Мой учитель - снежный лис

      Ксато-Тави немного боялся. Хорошо – боялся основательно! Его и его товарищей конвоировали во дворец клана Рубиновых куниц. Демоны, как известно, сильнее духов и крайне боевые. Всей мощи четверки вполне возможно не хватит, чтобы справиться. Особенно если их там много и они не мелкого разряда.       Местные Темные могут знать, что двое из «гостей» — духи, а третий – сильный заклинатель. Юсинь – тайное преимущество, но и про нее демоны возможно слышали. Слава о подвиге Вахарру прокатилась довольно далеко. Кроме того, у хозяев города есть заложники – Холу и Киффуни. Их убьют, если новоприбывшие осмелятся что-то предпринять.       — Демоны определенно копаются в памяти Холу – не зря же я ощутил мощный канал связи между «бирюзой» и тем, кто прятался в глубине дворца. Холу точно в курсе, что я – дух. Про Айсо – под вопросом. Про Звездный клинок вероятнее всего не слышал. – прикидывал шансы лис. – Но лучше предполагать самые худшие варианты…              За день до описанных событий.       Холу лежал на узкой жесткой кровати и смотрел в низкий потолок. В последнее время он проводил много времени в таком положении. Почти все, когда не спал, ел, мылся или делал то, что велит ему демон.       Нынешняя жизнь представлялась «бирюзе» сущим кошмаром. Она и была им. Юноша тысячи раз проклял тот день, когда его и его наставника занесло в Шунбаи. Холу успел совершить несколько среднего ранга подвигов и потому не особо удивился, когда его и Киффуни пригласили во дворец Рубиновых куниц – он ожидал новое задание от лидера небольшого клана. Вместо этого «бирюзу» схватили Темные…       А потом начался кромешный ад. Пожилого наставника заперли, дабы обеспечить послушность юноши. У Холу обнаружился скрытый редкий дар – усиление чужих способностей. Зэгдэн – глава захвативших Шунбаи демонов-каиридов – стайных контролеров разума – посчитал талант «бирюзы» огромной находкой и ключом к успеху. С его помощью Темный рассчитывал подчинить себе весь город и собирать с него энергию во время утренних сборищ всех жителей и гостей на площади.       Холу орал от боли, когда его энергоканалы переиначивали под новую способность, многократно усиливая ее. Юношу, разумеется, предварительно опоили каким-то дурманящим зельем, снижающим чувствительность – без зелья он бы просто умер от болевого шока. Но и с эликсиром это было ужасно. Почти целый день мучений.       Холу вздрогнул всем телом, вспомнив пережитое. Каменный алтарь. Обнаженное тело, закованное в цепи и выгнувшееся на дыбы от боли.       Во всем произошедшем Холу умудрился усмотреть три плюса – Первый — его не затемнили. Примененная для ритуала ци была нейтральной. Не из соображений гуманизма, а только лишь из скрытности. «Сиять» перед всем городом Темной аурой было нельзя. А юноша на каждой утренней церемонии стоял подле главы «куниц».       Во-вторых – в непристойном смысле его не тронули. Побоялись повредить еще больше и без того еле живую ценность. Но не факт, что не тронут после реализации всего плана.       Ну и в-третьих – с каждым днем тело болело все меньше. А вскоре должно было и вовсе прийти в норму. Примерно через месяц, наверное… Если суметь столько прожить в данной ситуации.       Каждый час в плену был кошмаром. «Бирюза» боялся за себя, за наставника, за город. Зэгдэн явно задумал нечто ужасное. Он собирался возвести вокруг Шунбаи какой-то купол… Честному заклинателю было мучительно принимать участие во всех этих гнусностях. Люди во дворце были одурманены и напоминали кукол. Смотреть в их пустые глаза было жутко. Наблюдать с балкона не менее пустые глаза жителей Шунбаи – и того страшнее.       Особой мерзостью было любое общение с главным каиридом. А бедному заклинателю приходилось проводить в его компании много времени. И, более того, теперь он был связан с демоном магически…       Темный копался в мыслях пленника, забираясь в святая святых. Это было мерзко. Словно пал последний бастион личной защиты и по храму души прошлись вражеские солдаты, круша и оскверняя все на своем пути. Мысли всегда были надежным пристанищем – тайным уголком каждого. Они всегда принадлежали только самому Холу. А Зэгдэн разрушил эту преграду, стер личные границы заклинателя. Самое сокровенное оказалось выставлено на показ. Ощущение полной обнаженности, чувство, что нигде не скрыться было мучительно. Разумеется, прочитать ВСЁ демон не смог. НО достаточно многое. Холу приходилось каждую секунду держать оборону, чтобы не пустить подлеца дальше… Но все равно юноша чувствовал, что над ним надругались. Хоть и не физически.       Холу лег на бок, прижав колени к животу – так меньше чувствовалась боль. Но пролежать спокойно долго не удалось. Дверь комнаты отворилась и вошел Зэгдэн. Большую часть времени демон выглядел как человек. Причем человек весьма примечательной внешности. Длинные вьющиеся волосы меняли цвет от пряди к пряди – светло-серые, черные и медно-рыжие. Глаза – один темно-зеленый, а второй ярко-синий, были глубоко посаженными с едва заметной сеточкой морщин вокруг. Крупный нос с горбинкой, острые скулы, крупные полные изогнутые губы. Темный был не особо высок, строен и жилист. Загорелая обветренная кожа, плавные быстрые движения. Холу всей душой ненавидел своего тюремщика и сейчас вздрогнул, когда тот вошел…       — Ты совсем не любишь своего старого наставника, Холу. – произнес Зэгдэн мягко, — Ай-ай! Как так можно?       «Бирюза» внутренне сжался, сел на кровати и тихо произнес: — Это не так… Я люблю мастера Киффуни.       Темный подошел вплотную и запустил руку в волосы пленника. Несмотря на аккуратность движения ощущать демона так близко было противно. Холу помнил, какую боль он может причинить и готовился к продолжению кошмара каждую секунду, что Зэгдэн находился рядом. В любой миг поглаживание по голове могло превратиться в нечто куда более мучительное…       — Тогда почему ты так плохо старался утром во время церемонии? – голос Темного был все столь же мягок, но глаза горели недобрым блеском. – Из-за тебя мне придется снова потревожить пожилого духа. Если бы только ты приложил побольше усердия…       — Пожалуйста, не надо! Я постараюсь намного больше завтра. Обещаю! – Холу почти плакал. Руки его дрожали.       — Хорошо. Я возможно пощажу твоего наставника. – усмехнулся Зэгдэн.       — А сейчас – время пить зелье. – демон извлек из поясной сумки флакон с зеленоватой жидкостью. Рука, гладившая юношу по волосам, ухватила за пряди чуть сильнее, заставляя «бирюзу» запрокинуть голову.       Пару дней Холу пытался замедлить трансформацию своих способностей, не проглатывая магический эликсир. Теперь Темный вливал зелье самолично.       Удостоверившись, что пленник принял всю дозу, Зэгдэн снова погладил его по голове: — Вот и молодец. Видишь, как все просто, когда ты слушаешься и не злишь меня?       «Бирюза» кивнул и тихо попросил: — Могу я увидеть учителя?       — Зачем тебе это? – зло оскалился демон.       — А вдруг вы уже убили его?! – Холу впервые повысил голос, срываясь на визг пополам с всхлипом. – Я не видел господина Киффуни уже два дня!       — Может и убили… — Темный рассмеялся и покинул комнату. Он обожал мучить юношу неопределенностью и угрозами убить учителя – даже когда «бирюза» вел себя послушно. Кроме того, в арсенале каирида были обвинения самого Холу в страданиях наставника, издевательства на тему участия юноши в «зомбировании» города.       Он подводил заклинателя к окну и заставлял смотреть на улицы, полные людей с тусклыми аурами и пустыми взглядами.       — Нравится результат собственных стараний? – насмешливо интересовался Темный.       «Бирюза» лишь закусывал губу и пытался отвести взгляд. Но Зэгдэн брал его за волосы и принуждал продолжать смотреть…              К учителю Холу все-таки отвели – растолкали посреди ночи и потащили по коридорам. Киффуни был жив, но выглядел неважно.       — Наставник! – вскричал «бирюза» и хотел броситься к духу-бобру, но его не пустили – двое демонов продолжали удерживать за руки.       — Простите, господин Киффуни, это все из-за меня… — плакал юноша.       — Нет-нет. Ты ни в чем не виноват, мальчик. Это я, старый ротозей, привел тебя сюда… — не согласился учитель.       — Не говорите так, наставник. Вы точно ни в чем не виноваты! – Холу всхлипывал и утирал катящиеся по щекам слезы. Оцепенение спало. Эмоции рвались наружу.       — Держись, Холу. Ты должен быть сильным и выжить. – шептал дух-бобр.       — Мы оба выживем… — неуверенно отозвался «бирюза».              После этой встречи Холу долго не мог уснуть и дрожал, лежа в постели. Утром он еле держался на ногах. Но заставил себя привести себя в порядок и поесть. А потом его повели на церемонию. Именно тогда он ощутил присутствие в толпе господина Тави, а также Вахарру и Айсо.              Зэгдэн был доволен. Мальчишка-заклинатель оказался намного полезнее, чем ожидалось. Его новая способность позволила захватить весь Шунбаи и получать энергию с каждого жителя.       — Завтра опущу барьер, чтобы никто не мог покинуть город, а только зайти. – мысленно усмехнулся каирид. — После реализации плана духа можно будет убить. А «бирюза» еще пригодится. Может им заинтересуется кто-то из главных и хорошо заплатит за пленника…       На следующее утро, во время церемонии, Темный ощутил, что Холу увидел в толпе знакомых и предупредил их. Юноша изо всех сил пытался это скрыть, но увы – ничего не вышло.       Уйти с ценной информацией о присутствии в городе демонов товарищам «бирюзы» не позволили.              Когда за спинами с тяжелым металлическим лязгом закрылась дверь обители «куниц» Тави невольно вздрогнул. Стражники-марионетки вели их полутемными коридорами пока не доставили до главного зала. Зал пока пустовал. «Куницы» вышли, заперев за собой.       Демоны в количестве пяти появились со стороны арки на противоположном конце помещения.       — Каириды – стайные Темные контролеры разума. – мигом определили про себя заклинатель, павлин и лис. Все трое неплохо разбирались в типах демонов.       — Если каириды, то их наверняка больше пяти. Еще как минимум столько же во дворце… — мысленно оценил Тави. – Плохо дело!       Он понимал – справиться можно, но не с учетом заложников.              Едва «гости» оказались во дворце, Зэгдэн осознал – двое из них духи.       — Придется повозиться. Возможно, будут потери с нашей стороны. Если только не предъявить заложников… — решил Темный. И приказал привести пленников. И стянуть всех демонов в главный зал.              Каириды напали дружно и весьма синхронно. Когда ментальная атака не удалась – атаковали боевой магией. Пока никто не демонстрировал Холу с кинжалом у горла, отряд отбивался как мог.       Юсинь почти моментально пустила кровь одному из демонов. Мысленные атаки на легендарное оружие не действовали. Айсо применил боевой веер. Тот со свистом рассекал воздух острыми гранями. Вахарру устроил малый Шквал молний. Тави особыми хитрыми чарами усыпил двоих каиридов… На сонные заклятья нужного уровня – дабы подействовало и на демонов – ушло много ци, но оно того стоило. Впрочем, лис понимал, что такими темпами надолго его не хватит.       Осознав, что все идет не по плану и враги намного сильнее, чем планировалось, Темные отдали мысленный приказ «куницам» ворваться в зал и стать живым щитом. Если ментальная магия не срабатывала, каириды чувствовали себя порядком беспомощными. Так что обратиться к марионеткам было ожидаемым ходом.       Ученик лиса вырубил заклинателей рубинового клана Волной молний – как в случае в конфликтом за шахту дарсин-кристаллов. Сопротивляемость «болванчиков» оказалась в разы меньше, чем у «бодрствующих» воинов. Стража повалилась на каменный пол, не исполнив отведенную им роль.              — Господин Тави и остальные здесь! – взволнованно думал Холу. Он очень переживал, что из-за него товарищи могут попасть в ловушку. А еще – отчаянно надеялся на спасение. Судя по всему, дела у отряда лиса шли неплохо. Они вырубили «куниц» и уверенно теснили ту пятерку Темных, что находилась в главном зале. Более того, из пятерых демонов активно сражающимися, хоть и раненными осталось двое.       К комнате пленника приближался один каирид – похоже, что его послал Зэгдэн, чтобы вывести «бирюзу» в зал и потребовать от Тави и компании немедленной сдачи.       — Я не позволю использовать меня таким образом! – гневно думал заклинатель, с трудом поднимаясь с ложа. После того, как он утром подал сигнал лису и павлину, демон устроил ему трепку. Хорошо, что именно ему, а не учителю. Но тело болело сильнее обычного.       Вне утренних церемоний Холу держали в антимагических кандалах. Но это не помешало ему постепенно, день за днем сооружать хитроумную магическую ловушку над дверью. Толку в ней, как думал мальчишка, было мало – самого Зэгдэна такой не отключить. А если вырубить одного из его подчиненных – Зэгдэн моментально узнает, примчится и накажет. Дворец все равно не покинуть, в темницу, где держат наставника – не войти, там много охраны. Максимум минут десять свободы пока главный каирид не настигнет в одном из помещений.       Но в нынешней ситуации, когда Зэгдэн занят, а в главном зале сражаются друзья, ловушка может стать спасением.       Конвоир вошел в комнату Холу, намереваясь отвести пленника к главному. Именно в этот момент на него обрушился мощный поток светлой ци, заставивший потерять сознание от боли.       «Бирюза» затащил Темного в свою комнату, надежно запер дверь снаружи. А сам, тщательно сканируя окрестности, поспешил в главный зал дворца – присоединиться к товарищам.                     Холу осторожно выбрался на небольшой внутренний балкончик как раз выходящий в главный зал. Таким образом он оказался примерно в двух метрах над полом. Незаметно выглянув и оценив обстановку (к двоим уцелевшим Темным присоединилось еще четверо), «бирюза» запер дверь балкончика, подпер ее присутствовавшей здесь же скамейкой и принялся выжидать максимально удобный случай вмешаться. Такой случай вскоре представился – один из каиридов в пылу сражения оказался точно под ним. Заклинатель столкнул на него вазу, чем в достаточной мере отвлек и позволил Айсо успешно завершить атаку.       Павлин посмотрел наверх. «Бирюза» перемахнул через перила и приземлился подле него, почти сразу согнувшись от боли.       — Холу! Ты в порядке? – начал Чан-Айсо.       Но в это время в зале появился последний выживший каирид – сам Зэгдэн. Он удерживал перед собой Киффуни, приставив оружие к шее пожилого бобра. Наставник Холу выглядел сильно измученным. Духи-бобры никогда не были особо сильными и боевитыми. Как Киффуни стал наставником достаточно одаренного заклинателя вроде Холу было загадкой для Тави.       «Едва ли у мастера Киффуни есть в запасе хитрые скрытые приемы, чтобы высвободиться из захвата.» – прикинул лис. – «А этот тип – явно главный из здешних демонов. И намного сильнее своих подчиненных.»       Холу испуганно охнул.       — Сдавайтесь или он умрет. И не вздумайте рыпаться – кроме этого бесполезного бобра, я держу под контролем и мальчишку – убьете меня, и он умрет из-за нашей магической связи. Вступите в бой – я успею отдать приказ убить себя как минимум нескольким сотням «куниц». Их гибель будет на вашей совести.       Айсо, Тави, Вахарру и Юсинь замерли.       — Вот же мерзавец! – ругнулась меч по ментальной связи.       Тави решил использовать этот канал коммуникации для того, чтобы обсудить с товарищами план действий. По всему выходило, что спасти всех не получится… Дьявольский выбор. Демонический.       Ситуацию изменил Киффуни. Он в полной мере осознал обстановку услышав обрывки мысленной беседы. Бобер встретился взглядом с Айсо, одними губами, до того, как Зэгдэн что-то понял, прошептал павлину – «Позаботься о Холу!» и подался вперед, напоровшись шеей на ядовитый меч каирида.       Демон на миг замешкался от неожиданности. Подобная жертвенность плохо вписывалась в его картину мира. «Бирюза» завопил и бросился к наставнику.       Юсинь, согласно еще утром оговоренному плану по избавлению «бирюзы» от странных энергонитей, рубанула, перерезая канал связи юноши с демоном. Айсо подхватил нити, замыкая их на себе, чтобы они не убили Холу, уведя вслед за Зэгдэном в последнее пристанище.       Тави, Юсинь и Вахарру в это время слаженно атаковали главу каиридов, так, чтобы он не успел организовать массовые самоубийства заклинателей рубинового клана. Это удалось. Спустя секунду все было кончено.       Зэгдэн был мёртв. Но и Киффуни тоже... Холу опустился на колени подле учителя, с криками и слезами прижался к нему, пачкаясь алой кровью и не обращая на это внимания. Пожилой дух-бобр стал первым живым существом в жизни "бирюзы", которое проявило к нему доброту. Киффуни был для юноши кем-то вроде любимого дедушки. И теперь его не стало. Он пожертвовал собой, чтобы спасти остальных.       Айсо торопливо латал нити энергосвязи между собой и юным заклинателем, чтобы на месте разрыва не осталось раны, через которую утечет ци...       Бирюза не замечал этого, просто не чувствовал, оглушенный болью потери. Когда всё завершилось, он от переизбытка чувств и перестройки связи потерял сознание... Павлин подхватил юношу. Так они и покинули зал — растрепанный уставший лис, измотанный Вахарру с клинком Юсинь в ножнах и Айсо с перепачканным чужой кровью и пребывающим без сознания новым подопечным на руках.       В здании оставался один живой каирид, запертый бирюзой в своей комнате.       Демона предстояло допросить. И избавиться... Эту обязанность взял на себя павлин, как самый старший и боевой.       Скан сообщил, что барьер вокруг города спал. Как и чары Тёмных. "Куницы" и горожане приходили в себя. Вскоре они знали, что произошло и кому обязаны спасением.       Дальнейшее Тави помнил смутно, всё ещё пребывая в шоке от пережитого. Айсо поговорил с главой рубинового клана, сообщив основное. После был краткий визит к Янтарным соколам, полностью обеливший бывших "разбойников".       Отряд Нун-Дано ещё находился под присмотром, но отношение к ним переменилось. Теперь они официально были объявлены жертвами демонической магии, а не негодяями.       — Не знаю, как и благодарить. — произнёс "кулак" тихо. — Мне стало хоть немного, но легче. Очень жаль того юношу, который побывал в плену у демонов...       Вахарру кивнул. Холу держали в забытьи, давая возможность отрегенерировать. В него вливали исцеляющие зелья, зелья радости — чтобы боль от потери и пережитых ужасов после пробуждения была меньше. Айсо намеревался отвезти его на ближайшие недели в свой храм дабы подержать в специальной восстанавливающей капсуле. В реальность бирюзу до этого времени возвращать не планировалось. Он слишком многое перенёс. Да и на то, чтобы полноценно заживить новую энергосвязь нужно будет время.       — Он оправится. — заверил молния. А у отряда пока ожидалась новая работа. Допрошенный каирид признался, что кроме молота, демоны распределили по окрестностям Шумбаи ещё два тёмных артефакта и советовали их путникам через марионеток-горожан. И эти демонические предметы нужно было поскорее отыскать. Диадема раздора и Перстень алчности ещё находились меж людей...