лихо козырнул. — До капитанского кресла тебя еще не скоро допустят, мелкий, — Том рассмеялся и взъерошил только поправленные волосы. — А до любого из моих кораблей — только через «можно» Реннера. Так что… — он подмигнул, — вперед, малыш. — Есть, сэр, — смешно наморщил нос Инди, падая обратно в кресло. Вахта вряд ли будет легкой. Сейчас вообще будет ой как нелегко. Но… слишком сильно он зависит от одного человека на борту. Мнение этого человека о нем способно перевернуть всю его жизнь. Забавно, но сейчас Инди хотелось находиться совсем не на капитанском мостике, а в небольшой каюте, на противоперегрузочной койке рядом с пока-еще-не-деканом факультета Изыскателей. И это его пугало почти до истерики. — На мостик, старший помощник, — Том кивнул капитану и сам прошел к креслу пилота, принявшись проверять все системы и переговариваться с навигатором. Том за штурвалом — зрелище было слишком редкое. Многие знали о его квалификации, но видели — единицы. Капитан Рован действовал не менее четко, чем действовал на посту Крис. Доведенная до автоматизма последовательность. Разгон двигателей, скан узлов и систем. Обратный отсчет. Быстрая перекличка с личным составом и старт. Звезды на обзорных экранах превратились из точек в длинные сверкающие ленты, а потом исчезли и они. Дредноут ушел в прыжок, проламываясь сквозь пространство. Всего один уход в подпространство. Ненадолго, только на полтора часа. И торможение. Киор сверился с поступающими данными и сообщил: — Мы приближаемся к аномалии. Том поджал губы. А потом коротко спросил: — Челнок гостей в порядке? — В полном, — отозвался Инди. — Мы откорректировали информацию самописцев по поводу попадания в червоточину. И о времени, проведенном в нашем таймлайне. Том кивнул, принимая решение. — Мы выйдем слишком близко к обитаемым системам, корабль придется спрятать. Я помню историю, в то время таких монстров, как наш, еще не существовало, «Ковчег» не в счет. Капитан, как только пройдем через червоточину, режим невидимости и блокирующие щиты. А мы дальше пойдем на челноке мальчишек. До ближайшей станции или базы. А там посмотрим по обстоятельствам. Инди, проследи, чтобы все было готово к отлету. Рован уже отзывался о готовности систем к скольжению и дальнейшему режиму. Он был великолепен. И все же до Криса Хэмсворта ему было ой как далеко. — Я попросил принять на борт пару мм… музейных экспонатов. Так что запасные планетарные шаттлы у нас есть, — по закрытой линии передал сообщение Инди. — Если ты против, то можешь мне приватно надрать уши. После вахты. Я даже сопротивляться не буду. Пальцы ловко отстукивали сообщения. Инди давно привык к многозадачности. Если ты не умеешь одновременно уделять внимание нескольким действиям — отличным капитаном тебе не стать никогда. Том отвлекся только на секунду, и на планшете Инди всплыла всего одна фраза: «Ты остаешься». «Нет, тата, я не остаюсь. Я хочу помочь парням решить их проблемы». — И еще хотя бы чуть-чуть посмотреть на одного не в меру проницательного изыскателя. «Будешь со мной спорить, мелочь, будешь капитанствовать на катере-уборщике», — лицо писавшего это Тома было невозмутимым и даже отстраненным, но глаза, когда он обернулся к Инди, смеялись. Инди выгнул бровь, но невозмутимость на лице удержал. «Сбегу к Реннеру. А если не отпустишь, то сбегу с Реннером и прямо сейчас». Ответить Том не успел. — Мистер Хиддлстон, вызов с Новой Терры, — связист повернулся к нему, застыв в неудобной позе, готовый нажать кнопку в ту же секунду. Том нахмурился и кивнул. Панорамный экран зарябил, и спустя мгновение на нем появилось лицо человека с теплыми и колючими голубыми глазами, короткой стрижкой и улыбкой в уголках губ. — Мистер Реннер, сэр… — от неожиданности Том словно забыл, что он больше не курсант, Реннер больше не декан его факультета, и они давно перешли на «ты». — Ты и за штурвалом? — Джереми Реннер выразительно посмотрел на Тома и вскинул бровь. — Что на этот раз? — Небольшая прогулка, — Том пожал плечами, не особо надеясь провести своего бывшего учителя, который ни грамма не изменился с той минуты, как он увидел его в первый раз. Взгляд, буравивший его, принадлежал мужчине в самом расцвете лет. По нынешней продолжительности жизни декан-Реннер-сэр едва-едва подошел к среднему возрасту. И хорошо, что он никогда не слышал, как иногда Крис называет его стариком. Исключительно из природной вредности, разумеется. — И в самом деле, я мог бы и не спрашивать, — Реннер усмехнулся, и на мгновение в нем проглянул тот самый мальчишка, который сейчас спал в своей каюте совсем рядом. Он скользнул взглядом по мостику и остановил свой взгляд на замершем за спиной Тома Инди. — Кадет Хэмсворт. — Декан Реннер… сэр… — каким разительным был контраст. И в то же время как похож был этот мужчина на спящего в каюте молодого человека. Глаза. И улыбка. Он знает. Он знает где они и главное зачем и почему. Знает, ему и говорить ничего не надо. А ведь он может не вернуться из этого путешествия. Они все могут не вернуться. Не за этим ли Реннер вызвал борт? Так точно. Он ведь знает название борта. И знал, когда восходил на борт «Шангри-Ла», куда следует дредноут. — Хэймэ Хиддлстон считает, что мне никогда не прыгнуть выше капитанства на катере-уборщике. Я же считаю подобную позицию оскорбительной и твердо намерен доказать ошибочность суждений хэймэ Томаса в отношении меня! — Думаю, вы сообщили мне не всю информацию, кадет, — глаза Реннера смеялись, но что-то в нем было не так. — Том почти никогда не ошибается в своих оценках, но я знаю ваши способности, и они оценке мистера Хиддлстона противоречат. Какой из этого всего вывод? Том только вздохнул: — Избавь меня от лекции по логике, Реннер. Кадет Хэмсворт решил, что может оспаривать мое решение, касающееся его жизни. — Может, тогда стоит позволить принять ему это решение самому? — Реннер почти незаметно улыбнулся, подался вперед, и Том вдруг замолчал, глядя ему прямо в глаза. Несколько долгих минут на мостике висела напряженная тишина, а потом Хиддлстон внезапно коротко рассмеялся, встряхивая головой. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Джереми. — Не особо, — тот пожал плечами, откидываясь на спинку кресла. — Как обычно, в общем. Просто будьте осторожней. — Обязательно, — кивнул Том. — Что-то не особо я тебе верю, — Реннер покачал головой и снова устремил взгляд на Инди. — Гардиан, из вас двоих инстинкт самосохранения развит больше у вас. Я прошу вас присмотреть за одним мальком, который явно собрался вляпаться куда-то снова. Гардиан. ТАК его называл только Реннер. Точно единожды выбрав из его имен более уместное для себя. Гардиан. Защитник. Инди поднялся со своего места и, подойдя ближе к экрану, замер. Ноги на ширине плеч, руки за спиной. И коса, переброшенная через плечо. — Мы… не предупредили вас. Вы вряд ли конкретизируете свои пожелания, декан. Вы ведь знаете, что так должно было произойти. — Я ничего не знаю, кадет. И очень надеюсь, что вы помните то, чему я вас учил — нельзя ничего знать наверняка. Жизнь гораздо сложнее. И я высказал свои пожелания достаточно четко. Том, — Реннер обратился к Хиддлстону, не отпуская взгляда Инди, — надеюсь, ты тоже знаешь, что делаешь. — Да, декан, — смиренно отозвался Том, и связь прервалась коротким приветственным салютом Реннера. Внутри Инди нарастала паника, которая, тем не менее, ничем не выказала себя. Не выплеснулась криком. Не пролилась слезами. Даже тенью не коснулась лица. Просто на секунду Инди крепко зажмурился. Открыл же глаза Гардиан. Он вернулся в кресло, активизировал пульт, приводя в готовность системы. Киор ободряюще улыбнулся и отрапортовал: — Мистер Хиддлстон, мы готовы к скольжению. Червоточина прямо перед нами. Том оглянулся на Инди, но спрашивать, что случилось, времени уже не было. — Доложить о состоянии готовности. Научный отдел, вы готовы к работе? Чтобы попробовать вернуться самим, нам нужна вся информация. Киор, буи и маяки. Для Криса и нас, чтобы не потеряться. Пятиминутная готовность. — Выполняем, сэр, — отозвался Джеймс. Зеленые искры маяков брызнули из торпед, очерчивая нужный квадрат. — Начинаю обратный отсчет, — зазвенел по внутренней связи голос капитана Рована. «Все будет хорошо… все будет хорошо… у нас все получится…» Толчок двигателей, и дредноут плавно и величественно соскользнул в «кротовую нору».