И по хлебным крошкам мы придем домой

Это было феерически. У Грега дрожали ноги, пока Джерард ковырялся пальцами в его заднице. Да какие ноги — он весь дрожал. Смазки при этом у них не было никакой. «Ну, мы с Огги уже привычны», — оправдывался Джерард, а Грегу, конечно, в виду того, что он рассчитывал на трах в доме на Тайне, а не на вот это вот, захватить вазелин и в голову не пришло. В аптечке Range Rover нашлось только обеззараживающее. Поэтому Джерард решал дело плевками. Грег для себя просто решил игнорировать ощущения неудобства — возбуждение перекрывало их. Его заводило и то, что он делал это на улице, и теоретически их могли увидеть, и это было нарушение закона, которое грозило понятно чем, и то, что Джерард был не только новый человек, но у секса с ним не было оправданий: с Майкрофтом Грег уже был влюблен, даже если и не осознавал этого, с Огги он хотя бы мог соврать себе, что сделал это от стресса и в попытках успокоиться, почувствовать силу, которая защитит его. А Джерард был чистым желанием ради удовольствия, удовлетворения и любопытства. И еще он был ключом к сексу втроем, и Грег чувствовал в этом неизмеримо большую порочность, чем во всем, что он делал до сих пор. И когда он, не поворачиваясь, торопливо стаскивал с себя брюки, чтобы запулить ими куда-то в салон, он уже знал, как упоительно это будет. И Джерард не подвел. И хотя, по ощущениям, он проигрывал Огги в опыте, но тоже прекрасно знал, где простата, и Грег поймал себя на том, что стонет в голос, сильно позже, чем начал стонать. Поймал и заткнулся, потому что страх все равно оставался, конечно. — Не бойся. Со мной тебе ничего не угрожает, — тихо сказал у самого его уха Джерард. И за счет чего, интересно, он будет выкручиваться, если сюда нагрянут патрульные, подумал Грег. За счет того, что в очередной раз даст себя изнасиловать? Он слышал о таком в Ярде: были полицейские, которые отпускали геев, заставляя отсосать им. А были и те, которые только обещали отпустить… Кто это был, при этом никто точно не знал. А может, и знал, да помалкивал. Грег чуть не погрузился в очередные размышления о тяжестях жизни, когда Джерард всунул третий палец, и стало очевидно не до этого. Джерард был как-то ну очень… груб? Нет, это слово не подходило. Настойчив? Тоже не то. «Действовал слишком интенсивно», — определил для себя Грег. Очередное такое «слишком интенсивное» действие вырвало из него вскрик почти животный. «Да я и есть животное, — подумал он, захлебнувшись последующим стоном. — Как же хорошо порой побыть животным». — По…дожди... нем…но…го. Не мо…гу, — едва членораздельно произнес Грег, ложась телом на капот. Ветер холодил раскрытую жопу. — Пиздец. Я сейчас умру, и тебе придется как-то объяснять мой труп, — простонал Грег, потираясь щекой о прохладный металл. — Ну, умереть ты сейчас не умрешь, а выебан однозначно будешь, — с энтузиазмом отвечал Джерард. Он провел членом по ягодицам Грега. Туда-сюда около самого главного места. — Да входи уже, — проворчал Грег. — Точно? — Ну сколько же ждать? Он напрягся, когда член Джерарда уперся ему в анус. Потом вспомнил, что надо наоборот. — О-о-о, блядь! Как-то он не ожидал, что распирающее ощущение в этот раз будет таким дискомфортным, хотя чувствовал, что член Джерарда вошел на самую малость. — Больно? Джерард, конечно, член сразу вытащил. — Ну, есть немного, — Грег чувствовал себя расстроенным: начали же так хорошо, а теперь и возбуждение спало. — Может, это моя недоработка? — виновато пробормотал Джерард. Он снова поплевал на пальцы. — Как сейчас? — Сейчас-то хорошо, — вздохнул Грег, отдаваясь ощущению удовольствия и нарастающего возбуждения. — Тогда давай я… — Нет. Пробуй. Подожди, — осенило его. — Он какого размера? Больше Огги? Рациональнее всего было, конечно, взять фонарик с сиденья и посмотреть, но Грегу не хотелось портить момент. Было в этом что-то особенное — не видеть. — Ну-у… Чуть больше, — замялся Джерард. — Что-о-о?!! Да вы все сговорились, что ли?! — Ну, самую малость, — сказал тот. Голос Джерарда все еще звучал виновато, но Грега знание, что дело не в нем, а в размерах, скорее успокоило. — Точно-точно малость? – улыбнулся он. — Да сам уже посмотри, — устало ответил Джерард. — Не-а, — отказался Грег. — Не дождешься. «Я, конечно, идиот. Ну и мазохист тоже», — подумал он. А вслух сказал: — Пробуй уже давай. Он снова почувствовал головку понятно где. Но Джерард все еще медлил. — У Огги получается, — заметил он неожиданно. — У Огги, — пробормотал Грег, осознавая тот факт, что Огги позволяет себе вставлять. Он представил, как смотрит на Огги с членом Джерарда. Боже! Эта картина так захватила его, что он не сразу осознал, что Джерард уже входит в него. Ох. В этот раз, однако, все прошло легче. Вначале Джерард берег его и толкался осторожно и медленно. Ворчание Грега, однако, подвигло его к большей активности, и в конце концов Грег был награжден серией быстрых толчков, каждый из которых задевал простату. Он лег грудью на капот, кайфуя от ощущения чужого члена в себе и чужих рук на своих бедрах. «Кажется, я теперь шлюха. А, какая разница!» Внезапно Джерард как-то странно задрожал, слишком сильно стиснул его, а затем убрал руки и вытащил член. Грег ждал, что тот вставит опять, но этого не происходило. — Ты кончил? — с ужасом понял Грег. — Я долго терпел, — признался Джерард. Тут только до Грега дошло, что у того, должно быть, стояло до звона яиц еще с момента встречи. Грег вздохнул. Кажется, ему сильно не хватило. — Ну а я то? Ты мне поможешь или нет? — напомнил он. — А, да. Подожди. Я, кажется, еще хочу. — Еще? — изумился Грег. В его представлении это не могло случиться так быстро. — Ну, я могу сам, — сказал Джерард довольно уныло. — Нет уж. Ты мне должен за то, что… Он заткнулся, потому что Джерард снова вошел в него. На этот раз он продержался на пару минут дольше, и только. — Да блядь! — выругался Грег, осознав, что Джерард кончает во второй раз. — Сейчас, сейчас, — пообещал тот. Грег ожидал почувствовать руку на своем члене, но Джерард вошел в него, хотя не прошло и минуты. «Да он секс-машина какая-то!» — Грег охнул, когда Джерард толкнулся особенно глубоко и сильно. — Ты всегда так? — пробормотал он. — Ну-у… Я очень тебя хотел, — неопределенно сказал Джерард и наподдал еще. Отпустило его после четвертого раза. И Грег понял, что это сейчас случится, когда Джерард положил руку на его член. После они мылись у колонки. Фонарь торчал между досками на скамье рядом с ней и освещал «всю картину». Джерард на самом деле соврал, потому что явно было не «самую малость», но когда Грег подумал об этом, он снова представил этот член в Огги, и у него начало вставать, несмотря на то, что еще пару минут назад он думал: «Больше никогда!» — а в этот момент обтирал задницу носовым платком, смоченным в очень холодной воде. Джерард заметил его проблему сразу же, отобрал платок, повесил на колонку и, целуя Грега и вылизывая ему рот, отдрочил ему быстрыми точными движениями. — Бля, — сказал Грег, уткнувшись головой в его плечо. Ноги у него были ватные еще после первого раза, и в голове стоял легкий туман. Задница огрызалась, но как-то вяло. Джерард поцеловал его в макушку и, сняв платок, принялся мыть и вытирать Грега сам, что было, конечно, одновременно и неприятно, и очень приятно. Потом Джерард принес из машины полотенце. — Ты что, так и планировал с самого начала?! — воскликнул Грег. — Ну, после одного случая я его всегда вожу с собой. И смену белья, — немного смутился тот и принялся вытирать и растирать его, заставляя Грега балдеть от ощущения заботы. — При этом смазку ты почему-то с собой не возишь… — Смазка, когда ты делаешь это годами с еженедельной регулярностью, уже не требуется. — Так вы с Огги что?!. — Десять лет, — подтвердил Джерард. Грегу снова стало ужасно неловко. — Извини, — сказал он. — Я бы не полез, если б знал. — Что это серьезно? — Ну, вроде того. — Я сам не очень знал, — вздохнул Джерард. — То есть вы трахаетесь десять лет и никогда не говорили об этом?! — дошло до Грега. — И никогда не говорили об этом, — подтвердил тот. — Ну мать, — Грег добрел до машины и принялся напяливать штаны. Он бросил взгляд на часы и вдруг понял, что весь перепихон не занял и часа. М-да. — То есть ты видишься с ним сколько раз в неделю, проводишь с ним выходные, и вы никогда не говорили о том, что чувствуете друг к другу? — уточнил Грег. — Великолепно. — Я боялся выяснять, — признался Джерард. — А теперь выяснил? — Ну-у… После того как у меня сорвало резьбу и я наорал на него, а он сказал, что виноват передо мной, наверное, можно считать наши отношения выясненными. Замерз? — Пока не понимаю, — хмыкнул Грег. — Было слишком горячо. Джерард покопался в машине и извлек из ее недр термос: — Хочешь кофе? — Не откажусь. Так значит, он понятия не имеет о твоем великолепном плане трахать меня вдвоем? — Ну почему же. А можем мы поговорить о чем-нибудь кроме траха? — Джерард поморщился. — Я бы не хотел, чтобы у меня встало опять. — То есть меня вот это вот ждет «на рыбалке» в следующий раз? У тебя будет вставать по десять раз подряд, плюс еще и Огги… И что ты тогда имел в виду под тем, что ты уже не мальчик?! — Ну, чтоб четыре раза подряд, у меня так редко встает. Да и не настолько сразу. Обычно два-три. «И это Майкрофт меня называл озабоченным». — Мне считать себя польщенным? — Не знаю. Пойдем на скамью? — Трахаться? — ужаснулся Грег. — Кофе пить, — рассмеялся Джерард. Он протянул Грегу кружку и наполнил ее дымящейся жидкостью. Грег с наслаждением сделал пару глотков еще по дороге до скамьи. — Боюсь спрашивать, сколько было, когда ты «был мальчик», — сказал он, устраиваясь так, чтобы касаться плеча Джерарда. Он сам не знал, почему ему захотелось это сделать. Но Джерард не только не отодвинулся, но вдруг, поставив термос, порывисто притиснул его к себе: хорошо, что Грег успел отпить, а то наверняка бы кофе попал ему на брюки. Грег чувствовал себя ужасно неловко, но быстро сообразил, что здесь как раз и начиналась та линия, за которой находилось предательство Майкрофта. «Дорогой, тебе придется уйти», — подумал он с печалью, которая рвала ему сердце, слегка отстранил Джерарда, чтобы поставить кружку на камни, и обнял его в ответ.