Алфавит

Женю изводило то, насколько неторопливо Пётр любил его ласкать. Он всегда знал, как Женю быстро возбудить, но долго не давать ему кончить. Пётр вообще изучил его тело лучше самого Жени. До Петра он и не подозревал, что ему так понравится вылизывание ушей, а поглаживания мышц на животе заставят пресс поджиматься и член затвердевать. Невыносимо-долгие ласки груди, живота и ног, прерываемые тягучими поцелуями, возбуждали и требовали ответных действий, но сегодня Пётр был намерен вести игру в одиночку: – Не шевелись, а то к кровати привяжу, – шутливо пригрозил Пётр, а у Жени от этой мысли пошли мурашки по коже. Он лежал на кровати как будто распятый, не смея даже пошевелиться после этого приказа. Член требовал внимания, хоть малейшего касания, но Пётр намеренно его игнорировал. Выдавленную на пальцы прозрачную смазку он сначала растёр, чтобы согреть, и Женя застонал от разочарования. Петру определённо нравилось его мучить! Он вводил пальцы: сначала один, потом второй. Шевелил внутри, растягивал, гладил нежные стенки ануса. Даже презерватив сегодня Пётр раскатывал по своему члену неторопливо и методично. – И как у тебя у самого терпения хватает! – снова не выдержал Женя. – Это просто опыт, – насмешливо улыбнулся Пётр, и против воли уголки губ Жени поползли наверх в ответ. В растянутом Жене смазанный член Петра скользил легко с постепенно увеличивающимся темпом и амплитудой. Ему хотелось рассмеяться от облегчения, но он просто закрыл глаза, чтобы отдаться ощущениям. Раскачиваясь на волнах удовольствия, Женя коротко стонал, когда чувствовал острые касания простаты. Он даже не заметил, накрыла ли его член рука Петра или он кончил сам, от оргазма оглушительной силы шумело в ушах. Ещё несколько минут Женя пытался отдышаться, лишь краешком чувств отмечая, как Пётр очищает его, выкидывает презерватив и ложится рядом. – Терпение этого стоило, скажи?