Девяносто семь процентов

Время растянулось и снова сжалось, а потом забилось, затрепыхалось, словно пойманная птица. Понятие пола и потолка исчезло, весь мир словно начал схлопываться в точку, и когда казалось, что еще немного — и они исчезнут, вселенная дрогнула и все закончилось. Перед ними были все те же звезды и космос, но ощущение чужого мира было слишком явным. Не доверяя голосу, Том сам дотянулся до панели и активировал «невидимость». И только потом позволил себе выдохнуть. — Киор, сканирование. Нам нужно найти место, куда вас спрятать. Коренев, что у вас с аномалией? — Аномалия на месте, схлопываться не собирается. Вешаю зонд рядышком, будем наблюдать, — четко отрапортовал один из ученых. — Поблизости планетоид. Никакого излучения с поверхности. Он не заселен, — сообщил первый помощник. — Ловлю далекие сигналы. Мы рядом с обитаемыми системами… здесь пролегает туристическая трасса. Обновляю сетевые данные, — так же четко отозвался Гардиан. — Незаселенный планетоид? — Том нахмурился, а потом рассмеялся. — Забыл, это же прошлое. Ладно, если все в порядке, курс на планетоид. Что у него с орбитой, можно зацепиться, чтобы не дрейфовать далеко от аномалии? И еще неплохо бы «капкан» поставить. Чтобы никто больше не сунулся в аномалию, кроме нас. Коренев, сколько времени до схлопывания аномалии? — Безопасное схлопывание — не более двух суток. Схлопывание с вероятным свертыванием пространства-времени — трое суток и пять часов. — У нас окно в двое суток и двенадцать часов, — сверившись с данными конкретизировал Рован. — Так что если не тянуть время — мы прекрасно все успеем. — Мне стоит разбудить гостей? — на всякий случай уточнил Хэмсворт. — Нам нужен мозговой штурм. Рован, Киор, дальше без меня, вы и так все отлично знаете. Инди, мне нужны только дарки, — Том покинул кресло пилота. — Приведешь их ко мне в кабинет. Коренев, мне нужна точная временная привязка. Год, месяц, день… Джойс сообразил быстро и, как только освободился, отстегнул Хэйвена и, не тратя время на побудку, просто взял его спящего на руки, кинув на Инди выразительный взгляд. Так же неслышно они покинули каюту и, едва дверь за ними закрылась, Хэмсворт негромко сказал: — Мы завершили скольжение. Предполагается, что сейчас мы в вашем времени. Том попросил привести вас. — Поставь меня на пол, пожалуйста… — тихонько попросил Хэйв. — Я проснулся. И я хочу в душ. — Не получится, прости. Времени нет, — пожал плечами бета. Джойс кивнул, ставя Хэйва на пол. — Веди. Сколько у нас времени на все? — Двое стандартных суток и двенадцать часов, — Гардиан быстрым шагом пошел вперед. «Шангри-Ла» он знал как свои пять пальцев. Недаром облазил вдоль и поперек и изучил все схемы. — Перед самым скольжением с нами связался Реннер… в смысле из нашего времени, декан. Том хотел оставить меня, но декан отговорил. Он что-то знает, но естественно не посчитал нужным информацией поделиться. — Джер? — Джойс, держа Хэйвена за руку, только головой помотал. — Нет, не представляю его себе деканом. Хоть убей. Я вообще его даже взрослым не представляю. Это поэтому ты такой… всклочено-лиричный? Черт, как мало времени… Мы ничего не успеем. — Успеем, — мотнул головой Хэмсворт. — Я не все сказал Тому. На борт подняли два планетарных шаттла. Только в нашем времени эти реликты были усовершенствованы. Они способны к самостоятельным полетам до двух стандартных суток, — Гардиан улыбнулся. — А Реннер в нашем времени охренеть как хорош собой. — Ты влюбился, — уверенно кивнул Хэйвен. — Запал на Реннера из нашего времени. — Ой, сомневаюсь, что тебе бы дали что-то притащить без того, чтобы у него сначала разрешения не спросить. Два шаттла — это дополнительная нагрузка, которую нужно учитывать. Так что он уже знает, — Джойс оглядывался с любопытством и почти-завистью. — А вот что влюбился… Инди, не мое это дело, но Реннер останется здесь. А у тебя там свой. Другой. — Я знаю, — кивнул тот. — И мне кажется, что он тоже знает. Знает что-то. Потому что всякий раз, когда ловит мой взгляд, не отпускает до последнего. — Он судорожно выдохнул сквозь сцепленные зубы. — Так, шаттл. Конечно он знает, что я запросил погрузку. И даже указал, что буду грузить. Но это никаким образом не влияло на учет нагрузки, поскольку сейчас дредноут идет с неполным экипажем и практически без боекомплекта. Проще говоря из четырех вахт у нас только две. И четверть боекомплекта. Даже с грузом в виде трех шаттлов мы идем налегке. Последние слова он говорил уже в каюте Тома, которая заменяла ему на корабле кабинет. Конечно, это была не «Струна», но разместиться можно было без проблем. — Малышей нельзя возвращать на наших кораблях, они потом вопросов и подозрений не оберутся. Поэтому тот самый челнок и ничего другого. Не стоит доставлять им лишних проблем. А что касается вас, мальчики… Тут все сложнее. Мои ребята прошерстили все архивы. Нашли, в каких приютах сейчас твои братья, Джойс. Нам и повезло, и нет. Ниэлль с твоим отцом, Эмел — в шестом питомнике, Аксель — в третьем. Они достаточно близко друг к другу, распыляться не придется. Но после вашего исчезновения твоего отца взяли под круглосуточное наблюдение. Это не арест, ему ничего не запрещают и берегут, но и глаз не спускают. Нам придется найти способ связаться с ним, чтобы он был готов. Ему нужно будет уйти из дома самому, чтобы мы могли его забрать. — Почему бы их просто не украсть? — вдруг спросил Хэйв. — Два шаттла. Два питомника. Третий — за отцом Джойса и Ниэлем. Но до этого отправить Роба и Джера на линию ответственности Академии. — Мы можем подойти к системе Беты очень близко. После того как ты локализовал «Призрак» ты же сам разобрался в схемах, да? Здесь о таких технологиях пока что только мечтают, — поджал губы Инди. — Взламывать коды доступа — не лучшая идея и останется на самый крайний случай. Из-за того, что «здесь о таких технологиях только мечтают», мы не можем пользоваться ими направо и налево, это может здорово нарушить наше время. Мы откроем для Реннера и Дауни проход прямо к орбитальной станции Академии. Объяснить аномалией произошедшее будет проще простого. Их проверят, но компьютер челнока все только подтвердит, легенда до крайности проста. Что-то случилось, попали в безвременье, вернулись. Думали, что пара минут прошло, оказалось, что гораздо больше. А что дарки пропали вдруг… ну так, не знаем, не видели. Что касается нас… Тут все сложнее. — Тогда что… что нам делать? Мы не можем просто улететь… то есть вы можете… — Хэйвен устало потер лицо ладонями. — Как просто удрать самому. — Не может быть чтобы не было никакого выхода, — закусил губу Инди. — Я не говорю, что его нет. Но у нас полный и абсолютный цейтнот, — Том зарылся пальцами в волосы, лохматя их. — Хэйв, ты из питомника вышел недавно. Расскажи мне, что там и как. Распорядок, расположение, все. — Все зависит от уровня ребенка, — Хэйв присел в свободное кресло и прикрыл глаза. — У нас с Джойсом уровень интеллекта по последним тестам в районе двухсот двадцати… мы оба занимались по индивидуальным программам. Я… вставал в шесть. Иногда без четверти. Успевал проснуться, позаниматься иногда побегать и погулять. В семь тридцать завтрак. В восемь начинаются занятия. Стандартная программа. С пятнадцати — свободное время и дополнительные занятия для одаренных. В девятнадцать заканчивались все занятия и начиналось личное время. В двадцать два все должны быть по комнатам. Но как правило дети… особенно одаренные… до полуночи выбирались на самостоятельные прогулки. — Последнее касается только тех, кому исполнилось тринадцать, — хмуро заметил Джойс. — У меня было приблизительно так же с поправкой на прогулки. В любом случае без Наставника ты не мог и шагу сделать. После шестнадцати это ограничение снималось. В любом случае на каждом ребенке был браслет. — Тогда нам ничего не остается, кроме как сделать парочку липовых документов, с которыми твой отец, Джойс, заберет малышей. Но чтобы это удалось, нужно, чтобы наблюдатели не знали, что он вообще пошел в приюты. Мобильных голопроекторов у нас немного, но есть. Так что, думаю, кому-то из нас придется навестить мистера Шолто-старшего. Снять с него голокопию. И дальше по обстоятельствам — либо он сам заберет малышей, либо под маской прогуляется туда кто-то из нас. — Парням туда нельзя. Меня в местных базах нет даже в теории, — отозвался Инди. — Так что я могу отправиться на Бету. — Ты дарк. Но тебя нет в базе. Под видом туриста ты не пройдешь, — Джойс нахмурился. — У меня на лбу не написано, что я дарк. Я — бета. Моя физиология до определенного момента совершенно ничем не отличается от физиологии потомка Старых колоний, — возразил Инди. — Так будет пока я не пройду мутацию. А вот она возможна ТОЛЬКО у дарков. Так что выяснить, что я дарк, можно только запустив мою мутацию. А до этого момента я просто человек. Какой же, как Дауни или Реннер. — Кстати, насчет мутаций… А что бывает, когда парой беты становится человек? Мутация происходит? — с самым невинным видом поинтересовался вдруг Джойс. — Я не… я не знаю, — покачал головой Гардиан. — Я не находил подобных описаний. Джойс только хмыкнул, поймал острый взгляд Тома и виновато опустил глаза. Том отразил его смешок и заставил себя расслабиться. — Я слушаю твою легенду, Инди. Как ты собираешься попасть на Бету. Не забывай, что это не та империя, о которой ты знаешь. В этой у нас с Крисом не было бы никого Союза. — В этой вы с отцом еще не родились, — склонил голову к плечу Инди. — Так что я могу назваться именем любым. Что касается причин — самое интересное, что есть в культуре Беты — Голоса. Главный Зал Голоса — самое потрясающее воображение строение Беты. Самое торжественное. Его архитектуру пытаются повторить многие. Но… Зал проектировался и строился с учетом особенности местности, освещения, влажности, атмосферного давления и еще пары десятков параметров. Я читал об этом. В Зал разрешен доступ студентов-архитекторов. Более того, лучшие студенты каждый год посещают Зал. Это — официальная программа Империи. И она имеет место уже больше ста лет. — В этом зале твой отец объявил о нашем Союзе, — фыркнул Том, сбавляя градус юношеской пафосности. — Так что я в курсе. Хочешь прикинуться студентом? Для этого нам нужно как минимум иметь список студентов, ибо ни одна уважающая себя империя не пустит кого попало. А во-вторых, аккуратно изъять того, чье место ты займешь. Предложения? — Ежегодные списки утверждаются по результатам экзаменов в крупнейших университетах. Сейчас — идут экзамены. Вернее заканчиваются. Просто добавить в список еще одного студента. Из Университета Терры. Они сдают экзамены последними, — пожал плечами Гардиан. — Я прилечу на Бету. Явлюсь на поверхность, случайно столкнусь с отцом Джойса и передам информацию. А дальше — дело техники. Том кивнул: — Хорошая идея, мне нравится, но нужно проработать детали. И много останется на импровизацию. Надеюсь, ты готов, Инди. Джойс, тебе надо будет сделать послание для отца, чтобы Инди смог ему передать. — Да, мистер Хиддлстон, — судя по его сдвинутым бровям, он уже начал что-то прикидывать. — Короткое, емкое. — У нас мало времени, поэтому всем нужно подготовиться. Теперь к нашим великим… Инди, чтобы прилететь на Бету в качестве студента, тебе нужно отправиться туда на корабле Терры. Лучше всего это будет сделать из Академии. Не вызовет подозрений. Поэтому ты летишь вместе с парнями. Академия огромна, ты сможешь в ней затеряться. А я попрошу их, они помогут тебе со списком и с отправкой на Бету. Заодно присмотришь за тем, как их появление примут. — У нас мало времени, — нахмурился Инди. — Это значит, что мы уже должны стартовать, иначе рискуем схлопыванием аномалии. — Именно, — Том улыбнулся уголками губ, но взгляд его оставался серьезным, даже жестким. — И кстати, как на счет моей компании? Меня ведь тоже в Базе нет. В конце концов, ты можешь быть очень богатеньким мальчиком, у которого есть свой корабль и команда. И даже сопровождающий от папеньки в виде меня. Это будет даже проще, чем лететь с парням, так мы не нарушим их легенду. — Эй, ты контролируешь меня! — возмутился Инди. — А ты надеялся просто так удрать? — Том вскинул бровь. — Реннер мне еще добро на твое свободное плавание не дал. И контролировать я тебя не буду, просто рядом постою. — Но свободного плаванья он не запрещал! — вздохнул Инди, глядя, как Хэйв обнимает за талию Джойса. — Сколько я помню, он просил тебя за мной приглядывать. А вдруг я здесь что-нибудь сотворю, без тебя за моей спиной, м? — Том смеялся. Откровенно, тепло. Вызывающе и почему-то нежно. Джойс аж рот открыл, глядя на него такого. Словно исчез куда-то властный и жесткий владелец всего на свете, а на его месте сидел мальчишка. Смешливый и ехидный. — Ладно… хорошо… как скажешь, — развел руками Инди. — Только таких монстров как «Шангри-Ла» в этом времени еще нет. Так что придется брать шаттл. А он слишком маленький. И ты будешь меня слушаться. И не будешь меня подкалывать. — Когда это я кого слушался, — проворчал Том. — И последнего не обещаю. Считай, что сдаешь экзамен в реальных условиях. И вообще, почему вы еще здесь. Брысь по своим делам! Стартуем через полтора часа. Инди, наши «великие» на тебе. — Слушаюсь, хэймэ Хиддлстон, — вздохнул Хэмсворт-младший и, развернувшись, вышел вон. — Если я все верно понял, экзамен он должен был сдавать ээмм… Джереми. Запись его минут позора вы вести будете? — широко улыбнулся Хэйвен. — Реннеру он будет сдавать экзамен совсем другой. Изыскательский, — Том сузил глаза, глядя вслед Инди. — А это… Он либо поймет, что ему еще рано, либо я перестану о нем дергаться. Он очень похож на своего отца, и Реннер, зараза такая, в свое время сделал все, чтобы развести меня и Криса по разным концам вселенной. И теперь я понимаю, почему. — Почему же? — спросил Хэйв, так и не пошевелившись, даже не сделав попытки покинуть каюту, повинуясь приказу хозяина. — Я болел тайнами, загадками, пиратами и древними цивилизациями. При этом у меня полностью отсутствовал инстинкт самосохранения и уважение к чужой жизни. Мне вообще было все равно. А Крис… Он сразу взял меня под свою опеку. И Реннер сделал то, что должен был. Он научил меня не надеяться ни на кого, кроме себя, научил выживать, слушаться интуиции и не думать, что придет сильный дарк и спасет меня от всех проблем. Я стал тем, кто я есть, только благодаря ему. Каждый раз, когда начиналась очередная задница, его уроки не давали мне погибнуть. Он вбивал их в меня, вколачивал до тех пор, пока они не оставались в подсознании. Всем, что у меня есть, я обязан ему. Крис ждал меня все эти годы, но ему не приходилось делать выбор между мной и сыном. Поэтому он и Инди теперь настоящая семья. Поэтому я сделаю все, чтобы вернуть Реннера обратно. Этот сукин сын мне слишком дорог, чтобы вот так все это закончилось. — Сейчас Джереми — наставник Инди. И, как я понял, Инди он гонял ничуть не меньше. Но вы все равно не доверяете ему. Или вам кажется, что что-то не так? Что вас смущает, хэймэ Томас? — Это первое настоящее испытание для Инди. Мой «Ковчег» случился со мной на первом курсе. Я просто волнуюсь за него. Джереми гонял его, но у Инди всегда был отец или я. Он воспитывался и учился в других условиях. Я это понимаю, и Реннер это тоже понимает. И мы оба за него беспокоимся. — У всех нас разные условия, — Хэйв покусал нижнюю губу и оглянулся на Джойса. — Джойсу повезло, он с отцом провел целый год. Я — ребенок брошенного поколения. Я никогда не знал родителей. Я только мечтал о том, чтобы поступить в Академию. Вы и хэймэ Хэмсворт тоже разные. Хэймэ Хэмсворт — брошенный. У вас — была семья. Но сейчас вы отказываете Инди в самостоятельности. А ведь он всю свою жизнь готовился к этому. И готовился сознательно. Не просто читал и мечтал. Его учили лучшие. Самые лучшие. Вы, его отец, Джереми. Он — лучший из лучших. Он сумел смутить даже Джера. Пусть это первое испытание для него, просто поверьте ему. И доверьтесь ему. — Если бы я ему не доверял, то он остался бы дома, с отцом. И сейчас он и помыслить бы не мог, чтобы во что-то ввязаться. Надеюсь, он это понимает. Я должен убедиться, что он готов. Я не собираюсь ему мешать, свои ошибки он должен сделать сам. Но есть ситуации, когда такая ошибка может очень дорого стоить. Поэтому я иду с ним. — Спасибо, — хмуро кивнул Джойс. — Мне будет спокойнее. Речь идет о моем отце и братьях. Вы вообще не должны все это делать. — Просто пора отдавать долги, малыш. — Я понял, — с улыбкой кивнул Хэйвен. — Разрешите идти, хэймэ Томас? — Иногда ждать — хуже, чем быть там, в центре. Эти два дня будут тяжелыми. И вы очень будете нужны друг другу. Так что… Свободны, кадеты. — Спасибо, — улыбнулся Хэйв и, потянув за собой за руку Джойса, вышел. — Доброго утра, господа. Поздравляю вас с возвращением в родное время. Если судить по таймлайну, вы отсутствовали всего четыре дня. В челноке в бортовом компьютере оставлена запись о том, что вы отсутствовали всего час. Час в аномалии, — тараторил Инди. — Мистер Хэмсворт, вы — зануда! — широко зевнул Роб. — Не обижай маленького, он хочет быть взрослым и серьезным, — Реннер закинул руки за голову. — Дома, значит, да? Жаль, мне в будущем нравилось. — Ничего, доживешь до будущего. Помнишь, ты грозился у меня экзамены принимать? — деловито заявил Инди. — Вам придется переодеться в ваши костюмчики. — Ладно, — почти покладисто кивнул Роб. — Что еще? — Через час отправляемся на базу Академии. — Ясно, — Реннер обжег его странным взглядом сквозь ресницы, и гибко поднялся. — Мы попали в аномалию, проболтались с часик и вернулись. А что с малышами-дарками? — Знать не знаете, видеть не видели, помнить не помните, — отрезал Гардиан, стараясь не смотреть в его сторону. — Они входили в челнок, это зафиксировано, — возразил Роберт. — Нет, не входили, — покачал головой Инди. — Эта информация удалена. А вы — не видели, не знаете, не помните. — У-у-у, какой суровый, — протянул Реннер. — Сдается мне, что ты темнишь, милый. Куда мелких дели, признавайся, а то применю пытки и запрещенный прием. — Он неожиданно вскинулся, поймал Инди за руку и дернул на себя, одновременно разворачиваясь так, что в конце оказался почти сидящим на бедрах дарка. Навис над ним, усмехнулся и вдруг пробежался пальцами по бокам и шее, вызывая щекотку. — Ну, где малыши-крепыши? Признавайся. — Хэй, что ты… что ты делаешь?.. — Инди извивался на койке, пытаясь ускользнуть от рук мучителя. — Они на борту, но они не будут возвращаться в Академию… это опасно для них… они улетят с нами. — Опаньки, — Роб плюхнулся рядом с ним на койку и замер. — Почему опасно? — По нашим… нашим законам они оба сейчас должны быть на Бете, потому что они пара. Хэйв — гений, его гены очень ценны. Джойс — такой же, только он еще и единственный, кому хватит силы самостоятельно пилотировать одну разработку наших умников. Если… если они останутся, они никогда больше не покинут Бету. Джереми прекратил экзекуцию, но отпускать Инди не спешил. Только выпрямился, задумавшись. — Им совсем нечего терять, да? — его взгляд, устремленный на Инди, был полон тоски. — А мы? Почему нас решили вернуть? — Будущее, — выдохнул тот. — В нашем таймлайне никто и никогда не слышал, чтобы в Империи сошел с верфей флагман «Свершение». Именно это судно должен был пилотировать Джойс. Но вы… вы оба в нашем времени есть. И если ваше будущее поменяется, то не будет Тома. Не будет моего отца. Не будет меня. — И во избежание теоретического коллапса ты ни черта не скажешь о том, кто мы в вашем таймлайне, — хмуро констатировал Роб. — Я не имею права, — бросил на Джереми полный безнадеги взгляд Инди. — Не сошедший с верфей флагман — еще не все. Их судьба могла быть совсем другой. Вдруг они тоже есть? — Джереми сполз с Инди и просто сел рядом. — В этом вашем будущем. И почему тогда они летели сюда с нами? Было бы логичней оставить их в вашем времени. — Их искали. И проверяли. Их в нашем таймлайне нет. Как нет отца Джойса и его братьев, — просто ответил Хэмсворт. Реннер сузил глаза: — Так вот зачем они здесь. Они и ты. Вытаскивать его родственников? То есть здесь и сейчас мы все тихо и мирно разойдемся каждый по своим временам и делам? — У вас есть будущее. У вас обоих. Я не могу сказать вам кто вы и чего добьетесь. Не имею права, иначе все изменится. У вас много чего впереди. Реннер помолчал, а потом поднялся. — Ладно, я все понял. Когда? — Мы возвращаемся через двое стандартных суток и одиннадцать часов, — Гардиан тоже поднялся и теперь стоял перед ним, не зная куда себя деть. — Почему не сейчас? Что мы будем тут двое суток делать? И… как мы все-таки сюда вернулись? — Потому что им нужно время на то, чтобы вытянуть семейку альфы-малыша, Джер, это очевидно, — досадливо протянул Роберт. — Аномалия. Кротовая дыра. Червоточина. С такими же показателями и параметрами как и та, через которую вы попали в наше время, — пояснил Инди. — Ты сердишься. — Я сержусь на себя. Когда не понимают моих вопросов, значит, я неправильно их задаю. Когда улетаем мы с Робом? — Думаю что через пару часов, иначе Том не велел бы вас разбудить, — Инди шагнул к двери. — Я подожду снаружи. Когда будете готовы… выходите. — А что нам готовиться. Вещей у нас нет, все с собой, — пожал плечами Реннер и направился к двери следом. — Переоденься. На тебе одежда из нашего времени, — напомнил Хэмсворт. — Шмоток здесь своих не вижу, — Реннер прокрутился на пятках. — Голиком? Белье-то, оно во все времена одинаковое. — Я бы не отказался на это посмотреть, — отчего-то зло выдохнул Гардиан. — В ящике у койки. Посмотри в ящике у койки. — Злой котенок, — Реннер покачал головой и вернулся в комнату. Проинспектировал ящики, выдал Роберту его одежду и зашуршал своим пакетом. Почти рывком избавился от костюма и, балансируя на одной ноге, пытался попасть другой в штанину. — Как вы собираетесь вытаскивать мелких Джойса? Бета — не самая гостеприимная планета для туристов. — Прости, но… — зрелище полуобнаженного пока-еще-не-декана было достойным. Джереми уже давно вышел из подросткового возраста. Красивый молодой мужчина, который еще немного раздастся в плечах и чуть-чуть вытянется. А еще черты его лица отвердеют, голос станет ниже, но глаза его останутся теми же. — Этой информацией я поделиться не могу. Меньше знаешь — крепче сон. Реннер поджал губы: — Тогда, может, нас прямо сейчас домой вернут? Чтобы под ногами не мешались. — Джер, — Роберт с силой сжал плечо приятеля. — Чего ты на него наезжаешь? Ясно ж, что это не его решение и не его прихоть. — Я знаю, какое произвожу впечатление на людей, — тихо ответил ему Реннер. — И что всерьез меня почти никто не принимает. Я злюсь не на него, а на себя. Мы никому здесь не нужны, так какой смысл здесь торчать? Контроль? В этот миг Инди свой потерял. Бета дарк Индиана Гардиан Хэмсворт плевать хотел на контроль. Ярость рвалась из него. Злость. И еще… Он порывисто развернулся и, сделав шаг, обеими руками сжал лицо человека и впился в его губы поцелуем. Первым. Неловким. Жадным. Почти горьким от безысходности. Потому что всего через час эти двое покинут борт. Всего через час вернутся в Академию. И исчезнут на пятьдесят лет. И в следующий раз, когда они встретятся, Джереми Реннер будет помнить только сына одного из своих учеников. Джереми Реннер будет принимать у него экзамен и давать лицензию. Вряд ли он будет знать о том, что будет твориться внутри у кадета Хэмсворта. — Ого… — Роб присвистнул. — Знаете, вы тут поговорите, а я пожалуй пойду погуляю… Реннер подхватил Инди инстинктивно. Стиснул талию и застыл на долгую минуту под этим неловким, почти детским касанием, а потом приоткрыл рот, опуская ресницы. Не пытаясь перехватить инициативу, успокаивая. — Я не хочу чтобы ты улетал, — наконец, выдохнул Инди. — Ты вернешься в свою жизнь, потому что так должно быть… потому что иначе не будет Тома, не будет отца… а я так и останусь в загоне, потому что у Криса Хэмсворта не будет денег… но мне больно от того, что я вернусь в свое время, и для меня пройдет всего несколько дней, а для тебя пролетит целых пятьдесят лет… ты мне нужен, а я должен отказаться от тебя… Реннер нахмурился, провел ладонью по его щеке. — Ты не знаешь меня. Этого меня. Но… я бы ждал. Тебя бы — ждал. — Я только бета, недоделанный дарк… а по тебе все девчонки сохнут. Даже в моем времени… Так что, когда вернешься, просто живи. Так, как хочешь, как должен жить живи. Это будет лучшее из всего, если ты будешь счастлив в своем времени. Этого я не имею права у тебя отбирать, Джереми, — Инди неловко улыбнулся. — Тебе пора, Джереми Ли Реннер. — Глупый котенок, — Реннер улыбнулся. Так, как не улыбался больше никому и никогда. И даже Инди прежде не видел у него такой улыбки. Мягкой, светлой, почти нежной. Отвел прядку за ухо, коснулся губами губ. — Когда мы снова встретимся, между нами будет пропасть из лет. Я не хочу, чтобы ты рвал себе сердце. — Никто не умеет приказывать сердцу, Джер, — Инди зажмурился, а когда открыл глаза, по щеке скатилась слезинка. — Ты стоишь каждого прожитого рядом с тобой дня. Каждого часа и минуты. Я хочу, чтобы ты всю свою жизнь помнил это. А теперь иди, пожалуйста. Иди. Джереми прижался лбом к его лбу, заглядывая в глаза, а потом стиснул вдруг, поцеловал сильно и жарко, и вышел из комнаты, не оглядываясь. Инди как подкошенный рухнул на пол, пряча лицо в ладонях. За малым не до крови закусил губу и глухо завыл. Непогрешимый Индиана Гардиан Хэмсворт. Лучший в своем выпуске. Лучший из всех. Смиривший собственный нрав оторва. Ради будущего. Ради капитанства в компании Хиддлстона. Ради того, чтобы декан факультета Изыскателей смотрел на него так, как смотрел всегда. Без тени разочарования. С искренним живым любопытством. Вот ради чего мелкий раздолбай Инди перековал себя в Гардиана. Отец и Том отзывались о Джереми Реннере с огромным уважением. Он, как любой из мальков Академии влюбился в идеального недостижимого легендарного капитана-изыскателя, даже не подозревая, что несколько лет спустя полюбит по-настоящему неугомонного светлого мальчишку. Как в древнем гадании с зеркалами. Отразить отражение в отражении отражения… и так до бесконечности. Он попал в это кольцо. Попал. А вырваться не хочет. Он не альфа пока еще. И не омега. Но он — дарк. Истинный дарк. А дарки выбирают раз и навсегда. Не размениваясь на мелочи. Не вручая себя тысячам условностей. Что ж… увидимся на экзамене, декан Реннер. Когда он вернулся на мостик — он снова был безупречен. Идеальный мундир, идеально собранные в косу волосы. Только покрасневшие глаза выдавали то, что еще четверть часа назад Гардиан Хэмсворт отчаянно рыдал в подушку, еще хранившую запах ушедшего кадета. Тому хватило одного взгляда, чтобы понять. И отступить, кусая губы. Промолчать. Только сжать плечо в жесте поддержки и заботы. Если Инди захочет, то расскажет сам. Только бы не сломался. Хэйвен явился на палубу еще до того, как Джереми и Роберт сели в шаттл. Он неловко и как-то виновато улыбнулся, переминаясь с ноги на ногу. — Джер, мы… мы с Джойсом остаемся здесь, но вы кажется уже в курсе… Там у нас будут проблемы, а здесь нас никто и никогда не тронет. Но я хотел попросить тебя об одолжении. Ты не мог бы кое-что передать Сандибаду Трау? Он будет волноваться обо мне, а мне этого очень не хотелось бы. — Что с тобой все в порядке, ты не вернешься, но счастлив до чертиков? — Реннер, проверяя данные челнока, кинул на него мимолетный взгляд. Он улыбался, вот только в глазах смеха не было. Только пустота. — Хорошо, передам. Надеюсь, дарки меня потом в космос без скафандра не выкинут. — Вот это, — Хэйв протянул ему крохотный чип. — Там запись. Я просто записал обращение к нему. И все. Он поймет. И Джер… мы встретимся. И… ты совершенно точно встретишься и с Инди тоже. — Слышь, Роб, тебе, кажется, не доверяют, — Реннер хлопнул Дауни по плечу и взял чип. Повертел в руках, хмыкнул, вскинув бровь. — Что-то я таких моделей не припомню. Ты уверен, что у нас есть чем это читать? — Есть, есть, — бросив взгляд на крохотульку, успокоил его Дауни. — Или ты сам решил запись посмотреть, а потом Трау честно в глаза смотреть и говорить — не-не, ни в жизнь! Хэйв рассмеялся, а потом от души обнял обоих приятелей. — Удачи вам, парни. — Клевета и наговор, — проворчал Реннер и обнял его в ответ. — Не шали, мелкий. И за парнем своим присматривай. Он хоть альфа и старше, а шило в заднице, как у меня в пятилетнем возрасте. Все, валите, а то сейчас начну хлюпать носом и разводить сырость. — Бывай, малыш, — махнул ему рукой Роберт, загружаясь в шаттл. — Встретимся лет через пятьдесят, — кивнул им Ларк и рысью рванул из ангара. — Инди, зайди ко мне, — голос Тома в комме был усталым и каким-то бесцветным. Дарк вздрогнул, но, оттолкнувшись от панели управления, поднялся. Капитан кивнул, точно подтверждая: если Хиддлстон велит — надо зайти.