Девяносто семь процентов

«Шангри-Ла» встретила их с радостью, тщательно скрытой за деловыми разговорами и системами, готовыми к прыжку в любой момент. Как только шаттл оказался внутри корабля, Том отдал короткий приказ Инди позаботиться о Райсе и его малышах, а сам метнулся на мостик. — Идемте, я покажу вам каюту. Она, конечно, не слишком роскошна, но стандартна для всех кораблей хэйме Томаса… — Инди привычно шагал коридорами, улыбаясь встречным членам команды. — Нам осталось совершить скачок сквозь червоточину, а на выходе нас будет ждать корабль отца. Он сожалел, что не успел вернуться на базу, когда мы стартовали. Вы не голодны? — Я забрал мальчишек после обеда, а сам могу и потерпеть, — Райс оглядывался с интересом, но не более того. — Где Джойс? Он здесь? Я могу его увидеть? — Конечно можете, — улыбнулся Инди. — Я вызову его. Думаю, что он сейчас с Хэйвом… им обоим нельзя было покидать корабль. Если бы их засекли, служба безопасности тут же явилась бы… Слишком ценный геном. Слишком особенный. Просторная каюта на офицерской палубе. Два помещения. Огромная кровать, на которой без проблем могут разместиться трое. И еще небольшой диванчик. Естественно, все противоперегрузочное. И все исключительно комфортно. Набрав на комме короткое сообщение для альфы, Инди жестом пригласил Райса и детей проходить. — Простите за некоторое неудобство… но это ненадолго. — Это удобнее всего того, где я жил до того, как получил свой дом, — Райс огляделся и кивнул Инди. — Передайте спасибо от меня хозяину. — Уложив своего самого младшего на кровать, он аккуратно и быстро раздел его. Ниэлль, старший после Джойса, до этого молча жавшийся к отцу, понятливо улыбнулся и принялся ему помогать. Похоже, по дороге сюда Райс успел рассказать ему если не все, то многое. — Папа? — Дверь с шорохом отъехала в сторону, и на пороге появился Джойс. Встрепанный, задыхающийся, раскрасневшийся. — Отец… — Вошел, на негнущихся ногах подошел к отцу и вдруг рухнул перед ним на колени, обнимая и прижимаясь лицом к животу. — Папа… — Джойс, малыш мой… — Райс улыбнулся дрожащими губами, обнимая его, прижимаясь поцелуем к макушке. — Все хорошо, слышишь… Все хорошо… Мы все здесь. — Я так хотел тебя вытащить, папа, так боялся, что не успею, что они что-нибудь сделают с тобой… — Джойс плакал и ему было все равно, кто и что подумает. Он никого не видел вокруг. — Ты успел, — Райс гладил его по голове, плечам, кусая губы. — Малыш мой… Хэйвен неловко топтался у порога. Губы подрагивали, никак не желая складываться в улыбку. Он нервничал. Отчаянно. Но старался не показывать этого. Нет, ему не было стыдно или странно. Может быть чуть-чуть завидно. Тонкие пальцы в темных волосах и нежный шепот. Ему не хватало этого. Всегда не хватало. — Эй… — Инди легонько подтолкнул его вперед. — Здравствуйте, — едва слышно просипел Хэйв. Джойс смущенно отстранился от отца и поднялся, слизывая с губ соленую влагу. Улыбнулся неловко и протянул Хэйву руку. — Пап, познакомься. Это Хэйвен, мой омега. Райс медленно выдохнул, беря себя в руки, и мягко улыбнулся. — Здравствуй, Хэйвен. Добро пожаловать в нашу семью. Нас много и мы немного шумные, но я уверен, что мы подружимся. Хэйв вцепился в его руку, как за соломинку цепляется утопающий. — Я… я рад, что все получилось, — он сглотнул, закусил губу, а потом отчаянно шмыгнул носом. — Джойс столько рассказывал о вас. Каждый из оставленных ждет, что однажды за ним придут. Вы пришли к нему… за ним… спасибо! Райс тихо рассмеялся, а потом вдруг подался вперед, обнимая обоих мальчишек. — Я не твой отец, ребенок, — тихо шепнул Хэйву на ухо. — Но могу им стать, если ты мне доверишься. Моего сердца хватит на всех, даже если у меня будет не четверо сыновей, а пятеро. Ты — выбор Джойса, значит, уже его часть. — А я не пойду к вам обниматься, потому что дождусь, пока вернусь на базу и меня оттаскает за уши мой отец! — драматично шмыгнул носом Инди. — Ладно, вы устраивайтесь, а я на мостик… я тут стажер, так что должен отчитаться перед капитаном за свои промахи и получить взбочку! — Вали уж, счастливчик, — проворчал Джойс, даже не пытаясь отстраниться, и Райс подмигнул Инди из-за его плеча. — Спасибо, мальчик. Уверен, что тебе повезло с отцом. С обоими отцами. На мостик вернуться немножко не вышло. Тянущая боль внизу живота, беспокоившая последние сутки, растеклась по телу огненной волной. Остаток пути он тупо пролежал в медотсеке, напичканный по самые брови блокаторами. Не самое приятное завершение практики. Впрочем, могло быть хуже. Червоточину они прошли гладко. Просто нырнули в нее и заскользили в странном искривленном пространстве-времени, преодолевая расстояние в годы. Долгие годы. Конечно, борясь с болью, он боролся еще и со страхом: что потеряются, не сумеют выйти в своем таймлайне, что провалятся в какую-то не свою вселенную. И все же… когда по кораблю разнеслось сообщение о стыковке — он был рад. Том медленно выдохнул и закрыл глаза. Получилось. У него получилось. Осталось только узнать… — Сколько мы отсутствовали по этому времени? — хрипло спросил он. Где Крис? Почему он его не слышит? Крис явился спустя всего четверть часа. Ровно столько времени ему потребовалось, чтоб проверить все крепления, системы и пройти стандартную процедуру идентификации. — Вас не было неделю и семнадцать часов по нашему времени, карми… — ему достаточно было появиться на мостике, чтоб все присутствующие, включая капитана, его первого помощника и суперкарго, вытянулись по струнке. Он подошел к креслу Тома и аккуратно сжал его плечи, принимаясь массировать напряженные мускулы прямо сквозь одежду. И Том, не ожидавший почувствовать его так близко, обмяк, потянулся навстречу, наплевав на то, что кто-то увидит эту его мгновенную слабость и минутную близость. — У нас получилось, — шепнул он дрогнувшими губами. — У нас все получилось. — Это очень, очень хорошо, — выдохнул в ответ Крис, мимолетно касаясь губами его затылка. — Потому что наши друзья смогли не только повторить, но и отработать технологию прокола, и я думаю, дарки сильно удивились бы явлению маленькой армады, спешащей вам на помощь. Но и в этот раз твое кошмарное везение победило всех и вся. Том покачал головой и встал, держась за него, не уверенный, что сможет устоять прямо. Все-таки напряжение было чудовищным, ведь в этот раз он отвечал не только за себя и экипаж, но и за трех мальчишек, одним из которых был сын Криса. — Отдай приказ, чтобы потихоньку шли домой, — вполголоса произнес он, разворачиваясь к Крису. — И пойдем отсюда, меня ноги уже ни черта не держат. — Как все прошло? — Крис обнял его за талию, поддерживая, и неспешно направился к выходу. К отношениям между ними привыкли, и никто больше не бросал взглядов. Ни любопытных, ни осуждающих. — Отец Джойса и все его малыши на борту, наши великие на своем месте, а у Инди началась мутация, — с каждым словом Том темнел лицом все больше. — И, чтобы для тебя не было сюрпризом потом… Он омега, Крис. Почти стопроцентная омега. Хваленый самоконтроль капитана Криса Хэмсворта дал трещину. — То есть… как? — чуть сильнее сжались на талии пальцы, едва заметно сбился шаг. А в голос плеснуло столько тревоги! — Вероятность того, что он будет альфой равнялась девяноста четырем кажется процентам. Тесты не ошибаются. Что случилось, Том? — Только обещай мне не рычать на парня, ему и так хреново, — Том остановился перед пустующей каютой и, открыв дверь, затащил Криса туда. — Тесты не ошибаются, но они не всесильны. — Рычать? На Инди? — Крис вжал его всем телом в переборку и, зарывшись лицом в волосы, глубоко вдохнул до боли родной и любимый запах. — Нет, он мой сын, он растерян и ему нужна моя помощь. Рычать я на него не собираюсь. И еще я не собираюсь отдавать его системе. Я хочу, чтобы с ним рядом был тот, кого выберет он сам. И никак иначе. — А вот с этим у малыша проблемы, — Том хмыкнул и, взяв его лицо в ладони, накрыл губы поцелуем. — Я скучал по тебе, как же я по тебе скучал… — Зато ты, наконец, выбрался с базы, — рассмеялся в его губы Крис. — А с проблемой Инди разберется. Или мы ему в этом поможем, — он с силой обнял Тома. — Маленький победоносный секс? — Я бы предпочел большой. Пока папочка Джойса тебя у меня не увел. — Ты чтоооо? — он изумления Крис даже отстранился, внимательно рассматривая Тома. — Ты считаешь, что я брошу того, кого ждал десять лет ради омеги, пусть даже очень красивого омеги? Ты так плохо обо мне думаешь? — Я просто ревную, — Том погладил его по щеке. — Бездумно. Прости. Я верю тебе и верю в тебя. — Никогда, слышишь, никогда не сомневайся. Ты — мой карми. Ты моя жизнь. Ты тот, за кем я пойду куда угодно, я за тебя отдам всю свою кровь до последней капли. Ты — все что мне нужно. До последнего моего вздоха. Я очень люблю тебя, Том. Очень. — Я не сомневаюсь в тебе. Я просто тебя ревную, — Том улыбнулся, втягивая его в поцелуй. — Позволь мне эту слабость. Обещаю, что не буду тебя с этим доставать. — Ну да… грызть ты будешь сам себя, тихо изводить и все такое, — Крис с готовностью ответил, а потом, подхватив его на руки, добавил: — Так что нет, этой слабости я тебе не позволяю. Любить меня разрешаю. А изводить себя — нет. Стартуем через час, так что немножко времени у нас есть, — бережно опустив свою ношу на не разобранную постель, он опустился сверху, глядя в глаза. — Так что сейчас я буду тебя любить. А остальное — обсудим позже. «Позже» наступило всего через час, когда усталый, но довольный и расслабленный Том, уткнулся лбом в плечо Криса, чувствуя себя готовым замурлыкать котом. — И все-таки у нас проблема, Крис, — нарушил он уютное и тепло молчание. — Инди влюбился. — Проблема это в одном-единственном случае, если объект его чувств не разделяет, — альфа кончиками пальцев гладил его лицо и улыбался. — Это имеет свойство забываться. Любовь отцветает, осыпается и однажды случается снова. Проблема, если он влюбился к примеру в Джойса. Или в его отца. — В Джереми Ли Реннера. И я не уверен, что это лучший вариант, ибо омегой он становится из-за него, — невесело хмыкнул Том. Крис замер. — В Реннера. Так… — кажется, он считал до десяти. Потом — снова до десяти. — В маленького Реннера или в гм… взрослую его версию? — Чтобы он сам знал, — Том вздохнул и сел в кровати, ероша и без того изрядно спутанные после горячей близости волосы. — Просто в Реннера. Как все, сох по декану, а когда встретил его мелким… влюбился по-настоящему. Из-за него он меняется. Из-за него он не альфа. — Что ли… табло ему по-простому отрихтовать?.. — задумчиво протянул Крис. — Так не виноват же… В Академии я думал, что ты в него влюблен. Теперь в него влюбился мой сын. — А я и был в него влюблен, — рассмеялся Том. — Легенда, капитан, один из самых знаменитых изыскателей… Для романтичного мальчишки, болеющего загадками и тайнами… Было бы странно, если бы я в него не влюбился. Но что бы я к нему не испытывал, это ничто по сравнению с тем, что творится с Инди. Крис, я видел его глаза, его взгляд. Представь, что это я — из твоего прошлого. Появился на сутки и исчез, а для моей взрослой версии ты — лишь один из многих. Крис заковыристо выругался. От души. Так, что у докеров уши загорелись бы. — Мы не имеем права вмешиваться в его жизнь. Но я не могу… не могу все пустить на самотек. Не потому что все желаю контролировать. Потому что он — мой сын. — Видимо, это ваша семейная черта и проклятие — выбирать один раз на всю жизнь. Хотя у Инди еще впереди, да и твоя жизнь далеко не закончена, а тот же Реннер меня всегда учил, что в этом мире может быть все, — Том развернулся, вытягиваясь на животе и складывая голову на грудь Криса. — Мы ничего не можем сделать. Только помочь ему сейчас пережить мутацию. И тут тебе все карты в руки, ты лучше знаешь и систему, и физиологию дарков. — С одним удивительным прецедентом физиологии моей расы мы знакомы. Есть только один нюанс. Для Реннера мы все в какой-то этап были только воспоминанием. Людьми из его будущего. Так что и Инди может оказаться только таким вот воспоминанием. А ему сейчас больно… может, попросить у ректора отсрочку? Полетает с полгодика на «Гранде», малость остынет… — Как в свое время Реннер сделал с нами? — Том вскинул бровь. — Не пройдет. И знаешь, что я думаю… Реннер помнит. Перед самым стартом он выходил на связь и практически уговорил меня не оставлять Инди, а взять с собой, хотя о том, куда и зачем мы направляемся, я не сказал ему ни слова. — Что ж… значит, пора сказать ему что экспедиция успешно завершена, — вздохнул дарк. — И отпустить Инди. Кстати, не забудь подписать его практику. — Поговори с ним. Он боится твоей реакции, — Том подтянулся, целуя и покусывая его губы. — А вечером все соберемся на маленький ужин. Мальчишки у Райса очаровательные. И, кажется, я этому парню завидую. — Поговори с ласками, — Крис с силой огладил его бока. — Кажется, среди них есть один Дарующий Жизнь. Том вскинул бровь. Эту тему раньше они не поднимали, но… — Ты не против? — осторожно спросил Том. — Не представляю себя мамочкой или пеленающим младенца, но… — он криво улыбнулся и опустил голову, вслушиваясь, как стучит сердце Криса под ухом. — А почему я должен быть против? Я люблю тебя, ты мой карми на всю жизнь. Так что дети… это самое чудесное что есть. Просто… ну как бы далеко не во всех расах особь мужского пола может выносить ребенка. Люди, увы, к ним не относятся. — Я знаю. Но на самом деле суррогатное материнство еще в двадцатом веке было. А у нас целая раса ласок в помощь. — О… прости, об это я не подумал. У нас это не распространено совсем. И об этом нам тоже стоит подумать. — Тихий сигнал комма заставил его со стоном отстраниться и сесть. — Я совершенно забыл о расстыковке и старте. — Пожалуй, я могу гордиться. Заставить безупречного капитана Криса Хэмсворта о чем-то забыть — это надо постараться, — Том обнял его, целуя губы. — Мне мало, Крис, — серьезно произнес он. — Тебя мало. — Все поправимо, карми, — Крис еще раз с силой поцеловал его, а потом поднялся и принялся одеваться. — Я поговорю с Инди. А ты свяжись, пожалуйста, с Реннером. Мне интересно знать его реакцию. — На что? — На возвращение. На Инди. Расскажи ему что-то об экспедиции. Вернее просто расскажи, что вы справились. Должен же он хоть чем-то выдать себя. Том покачал головой: — Это взрослый Реннер. Своих истинных эмоций он не покажет никому, а то, что я увижу — будет лишь ирония и сарказм. — Ты мастер выводить людей из себя, — широко улыбнулся дарк. — И да, я все еще уповаю на твое сверхчеловеческое везение! — он старательно пригреб волосы пальцами и лихо козырнул Тому. — Ну что, до встречи на базе? — До встречи, — эхом отозвался Том, сворачиваясь клубком под одеялом. Словно ребенок, прячущийся от большого страшного мира. — Я поговорю с ним, как только выйдем из прыжка. — Люблю тебя, — шепнул Крис, склонившись к нему, а в следующий момент исчез за закрывшейся дверью. Инди был бледен. Бисеринки пота укрыли лоб. Светлые волосы тоже слиплись от пота, но ему, кажется, было совершенно наплевать на этот факт. Блокаторы уже не помогали и мутация рвала тело на части, перестраивая, кажется, каждую клеточку его измученного болью организма. Он уже даже не метался по постели. Обессилел, и просто лежал, свернувшись в комок. Время от времени заходил медик, проверял его показатели и иногда колол что-то, сверяясь с записями. Естественная мутация была редкостью. Особо же такая мутация, которую сейчас переживал дарк. — Капитан… — Как он? — только и спросил Крис, глядя сквозь толстое поляризованное стекло на сына. — Мутация идет ровно, — развел руками доктор. — Никаких отклонений или сбоев. Его организм точно выполняет программу и не встречает сопротивления. Он в порядке, просто ему очень больно. Но вы можете зайти к нему. Крис кивнул и вошел в палату. Подошел к постели, присел на краешек, а потом и вовсе вытянулся рядом, обнимая сына. — Все будет хорошо, нэри, — шепнул он. — Главное ничего не бойся. Я с тобой… — Я омега, тадэри, — наконец, выдохнул он. — Не альфа… — Ну и что? — Крис погладил спутавшиеся волосы и с нежностью коснулся губами высокого лба. — Ты — мой сын. Мое любимое дитя. Неужели ты думаешь, что твоя принадлежность к омегам меня разочарует? Я люблю тебя, нэри… я очень люблю тебя, и хочу, чтобы ты был любим. И любил… — Но я — омега! — в отчаянии всхлипнул Инди. — От того, что ты — омега ты не становишься слабее, нэри, — Инди уткнулся ему в грудь и тихо тоскливо завыл. — Тебя ранит незнание. Отзовется ли тот, кто тебе дорог. Разделит ли с тобой твое чувство. Станет ли твоим избранником. Я могу понять это, малыш… я сам ждал годы. Любил, не зная, блажь ли то, что вдруг почувствовал тот, с кем я хотел разделить все. — Нас разделяют годы, тадэри… — Годы это ничего, — вздохнул Крис, чувствуя, как дрожат его плечи. Как ходят острые крылья лопаток под больничной сорочкой. — Главное, чтобы вас не разделяло непонимание. Мы не ищем легких путей… Том говорит, это у нас семейное. Любить, так раз и на всю жизнь, притом кого-нибудь очень особенного и сложного… — Реннера, — выдохнул Инди. И такой болью был наполнен этот почти стон, такой горечью и такой нежностью. — Джереми Ли Реннера… — Лучший изыскатель нашего времени. О, сколько сердец он разбил, — Крис гладил его, успокаивал и тело, напряженное до звона, расслабилось. Боль отступала. Ведь рядом был альфа. Пусть не его, Инди, альфа. Но альфа, давший ему жизнь. И это облегчало боль. — Я никогда не видел его с кем-то. И никогда никто не мог похвастаться, что тронул его. Зацепил. Я знаю, что он был женат. Знаю, что недолго. Знаю, что бОльшую часть своей жизни он был один. Так что… может, он все еще помнит одного совершенно очаровательного бету с самыми потрясающими голубыми глазами? — Ты говоришь со мной, как с ребенком… — Ты и есть ребенок. Мой. Так что сейчас я могу с тобой так говорить. Пока еще могу. В твоем теле кипят гормоны. Ты перестраиваешься. Ломаешься. И уже завтра ты будешь другим. Завтра, когда мы состыкуемся с базой, ты будешь омегой. И я Засвидетельствую это. И еще потребую отсрочки для тебя. Ты должен доучиться. Так что поговорить с дека… с Джереми ты сможешь спокойно. Нам осталась всего пара коротких прыжков. Я вернусь как только перепрограммирую систему и отправлю на вахту Киора… он обленился. — Он хороший, — тихо возразил Инди. — Побудь со мной. Когда ты рядом мне не так больно. — Я вернусь, — Крис нехотя отстранился и, тронув губами влажный его лоб, выскользнул из палаты. — Его показатели стабилизируются. Он выходит в финальную стадию. Болевой синдром снова проявится минут через сорок, — отрапортовал доктор. — Я успею… спасибо, док. Он успел. И раздать задания, и перепроверить расчеты. И снова заглянуть на минутку к задремавшему Тому. И вернуться в медотсек до того, как боль снова пронзит тело сына. Когда корабли ушли в очередной прыжок — он был рядом и обнимал за плечи Инди, молясь, чтобы его нэри не досталось от него бесконечное ожидание любимого человека. Крис Хэмсворт слишком хорошо знал каково это: ЖДАТЬ.

***

Выходить на связь с Реннером Том решил из своей каюты. Зная собственного учителя, он ни на что особенно не надеялся, но беспокойство за Инди было сильнее. — Том? — Реннер ответил быстро и, судя по футболке и джинсам, был дома. — И тебе привет, — преодолеть легкий благоговейный страх перед легендарным изыскателем было непросто и почти пять лет после выпускного Том называл его не иначе, как «мистер Реннер» или «декан», пока самому Реннеру это не надоело. Забавно, как знакомство с его младшей версией поменяло его восприятие. Нет, уважение никуда не делось, но все остальное стало гораздо проще. Но Джереми Ли Реннер не был бы собой, если бы не смог удивить даже сейчас. — Идея не появляться мне на глаза была довольно мудрой, но ты никогда не думал о том, что твоя фамилия, малыш, не самая незапоминающаяся? — в глазах Реннера сияли смешинки. Том сморгнул и смущенно фыркнул. — Вот так сразу, да? — Я не любитель тянуть кота за яйца, — Реннер рассмеялся и на мгновение исчез из поля зрения, чтобы вернуться с объемной папкой в руках. — Роберт, кстати, грозится начистить тебе нос за то, что скрыл ласок. Это ведь они были тогда, на Кристалле? — Если ты уговоришь Роба сменить гнев на милость, обещаю, что дам с ними пообщаться, — Том взял себя в руки быстро. И сразу оценил открывшиеся возможности. Поддержка таких людей многое значила. В том числе и в работе с ласками. — Проблем с возвращением не было? — деловито поинтересовался Реннер, листая какие-то, явно очень старые бумаги. — За нами немного погонялись, но против двух твоих учеников у них не было и шансов, — Том улыбнулся почти с нежностью. — Ты пустил Инди за штурвал? — Реннер вскинул бровь. — И мир не перевернулся? — Я решил довериться тебе. В конце концов, он тоже твой ученик, хоть и занимался с ним ты меньше, чем со мной. — Он сын своего отца, а Крис один из лучших пилотов, — Реннер пожал плечами. Том рассмеялся: — Я передам ему твой комплимент, пусть погордится. — Не стоит его баловать, — Реннер притворно сдвинул брови. — Я жду отчет о ваших приключениях. Вопрос о том, как ты вообще на это решился, задавать не буду. — Сначала нам нужно вернуться домой и решить проблему с Инди, — вздохнул Том непритворно. Реннер кинул на него острый взгляд из-под ресниц: — Проблему? — Он же дарк, надеюсь, ты в курсе. До нашего отлета был бетой на пороге мутации. В полете он начал меняться. Он становится омегой и процесс этот не из легких. Им с Крисом придется принять парочку нелегких решений о том, возвращаться ли домой под надзор врачей империи. Джереми отвел взгляд, и Том затаил дыхание. Реннер помнит все, это очевидно. Но пятьдесят лет — это целая пропасть. И Джереми-взрослый — не то же самое, что Джереми юный. — Если я правильно помню законы дарков, он должен вернуться домой, чтобы ему подобрали альфу? — Показалось или его голос стал словно деревянным? — Ты правильно все помнишь, — Том склонил голову к плечу, наблюдая за ним. Все-таки кажется или «железный Реннер» таки дал слабину и у Инди есть шанс? Но лезть дальше опасно. Реннер никогда не терпел вмешательства в свою жизнь даже простого интереса, и вряд ли потерпит это сейчас. — До выпуска ему осталось только пройти финальные тесты. — Думаю, это как раз не проблема, — осторожно ответил Том. — Если у него все получится с первой попытки, как минимум несколько месяцев он сможет вести обычную жизнь. Хотя Криса дедушкой я не представляю. — Я тоже, — Реннер улыбнулся уголками губ. Помолчал немного, а потом встряхнулся и снова зашелестел бумагами. — На досуге я покопался в архиве и нашел материалы по малышам, которых ты решил оставить в этом времени. Надеюсь, ты понимаешь, что мог здорово изменить ход истории этим? — Сначала мои мальчики все проверили. Джойс Шолто и Хэйвен Ларк после своего загадочного исчезновения больше не появлялись. И «Свершение» никогда не сходило с верфи. По крайней мере, не то, которое пророчили Джойсу. — Хорошая отмазка, — Реннер рассмеялся. — Добро пожаловать домой, малек. — Спасибо, папочка, — фыркнул Том и отключился, улыбаясь. Только бы все получилось.