И по хлебным крошкам мы придем домой

Утро выдалось чудесно-солнечным, термометр показывал 58* градусов, а днем обещали 63*. Грег выспался и чувствовал себя замечательно. Рован в пледе сидел у бассейна и помахал ему рукой. Шинейд готовила завтрак себе и заодно сделала замечательную яичницу с беконом и Грегу. - Вы все меня разбалуете, - довольно жуя, сказал Грег. - О, мисс Люси, к сожалению, завтра утром уезжает. Так что Дерис будет поскучнее. Но ведь осталось всего две недели. Даже если Рован будет настаивать на том, чтобы ехать в школу, он все равно поедет в нее из Лондона. А вы, конечно, не станете разлучать детей в такой момент. На такси до Морпета, точнее до соседней с ним деревни, где жила миссис Форгайт, мать Хелен, Грег добирался расстроенный. Даже если он мог неплохо жить один, стоило признать, что дети были его статус кво. Конечно, рано или поздно он вернется в Лондон… Наверное. И он сможет провести больше времени «на рыбалке» до отъезда. Но эти соображения не могли поднять его настроения. Для существенного поднятия настроения сейчас ему нужны были две вещи – чтобы с ним остались дети и к нему вернулся Майкрофт. Перед самым въездом в деревню Грегу наконец удалось убедить себя в бесплодности подобных мечтаний, и он переключился на текущий день. Миссис Форгайт жила в половине дома на крохотной площади, окруженной однотипными двухэтажными домиками из белого и коричневого кирпича. Здесь было так узко, что машине приходилось выезжать задом. Когда Грег вышел из такси, Хелен уже стояла перед домом в шелковом синем плаще поверх голубой блузки с воротником в красную и синюю клетку, как обычно сияла золотом волос и казалась еще красивее, чем всегда. - Привет. Чего мы ждем? – спросил Грег. - Ждем, когда Собака Баскервилей выкатит Иди, - уголками губ улыбнулась Хелен и чмокнула его в щеку. Дверь за ее спиной распахнулась и миссис Форгайт, кажется, еще более злая, чем в прошлый раз – отчего ее лицо напоминало обезьянье – перетащила коляску с Иди через порог и яростно покатила ее вперед. Причем, Грег мог поклясться, что, дойдя до Хелен, она специально повернула так, чтобы проехать коляской дочери по ногам. Хелен, видимо, привыкшая к таким трюкам, вовремя увернулась. - Иди, это Грегори, мой друг и начальник, он поедет гулять с нами, - сказала Хелен. – Грег, пожми ей руку, - шепнула она. Грег пожал правую руку Иди, которая, казалось, единственная оставалась не зажатой в ее худеньком перекрюченном теле. Иди отозвалась на пожатие, на секунду удержав его пальцы в своих, довольно сильных, и радостно закивала головой. Грега поразила красота ее лица. Волосы, в отличие от прямых светлых волос матери, у нее были темные и вьющиеся, и больше напоминали бабушкины. Обрамленное этими самыми волосами, овальное лицо с большими оливковыми глазами словно сошло с медальона 19 века. И выражение его, вопреки представлениям Грега, было вполне осмысленным. Впрочем, Элен же говорила, что у Иди интеллект девятилетнего ребенка. А это означает, что она понимает даже куда больше, чем Дюран. Долго рассматривать Иди Грегу, однако, не дали. Миссис Форгайт пребольно ткнула его под ребра со словами: - Поехали уже. Мест для парковки на площади совсем не было, так что им предстояло пройти двенадцать домов. Грег и Хелен проделали это расстояние на некоторой дистанции от миссис Форгайт. - Она поедет с нами? – понизив голос, спросил Грег. - Нет, славу богу, нет, - отвечала Хелен. – Она на самом деле рада, что я ее увожу. Это для нее единственная возможность заняться своими делами. На радость выражение на лице миссис Форгайт никак не было похоже. Когда Грег заносил Иди в машину (весила она, по его прикидкам, килограммов сорок пять) и усаживал на сиденье, миссис Форгайт складывала коляску, чтобы уложить ее в багажник, и сделала это так «ловко», что огрела Хелен по спине. - Вот стерва! - сказала Хелен, когда они тронулись. - Болит? – спросил Грег. - Ну, ощутимо. Она раньше спортом занималась, знает, куда бить. - Чем ты ее разозлила на этот раз? Грег зажмурился, так как в этот момент Иди, которая до этого сидела смирно, потянула руки к его лицу. - Не бойся, она тебя обтрогает и отстанет. Это раньше у нас было весело, когда у нее было много сексуальных желаний, сейчас нет. Иди словно в подтверждение слов Хелен издала насмешливо-восторженное: - Эхем. - Да, золотко, это был трудный период для нас, - ласково сказала Хелен. – Ты понимаешь, что мы делаем сейчас? Мы едем на ярмарку и гуляем среди людей. - Эхем, эхем, эхем, - радостно подтвердила Иди. - Хорошо, солнышко. И пьем чай с пирожными, да? - Эхем, эхем. И Иди снова вернулась к ощупыванию Грега. Впрочем, до нижних частей тела не дошло. Закончив осмотр, она выдала очередное «Эхем», на этот раз будто бы для себя, но явно удовлетворенное. - Она умеет говорить, Грегори, - сказала Хелен с ноткой печали, - но большую часть времени ей трудно. - Эхем, эхем. Иди отвернулась и стала смотреть в окно. Грег заметил, что ее руки немного расслабились. Левая, с его стороны, была все еще прижата к телу, но правую Иди высвободила и стала водить ей по стеклу машины. - Эхем, эхем, Гееге, эхем, - вдруг быстро и чуть тревожно заговорила она. Они как раз въехали в центр Морпета. - Это она хочет, чтобы ты направо смотрел, - улыбнулась Хелен. - Там ее любимая церковь сейчас будет. Я специально мимо везу. - Да-а-а-а! - вдруг совершенно отчетливо восторженно выдохнула Иди. - Ну вот! – подтвердила Хелен. – Она мне и самой нравится. Не с той стороны, где вся черная, конечно. Хелен выехала на мост, за мостом развернулась и проехала снова до церкви. И так четыре раза. - Надо именно четыре, - пояснила она. - Да-а-а, - восторженно подтвердила Иди. – Четыре. Настроение у Грега почему-то повысилось. До ярмарки Иди еще несколько раз привлекала его внимание, на этот раз выговаривая имя полностью. На ярмарке – сердито запротестовала и даже начала отбиваться, когда Грег попытался вытащить ее из машины: - Сама! Сама! И вылезла – легко, грациозно спрыгнула на землю, словно золушка приехала танцевать на бал. И пошла к людям, чуть качаясь и размахивая руками, по всей видимости, пытаясь балансировать. - Донесешь ее, если что? – спросила Хелен с легкой тревогой. - Конечно. Это хороший день или плохой? - Пока что очень хороший. Ты ей сильно нравишься. - Вот как? - Но не обижайся, если она вдруг будет тебя гнать. Она любит, чтобы некоторые вещи мы делали вдвоем. - Я что, маленький ребенок, что ли, чтобы обижаться? – возмутился Грег. - Нет, ты явно не маленький. Он смутился. В долгом взгляде Хелен, направленном на него, было что-то среднее между любопытством и удовольствием. - Пойдем, - она словно оборвала сама себя. – А то Иди сейчас грохнется где-нибудь: тогда будет уже не так хорошо. Но Иди упорно не грохалась. Шаталась, хваталась за попадающиеся поверхности в виде столов и штанг палаток, иногда за людей, которых она, кажется, тоже считала неживыми предметами, но упорно шла вперед. И не оборачивалась, словно чувствовала, что мама рядом. А еще она, кажется, поставила своей целью обойти всю ярмарку. По счастью, палаток здесь было немного, куда меньше, чем в Кислингтоне. Рыцарей, правда, тут тоже не было. Как и поля для бега в мешках. Зато была деревенская развлекуха по бросанию репы в чучело. - От этого ее лучше сразу уводить, - сказала Хелен, когда Иди свернула в ту сторону. – Ей обязательно захочется побросать репу. Но она может счесть чучело живым. Или кого-то рядом неживым. Вот это точно никогда не угадаешь. - А какие способы ее увести? - Проще всего разное сладкое. Она очень любит пить чай в таких местах. Если она устанет, то потом можно будет рулить коляской в нужном направлении. Но сейчас она не голодна, и сладкое ее раньше чем через час не заинтересует. Вот что. Ты пока погуляй отдельно от нас. Ей сейчас важно и тебе показать, что она может сама. Если она забудет о твоем присутствии, возможно, мне удастся ее увести к шатру с фокусником. Там она может долго стоять. Приходи туда уже. Грегу ничего не осталось делать, как отправиться в самостоятельное плавание. Поскольку треть палаток они уже прошли вслед за Иди, в остальных двух третьих на поверхностный взгляд ничего интересным ему не показалось, а к фокуснику пока что было нельзя, Грег решил отправиться туда, где точно не было Иди – покидать репу. Он уже вставал в очередь в четвертый раз, жалея, что из-за того, что он не знал, как все обернется с Иди, решил не брать сюда Дюран (с другой стороны, Рован мог бы уже начать ревновать, что все активности проходят без него, да и в конце концов они не должны были пробыть здесь дольше пары часов), когда внезапно увидел проходящих между палатками в центре ярмарки Касси и Элейн. Касси была в модных брючках, свитере и шляпке, похожей на кепку. Элейн, в отличие от нее, выглядела очень скромно. В костюме и шале поверх него она походила скорее на школьную учительницу, чем на дочь аристократа. Когда Грег дошел до них, они уже встали в очередь за чаем. - А вы что тут делаете? – спросил он. - Это я попросила выгулять меня, инспектор, - мелодичным голосом отвечала Элейн, которая, кажется, вообще заговорила с ним впервые. «А Майкрофт?» - чуть не воскликнул было Грег, но вовремя удержался от вопроса. Впрочем, Элейн сама заговорила о нем. - У Майкрофта, как всегда, дела с отцом, - сказала она без всякого недовольства. Элейн была очень бледной. Грег не удивился бы, если бы выяснилось, что ее только что тошнило. - У меня еще больший вопрос, что тут делаешь ты! – фыркнула Касси. Грег объяснил, что помогает коллеге с больной дочерью. Он был благодарен, что Касси ни слова не сказала о том, что он мог бы взять с собой Дюран. И что не стала спрашивать, кто эта коллега. - Кас, это же Винки Дертл! – вдруг сказала Элейн, посмотрев куда-то поверх его плеча. – Я схожу туда. Она ушла, оставив их с Касси вдвоем. - Это фокусник, - пояснила Касси. – Он сын арендаторов Кромптона, приходил иногда играть, когда мы были маленькими. Но мы его не видели лет десять, наверное. Они купили чаю и клубничных коржиков (все остальное выглядело таким сладким, что у Грега заранее свело зубы) и отошли к только что освободившемуся столику. - Мисс Джентли сказала, что Элейн в детстве была тем еще сорванцом… - вспомнил Грег. - Сорванец – это еще мягко сказано, - фыркнула Касси, запуская зубы в коржик. - В детстве она и смотреть на меня не хотела, - продолжила она, прожевав немного. - Играла только с Шерлоком. И они постоянно что-то взрывали то здесь, то у Берроузов. А я ходила за ними хвостом. Но не я одна. Однажды Шерлока привезли вместе с сестрой. Не помню ее имя, какое-то еще более дикое… - Чем Шерлок и Майкрофт? – не удержался Грег. - Ага, представь себе! Что-то вообще греческое. Вообще миссис Холмс с виду вполне приличная, но сэр Дерек сказал, что ноги ее в «Ветлах» не будет. Это при том-то, что Майкрофт женится на Элейн. - Вот даже как?! - Ага. Короче, сестра, - вернулась Касси к предмету разговора. – И они с ней тоже играть не хотели. Я думала, что мне хоть на этот раз повезло, и мы с ней вдвоем будем играть - два отщепенца, так сказать. Но она меня не замечала, вообще со мной не разговаривала. То есть я ее спрашиваю что-то – она не отвечает. Только нос еще выше задирает. Сильно ниже своего достоинства считала. По-моему, так ни слова и не сказала. Потом она подговорила Элейн залезть на крышу сенного сарая и прыгать. Элейн сломала ногу. После этого сэр Дерек поставил условие, что Холмсы здесь появляются только без сестры. Элейн вообще была его любимицей, он на Уолли-то и внимания не обращал до того, как тот чудить начал. А Элейн тогда наоборот стала тише воды ниже травы на какое-то время. И вот тогда она уже меня заметила наконец. А теперь без меня не может. - А что ты имеешь в виду под чудить? - Ну, когда Уолли из дома убежал. Но Элейн то время вообще не помнит. Представляешь, вообще ничего! И про сломанную ногу тоже, и про то, как они с Шерлоком белье с веревок на ферме Крэброу своровали, чтобы сделать гигантское привидение и Майкрофта напугать. Ну, и все остальное. - Напугали Майкрофта? – со смехом спросил Грег. - Напугали горничную. И она после этого уволилась, между прочим, - Касси сердито ткнула его кулачком под ребра. Грег охнул – похоже, Касси случайно попала в то место, куда заехала миссис Форгайт - и тоже погрозил ей кулаком. Она засмеялась, но вдруг оборвала себя: – И кстати, про Майкрофта… - Про Майкрофта? – Грег замер. - Я не хотела тебе этого говорить, не проверив. Но когда я ему сказала, что у вас слишком быстро исчезают виски и коньяк, он сказал: «Проверьте бачок в туалете у старой спальни Рована». Грег почувствовал, как краска бросилась ему в лицо. - Что-о-о? Да как он смеет?! – взревел он. - Тише, тише! - Касси схватила его за руку, напоминая про людей вокруг. Грег отбросил ее. - Передай своему Майкрофту, - яростным шепотом заговорил он, - что он может засунуть свои слова в свою… - он чуть было не сказал «аппетитную», но в последний миг остановил себя, - задницу. Касси вздохнула. - Я бы, конечно, передала, если бы не знала, что Майкрофт прав в ста случаях из ста, - сказала она. – В любом случае, я собираюсь сегодня в Амбл и проверю его теорию. - Да проверяй что угодно! А Майкрофту я сам позвоню и скажу, чтоб не смел трогать Рована своим поганым языком! Грег так грохнул чашкой о блюдце, что она разлетелась на мелкие кусочки, обдав брызгами и его, и Касси. - Прошу прощения, я не хотел! – сказал он с мстительным удовольствием и отошел от стола. Ноги понесли его к шатру фокусника, он дошел туда и, вспомнив, что еще рано, пошел обратно, обходя ярмарку по периметру, подальше от палатки с чаем. Разумеется, через пять минут кипение сошло на нет и ему стало ужасно стыдно. В конце концов Касси не была виновата в том, что Майкрофт понес всякую чушь. Грег вернулся к столику, но Касси уже там не было. Он принялся разыскивать ее, но нашел только Элейн, которая стояла неподалеку от чайной палатки под руку с каким-то высоким и довольно привлекательным молодым человеком. Она не стала представлять его, но сказала, что Касси только что уехала в Амбл. У Грега язык не повернулся спрашивать, как она при этом выглядела. Он коротко кивнул пошел искать Хелен и только потом подумал, что повел себя довольно невежливо. Мог бы и сам представиться, в конце-то концов. Хелен замахала ему от палатки фокусников. Грег с радостью воссоединился с ней. Иди была в восторге от представления, но уже начала уставать. Грег сходил к машине и прикатил коляску. Пересадка Иди в нее прошла без всяких происшествий. Они простояли у фокусника еще сорок минут, потом, успешно минуя угол с чучелом, принялись заново обходить ярмарку. На очередном повороте Грега прорвало. - И ты представляешь, этот сукин сын сказал ей, что Рован пьет! Какого хрена он лезет в мою семью грязными лапами и выдумывает такое?! Пусть бы за своей следил! У него вон… Он оборвал себя, не сказав «беременная невеста шатается по ярмарке невесть с кем». Впрочем, имя Майкрофта он тоже не назвал, обойдясь «другом Касси». Про Касси же он раньше рассказывал Хелен, что она подруга, которая помогает с детьми. Хелен слушала его внимательно. Потом внезапно выдала. - Ему пятнадцать, да? Я бы на всякий случай проверила, Грег. Мой сын тоже начал таскать выпивку у деда в этом возрасте. А был тихоня тихоней. Я бы даже сказала, что это поздний возраст для того, чтобы пробовать. Дети обычно раньше начинают. Да ты наверняка сам знаешь статистику. - Да ну вас! – Грег поискал глазами, куда уйти, но Иди в этот момент опять шла пешком, и едва он вознамерился свалить, она живо вцепилась в его руку, так что он не преуспел. В конце концов «общение» с ней и ярмарка отвлекли его. Через несколько минут они остановились посоревноваться с местными жителями на силомере – Иди тоже захотела, получила самую низкую отметку, но по счастью, не расстроилась, а захотела только повторить и повторяла, пока не устала. Потом они наконец направились к чайной палатке. Иди болтала в коляске ногами, махала руками и вполне внятно кричала: «Пирожные». Набрав самых разных сладостей, они устроились на стульях между двумя чайными прилавками, когда к Грегу вдруг подошел патрульный. - Старший инспектор Лестрейд? – спросил он. - Да? – ответил удивленный Грег. - Констебль Уивер, сэр. Вам звонят по телефону-автомату, что напротив ярмарки. Мисс Мортон, сэр. Грег бросился вслед за ним к телефону. - Грег, - сказала Касси. – Я уже в Амбле. Майкрофт был прав. Рован напился. Я вызвала Джеффри. Приезжай скорей домой. ---------------------------- *14,4 по Цельсию *17,2 по Цельсию