Будни

*через месяц после свадьбы*

— Может, этот возьмём? — Нет, слишком много прожилок. — Ну а этот? — Видишь бордовую корку по краям? Значит, долго лежит. Наоми устало вздыхает и опирается спиной о стеллаж с консервами позади себя. Ходить с Джуничиро по магазинам — не самое простое дело хотя бы потому, что он всегда уделяет много времени закупке продуктов. Это в целом неудивительно: уж в чём, а в готовке её любимый братец преуспел и во многом как раз благодаря такой педантичности во время их набегов на комбини. В этот раз же им повезло оказаться в не самый подходящий момент в местном торговом центре, где как раз на первом этаже голосистый парень в ярко-оранжевом костюме выступал с мандзаем. Толпа людей с восхищением вслушивалась в пышущие сатирой шутки, которыми талантливый цуккоми осыпал своего партнёра по сцене. Наоми замерла на долгие десятки минут среди почитателей комика, после чего предложила зайти и за продуктами здесь же, раз уж они пришли. Теперь она точно жалеет о своей идее, так как богатый выбор свинины — на её вкус, абсолютно одинаковой — привёл Джуничиро в восторг. Всё лучшее брату, конечно, но банально ноги уже болят, честное слово. Вздохнув о собственной нелёгкой судьбе, Танизаки-младшая рассеянным взглядом окидывает проход возле себя и удивлённо замирает, когда видит в его конце подозрительно знакомый бежевый плащ. — Всё, я думаю, этого будет достаточно и…эй, ты чего?! — Джуничиро едва не оставляет на прилавке выбранный и упакованный кусок мяса, когда Наоми дёргает парня на себя и прислоняется рядом. — Там Дазай-сан, — она понижает тон так, будто открывает страшную тайну. Брат медленно моргает и недоумённо вскидывает брови. — И что? Мы его сегодня видели в офисе, почему там так не реагировала? Наоми яростно машет головой и выглядывает из-за угла стойки, чтобы проследить, как Осаму с неизвестным ей молодым человеком удаляется в сторону отдела с алкоголем. — Он не один, — доверительно сообщает она нагнувшемуся Джуничиро. — С ним какой-то незнакомый парень. Танизаки-старший тяжело вздыхает. Тёплый воздух ерошит волосы Наоми, когда он нагибается ещё ближе. — Он может гулять с разными людьми, понимаешь? Свободный человек так-то. Девушка сдавленно стонет и с какой-то уж очень явной яростью подтягивает к себе ближе брата за шнуровку на рубашке. — Смотри внимательно, — шипит она, и Джуничиро приходится последовать требованию, чтобы его прекратили душить. Он безошибочно находит взглядом нужную фигуру, когда покупатели немного расступаются. У стойки с вином определённо находится Дазай, который очень показательными жестами что-то пытается доказать своему спутнику. С такого расстояния не расслышать чужих слов, но детектив точно находится в самом приятном расположении духа: его движения расслабленные и плавные, такие, которые у него никогда не увидеть с посторонними людьми. Однако человек рядом с Дазаем никому из наблюдателей не знаком. Он, кажется, даже ниже Чуи, и очень просто одет: узкие драные джинсы, болотного цвета куртка и серая толстовка, которая капюшоном закрывает волосы. У парня, видимо, есть какие-то проблемы со спиной, потому что он, заложив руки в карманы, чуть горбится и выводит плечи вперёд, будто готовится нападать. — И кто это? — задаёт риторический вопрос Джуничиро, а потом медленно поднимается и берёт под руку сестру, чтобы завернуть за угол стеллажа. — Нет, подожди, а почему мы вообще следим за ними? — Ты разве не понял? — горячо шепчет Наоми, сжимая на его груди пальцы. — Они выбирают вино, стоят очень близко друг к другу, а Дазай-сан ведёт себя слишком открыто с каким-то незнакомым парнем. У него же свидание! — Он замужем, — возражает Танизаки-старший, но уже догадывается, к чему клонит Наоми. — Именно, — подтверждает она догадку. — И прямо сейчас он изменяет Чуе-сану. Джуничиро страдальчески стонет и закатывает глаза. Его сестра — очень неглупая и смышлёная леди как для своего возраста, но её крайняя любовь к второсортным мелодрамам иногда играет злые шутки. До определённого момента Наоми твёрдо была убеждена, что Куникида и Йосано втайне встречаются, а между Ацуши и Рюноске Акутагавой есть какое-то сексуальное напряжение. Впрочем, во втором случае она оказалась права, но в остальных это просто игры разума. — Наоми, — вкрадчиво тянет Джуничиро, потому что знает, как такая интонация действует на сестру. — Я уверен, что это не так. Дазай-сан не стал бы таким заниматься. Но даже если вдруг по какой-то причине ты права, это не наше дело. Мы не будем лезть в чужие отношения. Девушка, опасно сузив глаза, больно тычет его пальцем в ключицу. — Это и наше дело в том числе, — говорит она. — На их отношениях строится всё моё понятие о настоящих чувствах, чтобы ты понимал. И, если тебе этого недостаточно, ещё и прекрасное взаимодействие между нами и мафией. Только подумай, что случится, если Чуя-сан их застукает? — Это всё ещё не наша забота. Наоми с раздосадованным стоном отталкивает от себя Джуничиро и вновь выглядывает из-за стойки, чтобы присмотреться. Странная пара по-прежнему находится возле винного отдела, только теперь неизвестный юноша держит в руках какую-то бутылку и что-то втолковывает Осаму. К сожалению, капюшон толстовки так низко надвинут, что лица незнакомца просто не разглядеть. — Ты как хочешь, — безапелляционно заявляет Наоми, — а я за ними прослежу. Чуя-сан наш друг и имеет право знать правду. — С каких это пор вы друзья? — Джуничиро уже успел понять, что его здесь слушать не будут, и принял решение хотя бы не бросать сестру. Если держаться немного на расстоянии и прикрываться способностью, Исповедь не достанет до них. Так будет хотя бы шанс, что слежку не заметят и не прикопают за неё в ближайшем парке. У Дазая всё же весьма спорное чувство юмора. — С тех самых, как я поняла, что он хороший человек. — Это связано как-то с тем, что он из отпуска во Франции привёз тебе тот флакон духов от Розенталя? — Нет! — Ладно. Джуничиро накидывает на них обоих завесу Мелкого Снега, и так появляется возможность подобраться поближе. Загадочная пара, тем временем, уже с двумя бутылками вина медленно передвинулась к сырам, а потом к кассе. — Чёрт, так мы не оплатим наши покупки, — шипит Танизаки-старший. Наоми же, мало вслушиваясь, берёт из его рук корзину с продуктами и выталкивает за пределы стены способности. Пожилая дама слева от них испуганно вскрикивает, когда прямо под её ноги невесть откуда выкатываются апельсины, лежащие четырьмя рядами дальше. — Потом сходим, — тихо говорит девушка на возмущённый оклик брата. — Сейчас намного важнее понять, кто это рядом с Дазай-саном. Стараясь не врезаться ни в кого из посетителей торгового центра, они вдвоём медленно следуют за удаляющимся Дазаем. Гвалт вокруг всё ещё мешает слушать разговор, а ближе подбираться опасно, поэтому приходится наблюдать за физическим взаимодействием и только. А его, неутешительно понимает Джуничиро, даже слишком много. Осаму постоянно прикасается к спутнику, улыбается ему, повернув голову, подхватывает под локоть, чтобы увести с дороги, когда в их сторону напролом идёт большая семья. Дазай никогда особо не был тактильным человеком, и только его образ и суть дара обязывали детектива дотрагиваться до незнакомцев. Но здесь он слишком очевидно сам желает этого, и подобные действия…смущают. Когда пара ненадолго замирает у сцены с мандзаем, Наоми предлагает подойти всё же чуть ближе и хотя бы попытаться услышать диалог. Джуничиро окидывает взглядом пространство и находит наиболее удобную точку: практически за самой спиной Дазая и его компаньона, но, если стоять чуть поодаль, Осаму даже случайно не коснётся стены Снега. -…пойдём уже домой, — слышат преследователи обрывок фразы незнакомца. Его голос заглушается криками людей вокруг и чужим смехом, но даже так понятно, что юноша достаточно молод. — Разве ты не хотел провести немного времени вместе? — спрашивает у него Осаму с тёплой усмешкой. У Наоми внутри что-то обрывается в этот момент, потому что так Дазай говорит только с Чуей. И теперь ещё вот с этим парнем. — Я не это имел в виду, — отвечает незнакомец и выводит плечи вперёд чуть сильнее, будто пытаясь спрятаться. — Слишком много людей вокруг. — У тебя с этим обычно не бывает проблем, — говорит Дазай, и спутник пихает его своим плечом. — Не строй из себя дебила, Дазай, я не хочу, чтобы нас кто-то увидел сейчас. Осаму осторожным жестом приобнимает вздрогнувшего парня одной рукой и приближает к себе, чтобы что-то шепнуть в скрытое капюшоном ухо. Ни Наоми, ни Джуничиро его слов не слышат, однако по тому, как расслабляется спина юноши, становится понятно, что его в чём-то только что убедили. — А вообще, — Дазай чуть отстраняется, и его речь снова становится различимой, — предлагаю всё же и правда двигаться домой. Пока у меня есть такая чудная возможность, хочу посмотреть, как ты будешь смотреться на наших простынях в таком виде. Наоми издаёт задушенный всхлип и прижимает ладонь к губам, и Джуничиро понимает её реакцию. Всё-таки сестра оказалась права: у Дазая самые определённые намерения касательно этой встречи, и они лежат далеко за пределами деловых обсуждений. — Как он мог… — тихо произносит девушка и сжимает руку на плече брата. — Боже, Дазай-сан, за что Вы так… — Мы всё узнали, — говорит ей Джуничиро и предусмотрительно отходит дальше, когда пара удаляется в сторону центрального выхода из центра. — Наоми, пойдём. Танизаки-младшая поворачивается к нему. От её потерянного и безумно огорчённого взгляда на душе скребутся кошки. — Мы не можем, — её голос дрожит, а в уголках глаз собираются слёзы, которые она спешно утирает рукавом. — Мы не можем, братик, ты не понимаешь? Мы должны всё рассказать Чуе-сану. — Нет! — горячо возражает Танизаки, когда Наоми тянет его следом за Дазаем. — Нет, подожди, нельзя! — Почему?! — спрашивает девушка. Теперь её интонации приобретают гневные нотки, и она очевидно собирается вывалить всю злобу на Дазая при первой удобной возможности. — Чуя-сан должен всё знать, он не заслужил такого отношения к себе, он же его любит! Она тащит буксиром брата за собой, когда они ныряют из светлого душного атриума в прохладу вечера. Наоми оборачивается по сторонам и, заприметив бежевое пятно впереди, несётся следом. Мелкий Снег вокруг неё льётся зелёными отблесками, в которых нежное девичье лицо становится жутковатой маской боли и ярости. — Даже если мы это сделаем, — сипит Джуничиро, тяжело выдыхая сжавшийся от быстрого шага воздух, — Чуя-сан нам не поверит! — Поэтому мы за ними и идём, — говорит Наоми не терпящим возражения тоном. — Сфотографируем их вместе. Когда Дазай впереди внезапно останавливается и подхватывает спутника под локоть, чтобы вместе с ним завернуть за угол дома, девушка издаёт странный всхлип, но скорость не сбавляет, намереваясь шагнуть следом. Джуничиро ничего не остаётся, как последовать за ней, и когда они оказываются в полутьме переулка, замирает вместе с сестрой. Обхватив ладонью спрятанное под капюшоном байки лицо, Дазай целует прислонившегося к стене незнакомца. Его глаза прикрыты, а вторая рука придерживает худую талию, пальцами собирая тёмно-зелёную ткань в складки. Неизвестный юноша явно пытается сопротивляться какие-то жалкие секунды, но потом сдаётся и закидывает обе руки за голову Осаму, цепляется за его волосы, оттягивая пряди. В тишине переулка особенно отчётливо слышно, как тяжело они оба дышат, и поцелуй становится всё более жарким и глубоким. — Всё так же обалденно, — с явным наслаждением сообщает Дазай, чуть отстранившись, но парень явно не собирается его слушать и вместо лишних слов просто тянет Осаму на себя, целуя чужой болтливый рот с негромким стоном. — Не могу поверить… — бормочет Джуничиро, не смея оторваться от этой картины. Пара перед ним выглядит безумно органично и правильно, они двигаются рядом друг с другом абсолютно естественно, будто между ними это уже очень давно, и они знают, как доставлять друг другу удовольствие. Но это всё равно…чудовищно. Перед глазами встают все те случаи, когда Дазай привлекал к себе для поцелуя Чую, и они выглядели до одури счастливыми. Когда они сообщали о дате главного дня их жизни, и когда Накахара заполнял чужие отчёты в офисе Агентства, а потом валялся на диване с раненным Осаму, и на самой свадьбе. Каждый такой раз, каждая их чёртова секунда вместе — ни одного намёка, чтобы Дазай скрывал за спиной любовника. — Сволочь, — отчётливо выдыхает рядом Наоми и достаёт из кармана телефон, поднимая его на уровень глаз. Её рука тянется ближе к ни о чём не подозревающей парочке, чтобы поймать их с поличным, и как только она почти касается края завесы Снега, Танизаки-старший необдуманно расширяет границы способности, чтобы не выдать сестру. Уже в следующую секунду он понимает свою ошибку: одна единственная хрустальная частица касается Осаму, и переулок озаряет светло-голубая вспышка Исповеди. Наоми испуганно вскрикивает и отшатывается назад, врезавшись в брата, и вместе с ним падает на землю. Зелёный занавес вокруг мгновенно слетает, раскрывая их присутствие, и девушка обречённо вздыхает. Однако первый шок проходит быстро, и пока Джуничиро рядом что-то неловко бормочет, она вскидывает злющие глаза, чтобы высказать стоящему перед ней Дазаем абсолютно всё, что думает о нём. — Дазай-сан, Вы… — Какого чёрта? Наоми не успевает договорить. Теперь, когда рядом нет других людей, а гудение Мелкого Снега исчезло, она может точно различить голос незнакомого парня. Чудовищно знакомый голос. Осаму только широко ухмыляется, когда юноша рядом с ним делает шаг вперёд и скидывает пальцами капюшон, наклоняясь ниже. — О боже… — выдыхает Наоми, с ужасом глядя в знакомые голубые глаза. — Я спрашиваю, какого чёрта, мелкотня? — спрашивает Чуя Накахара, нахмурив брови. Брат и сестра Танизаки, немо приоткрыв рты, могут только смотреть в ответ в этот момент, пытаясь сопоставить всё, что узнали. Перед ними точно стоит Исполнитель Портовой мафии, да только выглядит он намного юнее себя нынешнего, приблизительно лет на семь-восемь. У этого Чуи всё такие же медные и вьющиеся, но более короткие волосы, даже не касающиеся плеч, абсолютно отсутствуют морщинки у глаз, а лицо чуть круглее и моложе. — Ох, Танизаки-кун, Наоми-чан, — нараспев тянет Осаму, приобнимая со спины Накахару и кладя ему на макушку подбородок. — А я не думал, что вы себя так глупо раскроете. Чуя дёргается и разворачивается к нему, потеряв всякий интерес к застывшим на земле детективам. — Ты знал, что за нами следят? — шипит он и очень знакомым жестом замахивается, но Дазай перехватывает его руку в воздухе. — А мне плёл, что рядом точно никого нет. И почему ты такая сволочь? — Чу, это же забавно, — улыбается Осаму, удерживая чужой кулак. — Я думаю, что это должно тебе польстить: мои любимые коллеги, видимо, решили, что я тут тебе изменяю, и решили последовать за нами, чтобы сдать меня в итоге. Ну разве не прелесть? Они явно относятся к тебе лучше, чем ко мне. — Потому что ты ведёшь себя по-скотски, — гневно выплёвывает Накахара. Он выдёргивает руку из хватки и поворачивается к Наоми и Джуничиро, протягивая им ладони. — Поднимайтесь. — Чуя-сан, это ведь точно Вы? — ошеломлённо спрашивает девушка, когда Чуя коротким жестом отряхивает с её юбки налипшую грязь. — Я, — бурчит он. — Ах, мы же не представились, какое упущение, — продолжает радоваться чему-то своему Дазай. — Позвольте познакомить вас: Наоми-чан, Танизаки-кун, это Чуя Накахара возраста шестнадцати лет. Правда похож на милого пёсика? — Пасть закрой, — рявкает ему Чуя не глядя. По его лицу видно, что он крайне недоволен происходящим, но зла на преследователей не держит. — Короче, да. У нас тут с Рю неприятная ситуация вышла на последнем задании. Попался на пути эспер, который может другим людям возраст менять. — Акутагава тоже что ли в подростка превратился? — спрашивает очухавшийся Джуничиро, на что Чуя совсем не по-джентельменски сплёвывает на землю. — Нет, ему теперь под сорок. Всё ещё выглядит не очень здорово, но десяток лишних лет ему на пользу пошёл. — Но почему Вы в такой странной одежде? — спрашивает Наоми. Чуя успевает только гневно зыркнуть на Осаму, но тому это не мешает весело сообщить: — Ностальгия замучила. Чуя-кун выглядел именно так, когда мы познакомились. Решили вот сыграть в ролевую игру, так сказать. Наоми невольно хихикает, когда Накахара закатывает глаза и бормочет что-то о «мерзких идиотах». — Чуя-сан, я так счастлива, — говорит девушка, и Исполнитель удивлённо смотрит на неё. — В смысле, мы правда думали, что Дазай-сан Вам изменяет. А это просто Вы. Я уже было, чёрт, я решила, что нам придётся сообщить Вам об этом всём. Чуя, несмотря на все свои прошлые действия, вдруг улыбается самодовольно. Сейчас он очень похож на свою старшую версию, и от этого становится немного лучше. — Да стал бы он мне изменять, — говорит Чуя и косит взглядом на хмыкнувшего Дазая. — Не те отношения, мелюзга. Наоми и Джуничиро в этот момент думают об одном и том же: как было бы интересно увидеть Двойной Чёрный того времени. Как сильно они отличаются? Так же ли ярко между ними горели эти чувства? Каким был Дазай, когда рядом с ним находился не галантный, хоть и местами грубый мужчина, а вот этот взбалмошный подросток из трущоб? — Не стал бы, — подтверждает слова Чуи Осаму с лёгкой ответной улыбкой. — А теперь, когда моя совесть чиста, я бы хотел наполнить желудок. Пойдём, Чу. — Ох… — обречённо вздыхает Джуничиро, и, когда супруги оборачиваются к нему, разводит руками. — Мы так активно за вами гнались, что оставили все свои продукты в торговом центре. Чуя замечает умоляющий взгляд Дазая, который очевидно просит не делать того, что собрался сотворить Накахара. У Осаму явно были свои планы на этот вечер, но поскольку ему крайне необходимо было опять всех выставить идиотами, Чуя решает, что сегодняшняя ночь пройдёт иначе. — Погнали, — говорит он ярко улыбнувшимся Наоми и Джуничиро. — Еды и на вас хватит. Поможете с готовкой заодно, да и дом посмотрите, не чужие уже люди. С этими словами он вновь закладывает руки в карманы — явно привычка из далёкого прошлого — и выходит из переулка. Танизаки следуют за ним, а обогнавший их Осаму негромко, так, чтобы они не услышали, говорит: — Тогда я откладываю поиск того эспера на сутки. Ты не можешь так поступить со мной, Чу, это жестоко. Чуя коротко усмехается и внезапно подмигивает ему заговорщицки. — Откладывай. Мне вообще-то тоже прикольно попробовать в таком виде.