Перемены грядут

      Движения рук отточены и осторожны — невероятно мягкие и нежные в своих прикосновениях. — Готово, — легкий привычный холод, крепко смешанный с терпким безразличием, разливается по телу волной, и Розария отодвигается чуть в сторону, критично осматривая творение своих рук, — Выглядишь хорошо, — комплемент слетает с ее губ и звучит совсем непривычно, будто сказал это совсем чужой и незнакомый ранее человек.       Кэйа хотел было коснуться нанесённого макияжа, да получил характерный хлопок по руке. — Не трогай, — приказала ему Розария, и протянула маленькое карманное зеркальце, — Смотри.       Альберих принял его — взял в чуть подрагивающие не то от смеха, не то он волнения руки. Как оказалось, помада цвета светляшек и правда приятно играла на его губах в отражении. — Напомни, — медленно выговорил он, и переместил взгляд со своих губ на чужое лицо, — Зачем мы это сделали?       Короткая улыбка расцвела на ее лице. — Ты, кажется, хотел кого-то поцеловать. — Вот же чертовка, — почти грустно усмехнулся Кэйа, да наигранность была слишком ощутимой, — Все ты помнишь. — Давай, иди, — Розария чуть подтолкнула его в спину рукой, и закинула ногу на ногу. — Сяо? — обратился он к пустоте, — Вот видишь — это дурацкая..       Альберих не успел договорить, как названный по имени адепт появился в чужом доме, и Сяо склонил голову вбок. — Что у тебя на губах? — существо по-теплому прищурило яркие глаза, будто в них светило само солнце. — Не буду мешать, — знакомая усмешка утонула в стуках обуви об пол.       И первый же поцелуй пришёлся в горячую щеку — мраморно белоснежную и гладкую. Зверь издал звук, напоминающий короткое урчание, совсем кошачье, и Кэйа стал расцеловать чужое лицо с новой силой — скользить прохладными губами поверх чужих мягких щёк, лба и вокруг метки на нем, по подбородку и даже носу; и тихое урчание перешло в довольный смех — совсем редкий и тихий. — Котёнок, — чуть ли сам не заурчал Кэйа. — Я не животное, — профырчал Сяо с еле заметной улыбкой, уворачиваясь от короткий поцелуев, осыпавших его лицо мелким снегопадом. — Да? — протянул Кэйа, и, наткнувшись на чужой скептический взгляд, продолжил, — Хорошо, ты в сотни раз лучше.       И легкий укус возник на его щеке сам собой вместо ответа.