Дорога 99 поворотов

— Вам плохо? Стакан воды? Пакет? — бортпроводница остановилась возле них. — Воды, пожалуйста, — попросил Далун, и девушка отошла. Аянга был очень зол на себя. Юньлун мог ошибиться, он не видел начало течки в прошлый раз, но сам-то Аянга! Озноб и жар, вялость и жажда ласки, симптомы простуды, но не простуда — он должен был понять! Ну и что, что врачи обещали позже, в первые разы, да ещё без метки, могут быть какие угодно отклонения от графика. Задним числом теперь было объяснимо все: и ревность Ибо, и его обидчивость, и даже то, что их с Далуном тянуло к Ибо ощутимо сильнее, чем друг к другу. В прошлый раз после первого прилива у них было затишье на несколько часов. Есть надежда, что и сейчас будет так, главное перетерпеть. Аянга встал и тоже наклонился над Ибо. — Хочу домой, — Ибо съежился в кресле. — Лучше бы я отравился. — Далун, поменяемся? Пожалуйста, — попросил Аянга. Логики в этом не было никакой, но казалось, так будет проще. Далун посмотрел на него внимательно и поднялся. — Все будет хорошо, — Аянга обнял Ибо за плечи и горячо зашептал. — Это очень удачно, что началось сегодня, представляешь, как было бы обидно, если бы завтра, когда Далун улетел бы? Мы уже почти дома, в этот раз будет ещё лучше и удобнее, и Далун будет с нами. — Мне страшно, — Ибо сжал его руку. — Ещё столько лететь, потом ехать… — Мы с тобой и ни на шаг не отойдем. Потерпи немножко, любимый, сердце мое, — Аянга сам сидел как на иголках. — Надо будет сразу же предупредить юриста. — Конечно, я позвоню, как только будет можно. *** Перелет казался Юньлуну долгим, как никогда. Он тревожно смотрел, как Ибо откидывается назад и сцепляет руки, как мелкими глотками пьет воду и кадык у него дёргается. Гацзи то и дело обнимал его и что-то нашёптывал. Юньлун вставал время от времени и подходил, Ибо сжимал его руку, как спасательный круг, но ничего больше они пока что не могли сделать. Сам Юньлун пока ощущал только желание, но это можно было перетерпеть. И ещё растущее раздражение на всех вокруг, кроме Ибо и Гацзи, и жажду действия. Необходимость соблюдать спокойствие выводила из себя, кажется, если бы они были на земле, Юньлун унес бы Ибо на руках. Ибо била дрожь, когда бесконечный перелет закончился. Юньлун подал ему свою куртку. Гацзи снял свою тоже и что-то шепнул. Ибо порозовел ушами, кивнул и повязал ее на пояс. Юньлун вырос в мире, где подавители существовали ещё до его рождения, и сейчас впервые понимал, почему омеги когда-то считались общественным бедствием. Яркий запах облаком сопровождал их. Пока они ждали багаж, окружающие непроизвольно поворачивали головы и собирались рядом. Они отходили подальше, но толпа плавно перетекала в их сторону снова и снова. В аэропорту, конечно, была охрана, а люди наверняка даже не понимали, почему их тянет именно сюда, но Юньлуну было не по себе. Гацзи, всегда спокойно переносивший скопления людей, хмуро и тяжело косился на всех, кто подходил поближе и, наверное, рычал бы, если бы не успокаивал Ибо. — Чем скорее заберёшь вещи, тем быстрее мы будем дома, — Гацзи чуть не пинком отправил Юньлуна за вещами, когда багаж наконец появился. Он снял с ленты три сумки и чемодан с подарками и покатил все это к диванчику. Больно было смотреть на бледного, ссутулившегося Ибо. — Наконец-то, — Гацзи рывком закинул на плечо свою сумку и сумку Ибо, Юньлуну осталась его собственная и чемодан. Ибо с трудом встал, они шли перед ним и за ним, как охрана, и Юньлун молился, чтобы их не узнали ещё чуть-чуть. В такси Гацзи открыл окно, а Ибо снова согнулся и пил воду мелкими глотками. Юньлун наклонился и шепотом уговаривал: — Ещё немножко, скоро приедем, — бесполезные очевидные слова. Ибо измученно кивнул, закусил губу и откинулся назад. Задним числом Юньлун удивился: зачем они вообще ждали багаж и почему не поехали в отель возле вокзала? Но теперь было поздно. Оказывается, в аэропорту было ещё ничего, в тесной машине даже при открытых окнах запах туманил голову. — Сколько ехать? — Часа полтора, если без пробок, — Гацзи крепко сжал челюсти и вдруг выдернул из сумки влажные салфетки и обтер пальцы, а сумку положил на колени Ибо. Юньлун не понял, зачем, пока не увидел, как Гацзи осторожно забрался ладонью под штаны Ибо, а сумка прятала это от водителя. Ибо вздрогнул, быстро кивнул и закусил губы ещё сильнее. Юньлун повторил маневр и аккуратно просунул ладонь под тугие джинсы, погладил твердый член и нащупал складки. Белье совершенно промокло, а под ним было очень горячо. Юньлун наблюдал за лицом Ибо и двигал пальцами, сталкиваясь с рукой Аянги, а Ибо еле заметно сжимался и сдвигал колени. — Не убирайте. Сколько ещё? — чужим тихим тонким голосом спросил Ибо. — Полпути, баобэй, — ответил Гацзи. — Скоро. Можно побыстрее?! — последнее было к водителю. Водитель бросил на них косой взгляд — может, принял за наркоманов. Все равно, лишь бы не решил отвезти в полицейский участок — Юньлун едва остановил готовое прорваться истерическое веселье. Хорошо, что поездка была оплачена заранее. Когда машина наконец остановилась, Юньлун практически вынул Ибо из машины и на этот раз предоставил Гацзи выволакивать сумки. Водитель уехал немедленно, наверное, был рад избавиться от странных пассажиров. Юньлун уже не оглядывался, он нес Ибо к дверям, а Ибо цеплялся за него и дышал сквозь зубы. Наверное, Гацзи бросил вещи во дворе, потому что догнал их у двери с пустыми руками. — Все хорошо, мы дома, — Юньлун не раздевался и не разувался, пинком открыл двери спальни. — Ты молодец, сейчас все будет хорошо. Ибо облизал сухие, запекшиеся губы, улыбка превратилась в гримасу. — Пожалуйста, сейчас, не могу больше. Джинсы с кроссовками они сдирали с него кое-как, в четыре руки, Ибо чуть не выдрал молнию куртки. Юньлун на автопилоте сбросил обувь и расстегнул штаны. Они даже не проверяли, готов ли Ибо, смысла не было; не переглядываясь, оказались внутри почти одновременно, и Ибо застонал так жалобно и блаженно, что спина пошла мурашками. Ибо бывал напористым и требовательным, но сейчас он был зажат между Юньлуном и Гацзи и просил только продолжать. Все было идеально, так, как должно было быть. Глаза Гацзи, запах Ибо, его стоны и движения навстречу, собственное тянущее желание — Юньлун никогда не оставлял на Ибо серьезных кровоподтёков, но сегодня можно было все. Юньлун не сомневался и не боялся причинить краткую необходимую боль. Кажется, у них с Гацзи получилось оставить метки одновременно. Юньлун тяжело дышал, между ними было влажно и липко. Ибо лежал с закрытыми глазами и никак не реагировал на ласковые прикосновения. — Ибо? — Баобэй?! — Аянга тоже приподнялся на локте, но тут Ибо глубоко вздохнул и уткнулся в плечо Юньлуна. — Я сейчас… Сейчас, потом… — Ибо как будто сам не понимал, что говорит, и щекотал плечо мокрыми ресницами, порывался не то повернуться, не то встать, а они машинально придерживали его. Юньлун никогда его таким не видел и не позволил бы увидеть больше никому. Метки были перед глазами — реальные и неоспоримые, выглядели так, как и должен выглядеть укус до крови. Ибо наконец успокоился, снова глубоко вздохнул и шепнул: — Хорошо… И едва они с Гацзи успели пройтись языком по меткам — наверняка ведь это больно, — как Ибо мгновенно заснул, словно режим переключился. Потом они с Гацзи встали молча, укрыли Ибо потеплее и включили ночник — уже смеркалось. Не переговариваясь, подавали друг другу гель или шампунь в душе, спустились в кухню. Юньлун щёлкнул зажигалкой. — Оставь мне, — попросил Гацзи. Юньлун передал ему едва зажженную сигарету, Гацзи сделал пару глубоких затяжек и вернул. — Я не могу поверить, — признался Юньлун. — Я тоже, — Гацзи провел по лицу. — Но надо, чтобы твое руководство поверило как можно скорее, пока ты не стал безработным. — Боишься, что я сяду на твою шею? — Юньлуну совсем не хотелось шутить, но привычки были сильнее. — Пойдем заберём вещи, — Гацзи кивнул на двор, — и сразу позвоним. Хорошо, что не было дождя. Они занесли сумки в дом, Гацзи набрал номер и заявил сразу после приветствий: — С сегодняшнего дня я и Чжэн Юньлун — альфы Ван Ибо. Официально. Юньлун должен остаться с нами как минимум на неделю, до конца течки. Юньлуну не верилось, что все происходит так быстро и с виду легко, а Гацзи снова обернулся к нему. — Далун, мы не договорили в Монголии. Ты согласен, что мы сделали ещё не всё, что можем и должны? — Когда ты хочешь сделать предложение? — Как только купим кольцо, — Гацзи улыбнулся и снова взял телефон. — Давай выбирать. Юньлун придирчиво рассмотрел десяток выбранных Гацзи колец и все забраковал. Ещё и полугода не прошло, как он сам дарил кольцо Ибо — когда-нибудь он расскажет о нем Гацзи, но не сейчас. Лёгкая грусть кольнула, но тут же испарилась: было совсем не время грустить. После споров они сошлись на двух вариантах. Гацзи веселился, предлагал взять оба и обвинял Юньлуна в жадности. В пылу они еле успели замолчать, когда в дверях появился Ибо. От белой футболки он казался совсем бледным, лицо осунулось, а в широком вороте темными пятнами приковывали взгляд метки. Но зато улыбался Ибо так счастливо, что Юньлун сам расплылся в улыбке в ответ. *** Ибо проснулся под теплым одеялом, мягкий свет ночника освещал разворошенную кровать. Рядом никого не было, но Ибо улыбнулся сам себе: он знал, что Юньлун и Аянга рядом. И даже без света не было бы страшно: он дома и больше никогда не будет одинок. Ибо сел и сморщился: метки — это больно. Может, когда-нибудь Ибо пошутит, как его альфы умеют синхронизироваться на сцене и в постели, но в момент укуса шея горела с двух сторон, как от ожога. Потом от вылизывания постепенно пришло холодное онемение, но сейчас метки снова ныли, а все тело ломило. Все это скоро должно было пройти, Ибо заставил себя встать, но в душ так и не пошел: от одной мысли о струях воды метки начало жечь сильнее. В зеркале все выглядело ещё страшнее: кожа вокруг опухла и покраснела, кое-где осталась подсохшая кровь. Колени дрожали, пока он спускался по лестнице. Ибо на всякий случай ухватился за дверной косяк на пороге кухни, но Юньлун тут же усадил его на себя. — Баобэй, зачем ты встал? Позвал бы нас, тебе надо отдыхать сейчас, помнишь? — ласково укорил Аянга и подул на метку. — Болит? От прикосновений языков с двух сторон пришло хорошо знакомое облегчение, Ибо расслабился и зевнул, хотя есть хотелось больше, чем спать. — Вы же созвонились с юристом, да? — Да, все в порядке, — заверил Юньлун. — Наверное, он уже связался сам с твоим агентством или сообщит им завтра утром, как мы и договаривались, — Аянга обнял Ибо и Юньлуна вместе и выпрямился. — Поужинаем? Аи оставила нам еду. Вот бульон, он должен тебе сейчас быть полезен, — Аянга нырнул в холодильник, — вот мясо, клубника, курица, что будешь? Ибо неторопливо подцеплял все, что ему подкладывали, прижимался к Юньлуну, смотрел на Аянгу и был абсолютно счастлив и доволен. Вместо большого света над столом горела лампа, было уютно и удивительно спокойно для течки. — Если не будет дождя, можно попить чай на качелях, а если будет, то в беседке или под навесом, — рассуждал Аянга. — Принесем тебе туда подушки. — Гэ, я же не болен, — Ибо заулыбался. Он готов был платить эту дань природе за двойную связь и без жалоб переживал моменты и похуже, но понежиться в заботе было приятно. — Везде пишут, что после метки надо набираться сил, а тебе особенно, — Юньлун отложил палочки и обнял его обеими руками. — Помочь тебе искупаться? — Не хочу в душ, — Ибо насупился. — Тогда давай хотя бы оботрем, — Юньлун кивнул на его шею. — Или сделаем тебе ванну, как в Ордосе. Ибо вздохнул и смирился. Ему помогали раздеться осторожно, вода была теплая. Ибо опустился в нее по самые уши, поймал улыбку Аянги и вспомнил, как когда-то прятался от него в ванной и пытался справиться с приливом сам. Потом Аянга пришел за ним, они лежали в сцепке и осторожно разговаривали. Наверное, именно тогда Ибо начал ему доверять, а потом полюбил. Метки защипало, но после ванны Ибо снова подставил шею вылизать и действительно почувствовал себя лучше. Аянга и Юньлун были слишком бодрыми для позднего часа, а Ибо не хотел ложиться спать один, поэтому устроился поудобнее и наблюдал за разбором чемодана с подарками. Аянга завис над своей сумкой и поднял стопку вещей. — Когда это я такое складывал? Далун, это ты мне подложил, что ли? Стоп, это вообще не мое и не твое! — То есть? — И сумка… Ты посмотри, у нее же кант другого цвета! Далун, ты нарочно, я знаю, — Аянга беззлобно ворчал и смеялся. — За то, что я послал тебя за вещами. Хорошо, что я туда не клал ничего ценного. — Знаешь, мне было не до цвета канта. Во всем остальном точно такая же, как твоя. Ну прости, сейчас свяжусь с аэропортом. — Тот, кому достались мои трусы с футболками, наверное, в шоке, — Аянга усмехнулся и закрыл молнию. Ибо тоже смеялся. В таком состоянии, в каком они уезжали, можно было перепутать не только сумку, но у Аянги в этом доме было достаточно одежды на замену. Время перешло за полночь, Ибо все чаще зевал, но когда они оказались в постели, сразу уснуть не удалось — течка только началась, до пика было ещё далеко. Он нежился в мягких осторожных ласках и волнах удовольствия, и до поры до времени все в мире теряло смысл, кроме их связи. Наконец перестало постоянно знобить, но вместо долгожданного сна пришла авантюрная мысль. Ибо выбрался из постели, натянул футболку, наспех пригладил волосы, оттянул ворот и сделал несколько селфи по пояс в зеркале. В кадре виднелся край постели, но Юньлун и Аянга не попали, Ибо проверил. — Что ты делаешь? Ибо быстро открыл вейбо, загрузил фото с подписью «альфы» и тэгнул Аянгу и Юньлуна. Их телефоны на тумбочках мгновенно загорелись от пришедших уведомлений. — Я решил, что лучше сделаю это сам, чем дождусь агентства. Мы в связи, и я не позволю скрывать, что вы оба мои, — довольный Ибо забрался в постель. В другое время он не решился бы на такое, но сейчас не боялся ничего. Аянга посмотрел в телефон со сложным лицом и наконец усмехнулся. — Ладно. Удалять поздно, наверняка это уже заскринили тысяч двадцать раз за две минуты. Далун, отключи звук тоже, иначе уведомления не дадут спать. *** Проснулся Ибо резко, как будто включился. Кажется, было ещё рано, но неожиданно он выспался и не хотел больше валяться. Юньлун тоже проснулся и, когда Ибо поднял голову, улыбнулся ему. Аянга спал, раскинув руки, его одеяло валялось на полу. Спящий он был безмятежным и красивым. Ибо осторожно обвел пальцем черты лица, не прикасаясь. Юньлун сзади лизнул метку, Ибо вздрогнул: первое касание всегда болезненное, но это быстро проходило. — Будем будить? — шепотом спросил Юньлун. — Не надо, пусть спит. Лучше пойдем в душ. Там можно было целоваться свободно, Ибо стянул футболку и прижался к Юньлуну всем телом. Он больше не удивлялся и не стыдился своих реакций в течку. Юньлун — его альфа, и все между ними было правильно. — Я хочу, — Ибо просунул ногу между ног Юньлуна и потерся. — Здесь или там? Или нет, подожди минуту. Юньлун включил воду на максимум, сел в ванне и усадил Ибо лицом к себе. Они медленно раскачивались и почти не переставали целоваться, Ибо расслабился, чтобы принять Юньлуна как можно глубже, а потом сжимался и жмурился от удовольствия и уложил подбородок на плечо Юньлуна. Иногда в сцепке его посещала мимолетная мысль: сейчас ему всего двадцать три, он молод и полон сил, но через десять, через двадцать лет у него по-прежнему будут Юньлун и Аянга. Будет ли им достаточно того, что он сможет предложить, старея? Связь не даст им разойтись, но поможет отыскать компромиссы или станет оковами? Эти мысли приходили ненадолго. Десять лет — почти половина жизни. Ибо верил в себя и в своих альф. Они долго молчали, Ибо прижался и улавливал чужой стук сердца. Воду они выключили, и было так тихо, что Ибо зашептал, когда решился задать вопрос. — Юньлун, я давно хотел спросить. Как ты вообще смог тогда уйти? От него, — Ибо мотнул головой на дверь. — Он же… во всем лучше меня. Я не знаю, как это правильно сказать. — Нет, — Юньлун нахмурился, но так же тепло и крепко держал Ибо в объятиях. — Ибо, ладно еще меня с ним сравнивали столько лет. Но вы совсем разные. Просто разные. Я не мог остаться. Не мог лгать и тебе, и ему. — Я думал, что знаю тебя, — Ибо обнял Юньлуна за шею. — Когда ты ушел, он пообещал, что ты вернёшься. Я думал, это просто чтобы я успокоился. Я не очень верил, потому что я ведь тоже тебя знаю. — Я тоже думал, что я себя знаю, — Юньлун усмехнулся и поцеловал. — Ты хорошо знаешь меня. И Гацзи — тоже. Поэтому мы здесь. — Я хочу быть с тобой, — Ибо обхватил лицо Юньлуна ладонями. — Возвращайся в Пекин? Это же наш дом. Аянга перевернулся, но все ещё крепко спал, когда они вышли из ванной. Юньлун подхватил одежду и показал глазами на дверь. У них бывали и раньше такие утра в Шанхае, с сексом в ванне и завтраком, когда Юньлун готовил, а Ибо наблюдал или помогал. На этот раз Юньлун настоял, чтобы Ибо отдыхал, а сам вытряхнул из морозильника пачку креветок. Ибо с предвкушением открыл сеть. Вичат действительно трещал; Ибо ответил всем близко знакомым «все отлично, напишу потом» и полез в супертопик. В вакханалии восторгов, возмущений, сомнений, предположений иногда попадались интересные или смешные. Многие пытались разгадать, что за стратегия за этим стоит. Ибо хмыкнул себе под нос на идею, что Аянга и Юньлун ему заплатили за возможность заключить легальный брак таким образом, и усмехнулся, когда в следующем комментарии вопрошали, сколько же надо было предложить Ван Ибо за это. Многие сомневались, насколько это все вообще законно, но тут Ибо был спокоен и абсолютно доволен жизнью. Когда завтрак был почти готов, из коридора послышалось шлёпанье босых ног. Аянга вплыл, завёрнутый в покрывало, как в древнее одеяние. — Вот теперь я с ним рядом, тетя Чжэн, — в руке у него был телефон. — Только он не может говорить, в смысле он готовит! — быстро исправился Аянга, а Юньлун и Ибо напряглись. — Он потом позвонит. Да, тетя Чжэн, конечно, мы приедем! Все вместе. — Гэгэ, как ты мог пообещать, что мы приедем?! — возмутился Ибо, когда Аянга нажал отбой. — Гацзи, — Юньлун тоже нахмурился. — Далун, а как ты хотел? Думаешь, после вчерашнего поста твоя мама все ещё не знает, что мы вместе и втроем? Ибо, — Аянга обернулся и обнял, — может, ты тоже позвонишь своим и мы наконец назначим день знакомства? Кстати, это ведь ради тебя Далун нас балует завтраком, мне бы у него пришлось долго выпрашивать. — Гацзи, лучше отнеси тарелки в гостиную, — сердито попросил Юньлун. — И надень трусы, например. — Я помогу, — Ибо не мог как следует обижаться на Аянгу. В этот раз все было спокойнее и проще, похоже на отпуск. После утреннего секса Ибо не томил ни жар, ни озноб, шея тоже не напоминала о себе, если не вертеть головой. Они почти закончили завтрак, когда зазвонил телефон. Менеджер сдержанно попеняла Ибо за несогласованный пост и предупредила, что в связи с необычной ситуацией руководство хочет убедиться, все ли с ним в порядке. Врач подъедет в ближайшее время, через час удобно? Отлично, после течки надо будет согласовать схему продвижения с учетом закрепленной связи. Отказаться было нельзя, только ненадолго отсрочить визит, но если уж это должно было случиться, чем быстрее, тем лучше. — Это их работа, — Аянга пожал плечами. — Вряд ли они надолго задержатся. Ибо изобразил дежурную улыбку, когда в дом вошли врач с медсестрой, юрист и менеджер. Аянга и Юньлун, не сговариваясь, в первый момент инстинктивно загородили Ибо собой, и он не возражал, пока не пришла его очередь сдать кровь и расписаться в бумагах о подтверждении связи. Менеджер выглядела недовольной, но при посторонних людях больше ничего не говорила, а когда Ибо отошел чуть в сторону, даже поздравила шепотом. — Надеюсь, больше не придется переделывать договор? — Нет, — Ибо улыбнулся. Врач аккуратно прощупал метки, не прикасаясь к самим следам зубов. Ибо слегка поморщился. — Я оставлю вам обезболивающий гель на всякий случай. Сейчас я попрошу вас лечь, а всех остальных выйти на несколько минут. Настроение мгновенно испортилось, а Аянга помрачнел и четко заявил: — Мы не выйдем. — Хорошо, если не будете мешать. Бывают сложные случаи, мы вынуждены перестраховываться. — Зато без кресла, да, баобэй? — шепнул Аянга. Это действительно было быстрее и проще, чем в клинике, но все равно Ибо считал необходимость осмотра главным минусом своего типа. Он коротко отвечал, что не больно ни так, ни этак, а Аянга взял на себя вопросы про длительность прилива и тому подобное. Ибо старался сконцентрироваться на запахе своих альф, и это действительно хорошо отвлекало. Даже слишком хорошо — с утра уже прошло несколько часов, и он уже подумывал, как скоро сможет остаться с Аянгой и Юньлуном наедине. — Можете одеваться. Если что-то будет беспокоить, обращайтесь немедленно, — врач снял перчатки, и, когда вернулись менеджер с юристом, обратился к ним. — Если важных вопросов больше нет, нам лучше не задерживаться и не мешать. Ибо почувствовал, как загорелись уши, Аянга хитро покосился на него. Наконец ворота за гостями закрылись, Ибо уткнулся в хмурого Юньлуна, а Аянга обнял их со спины. — Так всегда? — тихо спросил Юньлун. — Так надо, — хмыкнул Аянга. — После прошлого раза нас только что на запчасти не разобрали. Зато теперь больше не побеспокоят. Они устроились втроем на диване, и только теперь Ибо начало отпускать. Течка — время, которое должно принадлежать только им, никаких чужих людей и чужих рук. Объятия и поглаживания с двух сторон вытесняли недавние прикосновения. Ибо ощущал, как медленно начинается прилив. Не надо спешить, стоит сказать, и все будет, — и потому Ибо получал удовольствие уже от самого нарастания желания. Мысли плыли, поцелуи втроём становились жарче. Ибо брыкнул ногами, едва Юньлун потянул вниз шорты, и всецело отдался ласкам, купался в любви своих альф и любил их так, что что-то екало в груди. Аянга в какой-то момент оказался над ним, и Ибо сам обхватил его руками и коленями, подтянулся насадиться и еле перевел дыхание от восторга. Время растянулось, Ибо только осознавал проблесками, как закидывал ноги на плечи, как потом Аянга притянул его к себе и лизнул метку. Тепло обволакивало и наполняло изнутри. Ноги и руки были неподъемно тяжелы, Ибо зарылся носом в волосы Аянги, глубоко дышал и больше абсолютно ничего не хотел делать. *** Юньлун вышел из гостиной незаметно. Он мог бы остаться в гостиной и продолжать вместе с Аянгой и Ибо, но смутно ощущал, что надо так. Он был с Ибо утром и совсем не ощущал себя обделённым, уступая Гацзи. После завтрака они так и не попили чай, пока ждали гостей. Юньлун собирался налить в чайник воды, но засмотрелся в окно и невольно начал отстукивать мелодию по подоконнику: всего несколько тактов, засевших в голове. Ритм никак не складывался. Юньлун опомнился и наконец поставил чайник, но снова забыл про него и тихонько воспроизвёл мелодию голосом. Ибо погодя появился в кухне и прильнул к плечу, Юньлун рассеянно обнял его, привычно поцеловал в макушку, поднял глаза на вошедшего Гацзи и попросил: — Сыграешь мне пару раз? — и снова отстучал пальцами ритм. Растрёпанный Гацзи в одних шортах посмотрел было на него с недоумением, но тут же взорвался хохотом, Ибо засмеялся тоже. — Хорошо, сыграю. Но только после того, как ты позвонишь своей маме, я не хочу нарушать обещание. — Зачем же ты обещал за меня, — парировал Юньлун, но телефон все же взял. — Наконец-то, — мама вздохнула. — Хорошо, что есть Гацзи, если бы не он, я бы понятия не имела, куда ты пропадаешь. — Мама, извини, я был занят. — Я не видела тебя уже два месяца, а Гацзи, кажется, все три. Я всего лишь хочу увидеть своих детей, так что вы должны приехать. — Хорошо, — Юньлун понимал, что мама права, но все, что происходило в его жизни, было сложно объяснить. — И я хочу наконец познакомиться с этим мальчиком, которого вы любите. Юньлун скосил глаза на «мальчика» и ещё раз пообещал, что они приедут, как только смогут. — Ну вот, я позвонил. Теперь ты мне сыграешь? — Пять минут, и я смогу шевелить пальцами, — ответил Аянга с полным ртом из недр холодильника. — Ибо, что ты с ним такое делал? — Юньлун поднял бровь, Ибо смущённо фыркнул. Наконец Гацзи сел к инструменту и повторил напетую мелодию, а потом еще два раза, пока Юньлун не уловил рисунок музыки. Ибо наблюдал за ними с дивана, пока заказывал еду и продукты. Когда Ибо отлучился из комнаты, они успели пошептаться и наконец выбрать кольцо от Тиффани. Ли Хэн пообещала забрать и привезти ценный подарок завтра вместе с перепутанной в аэропорту сумкой. Пожалуй, так вышло даже удачно, Ибо не удивится ее приезду. Доставка продуктов выгрузила во дворе пять огромных пакетов. — Мы что, готовимся к осаде? — усмехнулся Юньлун. Дело, конечно, было в течке, в этот раз переживания не отбивали Ибо аппетит, зато втроем они исправно сжигали калории. — Все правильно, — Аянга потрепал Ибо по волосам. — Далун не хочет — пусть не ест, нам больше достанется! Баобэй, надо научить тебя какому-нибудь несложному десерту. — Можно и десерту, — засмеялся Ибо. — Только если готовить ты учишь не так строго, как петь. Извини, я пошутил. — Остальные участники шоу нас возненавидят, опять переносить выпуск, да еще и перед самым финалом. — Мы попросим прощения, — улыбнулся Ибо. Чтобы не тесниться с чаем на качелях, Юньлун притащил плетеные стулья и низенький столик из-под навеса. Пахло вечерними цветами, Гацзи упирался в землю ногой и слегка подталкивал качели. Наконец Ибо вздохнул и потянулся за телефоном. — Мне надо позвонить. — Я уже хотел тебя спросить, когда, — осторожно сказал Гацзи. — Я писал утром маме, что у меня все ок, — Ибо неожиданно включил громкую связь. — Мам, привет. Ибо наверняка понятия не имел, как меняется его лицо во время разговора с матерью, какая на нем нежная и виноватая улыбка. Зато Гацзи весь напрягся и наклонился вперёд. — У меня все хорошо, — оправдывался Ибо в ответ на укоры, что так долго не звонил. — И я себя отлично чувствую. — Мне… Нам с папой сложно поверить, что это навсегда. Но самое главное, тебе все нравится? Ибо улыбнулся Юньлуну, глянул на Гацзи и поднес телефон поближе к губам. — Я очень счастлив. Потом Ибо переключил динамик на обычную громкость и в свою очередь пообещал приехать в гости всем вместе. — Мама будет в финале голосовать за нас, — улыбнулся Ибо, когда закончил разговор. Гацзи тихонько выдохнул. Юньлун отодвинул столик с опустевшими чашками и приподнял Ибо, чтобы тоже сесть на качели и усадить его на колени, обнял и уткнулся носом в шею. Гацзи со своей стороны сделал то же самое. Запах Ибо теперь хорошо слышали только они, и осознавать это было очень приятно. Юньлун не сомневался в Ибо, но Гацзи не напрасно называл его ревнивым. — Нам нужен садовник, — вслух задумался Гацзи. Действительно, трава подросла, да и между плитками дорожки ее не мешало бы выдернуть. — Или хотя бы газонокосилка. Далун, ты умеешь косить траву? — Купим газонокосилку, — обтекаемо ответил Юньлун и улыбнулся про себя: Гацзи очень быстро вошёл в роль хозяина. Или нет, не так, не вошёл в роль — стал хозяином в доме, альфой во всех смыслах. Юньлун знал, что Ибо взрослый человек, что он может проследить сам за собой, что о нем, в конце концов, заботятся много людей по долгу службы, но когда Юньлун будет далеко, ему будет спокойнее знать, что Гацзи рядом с Ибо, поможет и поддержит, если это будет нужно. Раньше этого у них не было, как не было и многого другого. Юньлун слабо представлял пока, как они будут жить дальше, от встречи до встречи, течки, гона или как-то ещё. Многие люди со сложным графиком так и живут чуть не всю жизнь. Если спросить Ибо и Гацзи, они на два голоса начнут его уговаривать переехать. Юньлун не готов был пока ещё думать об этом: рано и незачем, когда они вместе. — Давайте лучше наймем садовника, — предложил Ибо. — Гацзи, сыграем завтра в баскетбол? Ибо, и ты, если захочешь, конечно, тоже. — Потом. Если задирать голову, шею тянет. Я посмотрю на вас и покатаюсь на скейте. Они долго наблюдали, как темнеет небо. Ибо улегся на их коленях поперек, только длинные ноги свисали, как ни подтягивай. Когда сумерки сгустились, они перебрались прямо в спальню. Чуть больше суток назад они сгорали от жажды слиться вместе, а теперь просто хорошо было лежать втроём. Ибо задремал, но через четверть часа, пока они с Гацзи ещё шептались и собирались засыпать, проснулся и объявил, что голоден. Гацзи только засмеялся, приволок поднос с сэндвичем и большой чашкой клубники и шлёпнул Юньлуна по руке. — Сходи и возьми сам! — Гэ, здесь же на всех хватит, — Ибо хитро посмотрел на них и вложил крупную ягоду Юньлуну прямо в губы. — Он веревки из нас вьёт, — засмеялся Гацзи и пододвинул чашку поближе к Ибо. — Ешь тоже. Очень сложно не то что поссориться, но даже возмутиться, когда Ибо рядом. *** Юньлун проснулся в клубке рук, ног и одеял, придавленный сопящим Ибо и сразу же вспомнил, что сегодня должны привезти кольцо. Ибо вроде бы не заметил, как они вчера шептались, а если и заметил, не должен был догадаться. Гацзи с утра был весел, бодр и активен не хуже Ибо в обычные времена, тормошил их и пытался поднять. — Гэ, ещё пять минут, — Ибо обнял его за шею. — Пойду приготовлю что-нибудь особенное на обед, — Гацзи сдался. — Только помни, что нас всего трое, а не весь Ордос! — добавил вслед Юньлун. Гацзи только отмахнулся. Юньлун лег на спину, а Ибо немедленно устроился на нем и заглянул в глаза. Юньлун улыбнулся ему, когда Ибо обвел пальцем подбородок. — Я сегодня побреюсь, обещаю. — Оставь, — Ибо потерся об него, как будто не знал, что потом будут пятна. Но ближайшие съёмки теперь не скоро; определённо, течка — прекрасное время. Юньлун всё-таки решил помочь на кухне, и вовремя — зазвонил телефон, Гацзи подскочил, как укушенный. — Да. Да, иду, — Гацзи выбежал из дома, не сняв фартука, а возвратился сияющий и сразу же ушел наверх со своей драгоценной сумкой. — Я разберу вещи и приду, Далун, последи за огнем! Юньлун втайне тоже хотел посмотреть на кольцо вживую, но надо было отвлекать Ибо. Тот, правда, отлично отвлекался сам и предложил пойти с обедом в беседку. Так было даже лучше. Ибо ушел со стопкой тарелок и скатертью в беседку, а Гацзи спустился в кухню, выглянул в окно и показал Юньлуну на ладони открытую коробочку. Блеск камней смотрелся немного странно посреди кухни, но Ибо должно было идти. Гацзи нервничал, делал все очень быстро и постоянно пытался не всегда удачно шутить. Плюс в том, что стол оказался накрыт почти мгновенно, и даже вино Гацзи тоже успел когда-то остудить. — Чего мы ждём? — проголодавшийся Ибо с улыбкой оглядел стол. Гацзи опустился на колено перед плетёным креслом Ибо, а Юньлун встал рядом. — Ибо, ты знаешь, мы хотим быть с тобой всегда, — Гацзи не справлялся с голосом, и Юньлун сжал его локоть, как перед сценой. — И хотим, чтобы все знали, что мы вместе. Если ты хочешь, ты согласен выйти замуж… взять в мужья самого принца мюзиклов, Чжэн Юньлуна, ну и меня, скромного? — Гацзи окончательно смешался, как будто всерьез боялся отказа. Сам Юньлун не волновался только потому, что с трудом осознавал реальность происходящего, а язык у него вообще прилип к нёбу. — Ибо, мы любим тебя, — закончил наконец Гацзи и протянул на ладони коробочку с кольцом, рассыпающим радужные искры по бокалам на столе. У Ибо в глазах стояло изумление. Наконец он протянул руку, но не к кольцу, а к их ладоням и сплел пальцы. — Да, — голос у него тоже заметно задрожал. Ибо потянул их к себе и спрятал лицо. — Точно мой размер? — Ибо пытался шутить, а Аянга выгнул бровь. — Баобэй, ты намекаешь, что на помолвку лучше было бы кольцо, ммм, побольше? Не на палец? Мы можем исправить это к свадьбе, бриллиантов не обещаю, но… — Гацзи, — негромко остановил Юньлун. Выражение лица Ибо было неописуемо. Аянга хлопнул себя по губам, нервно рассмеялся и ткнулся лбом в колени Ибо. — Прости, баобэй, ох уж мой непослушный язык, он давно не был занят тем, чем должен был! Они помогли надеть кольцо. Ибо повертел рукой, разглядывая, коснулся губами ободка и повторил: — Согласен. __________________________ Дорогие читатели, здесь мы, в лучших традициях романов, оставляем наших героев. Конечно, их долгая совместная жизнь только начинается, и она будет наполнена работой, славой, конфликтами, примирениями и неизменной любовью — всем, из чего состоит жизнь. Мы надеемся найти силы и время и рассказать вам об этом побольше, идей у нас лет на тридцать :) а ещё рассказать о жизни их друзей — например, Чжан Исина и Джексона Вана, и не только :). Мы благодарим всех, кто был с нами в процессе воплощения текста, комментировал и поддерживал, и всех, кто его прочитал и оценил. Мы надеемся, что вы тоже полюбили наших героев и их реальные прототипы :). Спасибо за внимание и поддержку! Мы также благодарим нашу терпеливую и вдохновляющую бету. Пусть у вас все будет хорошо, любите и берегите своих близких, и пусть они любят и берегут вас!