Мой учитель - снежный лис

      Айсо брёл к погосту. Он особо не осознавал, что происходит вокруг. Если бы ни опасность для жизни Холу он бы ни за что не смог подняться с ложа...       Тем временем на кладбище поднималась вторая волна нежити — личи. Фанзи продолжал бить огнём. Ни Вахарру, ни Тави не успевали избавиться от коварного недруга, ибо не имели права упустить ни единую тёмную тварь, дабы та не пробралась к хуманским поселениям. И огневик вовсю пользовался этим.       — Юсинь, мы так долго не продержимся! Выруби эту самоходную печку! — попросил молния. Дева-меч отвлеклась от зомби и направила внимание на огненного заклинателя.       Надо отдать ему должное — какое-то время он продержался, но не особо долго. Без поддержки духов Фанзи мало что мог противопоставить легендарному клинку, которому всё равно на пламя.       — У нас заканчивается энергия в святых артефактах. — испуганно заметил лис.       Он кинулся к Аштаси и принялся подпитывать его своей ци, чтобы юноша смог справиться с личами. Вахарру еле увернулся от Проклятья и Дыхания смерти, а также Могильной земли, брошенных в него злобными немертвыми колдунами. Он как мог сдерживал их, давая Тави и Аштаси время на волшбу. Но без святой ци долго ему было не выстоять. Юсинь разрубила заклятие Могильной ночи, брошенное в лиса и яшмовую арку. Совместными усилиями юноши смогли отправить личей в небытие.       Но отдохнуть им не удалось. Погост разродился третьей волной. Из земли, злобно воя, сверкая алыми глазами и желтоватыми клыками, полезли костяные псы. Святой ци не осталось, обычной энергии и сил тоже было не особо много... Тави тяжело вздохнул. Про дремлющего в глубине костяного дракона он старался и вовсе не думать.       Ситуация становилась критической. Именно в этот момент на месте действия появился бледный и пошатывающийся Айсо. Он и сам напоминал нежить, но боевые веера павлина шелестели острым металлом. Наследник Чан вступил в бой. Тави что-то обеспокоенно кричал ему, но тот не слышал. Холу разместился в самом безопасном месте — он со спины обнял учителя за талию, поддерживая, не подставляясь под атаки и усиливая.       Один из псов бросился на Вахарру — взвился в воздух в мощном прыжке, норовя вцепиться в горло заклинателя. Но Юсинь вовремя пришла на помощь и прикрыла товарища. Тави чуть не схлопотал укус в руку. Ещё одна тварь едва не откусила хвост. Если бы не вездесущие веера Айсо ему пришлось бы туго. Именно вмешательство старшего павлина переломило ход противостояния с третьей волной нежити.       Но увы — поднималась четвёртая... Настало время пробудиться костяному дракону — существу куда более мощному, чем все предыдущие.       Айсо окончательно лишился сил и рухнул без сознания в объятия бирюзы. Тот бережно подхватил его и аккуратно уложил, так, чтобы в любой момент защитить.       Земля содрогнулась. Могильные плиты раскалывались и рассыпались, Тави, Аштаси и Вахарру не удержались на ногах и покатились в стороны от эпицентра – места, где почва встала на дыбы, выпуская костяного дракона. Лис угодил в один из образовавшихся разломов, но успел ухватиться острыми коготками за край и подтянуться. Он оказался на относительно безопасном участке. Если, с учетом ситуации, вообще были безопасные участки.       Вахарру потерял наставника из виду, оказавшись по другую сторону земляной горы и взволнованно крикнул: — ТАВИ!       — Я здесь! – отозвался дух. Он был рад слышать, что и молния цел.       Наконец земля осела, обдав все вокруг градом песка, камней, обломков могильных плит и каменной породы… Дракон из белоснежных, словно бы полированных костей расправил крылья. Он слегка сиял мертвенным зеленым светом, был впечатляющ, огромен и страшен. Тварь источала посмертный холод и выискивала первые жертвы алыми горящими во тьме ночи глазами – двумя пламенеющими угольками злобы в почти пустых глазницах. Взмах – и поднялся настоящий вихрь. Громогласный устрашающий рев – и у присутствующих заложило уши. Немертвое существо открыло клыкастую пасть – и кладбище заполнило облако ядовитых миазмов.       Некромант защитился Щитом немертвых. Тави успел накинуть защиту по отдельности на себя и ученика. К счастью, Юсинь в защите не нуждалась, а Холу с Айсо остались на периферии – вне зоны поражения.       Дракон попытался ударить Вахарру хвостом с мощными ядовитыми шипами. Молния взлетел, уходя от удара и атаковал клановой магией. К нему присоединилась дева-меч. Тави бил холодом, пытаясь одновременно подобрать наиболее подходящие чары против такой нежити. Увы – сражаться с костяными драконами его не учили. Создания эти были достаточно редкими, чтобы не упоминаться в книгах. Некромантия была уделом людей и демонов, а не духов.       Оглушающий и сбивающий чары рев, ядовитое дыхание, порождающие ураган крылья, острые когти и ядовитый хвост. Костяной дракон использовал все, чем одарила его Темная магия.       Осознав, что добыча слишком шустрая, он двинулся к Холу и Айсо, посчитав их более легкой целью. На павлинов обрушился шквал костяных игл, от которых бирюза едва сумел прикрыть себя и учителя.       Вахарру спешно отвлек внимание твари на себя – он кричал и атаковал, стараясь не дать костяному существу добраться до беззащитных товарищей. Маневр вполне удался. Разъяренный нападками дракон повернулся к молнии и снова выдохнул яд. Заклинатель ушел от атаки, взлетев повыше. Сил оставалось мало. Он понимал, что долго продолжить летать не сможет, а на земле станет легкой добычей.       Неожиданно Тави посетила идея.       — Холу! Пробирайся к Аштаси. Ты нужен здесь. – передал лис по каналу мыслесвязи через Юсинь.       Бирюза подхватил учителя на руки и вместе с ним устремился к некроманту и занявшему позицию неподалеку Тави. Вахарру и дева-меч в это время не оставляли костяную тварь в покое. Ни одна из сторон не могла нанести существенный урон, так что дракон решил не обращать внимания на надоедливую мелочь и направился в сторону ближайшей деревни. Следовало спешить.       — Ты ведь умеешь временно усиливать моральную стойкость и силу воли? – уточнил лис у бирюзы.       — Только очень ненадолго… — протянул юноша.       — Надолго и не надо! – заверил Тави.       — Аштаси не хватает именно силы воли, чтобы вернуть контроль над нежитью. Ему надо помочь. Да и маска – достаточно слабый артефакт. Ее тоже нужно усилить, чтобы она могла повлиять на дракона. Тут важно соблюсти баланс – не усилить артефакт слишком мощно, чтобы он не взял под контроль самого некроманта. – пояснил свою идею лис, вновь использовав Юсинь в качестве передатчика.       — Ты хочешь, чтобы я усилил Темный артефакт? – опешил ученик Айсо.       Тави пожал плечами: — Иного выхода нет. Если маска станет сильнее, а у Аштаси возрастет сила воли – они справятся.       — Ну, хорошо… — судя по тону, Холу все еще сомневался, но иных идей ни у кого все равно не было.       Бирюза сосредоточился сперва на юном «арке», временно даруя тому сильную волю. Аштаси приободрился даже внешне – плечи расправились, глаза засияли, во взгляде появилась уверенность. У него проявлялся характер, который был столь необходим для надежного подчинения немертвых.       Дальше на очереди была маска. Увеличивать мощь Темного некромантического предмета было неприятно, но необходимо. Бирюза временно поднял уровень вещицы. Теперь для дракона она не была пустым местом.       — Прикажи дракону развоплотиться! Ты сможешь! – на этот раз вслух прокричал Ксато-Тави.       Аштаси сосредоточился так, что на лбу выступили капельки пота. Сердце бешено стучало. Носом пошла кровь…       — Остановись, тварь! Исчезни! Ты здесь никому не нужен! Возвращайся в небытие! – повелительным голосом приказал «арка». Он дрожал всем телом, но прилагал максимум усилий.       Дракон замедлился, а потом остановился, он повернул голову на длинной шее к тому, кто призвал его в этот мир, а сейчас прогоняет. Тави замер. Он опасался, что сейчас существо вновь атакует – бросится на того, кто предал его. Но по телу исполинского ящера прошли зеленые искры. А потом он начал рассыпаться в прах, отправив напоследок к темным небесам полный злобы вопль. Все было кончено. Аштаси упал без сознания…       Сильно вымотанный лис плохо помнил то, что происходило дальше. Погост превратился в нагромождения земли пополам с разломами. В центре, там, откуда выбрался дракон, и вовсе зиял котлован.       Гил-Фанзи и его наставник погибли в ходе сражения. Отряд лиса не стал их убивать, лишь обезвредив, но следить за их безопасностью во время боя было нереально. Хоть огненный и его учитель и оставались на периферии, но один попал в разлом, а до второго добрались немертвые...       Тилсару также не удалось уцелеть. Выжили лишь Мио-Саванни и Ру-Найзу. Коварный "зеркало" сбежал, оставив после себя лужицу крови — веера Айсо ранили его не смертельно. Дух очнулся, применил лечебные зелье и чары и был таков. А вот «золотой» обнаружился в бессознательном состоянии неподалеку. Ему удалось уцелеть.       — Что будем делать? — с волнением уточнил Вахарру у учителя.       — Объявим Змея некромантом. В конце концов, он пытался нас всех убить и активно старался сделать так, чтобы нежить добралась до деревень. — предложил лис.       Молния кивнул. Найзу не видел, кто скрывается под маской. Выдать Аштаси он не сможет. И точно виноват, хоть и не в некромантии.       — Мелкого "арку" определенно сдавать не стоит. Он сделал всё, чтобы исправить содеянное и, в отличие от змея, никому не желал зла. — согласилась Юсинь.       — Отдавать на казнь несовершеннолетнего калеку, которого пару лет как гнобили и колотили родичи лично мне жаль. Аштаси сильно запутался, но он не злодей. — подтвердил Вахарру.       — А вот с его калечностью можно помочь. Отправим его в храм к Айсо. Там его подлатают. — предложил Тави.       Всё ещё пребывающий без сознания Найзу был передан главе клана вместе с посохом и маской. Его лис и молния назвали тем самым некромантом. Разумеется, он очнётся и станет всё отрицать. Но кто поверит? Кристаллы правды покажут, что он может и не применял Тёмные артефакты, но на кладбище был и нежити помогал. Могут возникнуть сомнения, но это уже решать Яшмовой арке. Свидетельства уважаемых людей против «змея». И это весьма весомо.              Аштаси был незаметно доставлен в свою комнату. Тави решил переговорить о нём с советником Унори.       — Уйти в Ларимаровое ядро вместе с младшим сыном господина? Крайне рискованный побег. — осторожно заметил заклинатель.       — Вам помогут сбежать. При правильном лечении парень через год сможет ходить. Он толковый и умный. Вы оба пригодитесь. Будут сложности, но едва ли ваш повелитель сумеет вытребовать вас двоих обратно. — заверил дух.       — Наверное, так будет лучше. — согласился советник, — Бедного мальчика тут совсем замучили.       Про опыты Аштаси с Тёмной магией лис решил не говорить. Парнишка расскажет сам, если решит довериться старшему. Решать лишь ему.              — Так ты точно согласен? — уточнил Тави у юного "арки".       Тот уверенно кивнул: — Господин Унори очень хороший. Мне с ним будет лучше, чем с отцом и братом. Я могу работать с рунами, переводить тексты — работа в новом клане найдётся. А ещё благодаря вам у меня будет надежда снова ходить и без всяких некромантских масок.       — Веди себя хорошо, слушайся советника и не попадай в неприятности. В следующий раз, если что-то натворишь — спрошу по всей строгости! — погрозил мальчишке лис.       — Обещаю вести себя хорошо. И большое спасибо. — Аштаси слабо улыбнулся. Вечером того же дня немного отдохнувший и приведший себя в порядок Тави помог ему и Унори с побегом.       Вахарру получил заслуженную награду от семьи Ютто. С его отрядом исчезновение советника и младшего сына главы никак не связали. Саванни сумел замести следы. Его так и не нашли...                     Саванни тяжело дышал. Сбежать от лиса и его отряда было непросто — скрыть следы, эманации ауры и прочее. Сейчас зеркало отлеживался в небольшом походном шатре и думал о том, что делать дальше. Медведи не простят его за провал. Да и он слишком много знает о их незаконной деятельности.       "Надо затаиться! Скроюсь среди заклинателей или даже переберусь в чужие земли. Меня не найдут." — думал он. – «Все еще наладится! Я спасусь.»       Саванни задремал. Он был слаб от потери крови и нуждался в отдыхе. Зеркало не слышал, как к шатру незаметно приблизился некий дух, работающий на семью императора. Он скользнул внутрь, шагнул к лежанке и одним ударом кинжала лишил не справившегося с заданием Саванни жизни. Тот даже не успел проснуться, перебравшись из царства дремы в царство смерти.              — Неужто Цадуи так и останется без наказания за то, что покалечил брата? — поинтересовалась Юсинь. Девушку значительно возмущала подобная несправедливость.       — Унори сбежал. Цадуи скоро растратит все средства, и Яшмовая арка без разумного надзора и экономии придёт в упадок. — пожал плечами Тави, — Старшего сына Ютто и так не ждёт ничего хорошего. Простых воинов примут в другие семьи. А бывший наследник, разбазаривший семейное достояние, нигде не найдёт приюта. В отличие от Аштаси, который с его характером и усидчивостью будет хорошим чиновником.       — И то верно. — кивнул Вахарру, соглашаясь.       — Подмога пришла только через день. Не иначе как задержалась стараниями медведей. — хмыкнула дева-меч.       Молния усмехнулся: — Они рассчитывали прийти и забрать наши трупы. Но трупы обнаружились вовсе не наши.              Пока Тави, Вахарру и Юсинь улаживали дела с Яшмовой аркой, сдавая лже-некроманта и устраивая будущность Унори и Аштаси, Холу не отходил от Айсо.       Старший павлин истратил слишком много сил, будучи серьезно отравленным, и потому несколько дней пробыл в забытьи. Бирюза протирал его лоб смоченной холодной водой тряпкой, поил зельем и всячески заботился.       В какой-то момент к шатру явился Пэй.       — Ты не пришел на праздник. Я волновался. – заявил Хранитель Нефритового зала, норовя зайти в шатер.       Холу осознал, что допускать чужого туда, где лежит его беззащитный в данный момент наставник, ему совершенно не хочется.       — Тут многое произошло. Господин Чан-Айсо сейчас болеет, и я выхаживаю его. – признался юноша.       — Ничего серьезного?       — Уже идет на поправку…       Пэй отмахнулся: — Тогда от него не убудет, если мы с тобой немного пройдемся неподалеку. Мы не виделись несколько дней. Я соскучился!       Павлин попытался приобнять ученика наследника, но тот отстранился.       — Я не могу оставить учителя. Я ему нужен! – сообщил Холу с волнением.       — Ну, тогда устроимся на кухне в вашем чудесном шатре. – не теряя энтузиазма предложил Пэй.       И снова бирюза вынужден был отказать: — Шум голосов помешает отдыху господина Айсо.       Юноша не мог признаться, что Тави поставил защиту и пустить гостя внутрь он не может.       — Ты словно не рад меня видеть. Слишком посерьезнел за эти дни. Учитель плохо на тебя влияет. – усмехнулся старший. – Идем сюда, я напомню тебе, как следует веселиться. Немного вина и объятий отвлекут тебя от скучной работы сиделки.       К удивлению Пэя, Холу не позволил себя поцеловать.       — Айсо ХОРОШО на меня влияет. Он дважды за эти дни спас мне жизнь. И сейчас в таком состоянии именно поэтому. – гневно пояснил бирюза.       — Ты то ругаешься на его строгость, но хвалишь… Тебя не поймешь! Я думал, что ты веселый, а не один из зануд – последователей наследника. – зло бросил старший. – Вот и оставайся в своем стане чопорных, раз развлекаться не по тебе.       — Мы не чопорные, а благовоспитанные! – сообщил Холу грозно, попутно срывая яркие элементы одеяния и избавляясь от лишних украшений.       Пэй развернулся и поспешно ушел.              — Приходил твой поклонник? – Тави прислушался к ощущениям, уловив сканом остаточные эманации ауры Чан-Пэя.       — Приходил… — в голосе бирюзы не было энтузиазма.       — Встреча прошла не особо удачно?       Холу кивнул: — Не хочу больше его видеть. Мне он больше не нужен!       Лис едва заметно улыбнулся. Кажется, Холу кое-что осознал.       К вечеру Айсо окончательно пришел в себя и даже выглядел вполне бодрым. Ученик радостно повис на нем, как яблочко на ветке, почти не оставляя одного и постоянно обнимая.       — Я так волновался… — признался он, уткнувшись в одежду наставника. Старший павлин гладил его по плечу и чувствовал тепло на душе.