Проблемные дети мыслят позитивно

      По секрету, Изуку хотел, чтобы эти выходные состояли из уборки, готовки и спокойных развлечений, вроде кроссвордов. Милые спокойные дни без лишних тревог и переживаний. Именно то, что нужно для его искалеченной души. Но, после прихода подпольного героя на ужин — стало понятно, что вряд ли эти выходные пройдут спокойно.       Когда они провожали Сотриголову, который выглядел очень забавно, по скромному мнению Изуку, с тремя контейнерами еды (насильно отданными, потому что Айзава слишком долго отпирался). По словам Мидорий о том, что герою следует больше есть, приводя сотни причин, по которой он просто обязан хорошо питаться. Даже не пытаясь сопротивляться — подпольный герой понял свою участь быть накормленным, попрощался и ушёл.       Немного наведя порядок: они решили посидеть в гостиной. Джек сидел на полу — рядом с диваном, что-то увлечённо печатая на ноутбуке. Обычный стол во всём доме был только на кухне, поэтому мужчина сидел за кофейным столом и работал предпочтительно за ним. Его племянник разместился выше, не найдя ничего примечательного по телевизору, кроме вечерних новостей, подросток сделал тише. Изуку перевернулся на спину, доставая телефон из глубоких карманов шорт. Показались всплывающие окна — большая часть из них уведомления и только парочка сообщений от мамы. Точно, сообщения. Он же хотел написать отцу.

Доброе утро, как прошёл день?

      Видимо Хисаши снова завалили работой, он, наверное, как обычно не смог отказать и задержался. Скорее всего его отец сейчас отсыпается. Изуку на последок написал ещё пару строк и положил телефон на место, поворачиваясь обратно к интервьюеру и к недавно набравшему популярность герою. — ... напоминаю, что вы в прямом эфире — это отличная возможность поблагодарить всех тех, кто приложил руку к вашему грандиозному дебюту! — Конечно, в первую очередь это мои самые близкие люди, что всегда поддерживали и верили в меня,— Фантомный ком грязи сполз дальше в горло, не давая ни вздохнуть, ни выдохнуть. — и, конечно же, отдельная благодарность моему менеджеру, Миура-сан, спасибо вам! — Что-то интересное? — Изуку был так рад, что дядя только что спас его от фантомной боли и такого же фантомного вкуса и запаха слизи. — Обычное интервью. — Понятно, — Мужчина пытался сохранить нейтральное выражение лица, но оно быстро превратилось в его обычную нервную полуулыбку, — Не хочешь посидеть со мной? — Угу, — Подросток прошмыгнул под бок к взрослому, плавно и быстро спустившись с дивана. Джек погладил племянника по голове, възерошивая и без того, кудрявые волосы, — Итак, как дела на работе? Мужчина поспешно закрыл вкладку, переключая всё внимание на соседнюю: — Продаём снаряжение, выполняем редкие заказы; кажется, сейчас дела у нас идут неплохо. — Рад слышать, передавай всем привет от меня. — Зачем? Вот сам пойдёшь и скажешь, – Мельком посмотрев на дядю, Изуку радостно кивнул. Джек расслабился, не замечая внимательный взгляд племянника на скрытую вкладку.

***

      Пробуждение было лучше, чем вчера, всё же в этот раз он хотя бы дошёл до кровати. Подросток потёр шею и босыми ногами поплёлся в ванную. Две зубные щётки мирно стояли в стакане, где-то в закромах шкафчика лежала и третья. Запах мятной зубной пасты приятно бодрил — от мягкого полотенца подросток блаженно жмурился.       Фирменный дядин завтрак крутился заманчивой мыслью в голове, что больше ни о чём не хотелось думать. Утро было приветливое, грустить не было времени, отражение в зеркале вроде бы приличное — Изуку мог смело заявить миру, что день начинается хорошо.       На столе его встретила вчерашняя абсолютно-не-глупая кружка, с горячим кофе, а рядом стояла тарелка яичницы. Тостер тихо жужжал, нагревая внутри ломтики хлеба до хрустящей корочки. — Как спалось? – Джек стоял рядом с тостером и нетерпеливо ждал свой хлеб. — Хорошо, – Он по привычке потёр шею, — Какие на сегодня планы?       Пылесос мирно гудел в руках Джека: Изуку тем временем разгуливал по квартире с мокрой тряпкой. Уборка — это очерёдность действий, необходимых для обеспечения чистоты в различных местах. Примерно такой ответ ждёт Изуку в интернете, на запрос: «что такое уборка?»       Для него же, уборка — некий повседневный ритуал. Когда мысли приятно затихают, когда временно пропадают все лишние переживания и тревоги. Голова будто находится высоко в необъятных облаках и даже холодная тряпка не мешает витать где-то за границей стратосферы. Солнечные зайчики скачут и прячутся по всей квартире; сначала встречаются где-то на самом видном месте, а после находятся в самом укромном уголку. Иногда они специально попадаются Изуку на глаза и ему ничего не остаётся, как поднять голову и посмотреть в окно. Только там никого нет, кроме строгих высоких зданий и жаркого лета. Скоро закончится первый семестр и начнутся летние каникулы. Изуку угрюмо ухмыльнулся — снова его ждёт одинокий август. Взгляд падает с окна на дверной проём: Джек слегка пританцовывал в тапках, время от времени подпевая строчки старой, почти забытой, песни.       Быстрые неловкие движения, крикливый ломкий голос и полное отсутствие слуха — всё это черты присущие его домашнему дяде. Но после стольких лет наблюдений, он знает, что такие моменты длятся совсем недолго. Музыка в наушниках сменяется на новую, грудь вздымается от учащённого сердцебиения, а голос пропадает за серией долгого кашля.       Комната убрана — пылесос готов к работе, и Джек идёт в соседнюю, чтобы убраться там, попутно переключая песни в телефоне. Порой он не может не удивляться дяде, как человеку с таким слабым здоровьем каждый раз находит в себе силы на лишнее движение? Изуку не дурак и видит в чужих зелёных глазах искры: Джек так хочет сиять как звезда, что не против и сгореть заживо. — Зуку, ты закончил? — Мужчина стоял на пороге, держа в руках пылесос. — Д-да, я уже всё!

***

      Он в который раз потирает переносицу, закрывая глаза до белых кружочков. Глаза по прежнему сухие: рука тянется за спасительной баночкой. Пара капель и Шота вновь может почувствовать себя живым. Где-то сбоку слышится возня Суши, мурлыкая, она тянется к герою. Айзава не в силах отказать ей, берёт кошку на руки, вздыхая: — Хорошо, я сделаю перерыв.       На кофейном столе были разбросаны тетрадки, рядом с чёрным пеналом — мерч одного конкретного радиоведущего. Красная ручка спряталась под множеством бумаг, а старый блокнот лежал рядом с поцарапанным ноутбуком. Шота встал и ушёл с кошкой на руках в другую комнату, задевая ногой жёлтый спальный мешок.       Найти информацию — было нетрудно, проблема состояла только в её размере и информативности. Альдера такая же школа как и тысячи других средних школ в Японии. В интернете нашлись пару фотографий с их официальных мероприятий. Шоте даже показалось, что на одном из фото спортивного февраля, мелькает знакомая тёмная макушка, но больше его внимание привлёк светловолосый мальчишка с горящими глазами. За последние два года Альдера хвасталась одним и тем же учеником. Переступая порог, Айзава не мог выкинуть из головы фотографии.       Новая папка на его рабочем столе «Кацуки Бакуго» пополнялась новым материалом.

***

— Прелесть денег в том, чтобы уметь их зарабатывать, — Важно шагая, сказал Джек, останавливаясь рядом с витриной очередной кофейни, — и уметь их тратить!       Когда Мидория видел кофе и пончики, его больше не мог остановить никто, особенно другой Мидория. Будь то его племянник, Хисаши или Инко. Джек всё равно дойдёт до запретного латте и парочки шоколадных пончиков. — Давай, Зуку, а то все самые вкусные пончики разберут! — Д-дядя, постойте! — Подросток крепче взял пакеты с продуктами и поспешил за мужчиной.

***

— Шота! – Звонкий голос вернул героя в реальность: он чуть не упал лицом в тарелку с едой. — Что? — Я знаю, скоро конец семестра и ты нагружен работой, но даже для тебя это слишком! — Не понимаю о чём ты, — Непривычно серьёзный блондин хмуро смотрел на него в упор, — Что ты хочешь от меня, Хизаши? — Чтобы ты хоть немного поберёг себя, — Сущий Мик недовольно вздохнул.

***

      Вид за окном очень быстро сменял друг друга — закатное небо также стремительно темнело. Мыльные силуэты людей расплывались, пропадая из поля зрения. Из-за приоткрытого окна ветер путался где-то в тёмных волосах, завивая зелёные кончики. Изуку неловко обнимает свою школьную сумку, пакет с его гакураном лежал на заднем сиденье. Он глянул на задумчивое лицо мужчины. — Устал наверное? Сегодня ты много чего сделал, — Голос старшего Мидории хриплый, что сразу бросается в глаза. — Немного, — Отвечает подросток, зевая, прикрывает ладошкой рот. — Хех, по тебе видно, — Джек привычно ухмыляется уголком рта, но его лицо в освещении ночного города, кажется нездорово-бледным. — Изуку, пожалуйста, не засыпай. Нам надо поговорить перед тем как мы приедем. — Хорошо, — Он напрягся, сонливость немного прошла. Сердце начало быстрее биться, при каждом ударе булькая куда-то в желудок, а потом снова подпрыгивая вверх к самому горлу. — Я не хочу тебя заставлять или что-то в этом роде, но я не могу и дальше молчать, и делать вид, что всё в порядке, — Изуку сильнее сжал рюкзак, — Скажи честно, почему ты не говорил об издевательствах? — Ты думал, что мы тебе не поверим? Что ты виноват? Что мы будем ругаться? Пожалуйста, Изуку, не молчи, — Стрелка на спидометре незаметно ползла до ста двадцати. Ветер больше не гладил волосы, а заставлял ими давиться. Звуки из окна больше не успокаивали; они будто резали по ушам, доводя этот пожар ощущений до тошноты, — Изуку?       Он знает, что молчит слишком долго. Ему надо ответить, но он не знает что. Он запутался. Сердце колотиться как сумасшедшее, в ушах бьётся пульс крови. Страшно-страшно-страшно.       Изуку не знает от чего хочет убежать, чего так боится, но чувствует как кто-то с обратной стороны его черепа, на подкормке сознания, выбивает большими буквами слово: «БЕГИ». — Изуку?! Он плохо слышит голос, но понимает, что его зовут. Точно. Ответ. Но он не знает, как ответить. Он не знает. — О-оста.. ост-тано... ОСТАНОВИ! — Зелёные молнии электрическим разрядом вспыхнули где-то сбоку, но подросток не видел, перед глазами всё было мыльным.       С протяжный скрипом машина остановилась, дверь хлопнула, а через мгновение мужчина открыл дверь и попытался осмотреть племянника. Но тот только выбежал как ошпаренный из машины, останавливаясь в нескольких метрах от неё. Его стошнило. Джек оказался рядом с племянником и взял его за руку, тихонько поглаживая его по спине. — Тише, всё хорошо, Изуку, я рядом. — П-прос-ти! Я-я, — Он снова склонился над землёй. — Всё хорошо, не напрягайся. Мужчине пришлось на ненадолго оставить подростка, чтобы дойти до ближайшего магазина. — Вода, апельсиновый сок, салфетки, — Подняв пакет с вышеперечисленным: Джек потрогал лоб Изуку. — Апельсиновый сок? — Подняв бровь, он покосился на коробочку сока, — Вряд ли я смогу вообще хоть что-то выпить. — Апельсиновый сок помогает после рвоты, а вода чтобы ты прочистил рот, — Проводя языком по нёбу, Изуку скривился и взял бутылку воды. Выбросив пустую коробочку из под сока, они вернулись обратно в машину. — Всё точно в порядке? Мы всегда можем придумать что-нибудь ещё. — Точно, — Машина тронулась, — на счёт вопроса... — Можешь не отвечать, я не хотел давить. — Нет, дядя, — Изуку покачал головой, — Я должен, если не скажу сейчас, то больше не смогу. Джек украдкой посмотрел на него, но перебивать не стал, только вернулся к дороге. — На самом деле, всё что ты сказал частично правда. Хотя я ещё сам до конца не понимаю, почему молчал или не просил о помощи. Я знаю, — Голос надорвался, — ч-что ты, мама и папа всегда будете на моей стороне, н-но что-то внутри меня говорит, что вы тоже отвернётесь от меня, как только узнаете. Узнаете какой я слабый, что не могу постоять за себя, какой я тупой, что не может рассказать о происходящем. Мне было так страшно: ведь вы единственное, что у меня есть... — Только, пожалуйста, не говори маме, — Взрослый посмотрел на Изуку и грустно улыбнулся. — Хорошо, я сохраню это в секрете, — Улыбка стала немного ярче, в глазах мужчины затанцевали зеленоватые молнии. — Ты сам вправе выбирать кому рассказывать свои секреты, и я рад, что ты смог поделиться ими со мной. — Я тоже, — Джек сделал вид, что не заметил, как его эмоциональный племянник стирает новые слёзы рукавом. Улыбка пропала, уступая мрачному выражению лица.

***

      Инко всегда считала себя самой обычной женщиной. У неё была собственная семья, жильё и работа. Постоянно в разъездах муж, единственный сын и младший брат. Её родители были уже в возрасте, когда она родилась. Так что никто не был удивлён, что они умерли, когда их младшему ребёнку не исполнилось и десяти.       В вечер воскресенья женщина заваривала чай на кухне: скоро должны были приехать Джек и Изуку. Со стороны коридора послышался щелчок, дверь открылась. Инко пошла встретить их, но увидев как они снимают обувь и тянуться за тапочками, не смогла сдержать улыбки. — Привет, а я только чай заварила. — Привет, мам, — Подросток приобнял женщину, — Я пока не буду, мне ещё нужно положить вещи. — А, хорошо, — Инко проводила сына взглядом, пока он не скрылся за дверью своей комнаты. — Привет, сестрёнка, — Он глупо улыбался и протягивал ей пончики. — Я не откажусь от чашечки чая. — Конечно. — А ещё нам надо поговорить, — Джек неловко потирал голову, — Это касается Изуку...

***

      Мидория-младший наконец-то оказался в своей комнате, положив форму и рюкзак на место, он радостно плюхнулся на кровать. Голоса за дверью подозрительно тихо говорили, вздохнув, Изуку мысленно пожелал дяде удачи. Он понимает, что его мама бывает чересчур заботливой и что, в такие моменты она готова может убить за него. Но дядя успокоил его, сказав, что всё же стоит иногда положится на взрослых и любые вопросы можно будет решить. Поворачиваясь лицом к потолку — Изуку не может не думать о том, что сейчас происходит за стенкой. В любой момент он готов сорваться и просить у мамы разрешение, чтобы не ходить в Альдеру: даже если это значит расплакаться от всех съедающих его чувств, толком не объяснив ничего. Да, Изуку знает, что возможно у него есть некоторые проблемы со слезами, точнее с эмоциями. Он обязательно подумает об этом, только позже, а сейчас... На телефон пришло новое сообщение. Привет, Изу! Вчера был просто сумасшедший день. Как прошёл твой день? Пожалуй, сейчас у него есть дела поважнее.