Ебитесь потише

–Ну, Арс, ну, пожалуйста! Арсений закатил глаза, натягивая толстовку. Он слышал это раз пятый за утро. Антон сидел на кровати, сложив ноги по-турецки и надув губу, очень напоминая ребенка. Он, видимо, решил, что раз слова не помогают, он будет давить взглядом, и неотрывно наблюдает за каждым движением мужчины. Честно говоря, переодеваться под чужим взором было как минимум неуютно. Арсений повернул голову, через плечо заглядывая в зелёные глаза напротив. –Ты хорошо себя чувствуешь? — со вздохом спросил он. –Да! –А я нет. Выйди из комнаты и дай мне нормально переодеться. Антон нахмурился ещё больше, явно не собираясь двигаться с места. –Чего я там не видел? — пробубнил парень, всё же слегка отводя взгляд. –Это моя фраза. А ты многого не видел. –Ну, Арс! Ну, пожалуйста, ну можно с тобой? Я сижу здесь, как ебаная принцесса в ебаном замке. Я хочу хоть немного побыть на улице! Арсений вздохнул. Он, в целом, понимал желание Антона и сам бы, наверное, уже давно сошёл с ума. Удивительно, что Антон ещё нет, хотя кто его знает. Но почему-то выпускать его на улицу было страшно. Словно, стоит ему выйти из комнаты, и он пропадет навсегда. Словно этот прекрасный сон, в котором Арсений находился последние несколько недель, разрушится. Он сам не хотел себе признаваться, что безумно боится, что Антон уйдет. И что Арсению снова придется возвращаться в пустую квартиру, не слышать звонкого смеха, засыпать в пустой кровати. Он настолько привык к Антону, что казалось он вряд-ли смог бы жить без него. Арсений прекрасно понимал Эдварда. Антон — его личный сорт героина. Или другой дури, скорее всего яркого зелёного цвета. Но мужчина прекрасно понимал, что это не правда. Человек не может жить только без трёх вещей: воды, еды и воздуха. Наличие человека рядом в эти пункты не входит, а следовательно, без любого, даже самого прекрасного человека, можно прожить. Вопрос только в качестве этой жизни. Арсений снова вздохнул, слегка прикусывая губу. Он пообещал, что даст Антону шанс выбирать самому. И держать он его никогда не будет. Самое худшее, что можно сделать — пытаться удержать человека, который безумно хочет уйти. –Наденешь теплый свитер и те джинсы с начёсом. И ещё пуховик мой. –А ты? — растерянно спросил Антон. –А у меня есть тёплое пальто. И носки теплые под эти свои кроссовки. В обувь мою ты вряд-ли влезешь, Золушка. –Спасибо! Антон засветился ещё ярче, и Арсений подумал, что это решение стоило такой яркой улыбки Антона. Парень тут же бросился к шкафу, выуживая нужные вещи. Мужчина улыбнулся, глядя на него, и вышел из комнаты, чтобы ещё раз пробежаться взглядом по холодильнику и прикинуть, что им нужно купить. Хотя, это стоит спросить у Антона, он же у них шеф-повар, а Арсений так, только овощи резать помогает. Антон вылетел из комнаты через несколько минут, приглаживая непослушную челку и тут же понесся в коридор. Арсений, стараясь сдержать улыбку, поплелся за ним. –Только давай пешком пойдём, — просит парень, натягивая пуховик. Арсений только кивает и выпускает этот вихрь на лестничную площадку. Антон сбегает вниз, всё так же привычно перепрыгивая через ступеньки и подгоняя Арсения. На улице он замирает, подставляя лицо под слегка срывающийся с неба снег. Делает несколько глубоких вдохов и довольно открывает глаза, улыбаясь мужчине. Он ничего не говорит, только идёт вперёд, к выходу из двора, краем глаза наблюдая, как Антон дёргается и бежит следом. –Никогда не любил гулять, — делится парень, поравнявшись с ним, — а сейчас, кажется, вечность бы ходил. –А я наоборот люблю, — тоже делится Арсений, не прибавляя, что сейчас почему-то совсем не хочется, — я вообще всегда стараюсь гулять в новых местах. Считаю, что город можно посмотреть только ногами. –Да у нас же половина города — огромные одинаковые многоэтажки. Ничего интересного. Арсений хмыкает, вспоминая множество закоулков, которыми он бродил ещё будучи студентом. Наверное эта привычка появилась именно тогда, ведь на счету был каждый рубль, а проезд пиздец какой дорогой. Он помнит каждый двор, с его маленькой историей и маленькой жизнью. –Это если смотреть на дома, как на обычные здания. А чтобы понять, нужно попытаться заглянуть к ним в душу, понять, чем они дышат и живут. Смотри, — он кивает в сторону одного из домов, — за каждым окном спрятана маленькая история, в которую мы вряд-ли когда-то попадем, но можем на неё посмотреть издалека и пофантазировать. –Ну, вообще-то не в каждом, — задумчиво хмурит брови Антон, — в твоей квартире, например, четыре окна. То есть, это если посчитать… Арсений фыркает, закатывая глаза. Антон тут же замолкает, выключая свой скептицизм и с интересом рассматривая окна домов. Арсений рассматривает его. –Вот в том окне, — Антон протягивает руку, указывая пальцем. Арсений не говорит ему, что так не вежливо, потому что их все равно никто не видит, — очень много растений. Там живёт какая-нибудь девушка, которая коллекционирует разные растения, и у неё их безумно много, привезенных из разных стран. –И за каждым приобретенным растением скрывается своя интересная история, — подхватывает мужчина, — иногда, поливая эти растения, она прикасается к их лепесткам и вспоминает о том, как ей достался этот цветок. –А ещё у неё растет марихуана, — хмыкает Антон, тихо хихикая. Арсений улыбается, переводя взгляд на дом. –А вот в том окне виднеется плюшевый мишка. Это детская девочки, у которой совсем недавно был день рождения, и родители подарили ей эту игрушку, чтобы она засыпала вместе с ним. –А вон в том окне занавески черные. Траур, — как-то грустно говорит Антон. –Там живёт вдова, совсем недавно потерявшая мужа, и которая не может забыть о своем горе. –Но пройдёт время, и она случайно столкнётся в метро с каким-то мужчиной, который поможет ей подняться на ноги не только физически и морально. –И она снимет эти черные шторы и повесит яркие с цветочным узором. Они замолкают на секунду, выискивая взглядом очередное окно, за которое можно зацепиться. –Мы только что убили какого-то мужика, — хмыкает Антон, — мы придумываем слишком оптимистичные истории. В реальности всё вряд-ли так радужно. –Нет смысла придумывать грустные истории, — Арсений пожимает плечами, — жизнь и так с этим неплохо справляется. Поэтому я и предлагаю тебе, хоть в сказках окрашивать жизнь людей в яркие цвета. Пусть хоть где-то истории будут со счастливым концом. –Наверное, я никогда не смогу понять, что творится в твоей голове, — вздыхает Антон, с восхищением заглядывая мужчине в лицо, — как ты вообще пришёл к тому, чтобы придумывать жизни другим людям? –Просто я бог, это моя работа, — жмёт плечами Арсений, слегка улыбаясь. Антон ненадолго зависает, потом хитро улыбается, прищурив глаза. –Тогда скажи мне, отче, чем закончится моя история? –А это тебе самому решать, сын мой. Антон сыпется первым, не выдержав абсурдности всей ситуации и смеётся, заваливаясь плечом на Арсения. Мужчина поддерживает его, тоже широко улыбаясь. –Это просто ужасное богохульство, — выдаёт Арсений и Антон снова смеётся, прищурив глаза. В итоге они делают большой круг, потому что домой не очень хочется торопиться. Они больше не говорят, только рассматривают дома. Идут плечом к плечу, так что куртка Антона приятно шуршит, когда их плечи соприкасаются. И это кажется так чертовски правильно, что Арсений недовольно выдыхает, когда они всё-таки подходят к супермаркету. Антон хватает корзину и несётся вперёд, рассматривая прилавки с продуктами. –Знаешь, так даже проще, — говорит он, наклонившись к Арсению, — раньше мне приходилось придумывать, что приготовить из того, что ты принес. А сейчас просто возьму нужное и всё. Антон ещё какое-то время ходит между рядами, хмуря брови, а Арсений семенит следом, внимательно за ним наблюдая. Парень замирает рядом с прилавком с кабачками и словно загорается. –Арс, а ты жареные овощи любишь? — резко оборачивается он, задевая плечом мимо проходящую женщину. –Я люблю всё, кроме рыбы, — жмёт плечами Арсений. –Охуенно! — рядом стоящая бабка недовольно смотрит на него и отходит подальше, бубня что-то про потерянное поколение. –И что будем готовить? –Рататуй! — Антон поднимает вверх кабачок. –Мультик? –Типа того. В итоге в корзину летят ещё помидоры, баклажаны, перец и лук. Немного подумав, Антон покупает ещё и огромные макароны-ракушки, фарш и сыр, потому что «Арс, такое охуенное итальянское блюдо можно сделать, твою вкусовые сосочки сдохнут от оргазма». Арсений смеётся, а всё та же бабка, непонятно как постоянно оказывающаяся рядом с ними, крестится и спешит убраться подальше. Антон отбирает у Арсения пакеты и тащит их самостоятельно. Мужчина не сопротивляется: если парень хочет таскать тяжёлые пакеты, то кто он такой, чтобы ему запрещать? К тому же в этом действии проскальзывает какая-то забота, потому что Арсений свои перчатки отдал Антону. Домой они идут более коротким путём. Шастун весело что-то рассказывает, прерывая рассказ на смех. Возле подъезда стоит такси, и Арсений почему-то обращает на это внимание, с интересом рассматривая пассажиров. Узнав человека, склонившегося к сиденью мужчина вздрагивает, слегка пиная Антона. Тот замолкает, переводит взгляд на мужчину и тоже упирается взглядом в злосчастное такси. Арсений смотрит на то, как за секунду улыбка с лица парня сползает, а глаза темнеют, не предвещая ничего хорошего. –Он говорил, что убьёт тебя, если узнает, что я прячусь у тебя, — шепчет Антон, не переставая сверлить взглядом такси. –Пусть попробует, — жмёт плечами Арсений. Мужчина, наконец, выпрямляется, и такси трогается. Он провожает его взглядом, а потом растерянно осматривает двор, всё же упираясь взглядом в две застывшие фигуры. Его брови тут же летят вверх, и он делает шаг навстречу. Арсений не видит, скорее чувствует, как напрягается Антон, и как тяжело ему даётся шаг вперёд. –Антон! — радостно зовёт Егор, — Господи, ты жив! Он направляется к ним быстрым шагом, и Антон делает ещё один шаг вперёд, плечом прикрывая Арсения. Мужчина невольно улыбается. Такая забота и обеспокоенность теплом растекается по телу, но тут же исчезает, когда Егор подходит к ним. –Арсений тебя нашёл! –В отличие от тебя, да, — Антон цедит это сквозь зубы, рассматривая лицо Егора. –Антон, нам нужно поговорить, — просит мужчина, слегка хмуря брови. Арсений кивает, выхватывая из рук парня пакеты. Антон машинально дёргается за ними, переводя растерянный и даже слегка напуганный взгляд на мужчину. –Арс, ты куда? –Вам нужно поговорить, — жмёт плечами Арсений, направляясь к подъезду, — и, желательно, без меня. Арсений смотрит на Егора, и ловит его благодарный взгляд. От этого мурашки идут по коже, и он быстрее направляется в подъезд. В спину давит чужой взгляд, и Арсений знает, что Антон смотрит ему в след. Осознание того, что произошло, настигло мужчину только в квартире. Он буквально оставил Антона наедине с этой мразью, которая имеет на парня огромное влияние. Он два года лил ему в уши всякое дерьмо, и он верил. Конечно же, поверит и сейчас. В квартире безумно тихо. У Антона постоянно играла музыка, пусть и негромко, но играла. Он что-то постоянно ронял, тихо бурчал себе под нос и наполнял помещение жизнью. Без него здесь стало ужасно тихо и непривычно. Арсений застыл на пороге, вслушиваясь в тишину. Ему придётся привыкнуть к ней, потому что она снова станет его вечным спутником. Он тихо разулся, скинул куртку и, стараясь не шуршать пакетами, направился внутрь. Чувствовал же, что нельзя Антону сегодня выходить из дома, но поддался ему, как делал это всегда. Нужно было настоять на своём, пойти одному… Арсений знает, что это глупо. Он бы не смог вечно держать Антона в квартире, он рано или поздно всё равно встретился бы с Егором. Рыбки плавали в аквариуме, наворачивая сотый круг. Антон запомнил каждую из них по именам, хотя это было абсолютно неважно. Арсений тоже ходит по кругу, постоянно находя себя вот так, в тишине залипающим на рыбок. –Алиса, включи музыку. К тишине невозможно привыкнуть заново, когда узнал насколько яркой может быть жизнь, окрашенная мелодиями. Арсений, на самом деле никогда и не догадывался, насколько серой была его жизнь, до появления в ней Антона. Парень, словно художник, раскрасил его тусклый мир. Но Арсений знал, что не сможет вечно держать его рядом с собой. Он позволил ему выбирать, и парень, конечно, выберет не его, он с этим давно смирился. Алиса, как назло, включила плейлист Антона. Ну да, в целом только он слушал песни с помощью голосового помощника. Арсений обычно просил её включить подкасты. Мужчина недовольно скривился, доставая продукты и гугля, что из них можно приготовить. Включил видео, в котором какая-то женщина с деловитым видом рассказывала, как приготовить рататуй. Он скривился, понимая, что хер он его приготовит, и продукты просто умрут на его же кухне. Опять на помойке трупом вонять будет. Но в целом, очень даже символично. Нужно, наверное, туда и свои чувства выкинуть. Он моет овощи и начинает их нарезать, как показано на видео. Алиса кричит что-то голосом Лазарева про снег в океане, и Арсений где-то на затворках сознания вспоминает, что Антон очень любил эту песню. Наверное, ему стоило стать эгоистом. Сделать, как говорил Егор, и просто забрать парня себе. Не давать ему выбирать самостоятельно, не позволить говорить с Егором. Тогда всё было бы проще. Но мужчина понимает, что просто не смог бы так. Он искренне ненавидит позицию, что счастье нужно завоёвывать. Войны вообще мало чего хорошего приносят и уж точно не счастье. Арсений бросает взгляд на часы. Прошло пол часа. Слишком много для разговора, но достаточно, чтобы понять, что Антон не придет. Он режет овощи нехотя, их слишком много. Конечно, Антон ведь покупал всё на двоих, да и жрет парень много. Арсений вряд-ли доест это всё сам, если всё-таки сможет приготовить. Можно будет отдать Оксане, она домашнюю еду любит. В середине размышлений о том, что делать с ещё даже не приготовленным рататуем, входная дверь хлопнула, и мужчина услышал возню в коридоре. Потом еле слышные шаги и шум воды в ванной. По коже пробежали мурашки, а мышцы, кажется, стали каменными. Арсений напрягся всем телом, вслушиваясь в происходящее в доме. Антон появился на кухне спустя несколько минут. Арсений не смотрел на него, продолжая нарезать овощи. За то он прекрасно чувствовал на себе тяжёлый взгляд. Антон постоял за его спиной какое-то время, потом рвано выдохнул, подходя к мужчине. Он с интересом наблюдал за тем, как Арс нарезает овощи, но мыслями находился явно не здесь. Потом, слегка качнув головой, достал ещё одну доску и принялся нарезать помидоры. Молчание давило на нервы ещё больше. Минуты, казалось, тянулись вечно. Арсений ждал приговора. Руки слегка дрожали и он боялся. Безумно боялся того, что Антон ему скажет. –Я дал ему неделю, чтобы он собрал вещи и нашёл себе другую квартиру. Поэтому, придется тебе ещё немного меня потерпеть. Арсений ничего не ответил, сосредоточив своё внимание на ноже в дрожащих руках. Ещё немного и рататуй станет мясным. Нервы были напряжены до предела, несмотря на то, что Антон, похоже, выгнал Егора. Они, словно струны, готовы были лопнуть в любой момент, и Арсений не знал, что с этим делать. Он не мог успокоиться, потому что в глубине души все ещё сидел этот животный страх остаться одному. –Арс, — позвал Антон, скосив на него взгляд, — ты меня слышишь? Мы расстались, Арс. –Угу, — это всё, что мужчина смог из себя выдавить. Антон вздохнул, отложил нож в сторону и вытер руки о полотенце. Развернулся, внимательно глядя на мужчину. А потом ещё раз вздохнул, заходя ему за спину и опуская руки на плечи, слегка массируя. Арсений вздрогнул, наверное, всем телом, потому что хватка стала ещё сильнее. Антон опустил подбородок ему на макушку, зарываясь носом в густые пряди. –Расслабься, Арс. Ты пиздец как напряжён, успокойся. Всё хорошо. Мужчина тяжело выдохнул. Дыхание Антона обжигало кожу, разбегаясь по телу мурашками. Парень скользнул руками по спине, притягивая Арсения ещё ближе. Он врезался спиной ему в грудь и услышал, как Антон рвано выдохнул. Потом слегка поднял голову, чтобы поцеловать в макушку. И ещё раз. И ещё. Руками он слегка поглаживал его живот, сминая в пальцах толстовку. Воздуха в груди вдруг стало катастрофически не хватать, а сердце отбивало безумные ритмы, заглушая собой все остальные мысли в голове. Ситуацию не облегчал и тот факт, что мужчина спиной чувствовал, что сердце Антона бьётся в таком же безумном ритме. Но это и правда помогло: все негативные мысли испарились, а внимание полностью переключилось на аккуратные поцелуи и теплые прикосновения. Арсений слегка откинул голову назад, почти укладывая её Антону на плечо. И парень стал аккуратно спускаться поцелуями к открывшейся шее. Арсений с трудом сглотнул, прикрывая глаза и отпуская всё происходящее на самотек. Пусть Антон делает всё, что ему хочется, сил сопротивляться у него нет. Антон замирает возле самого уха, и мужчина слышит его тяжёлое дыхание. Ему самому дышать становится безумно тяжело, воздух сбивается внутри лёгких и отказывается выходить обратно. –Выдыхай, — шепчет Антон на ухо, и внутри что-то приятно плавится. Его голос низкий, почти бархатный, и он ведёт носом ниже, прикасаясь губами к скуле. –Выдыхай, Арс. Мужчина думает, что если Антон продолжит, есть риск, что Арсений умрёт от недостатка кислорода. Антон, видимо осознав это, последний раз проводит носом по скуле и укладывает подбородок ему на макушку. Зато руками прижимает ещё сильнее, и Арсению кажется, что он пытается вдавить его в себя. –Я к нему не вернусь, Арс, — Антон хрипит, и эти слова ему даются явно с трудом, — я больше никуда не уйду, обещаю. И всё. Струна всё-таки рвётся, и Арсению кажется, что земля под ногами исчезает, и, если бы Антон его не держал, он бы упал. Парень снова зарывается носом в его волосы, аккуратно поглаживая, удерживая в реальном мире. Почему-то это обещание вдруг становится для Арсения целым миром. –Спасибо, — снова шепчет Антон, — спасибо, что дал шанс поговорить с ним и сделать этот выбор самостоятельно. Спасибо, что не давил на меня и за то, что даёшь мне время. Для меня это правда безумно важно, Арс, ты не представляешь насколько. Прости, что заставил тебя волноваться и за то, что бросил тебя тогда. Мне не нужно было слушать Егора. Прости. –Ты имел право это сделать, — наконец говорит Арсений и не узнает свой собственный голос, — никогда не извиняйся за выбор, сделанный в прошлом. Потому что это в любом случае был правильный выбор. –Мы могли бы избежать месяца сильной боли и загонов. –Мы этого не знаем, — Арсений слегка жмёт плечами, отмечая, что Антону в этот период тоже было нелегко. Он опустил руки на ладони Антона, всё так же крепко сжимающие его за талию и стал аккуратно поглаживать пальцами. Антон вздрогнул, вздыхая и чуть ли не всхлипывая, и Арсений вдруг полностью его понимает. Парень так сильно сжимал его, потому что боялся что Арсений уйдет. Оказывается, они оба боялись одного и того же, и от этого становилось легче. –Вы очень долго разговаривали, — наконец говорит Арсений и слышит, как парень фыркает. –Не больше десяти минут. Всё остальное время я провел в подъезде, пытаясь собраться с мыслями. Знал, что тебе нужна будет моя поддержка, потому что… Ну, ты уходил как несправедливо осуждённый идущий на смертную казнь. Арсений улыбается, поудобнее устраивая голову на чужом плече. Антон слегка поднимает голову и снова опускает, когда Арсений перестаёт дёргаться. Мужчина поворачивается и целует в открытый участок шеи, заставляя парня вздрогнуть. Улыбается довольно, потому что не только Антону его доводить. Парень смущённо перебирает пальцами под его ладонями. –Ты не почистил баклажаны? — вдруг выдаёт Антон. –Женщина на видео не чистила, — пожал плечами Арсений. –Их всё-таки лучше почистить, иначе будем жевать твердую корку. И режь чуть-чуть мельче. –Ты испортил весь ебаный момент, — вздыхает мужчина. –Прости. Я когда волнуюсь, начинаю чухню всякую нести. Арсений тихо смеётся, проводя носом по чужой шее. –Ничего, я всё понимаю. Давай, когда приготовим, посмотрим «Рататуй»? –Я никогда не смотрел, кстати. –Я тоже. Знаю только, что там есть крыса повар. С тебя, наверное, рисовали. Антон фыркает, выпуская Арсения из объятий. Они снова возвращаются к готовке, теперь уже под глупые комментарии Антона, который параллельно пытается разобраться с мясом. Арсений думает, что, наверное, это самое лучшее, что могло с ним произойти. Он столько раз был близок к тому, чтобы потерять Антона, что теперь каждый момент, проведенный рядом с ним становится чем-то важным, навсегда отпечатываясь в голове. Антон, наверное, самый лучший человек, которого можно было полюбить. Он открытый и честный, а ещё безумно нежный и заботливый. Арсений рядом с ним словно укутывается в тёплое одеяло. Но самое главное, он принимает Арсения со всеми его тараканами в голове и не пытается что-либо поменять в нем. Подхватывает его дурацкие идеи, смеётся с каждой глупой шутки и просто находится рядом, поддерживая одним только взглядом. Вряд-ли Арсений ещё когда-нибудь найдёт человека, с которым будет так же комфортно и спокойно, а главное, безопасно. Он отрывается от размышлений, переводя взгляд на парня и чуть не падает от смеха, прикладываясь головой об столешницу. Антон, человек, который несколько минут назад горячо шептал ему в ухо и заставлял возбуждение связываться в прочный узел внизу живота, сейчас изображает Сталина, сделав себе усы из кожуры баклажана. Арсений смотрит на него, стараясь перестать смеяться, и понимает, что, наверное, да, он нашёл идеального человека, чтобы влюбиться. С божьей помощью они всё-таки доготавливают этот рататуй, и Антон довольно раскладывает его по тарелкам. Пахнет и правда вкусно, и парень носит тарелки в зал, пока Арсений включает мультик. Обидно, но заканчивают есть они, когда мультик идёт только десять минут. Поэтому Арсений довольно булькает чаем, пока Антон шуршит фантиками. Он складывает из них самолётики и пытается их запустить, но те, ожидаемо, не летают. Арсений закатывает глаза, в очередной раз убеждаясь,что влюбился в ребенка. Антон разочаровано пыхтит, собирая самолётики по полу и скидывая их в мусорку. Потом падает рядом с Арсением, придвигаясь ближе и укладывая голову мужчине на плечо. Тот сразу замирает, стараясь лишний раз не двинуться, потому что это как с котом — стоит слегка пошевелиться, и он уйдёт, гордо вильнув хвостом. Где-то к середине мультика Антону явно становится скучно. Он ёрзает головой на плече, несколько раз меняет положение, уже чуть ли не ложась на мужчину, крутит головой, короче, всячески отвлекает Арсения от просмотра, которому, между прочим, интересно. Мужчина раздражённо выдыхает, и парень тут же замирает, придвигаясь поближе и опуская взгляд вниз. Он какое-то время, словно завороженный рассматривал сложенные руки Арсения, а потом аккуратно дотронулся до локтя, сбегая пальцами вниз и прощупывая вены. Поднял его руку и поднёс к глазам, с интересом рассматривая и аккуратно проводя подушечками пальцев по ладони. –Что ты делаешь? — тихо спросил Арсений. –Смотрю твою линию жизни, — жмёт плечами Антон, не отрывая взгляда. –Ты в это веришь? –Нет, но бабушка верила и научила меня. –Ты часто о ней говоришь. –Она для меня очень много значила. Рассказать тебе про твою судьбу? –Расскажи. –У тебя длинная и четкая линия жизни, которая говорит о хорошем здоровье и продолжительной жизни. Но ближе к концу она разделяется надвое. Это означает, что тебя ждёт сложное решение, которое может изменить твою жизнь. Если ты ничего не поменяешь, твоя жизнь пойдёт также четко и спокойно, по накатанной, так сказать. Выберешь другой путь — в твоей жизни будет много потрясений и ещё больше выборов, но она, возможно, будет куда лучше, чем предыдущая, потому что эта линия длиннее. Арсений кивает, как завороженный глядя на Антона. Он в это не верит, и ему совершенно не интересно знать. Он считает, что судьба человека не так очевидна, чтобы её можно было прочитать в линиях рук. Но Антон подносит его ладонь к лицу так, что Арсений чувствует его дыхание, сжимает аккуратно и водит пальцами, пуская по коже мурашки. От этого дыхание перехватывает, и хочется чтобы Антон продолжал. –Там вроде как ещё есть линия сердца. –Есть, — Антон кивает, переводя взгляд чуть выше, — она у тебя ровная, её четко видно. Ты стабилен в отношениях, тебя всё устраивает. Вряд-ли когда-то будешь изменять второй половине, хотя ты и не влюбчив, поэтому выбираешь, скорее всего, одного партнёра на всю жизнь. Ладно, возможно это и правда слегка похоже на Арсения. Но это так же, как и гороскоп — ещё несколько миллионов человек с такой же характеристикой. Арсений задумчиво перевел взгляд на Антона. Конечно не будет ходить на лево, как такой красоте вообще можно изменять. –У тебя четкая линия ума, — продолжает красота, — у неё много ответвлений. Это значит что ты можешь реализовать себя в любой отрасли. Люди будут тобой восхищаться и всегда советоваться с тобой. Короче, — Антон вздыхает, — ты не мужик, ты — идеал. Ну, зато это объясняет то, почему ты такой хороший. Арсений думает, что он не нуждается в восхищении от других. А парень, словно слыша его мысли, поддаётся вперёд, невесомо касаясь губами ладони. Это простое действие выбивает весь воздух из лёгких, и Арсений смущённо отводит взгляд в сторону. Он вытягивая ладонь из пальцев Антона, ерошит его волосы и оставляет руку у него на голове. –Смотри мультик. Антон кивает, переключая своё внимание и слегка ёрзает головой у Арсения на плече, чтобы найти удобное положение. Вскоре оба опять увлекаются происходящим на экране, не обращая друг на друга никакого внимания. Мультик заканчивается, когда на часах восемь вечера. Арсений идёт мыть посуду, а Антон остаётся сидеть на диване, залипнув в телефон. В голове почти никаких мыслей, только звенящая пустота, и это безумно приятно. Потому что не хочется думать о том, что между ним и Антоном. Хочется просто наслаждаться происходящим, а о важных вопросах он подумает позже. Арсений включает чайник и возвращается в зал, останавливается перед книжной полкой, думая, что почитать. Подцепляет пальцами книгу «Сто лет одиночества» и падает в кресло, включая торшер. Антон отрывается от телефона, переводя взгляд на Арсения. –Что будешь читать? Вместо ответа мужчина просто показывает ему обложку. Антон щурится, пытаясь прочитать название, а потом кивает головой. –Можешь почитать вслух? — просит парень, и Арсений кивает. Он начинает читать, быстро уходя в книгу, почти не обращая внимание на Антона. Старается читать медленно, придавая голосом характер каждому герою. Он знает, что на слух книги воспринимать куда сложнее, поэтому заставляет себя не торопиться, чтобы Антон понимал каждое слово. Зависнув на секунду над цитатой, он потянулся к ручке, чтобы подчеркнуть её и бросил взгляд на Антона. Тот со скучающим видом листал ленту Инстаграма. –Ты даже не слушаешь, — как-то расстроенно сказал Арсений. –Я читал эту книгу, — пожимает плечами Антон, — но мне нравится слушать твой голос. Арсений отводит взгляд, всё же водя ручкой по странице и приклеивая стикер. –Какую цитату подчеркнул? — спрашивает Антон, заставляя Арсения нахмуриться. Парень ведь даже не смотрел в его сторону, как он понял? –Она отказалась от карточных гаданий, внушавших бесплодные надежды, и обрела тихую заводь, утешаясь чужой любовью, — прочитал ещё раз Арсений. Антон только хмыкнул в ответ. –Хорошая книга, — зачем-то сказал парень, — читай, пожалуйста, дальше. И Арсений послушался, продолжил читать, пока чайник не щёлкнул, оповещая, что он вскипел. Мужчина поднялся, наливая кипяток в кружку. Антон снова поднял голову и повел носом, внимательно глядя на Арсения. –Ты постоянно пьешь этот чай. Что это? Лекарство какое-то? –Разве что для души. –После этой книги ты говоришь слишком пафосно, — Антон закатил глаза, заставив Арсения засмеяться. А ведь это его привычка, которую парень бессовестно украл. –Я не совсем уверен, что это за чай. Купил его, когда был в горах у какого-то шамана. Он сказал что чай приносит счастье. –И ты в это веришь? Арсений не ответил, пожимая плечами и делая глоток. Хотелось бы, на самом деле. –Первый раз, когда я его выпил, я встретился с тобой. –А я же пиздец какое большое счастье. –Ну, в первый раз я хотел тебя убить, — Арсений смеётся, — ну, может оно в долгосрочной перспективе работает. –Арс, ты же понимаешь, что чай не может принести тебе счастье? Это же слишком просто. –Точно так же, как и линии на руках не могут предсказывать судьбу. Но может поиски этого самого счастья и должны быть простыми. –Ты был когда-нибудь по-настоящему счастлив? –На сто процентов — никогда. –Потому что на сто процентов счастливы только наркоманы и трупы. –И влюбленные. –Это эйфория. Причём быстро проходящая. –Когда это ты стал таким скептиком? — Арсений улыбается, — влюбленные могут быть счастливы. А вот по-настоящему любящие — нет. Потому что любовь, это не только про счастье, но ещё и про проблемы, трудности и неудачи. –Это про все краски жизни, — согласно кивает Антон. Они замолкают, переваривая случившийся разговор. Арсений думает, что каждый раз их диалоги становятся всё более серьезными, затрагивая важные жизненные установки. И это, наверное, правильно, если они хотят попытаться построить нормальные отношения. Антон явно прощупывает его, боясь в очередной раз подорваться на мине. Но пока что их ценности и моральные принципы и правда совпадают, и это радует. По крайней мере для Арсения это становится основной надеждой, что Антон не уйдет. –Идем спать, — говорит парень, когда кружка Арсения пустеет. –Только одиннадцать, — хмурится мужчина, — ты уже хочешь спать? –Я не хочу спать. Я хочу разговаривать с тобой. И Арсений понимает. Им и правда ещё многое стоит обсудить, ещё один раз убедиться, что они не ошиблись друг в друге. Арсений моет чашку, тушит свет и, взяв Антона за руку, ведёт того в спальню. Чтобы парень опять уложил голову ему на плечо и говорил, щекоча дыханием шею. Чтобы касался холодными ногами, пуская по телу неприятные мурашки, и тихо смеялся, почти мурлыча. Ночь иногда наполняется разными событиями. Под покровом темноты совершаются преступления, рождаются дети, занимаются любовью и умирают. Эта ночь наполнилась разговорами. И, возможно, это самое правильное её наполнение.