Антон, расскажи мне всё!

      Антон проснулся ближе к обеду. Открыв глаза он не понимал, где находится. Осмотрел всю комнату парень закрыл руками лицо. Антон мысленно въебал себе.       Не может такого быть! Я ведь уходил отсюда. Да, уходил. Как я вообще оказался здесь? А вот этого уже не помню. Что вчера вообще было?       После долгих раздумий, Шастун еле поднял свою тяжёлую голову с подушки и сел на кровать. — Почему все тело так болит? — тихо спросил у себя парень.       Парень встал на ватные ноги и подошёл к зеркалу. Антон посмотрел на себя и округлил глаза. Глаза опухшие, губа разбита, сам выглядит не пойми как. Он до этого выглядит не ухты, а сейчас тем более. — Ну и видок, Шастун, — сказал парень смотря в зеркало. Антон стянул с себя толстовку, потому что она была грязная. — Дожились, теперь я сам с собой разговариваю, — усмехнулся парень.       Антон долго осматривал свой пресс, которого практически не было. Были огромные синяки, но парень так и не смог вспомнить, что вчера произошло. Голова раскалывалась. На этом и так ужасном теле красовались шрамы, и порезы, которые вот-вот стали только затягиваться.       Антон пятнадцать минут стоял и пялился в зеркало. В комнату зашёл Арсений Сергеевич, парень его даже не услышал. Попов держал в руке стакан с водой и пачку аспирина. — Антон, — тихо позвал парня.       Шастун резко повернулся на звук и увидел учителя. Сердце билось как сумашедшее, как-будто парень пробежал марафон. Арсений мягко улыбнулся, но его взгляд перешёл на живот мальчика и улыбка сразу же испарилась. Он осматривал каждый синяк и остановился на порезах. Антон не сразу понял, что случилось, но когда до него дошло было очень поздно. Шастун все равно натянул обратно толстовку. Мужчина поднял злобный взгляд на парня и протянул воду с таблеткой.       Антон оглушил стакан за два больших глотка, что сейчас парня волновало — это его сушняк. Арсений наблюдал за парнем не таким добрым, нежным и ласковым взглядом, который всегда был готов поддержать, успокоить. А наоборот злобным и гневным, который готов был накинуться и обходить по рукам за такие действия. Антон поднял на математика взгляд и вздрогнул. Он еще никогда не видел таким Попова. Его глаза были не такими голубыми. Они потемнели. В них был шторм. — Антон, что это за порезы? — подходя к парню, спрашивал мужчина. — Арсений Се... — парень не успел договорить, как его хватают за запястья. У Антона ком в горле застрял, он не мог и слова сказать. — Откуда у тебя порезы? — почти кричал мужчина. Держа Шастуна за запястья. — Мне больно, — тихо произнёс Антон, смотря в пол. — Отпустите, пожалуйста, — громче произнес парень. Арсений слегка ослабил хватку, но не отпускал его. — Я задал вопрос! — Попов не хотел, чтобы парень причинял себе боль. Не дожидаясь ответа, стянул одним движением толстовку. Усадил парня на кровать, направляясь к выходу. — Только попробуй обратно ее надеть, — крикнул уже из ванны.       Антон ничего не понимал, сидел и смотрел в одну точку. Арсений Сергеевич только, что увидел порезы, теперь он решит, что парень суицидник. Но, а кто знает точный ответ? Правильно никто. Ведь никто не знает, что с парнем произойдёт через день, неделю, месяц, год. Этого и сам парень не знает. Может мальчик сам себя доведёт. А может ему в этом поможет отец. А может всё будет хорошо и парень закончит школу, поступит в лучший университет, наладится вся жизнь, найдёт свою первую любовь, хотя стоп. Первая любовь уже есть и она сейчас, где-то в другой комнате. А возможно это даже не любовь, а симпатия, парень в этом точно еще не разобрался. Антону не с кем сравнивать, девушек не было, а тем более парней. Даже если и любовь, то это не взаимно. Тогда у парня точно не для кого жить. А друзья что? Ну они возможно поймут. Погорюют два дня и забудут как страшный сон. А больше никто и не вспомнит о нём. Отец, а что он? Он будет только рад. Мать? Да ей плевать, может ее сын уже не живой. Бабушка? Да он с ней и не общался никогда хорошо. Кто еще? Больше у парня никого не было. Что-то говорить про Арсения Сергеевича даже нет желания, ведь тот лишь помогает парню. Хотя, зачем он помогает? Возможно, чтобы у парня был отец и он жил полноценной жизнью, а не под присмотром в детском доме. Но все равно это как-то странно. Мужчину это не должно касаться точно.       В комнату зашел обратно Арсений, но уже с жёлтой коробкой в руках. Он подошел к парню и сел на коленки перед ним. Открыв аптечку Попов достал ватку и перекись, обрабатывал рану на губе, одновременно дуя, чтобы не щипала так сильно. Антон чувствовал на себе горячие дыхание мужчину и по телу пошли мурашки. Что не мог не заметить Арсений. Закончив с губой, мужчина достал крем и бинт. — Может скажешь, зачем режешься? — не успокаивался Арсений. Парень молчал и смотрел на него. — Антон, рассказывай давай. — Я не режусь, — тихо говорил мальчик. Если подумать, то это было примерно пять дней назад. А больше возможностей не было, потому что жил у учителя. — Антон, хватит врать! — Арсений снова начал кричать. — Я не вру. Это было пять дней назад, — слишком тихо сказал парень. Антона нахлынули воспоминания. — Зачем? Вот скажи зачем? Для чего ты это делаешь? Нахера резать свое тело? — мужчина не мог себя уже сдерживать. — Мне было плохо в тот день, — Арсений поднял взгляд на парня. — Это было в тот день, когда отец взял сильно за запястья. Больше я не резался, — не известно для чего оправдывался мальчик. В голове снова вернулся тот день. — А эти? — аккуратно провел по старым порезам своей горячей рукой, размазывая крем. — Это летом было, когда родители развелись, а я уже жил с отцом. — Антон шипел, когда учитель случайно дотрагивался до новых порезов. Арсений начал дуть, аккуратно вмазывая крем в тело парня. Шаст полностью погрузился в воспоминания. В груди все сжималось. Хочется набухаться и забыть всё на свете. — Пообещай, что больше не возьмёшь лезвие в руки, — обматывая ребра парня бинтом. — Не обещаю, но постараюсь, — сказал честно Антон. — Если я увижу новые порезы, я накажу и поверь, это будет очень плохо, — Попов поднялся на ноги. Антон сглотнул, смотрел на такое серьёзное лицо перед собой. Арсений убрался после процедур и сложив все медикаменты обратно, вышел из комнаты.       Антон думал над словами мужчины. Сердце сильно билось. Еще чуть и оно точно вылетит к ебени-фени. Антон точно с ума сошёл, раз разговаривает сам собой.       Интересно, что он сделает? А хотя какая разница, он всё равно ничего не сделает. Или я его так плохо знаю? Да не может быть, хотя… какой он был сегодня, я ещё не видел. А если наказывать, то как? Просто возьмёт свой ремень и выпорет? Не очень хочется как-то, хотя кому я вру, очень хочется проверить. Или у него другие наказания? Например, заставит учить геометрию и решать алгебру. Ну тогда это уже не наказание, а мучительная смерть. А зачем гадать, этого не будет. Я не обещаю конечно себе, что не буду резаться, но мужчина не узнает все равно. Верно же? Верно все, Антон. А теперь прекрати с самим собой разговаривать. Так у тебя скоро будет уже шиза, если ее ещё нет. На что я слабо сомневаюсь. Прекращай, Шастун!       Антон так и сидел неподвижно. Попов зашел в комнату. Он держал в руках свою серую футболку, которую Арсений Сергеевич подал ему. Антон не отрывал взгляд от мужчины. Какой же Арсений Сергеевич все-таки красивый. Эти его глаза, в которых разливается океан, неаккуратно уложенная челка. Попов весь такой домашний и уютный. Так и хочется попасть в его объятия. Блять. Шастун быстро отводит взгляд в сторону. Уши покрылись краской.       Антон, а ну прекращай. Ты же не влюбился в мужчину? Конечно же нет. Стоп. Кого ты обманываешь? Ты уже таешь в его глазах. Но это ведь привязанность и никакой любви. Тебе не нравится мужчины. Ты же не гей. Мужчина просто красивый. Стоп. Почему ты стал считать мужчин красивыми? С каких времён? Ой, всё. Хватит думать уже о нём.       Арсений следил за парнем и мягко улыбался. Ему нравилась реакция парня. Антон через некоторое время все-таки поднял взгляд на Попова. Тот так и стоит с вытянутой рукой, протягивая футболку. Антон ловит на себе взгляд учителя. Вот сука. И чего вы так смотрите? Арсений Сергеевич, что вы творите со мной? Антон быстро хватает футболку из рук и натягивает на себя. На парне она весит. — Пойдем на кухню, — тишину прирывает Попов. Антон не понимал для чего. — Тебе надо поесть, — объяснил учитель.       Арсений Сергеевич первый вышел и ушел на кухню. Шастун встал и снова подошел к зеркалу. Он с отвращение смотрел на себя. На кого ты похож, Шастун? — Антон, ну ты как пугало выглядишь. Хотя… пугало и то красивее будет, — парень тяжело вздохнул.       Антон минут десять посидел в комнате, но потом пошел за учителем. Арсений уже во всю готовил обед. Антон тихо сел за стол и рассматривал спину мужчину. Какой же вы идеальный. Лицо идеальное. Тело идеальное. Да весь вы тоже идеальный. Антон это уже повторял? А даже если и так, то он будет повторять — это всегда. Потому что Арсений Сергеевич идеальный во всём.       Попов уже приготовил обед. На стол поставил две порции карбонары. Так вкусно пахнет. Антон вроде бы не хочет кушать, но это так вкусно выглядело. Да еще и пахнет съедобно. Взял вилку в руки, попробовав немного. Очень даже вкусно. Но парня стало воротить от еды. Арсений заметил, что мальчик не кушает, стал волноваться. — Антон, тебе не понравилось? — Арсений боялся, что правда не вкусно. — Или ты такое не любишь? — Извините, — виновато поднял взгляд парень. — Очень вкусно, правда. Но меня тошнит от еды. Простите, — отпустил взгляд в тарелку, но только от одного вида, начинает тошнить.       Арсений очень волновался за парня. Он встал и налил Антону чай с имбирём. Поставил кружку перед мальчиком. Антону было стыдно. Он хотел спрятаться ото всех. Ему было стыдно, что мужчина старался для него. А он даже не соизволил поесть. Ну, а разве Антон виноват, что его тошнит? Нет, конечно. — Попей хотя бы чай, — сел на своё место, сказал Попов. — От него не так будет тошнить. — Спасибо, — тихо сказал парень. — Простите еще раз, — сделал глоток чая и правда от него не тошнило. — Ты не должен извиняться. Это твой организм так действует после алкоголя, — Антон кивнул.       Шастун понимал, что это не так. Но говорить не стал. Он знал, что это из-за того, что ничего не ест долгое время. Последний раз он ел нормально, когда Попов заставил и всё. В клубе он так же не притронулся к закуске. Только употреблял алкоголь.

***

      Время было уже 19:38. Антон лежал в комнате весь день. У него не было сил, чтобы встать с кровати. Арсений несколько раз заходил к парню, спрашивая как тот себя чувствует. Несколько раз приходилось будить мальчика, чтобы поменять бинты на рёбрах и нанести свежую мазь. Антону нравилась забота, но не когда его будят. Когда он открывал глаза хотел уже материться, но видел злобный взгляд. Арсений понимал, что тот начнет материться, а это ему не нравилось.       Антон весь вечер листал ленту ВК. Написал друзьям, но те не ответили. Видимо уже спят или плохо себя чувствую. Ближе к двенадцати часам ночи парню пришло сообщение. Он удивился, когда увидел от кого оно. Открыв диалог с отцом, он быстро прошёлся глазами по сообщению. Отец: 00:14. Антош, приходи завтра домой уже. Не надо будет тебе ночевать где попало. У тебя есть свой дом, в котором тебя ждут. Буду тебя завтра ждать.       Антон округлил глаза. Всмысле ждут? Какой нахуй «Антош», его так отец никогда не называл. Что это с ним? Что случилось? Но только одно предложение не понравилось. Он не ночевал где попало, а у человека, которого возможно любит.

Антон: 00:27.

А что это так? Тебе ведь похуй было!

      Да, Антон спокойно не мог. Ему обязательно надо позлить кого-нибудь. Нет бы вернуться спокойно домой. Нет надо обязательно поругаться, чтобы тебе написали «иди нахуй». Отец: 00:28. Прости меня, Антон. Я все равно буду ждать тебя. Даже если ты не захочешь возвращаться.       Антону стало тепло на душе. Он не стал орать? Что это значит? Отец и правда ждет парня или ему не на кого орать и бить? Но Антон все равно рад, что сможет вернуться домой. Не будет больше теснить учителя и не привяжется еще сильнее. Хотя куда еще сильнее.

Антон: 00:38.

Я подумаю.

      Шастун убрал телефон. Улёгся поудобнее на мягкой кровати. Но долго не мог уснуть. Парень все думал о словах отца. Ближе к трем часам ночи всё-таки уснул.

***

      В воскресенье парень проснулся слишком рано. Всю ночь ему снились странные сны, но он не может утром вспомнить их. Сегодня парень чувствует себя намного лучше. Голова уже не болит, но тошнота есть. Антон встаёт с кровати и направляется в ванную. Он принял быстро душ, переоделся в свою чистую одежду, которая была сложенная аккуратно на стиральной машинке. Видимо Арсений Сергеевич вчера постирал его вещи. Она так пахла свежестью и порошком.       Антон вышел с ванны и направился на кухню. Там Арсений уже вовсю готовил завтрак. Парень заметил в сковороде омлет, его сразу стало выворачивать наружу. Антон сел за стол. Попов поставил перед ним завтрак и чай с имбирём. — Я не буду омлет, — честно сказал парень. Арсений непонимающе посмотрел на Антона. — Меня так и тошнит от еды. Даже от его вида, не говоря уже о запахе. — выдохнул парень. — Антон, очень плохо. Тебе надо немного попробовать поесть, — Арсений не хотел настаивать, но парню и правда надо было поесть. — Я не могу, — виновато сказал Антон.       Арсений не стал давить на парня, но начал переживать только сильнее. Мужчина заметил, что Антон сегодня очень задумчивый. За завтраком парень смотрел в окно. Арсений наблюдал за ним, в глазах он видел какое-то волнение. Но не стал допрашивать, если парень захочет сам расскажет. Возможно, это и не касается математика. Но было безумно интересно.       Антон перевел взгляд на учителя и сразу же покраснели скулы. И чего он так смотри? Парень и сам знает, что выглядит не ухты. Или может он в нем призрака увидел? От которого хочется сбежать или даже выгнать. Или вообще смотрит сквозь него? Что мало вероятно. Слишком он в него в упор смотрит. Глаза такие чистые, яркие. Одним словом океан, на котором спокойствие, но какое-то волнение. Антон погрузился полностью в эти глазки. Парень старался прочитать в них хоть что-нибудь, что выделяло волнение. Или Антону все-таки показалось? Нет, ему точно не показалось. — Арсений Сергеевич, — тихо сказал Антон. Попов кивнул, что слушает его. — Я сегодня домой пойду. — Антон, а папа... — Арсений не успел договориться, как его перебивают. — Он мне вчера написал, что ждёт меня дома, — мужчина изогнул бровь. Антон полез в карман джинс и включил переписку с отцом. — Вот, — перевернул телефон к учителю. И для чего ты доказываешь? Антон фыркнул. — Антон, я верю тебе, — учитель даже не посмотрел в телефон. — Я тебя довезу, — Арсений встал и ушел в свою комнату.       Антон так и сидел с телефоном в руках. Ну, а теперь самое главное. Для чего это ты доказываешь ему? Будто он тебя будет останавливать. Ему только лучше. Больше не будешь тревожить его.       Возможно, папа и правда любит Антона. Может скучает по нему. Но почему он только сейчас так себя начал вести. Раньше ему точно похуй было. Что изменилось сейчас? Арсений Сергеевич с ним говорил? Нет, этого не может быть. Только если поскорее избавиться от этого парнишки. Но мог ведь и на прямую сказать. А может это вообще Павел Алексеевич? А зачем ему это? Помочь другу избавиться от него? Чтобы тот не возился не пойми с кем и проводил время с другом.       Арсений зашел обратно через двадцать минут. Он был полностью готов. В своих черных, обтягивающих джинсах и в черной футболке. Попову так шли черные вещи, особенно эти джинсы. От которых Антон сходил с ума. Эти накаченные ноги, которые так хорошо выделялись. Чёлка аккуратно была уложена на бок. Ух, слишком вы красивый Арсений Сергеевич. Парня вы скоро до инфаркта доведете. — Пойдем, — тихо сказал мужчина. Антон кивнул. Арсений ушел в коридор.       Антон встал и следом поплелся за учителем. В коридоре он уже увидела, как математик крутится около зеркала. Боже. Арсений Сергеевич, вы так сильно себя любите? Хотя как такого мужчину можно не любить? Антон замер на месте и смотрел в отражение зеркала. Арсений улыбнулся уголком губ. Шастун дёрнулся, быстро обулся и накинул куртку. Стоял ждал, пока учитель накрасуется собой и они уже выйдут.       Арсений надел свое пальто. Вышли они с парнем очень быстро на улицу. Антон сел на переднее сиденье и сразу повернулся к окну. Красивое да, Шастун? Ну уж нет, слева от тебя сидит человек, который намного красивее. Антон усмехнулся своим мыслям.       До дома Шастуна они ехали молча. Парень не мог и слова сказать, а Попов видимо любит тишину. У него никогда в машине не играла музыка, он никогда не разговаривал. Там стояла настоящая тишина, которая давила на Антона. Шастун не мог спокойно ехать. Он волновался непойми как. А почему волновался, сам не понял. Толи из-за того, что едет домой. Либо из-за того, что едет с Арсением в полной тишине. А тот изредка поглядывал на парня. Каждый раз улыбаясь. Антон решил зайти ВК, как-нибудь отвлечься надо. Зайдя в сеть, он увидел одно сообщение. Это было из беседы. Антон зашел в эту беседу.

Беседа «МаРиХуАнА»

Антон Шастун: 23:43.

Как вы себя чувствуете?

Я вот себя хуёво.

Дима Позов: 15:04. Антох, вчера было хуёво, сегодня уже лучше. Дома кстати как у тебя?       Хммм, очень интересно. Дома наверное все хорошо. Вот сейчас едет туда. Был вчера у Арсения. Но этого же лучше не знать.

Антон Шастун: 15:49.

Все хорошо. Серёга как? А то он не пишет ничего.

Дима Позов: 15:50. У него все очень плохо. Вчера он почти умирал, сегодня намного лучше.       Всмысле? Они вместе? А ну да точно. Они же собирались ночевать у Димы.

Антон Шастун: 15:54.

Ну пускай поправляется.

      Антон убрал телефон в карман джинс. Опять перевёл взгляд в окно.       К дому парня они приехали примерно через полчаса. Антон не спешил выходить. Сердце выскакивало. Он не знает чего ему ждать дома. Что задумал отец. Антон крутил кольца на своих изящных пальцах. Вот что нравилось парню в себе — это только его тонкие и такие изящные пальцы. Арсений заметил это волнение, положил руку на плечо парня. Юноша резко дёрнулся. Посмотрел на учителя. — Антон, не волнуйся, — убрал руку с плеча. — Всё будет хорошо. Если что-то случится ты всегда можешь написать или прийти ко мне. Понял? — Антон кивнул. Отстегнул ремень безопасности, открыл дверь и быстро выскочил на улицу. — Спасибо большое, — напоследок сказал Антон, закрыл дверь и убежал в подъезд.       Шастун поднялся на свой этаж. Смотрел на дверь, боялся открыть или хотя бы постучаться. Антон решил, что лучше будет если он постучится. Парень позвонил в дверь. За ней сперва было тихо. Антон полез уже за ключами, но резко услышал шаги за дверью. Открывают очень быстро. Антон увидел перед собой отца, который выглядел взволнованно. Под глазами огромные синяки. Неужели что-то серьёзное. — Проходи, — хриплым голосом сказал мужчина и отошёл назад.       Антон медленно зашел, закрыл за собой дверь. Отец аккуратно хватает Шастуна и прижимает к себе с объятиями. Парень был в полнейшим ахуе. Но через минуту он в ответ приобнял отца. — Что случилось? — отстранился парень. Антон разулся, снял куртку и повесил на вешалку. — Прости меня, Антош. Я был не прав, — не собираясь отвечать на вопрос.       Антон смотрел на отца непонимающе, но потом кивнул. Отправился парень в свою комнату. Закрыл дверь и улёгся на кровать. Всмысле блять Антош? Что происходит? Кто на это подействовал? Арсений Сергеевич? А вот теперь на полном серьёзе. Это сто процентов он. Больше некому. Антон взял телефон и решил написать мужчине. Раньше он бы это не сделал, но сейчас парень не контролирует себя.

Антон Шастун: 19:04.

Арсений Сергеевич..

      У Антона, что-то сразу пропало желание писать. Как-то быстро учитель зашел в сеть. Арсений Попов: 19:05. Что случилось? Антон, не молчи пожалуйста. Мне приехать за тобой?       Шастун не знал что писать. Сейчас даже и не кажется, что это он разговаривал с отцом. Слишком уж мужчина волнуется.

Антон Шастун: 19:15.

Это вы с моим отцом разговаривали?

Арсений Попов: 19:17. Я не понимаю о чем ты.

Антон Шастун: 19:18.

Не прикидываетесь дураком.

Если вы хотели от меня избавиться, сказали на прямую бы. Не надо было разговаривать с моим отцом, чтобы тот позвал домой.

      И откуда у тебя столько смелости Шастун? Минуту назад думал, что это не он. А сейчас что? Арсений Попов: 19:20. Антон, для чего мне это делать?       Серьёзно для чего же? Наверное, чтобы избавиться от такого парня. И почему это вы так спокойно отвечаете? Арсений Попов: 19:23. Я не разговаривал ни с кем. Мне вообще не хотелось тебя отпускать, понимаешь?       Конечно парень понимает. Хотя стоп. Нихуя он не понимает. Что это значило? Арсений Сергеевич не хотел, чтобы Антон уходил? Арсений Попов: 19:25. Я не хотел, чтобы ты уезжал. Но понимаю, что не имею право тебя заставлять силой быть у меня. Насчёт твоего отца, я ничего не знаю. Возможно, он и правда осознал всё.       Антон ударил себя по лбу. Ну вот как можно так сразу наезжать на человека? Как Попов ещё так спокойно отвечает?

Антон Шастун: 19:36.

Извините меня. Просто отец странно себя вёл и я подумал, что…

Хотя ладно ничего, извините.

      Антон убрал телефон. Боже, как же обложался перед учителем. Молодец, Шастун. Наехал на учителя, который тебя поддерживал и помогал. Интересно, а что значит не хотел отпускать? Скорее всего это специально было сказано.       Весь вечер Антон думал о словах Попова. Открыв окно, парень сел на подоконник и закурил сигарету. На улице так красиво. Тишина, людей практически нет. Светят лишь одинокие фонари. На небе не было ни одной звёздочки. Антон потушил окурок и выкинул через форточку. Продолжал думать о словах Попова. Пора бы перестать думать об этом, но парень не мог забыть. Как бы не старался. Но Антон даже не старался.       Раздумия парня прервал стук в его комнату и зашел отец. Антон слез с подоконника и закрыл окно. — Антон, мне завтра надо будет уехать, — парень посмотрел на отца вопросительным взглядом. — Я поеду в Москву по работе. Ты уже взрослый и справишься сам. — На сколько? — вот кажется и складывается все. — На месяц, — на выходе из комнаты ответил отец.       Шастун закрыл дверь и сел на кровать. А вот всё и сложилось. Конечно, если бы отец не уезжал, парня так и не позвал бы. Ну так даже и лучше. Пускай едет куда хочет. Может не приезжать. Но не полюбил же он его за день, так еще тогда, когда собирается уезжать.       Антон улёгся на кровать. Почему то в этой квартире не было так уютно. Интересно почему? В голову к Антону сразу полез образ Арсения. Так, стоп. Причем здесь Попов? Да притом, что с ним уютно, приятно и хочется находиться. Антон ставит будильник и ложится спать. Уснул он с мыслями об учителе.