Мой учитель - снежный лис

      — Вы точно не видели ничего подозрительного? – прищурился лис, расспрашивая очередного трактирщика, — Мой соратник – Герой и разыскивает демона, поисковый ритуал сообщил, что Темный здесь – в Чаббуи.       — Демон в Чаббуи?! – перепугано переспросил хозяин заведения, — Вроде все спокойно… пока. Но вот Рогни с Медной улицы давно не видно. Обычно он заходит каждый день.       — Не волнуйтесь. Мы быстро найдем демона и избавим вас от него! – поспешил успокоить хуманса Тави.              — Поможем всем, чем сможем! Уничтожение демона и в наших интересах! – заверил градоначальник Чаббуи. Поговорить с ним вызвался Вахарру. Про молнию здесь слышали, так что особых вопросов не возникло.       — Очень рад это слышать. Не позднее, чем завтра я и мой соратник выясним точно, где именно скрывается злокозненный Темный. Но нам потребуются кое-какие ингредиенты для нового информационного ритуала.       На Героя посмотрели с большой признательностью и заверили, что предоставят все нужное. Просьба об ингредиентах придавала истории веса и достоверности.       Вечером Тави провел информационный ритуал в их с Вахарру комнате в таверне, так что фонило на всю округу – весь город должен был знать – здесь серьезно колдуют. Утром градоначальнику сообщили, что демон – в лесах подле Чаббуи и отважный воин и его товарищ отправились туда. Горожане разве что не махали вслед платочками. Но бежали за лисом и молнией до самых ворот и желали удачи.       Далее последовала постановочная потасовка с вовремя прибывшим на место Эльо. Демон и заклинатель старались наследить на лесной полянке энергетически как можно заметнее. Любому должно быть ясно – тут шел бой с демоном – причем С ТЕМ САМЫМ.       После довольный господин Юнаги скрылся, а лис расколол специально заготовленный Кристалл смерти – теперь аура места говорила о том, что здесь погиб сильный Темный. Несколько капель крови Эльо и его нашейный амулет довершили картину. Теперь для всех демон был мертв.       Оставалось лишь вернуться в Чаббуи и поведать об этом достославном деянии. Местные восприняли новости с восторгом, нахваливая Героя. Слухи распространялись.              — А ты не слишком рисковал, когда консультировал этих гелемезских демонов по маскировочным артефактам и помогал им их улучшить? – обеспокоенно уточнил Вахарру у наставника. Они сидели в своей комнате на постоялом дворе в Чаббуи и, защитившись от подслушивания, обсуждали дела.       — Нет, свою энергию я не оставлял, в основном давал советы. Поверь, я был очень осторожен! – заверил Тави, — Но очень мило с твоей стороны тревожиться обо мне.       Молния моментально смутился: — И вовсе я не тревожусь! Просто не хотелось бы, чтобы мы так глупо попались.       Лис обиженно нахохлился: — За кого ты меня принимаешь? В нашем отряде я – самый хитрый и предусмотрительный.       — И то верно! – легко согласился заклинатель.       — Тебя что-то беспокоит… — заметил дух.       — Не иначе как вознесение Холу. – вклинилась в разговор Юсинь. Дева-меч традиционно была прямолинейна и проницательна.       Лис пытливо посмотрел на ученика: — Это правда?       — Эмм… В целом – да. Теперь в отряде только я – не дух. Ты – потомок императора мира бессмертных и знаток артефактов, зелий и редких заклятий. Айсо – наследник второго по мощи клана – сказочно сильный и богатый, бирюза – уникальный ценнейший усилитель. И он намного младше меня, а уже прошел цикл, как и некоторые из тех, кто начинал одновременно со мной или позже!!! Юсинь – великий легендарный клинок – она одна из лучших в мире. А я так и не вознесся за все эти годы. Моё ученичество затянулось. Возможно я безнадежен и никогда не вознесусь. Неудачник и ничтожество. – с неожиданным отчаянием произнес Вахарру. Это исповедь немало удивила наставника и клинок. Лис никогда бы не подумал, что суровый, боевой, стойкий и сильный молния может считать себя ничтожеством.       Тави сочувственно обнял хуманса: — Не волнуйся! Ты обязательно вознесешься – я обещаю. После Гелемеза уровень гармоничности твоей ауры сильно возрос. Да и сейчас ты один из сильнейших заклинателей, превосходящий большинство глав кланов, если не всех. А в качестве боевого духа можешь сравняться с Айсо или даже превзойти его. Холу не боевой и связан с наставником магически – ему было в десятки раз проще. Как если бы кто-то скинул с верхнего этажа здания веревочную лестницу, и он поднялся по ней, а ты карабкался по отвесной стене.       Лис прищурился, его осенила внезапная догадка: — Про «Никогда не вознесешься», «неудачник и ничтожество» — это слова твоих прежних учителей?       Молния нехотя кивнул и нахмурился: — Не обращайте внимания. Это минутная слабость.       Ему было неловко за проявленные при Тави эмоции.       Лис погладил Вахарру по волосам: — Все хорошо! Я – твой наставник и ты можешь делиться со мной тем, что у тебя на душе и все рассказывать. Я помогу и поддержу.       «Его прежние учителя – настоящие мерзавцы. И не только Саванни. Мучили такое чудо. Он и сейчас славный, а каким был бы без их издевательств.» — невольно думал дух.       — Ты очень хороший и добрый. Самый лучший из всех. – Вахарру обнял лиса в ответ, запустив пальцы в его белоснежные волосы. Молния мысленно назвал их «шерстка». «Шерстка» была мягкой, блестящей, ухоженной и очень приятно пахла. Какое-то время хуманс и дух так и стояли, прильнув друг к другу. Заклинателя это вполне устраивало. Он ощущал, как часто бьется сердце наставника, чувствовал тепло его маленького и такого уютно-мягкого тела.       Лис отстранился первым, слегка зардевшись от волнения.       — В Чаббуи мы пробыли достаточно. Нужное впечатление создано. Пора возвращаться. – произнес Тави.       Вахарру кивнул: — Да, пожалуй.       Они с лисенком часто оставались почти наедине и воину это нравилось. Немного ироничное присутствие Юсинь не в счет. Клинок всегда готова вовремя улететь и оставить их наедине. Вот как сейчас – дева-меч незаметно скрылась, позволив юношам вдоволь пообниматься без посторонних глаз.       Тави со смущением подумал, что обнимать и гладить друг друга постепенно входит у них с Вахарру в привычку.              Холу открыл глаза. Над ним обнаружился высокий, сводчатый расписной потолок с изображениями павлинов. Часть купола была витражной и пропускала солнечный свет через цветные стекла.       Юноша сел, осознавая, что его тело переменилось, наполнившись солнечной бурлящей мощной энергией. И физические характеристики, и способности к магии усиления возросли, впрочем, так и не став боевыми.       — Добро пожаловать, Холу! – радостно сообщил звонкий голос откуда-то сзади.       Бывший бирюза, а ныне павлин, обернулся. Неподалеку, облокотившись на прозрачную колонну из огромного кристалла, стоял юноша-соклановец – кудрявые рыжие волосы, наглая усмешка, не лишенная обаяния, тело — загорелое жилистое и гибкое, но не массивное, озорной взгляд, откровенная яркая одежда, обилие украшений, веер на поясе.       — Ты меня знаешь? – удивился прибывший.       — Тебя тут очень ждали. Мастер Айсо предупредил, что ты можешь появиться в любой момент. – пояснил незнакомец.       — Я – Хранитель Нефритового зала – Чан-Пэй. Кроме всего прочего, встречаю новеньких. – добавил рыжий.       — Рад познакомиться. – улыбнулся Холу. Ему импонировали открытая манера общения нового знакомого, его веселые огненные волосы и улыбка.       — Самочувствие в порядке? – уточнил Пэй. Несмотря на внешнюю легкомысленность, к делам он относился серьезно. Мигом просканировал Холу и проверил его параметры, занеся какие-то данные в свиток.       — Да, в порядке. – заверил новенький.       — Тогда – вот укрепляющее зелье. Выпил? Ну вот и молодец. Теперь переоденем тебя. Я бы предложил нечто открытое и яркое, но твой наставник подготовил для тебя очень скучное одеяния. – тараторил павлин. Он сопроводил Холу в небольшую уютную комнату и вручил сразу несколько комплектов красивых однотонных одежд с шитьем и из дорогой ткани. Максимально скромно и закрыто. Как носил сам Айсо.       — Очень предусмотрительно со стороны учителя. – хмыкнул бывший бирюза. – Но надо оживить эту мертвенную бледность.       — А ты мне нравишься, парень! – рассмеялся Пэй. С его помощью наряд обзавелся яркими штрихами и украшениями – цветной пояс с металлическими бляшками, браслеты-наручи, нашейные украшения, тиара с камнями, яркие модные сапожки. Все обладало своими чарами и нравилось Холу исполнением. В итоге получился гармоничный ансамбль.       — Представлять тебя официальным лицам клана – задача твоего мастера. А я могу пока не дать тебе заскучать, устроив экскурсию по территории. – живо предложил Хранитель Нефритового зала.       Новоявленному павлину не терпелось посмотреть на мир духов. Отпускать за ворота клановую драгоценность пока было нельзя, но и в обители было на что посмотреть. Пэй оказался прекрасным провожатым – он ловко избегал попадания в самые шокирующе-неприличные зоны, демонстрируя журчащие фонтаны, пышно цветущие сады и беседки, оранжереи и изящные балкончики, башенки и переходы. С Пэем везде радостно здоровались встречные соклановцы. Он воодушевленно рассказывал о том, кто к ним прибыл.       — Здравствуйте, рад приветствовать. – смущенно здоровался Холу, уже не пытаясь запомнить имена. Он сбился на второй сотне, и теперь просто робко улыбался и кивал.       После Холу и Пэй устроились пить чай на берегу небольшого пруда с цветными шустрыми рыбками. Ласковое солнце, аромат цветов, журчание и плеск воды, пение птиц, удобные подушки, мягкая приятная на ощупь одежда, аккуратный плетенный столик, заставленный деликатесами, легкая болтовня Пэя. Новоявленный павлин наслаждался происходящим.       Хранитель Нефритового зала как раз выдал очередную шутку и Холу залился смехом, когда рядом замаячила аура наставника.       Бывший бирюза обернулся к Айсо и помахал ему. Наследник клана Чан приближался весьма поспешно. Он выглядел спокойно, но по усилившейся связи Холу ощущал, что ему не понравилось увиденное и милый пикник ученика в компании Пэя его сильно не обрадовал.       — Здравствуй, Айсо! – поздоровался юноша, делая вид, что не заметил его недовольства.       — Здравствуй, Холу. Я так волновался. – наставник наклонился и аккуратно обнял ученика.       Пэй осознал, что ему пора удалиться и, деликатно произнеся — «Добрый день, господин Айсо. Я, пожалуй, пойду!» скрылся из виду.       — Как ты себя чувствуешь? – обеспокоенно уточнил старший. Он оценил перемены в облике Холу. Тот выглядел утонченнее и красивее. Некогда сбритые волосы сейчас отросли до состояния короткой стрижки и уже принялись курчавиться. Глаза сияли, отражая переполнявшую тело новообретенную силу, щеки зарделись от переизбытка впечатлений, а дорогая одежда очень шла.       — Хорошо. И мне здесь нравится! – заверил ученик, улыбаясь.       Айсо улыбнулся в ответ: — Я рад. Тебя ведь не расспрашивали про вознесение? Ты ничего не рассказывал про… недавние события?       Младший отмахнулся: — Разумеется не рассказывал. Да меня и не спрашивали.       — Славно! – Айсо облегченно выдохну и тихо добавил. – Будь осторожен с Пэем – он тот еще раздолбай и распутник. Не лучшая компания.       Холу в ответ показал язык и самоуверенно сообщил: — Сам разберусь с кем мне общаться. Может мне как раз и нравятся распутные раздолбаи?       Наставник коснулся пальцами лба.              Тем же вечером Холу опять сбежал с Пэем – хранитель Нефритового зала позвал юношу пить слабое вино у поющих фонтанов с новыми приятелями. Айсо, планировавший очередное официальное представление ученика важным лицам лишь усилием воли не помчался за Холу, чтобы за шкирку притащить обратно. Но до самого возвращения напряженно вслушивался по каналу связи – все ли хорошо у бывшего бирюзы. Холу явно ощущал, как Айсо не находит себе места от тревоги, но обратно не спешил. Музыка, шум и смех привлекали его гораздо больше, чем скучные приемы.       «Похоже кое-кому были совершенно не нужны подготовленные мной к его прибытию перемены в клане. Его все устраивает и так!» — раздраженно думал наследник. Он знал, что юношу не обидят – пирующие сейчас с Холу помнили, КТО наставник новенького и какая у него репутация. Так что пробовать на нем павлиньи чары и под ними склонять к неприличностям не станут. Но Айсо все равно было до нельзя грустно и обидно, что бывший бирюза ведет себя подобным образом.              — О, великие предки! – удивленно вскричал Тави. Он и Вахарру как раз покинули Чаббуи и шли той же дорогой, что и прибыли в город, когда лис учуял неподалеку трупы духов. Это были адепты клана Огненного медведя – не слишком сильные, числом семь. В их экранированных сумках обнаружились ловушки на духов, наполненные Темной ци. Они явно охотились на собрата, намереваясь выдать его смерть за гибель от лап демонов. Остаточные, уже почти исчезнувшие эманации, подсказали, что огненные пали от клинка Эльо в момент, когда начали устанавливать ловушки.       — Я примерно понимаю, что произошло, но должен убедиться! – дрожащим голосом произнес лис.       Информационный ритуал подтвердил – ловушки принесли с собой сами медведи. А демон защитил лиса.       — Ну вот эти сволочи и попались! Наверняка они охотились ЗА ТОБОЙ! Надо сообщить Совету! – нетерпеливо выпалила Юсинь.       Тави лишь мрачно мотнул головой: — Пока сюда прибудет комиссия – медведи все подчистят, да и эманации исчезнут. Они и сейчас-то едва различимы. А наличие ловушек в сумках… Всегда можно сказать, что огненные их нашли и обезвредили, а не устанавливали. К тому же – духи станут особенно усиленно искать демона, который убил медведей. Это привлечет внимание к Гелемезу. Важно дать время Шуно добраться до дома, а его следам выветриться – нельзя срочно звать сюда бессмертных.       — Вот ведь гадство! – зло выругался Вахарру. – Они пытаются убить тебя, а мы ничего не можем поделать.       Лис грустно улыбнулся: — Мы можем НЕ ДАТЬ им меня убить!              Вахарру предоставил Нуро-Вирании доказательства смерти демона.       — Отлично! Вот Ваши деньги! – просиял «гора» и массивный кошель перекочевал из рук в руки. Молнию не мучала совесть, даже зная, ЧТО собирается сделать в ближайшее время лис.       А Тави, тем временем, написал подробную анонимку, не хранящую следов ауры, где тщательно расписывалось преступление Вирании и его подельников, а также указывалось место совершения двух жестоких убийств. Сам автор свитка выражал опасение за свою жизнь и отказывался свидетельствовать открыто. Незаметно подбросить сей донос в Канцелярию Закона было для духа не особо сложно. Письмом заинтересовались чиновники и следователи. Место проверили. Сведения подтвердились и делу был дан ход. Автора анонимки не нашли. Но этого и не требовалось.       Нуро-Вирания был арестован и выдал своих соратников по темному делу, чем обеспечил себе пожизненное заключение вместо казни.              — Справедливо! – сообщил Айсо, выслушав рассказ Тави о недавних событиях. Он и Холу только вернулись из мира духов, где новенького павлина представили всем важным персонам клана.       — Да, я рад, что Иджи и Эльо отомщены. Эльо, возможно, спас мне жизнь. Я ведь вполне мог угодить в те ловушки! – кивнул лис.       — Как хорошо, что ты не пострадал!!! Я не имел права тебя оставлять. – наследник семьи Чан разве что не заламывал руки.       Тави отмахнулся: — Ты был с учеником. Это важно! А я и так в порядке.       Павлин тяжело вздохнул и опустил взгляд.       — В чем дело? – забеспокоился Тави.       Недолго подумав, Айсо решил признаться: — Все так сложно! Мы не выдали демонов. Оказывается, они бывают хорошими. А духи из императорского клана – как раз не очень — и пытаются тебя убить! Тебя спас Темный. У меня голова идет кругом!!! Холу злится на меня и вертит хвостом перед распутником Чан-Пэем – даже сбежал погулять с ним в саду вместо очень важной официальной встречи. Он старательно демонстрирует, что ему ближе линия поведения «разноцветной» части семейства. Ладно хоть пока сам не пустился в разврат. Но явно делает все мне назло и ведет себя как вздорный подросток. Чан-Милло после турнира тоже обижен на меня и даже не явился на помолвку. Он теперь постоянно с выдрочкой Цогу и на меня разве что не шипит… На любые попытки проведать и узнать, как у него дела – ссылается на занятость и идет в отказ. Я не рассчитывал на какую-то особую благодарность после турнира, но искренне сказать «спасибо» было бы не лишним.       Тави сочувственно обнял павлина и сумбурно и весьма эмоционально произнес: — Это чудовищно несправедливо! Ты все делаешь ОЧЕНЬ правильно и поступаешь по совести. Просто не все это понимают. Ты не должен так страдать – это просто нечестно! Я вот вполне тебя понимаю и поддерживаю – ты хороший и добрый, а они просто мелкие вредины.       — Спасибо! – павлин обнял лиса в ответ. – Я не должен был жаловаться, но стало легче.       — Все в порядке. Ты столько раз меня поддерживал. Теперь моя очередь. – улыбнулся Тави. Он невольно подумал о том, что в последние дни и Вахарру, и Айсо открыто жалуются ему на жизнь. Это большая степень доверия и огромная ответственность.