Пьянь и взросление

      Антон уже второй день подряд просыпается с очень странным ощущением где-то внутри. Вчера ему исполнилось шестнадцать лет, и, принимая подарки и выслушивая шутки на тему «в шестнадцать уже можно», он думал.       Думал о том, что уже целый год прошел с той тусы в честь дня рождения, на которой они с Арсом познакомились, где толпа таких разных ребят стала почти семьей. И где это все сейчас? Оксана понемногу пересаживается со шмали на порошки и таблетки, Серый давно тусит с другими, Паша живет тихой семейной жизнью, даже о Димке парень давно ничего не слышал. Знает лишь про Иру, которая прибежала его поздравлять с самого утра, и про Арса, который не написал ни слова.       Не хотелось вообще ничего. Нет, парню было все равно на то, что сегодня он стал на год ближе к могиле, а завтра увидит своих деградантов-одноклассников в последний раз, но какая-то мысль неуловимо гуляла в голове, и поймать ее не представлялось возможным.       День рождения Главным Тусовочным Советом в лице Шастуна и его лучшей подруги было принято не отмечать, потому что завтра выпускной и три часа слушать нудные речи учителей с похмелья казалось не лучшей идеей. Как результат — тортик с чаем, курение на подоконнике и обсуждение нарядов на завтра. Тот день, которого каждый из них ждал девять лет, подкрался неожиданно быстро.       — Я только вчера купила туфли, прикинь? Весь город объехали, еле нашли приличный вариант, — голос девушки не выдавал никакого волнения, но Антон слишком хорошо ее знал, поэтому, аккуратно приобняв ее за плечо, он наклонился и тихо прошептал: «Волнуешься?». Блондинка прижалась к другу, тихо вздохнула и кивнула.       — Это не удивительно. Каждый из нас волнуется, хоть многие и никогда в этом не признаются. Заканчивается длинный и важный жизненный этап, никто из нас не знает, что будет дальше, что будет с нами, поэтому все переживают. Но у меня есть ты, а у тебя есть я, поэтому завтра мы приедем и разъебем этот тухлый движ, окей? — вкрадчиво, стараясь говорить спокойно, произнес парень.       Ира вновь кивнула и улыбнулась. ***       На часах половина четвертого, уже не девятиклассники, а гордые выпускники постепенно собирались у кабинета классного руководителя в последний раз. Шаст и Ира старались держаться рядом друг с другом, ведь осталось только надеть ленты и начнется праздник. Как самому высокому, ему предстояло войти со своей парой в зал первому, и он, не раздумывая, позвал с собой лучшую подругу. Нет, ну а кого еще можно было бы хотя бы представить на этом месте?       — Ебать, Ира, у нас синие ленты. Я отвечаю, когда я напьюсь, я буду ходить и орать «ЦВЕТ МОЕЙ ЛЕНТЫ СИНИИЙ СТОЮ Я СИНИЙ КУРЮ ВИНСТОН СИНИИЙ», главное снимай меня, — засмеялся Антон, помогая девушке застегнуть булавку на ленте. Сегодня она была особенно красива: струящееся нежно-сиреневое платье красиво облегало фигуру, воздушные полупрозрачные рукава делали руки подруги почти кукольными, а широкий пояс отлично подчеркнул талию. Легкие небрежные локоны разметались по плечам, а глаза горели так, словно она не получает аттестат, а принимает на себя правление государством. Парень от нее не отставал: он конечно не готовился, как некоторые, с самого начала учебного года, но черный костюм и белая рубашка сидели так, будто шилась одежда специально для него.       Из спортзала, в котором и предстояло девятиклассникам попрощаться со школой, раздалась музыка. «Пора, — подумал Шаст, — начинается бал лицемеров».       Трогательные речи преподавателей, напутствия и поздравления родителей, объятия и улыбки одноклассников, которые весь год ненавидели друг друга — все закружилось, словно в карусели. Только что выпускнику пожимал руку директор, называя чуть ли не любимым учеником, а сейчас он сидит в курилке возле коттеджа, который одноклассники все-таки умудрились организовать без драк. Кто-то уже успел накидаться и сидел у входа, пытаясь понять кто он и почему здесь находится, основная масса людей была возле гриля, на котором аппетитно шкворчало мясо, некоторые разошлись по комнатам. Только Антон сидел в курилке, толком ни о чем не думая. Жаркий июньский вечер, холодное пиво в руках и свобода. Дальше будут приемные комиссии, нервы, поступление, а сегодня он обычный выпускник средней общеобразовательной школы и это грело душу намного сильнее, чем знойное солнце.       После пива парень перешел на вино, полагая, что это последний раз, когда он сможет просто напиться и ни о чем не думать, тем более, у него, вообще-то, вчера был День Рождения.       Через полчаса, вновь выдыхая дым, сидя на той же скамейке, Шаст вдруг понял. Понял, что на этом и правда заканчивается детство, насколько бы клишированной эта фраза не была. Что дальше надо поступать, переезжать, решать свои проблемы самому и расчитывать придется уже только на себя. Но это будет потом. Сейчас он мог в последний раз поговорить с теми одноклассниками, с которыми удалось сохранить неплохие отношения или хотя бы нейтралитет, пошутить насчет работы в маке, обсудить колледжи и специальности и просто попрощаться. Все-же он будет скучать, не по своему классу, но по школе. По узким коридорам и толпе младшеклассников, по булочкам в столовой и перекурам возле соседнего дома. Да, этого явно будет недоставать в уже таком близком будущем.       Ира сидела на крыльце, наплевав на платье, и листала выпускной альбом, иногда хихикая над фотографиями. Парень залюбовался своей подругой и хотел сфотографировать ее, но телефон, судя по всему, остался лежать где-то в сумке, поэтому он просто подошел и сел рядом.       — Вот и все, прикинь. Завтра мы уже и вспоминать не будем об этих девяти годах, а сейчас все такие счастливые. Я лучше запомню наш класс таким, приятней будет внукам рассказывать, — тихо засмеялась девушка, положив голову на плечо Антона.       — Да, лучше так. Но я все равно кое-что сделаю, — шатен резко встал и убежал в дом. Вернувшись через три минуты, запыхавшийся выпускник с телефоном в руках сел обратно. — Смотри, — парень зашел в популярную соцсеть и сделал то, что хотел сделать уже давно — покинул беседу класса. — Вот теперь этот вечер точно запомнится мне как отличный.       Кузнецова вновь положила голову на плечо другу и обняла его за руку. Солнце медленно скатывалось за горизонт, подсвечивая небо всеми оттенками красного, желтого и немного фиолетового. Впереди куча проблем, потраченных нервов, встреч и расставаний, а сегодня они просто слегка пьяные выпускники, в обнимку провожающие свое стремительно уходящее детство.