И по хлебным крошкам мы придем домой

С частью сказанного Джерардом Грег однозначно готов был согласиться. Если трах и не обострял ум напрямую, то выключал голову и давал ей отдохнуть. Правда, Грегу ясная голова сегодня все равно помочь никак не могла. В делах не находилось ничего такого, за что можно было зацепиться. По просьбе Джерарда выписал список всех, кто вел допросы подозреваемых и опрашивал свидетелей - и только. А так лажа была очень качественная, не придерешься, конечно. Даром что показания все на одно лицо, скорее всего, и сочинял их один человек, но это знание Грегу сотоварищи никак не могло помочь. Потому что человек этот был достаточно умный, и несостыковок не было. А если и бросалось что-то в глаза – то такие мелочи, по которым ни одни Внутренние расследования дела не откроют. - Ясно только, что так не надо делать, но больше ничего не ясно, - пробормотал Грег на исходе второго часа, когда просмотрел уже сотню протоколов и отчетов, и у него от напряжения рябило в глазах. - А ты как думал? – хмыкнул Джерард, выныривая из чтения очередного дела. – Что тебя тут ждут отдых и курорт? - Нет, я думал, что тут меня ждет гениальное озарение, куда копать, - вздохнул Грег, прикрывая на минутку глаза. - Ну, озарение, куда не копать, тоже может быть гениальным, - утешил его Джерард. - И тебе это на что-то сгодится? - Конечно, сгодится. - Но ничего же, ни одного прокола, - пробормотал Грег. - А фамилия уже сама по себе может стать проколом. Ты не забывай, во главе чего я сейчас нахожусь. И что я личные дела просматриваю, тоже будет известно. А репутация у меня определенная есть, это во-первых. Во-вторых, у меня очень хорошая память на слухи и сплетни. В-третьих, Грегори, поскольку я всю жизнь проработал в Ньюкасле, и не в одном участке, а также учился там на полицейских курсах и читал на этих самых курсах лекции, несмотря на отсутствие прямого доступа к наркоотделу, у меня в целом в городской полиции действительно много знакомств. И это не такие знакомства как у тебя – это люди, с которыми у меня налажен контакт. - Будешь искать слабое звено? - Буду, - подтвердил Джерард. – Правда, без тебя. Тут тебя близко не должно стоять, чтоб никто не доложил. - Если тебя сдадут? - Да. Если я ошибусь, надавлю не там и меня сдадут, - с насмешкой продолжал тот. - Они же все равно знают о твоем покровительстве мне? – спросил Грег. - Смотря кто они… Ну, и в любом случае пока оно еще не так очевидно. Пока текущую ситуацию можно спихивать на Диммока. Старшего, в смысле. В смысле, что это ему так нравится, как ты присматриваешь за его сыном, что он захотел, чтобы и в комиссии ты тоже был. Ну а в комиссию он его, понятное дело, запихнул, чтоб сынок обрастал связями и это способствовало его карьере. - Но с Диммоком-старшим знакомы же все? – уточнил Грег. - Все, конечно. - То есть теоретически они могут выяснить, что это неправда? - И практически тоже. Вообще эта идея только что пришла мне в голову, она совсем сырая, и стоит ее получше обдумать. – И Джерард подгреб к себе отодвинутые было карандаш и блокнот, и снова с головой погрузился в дело, не обращая больше никакого внимания на Грега. Хочешь не хочешь, но и Грегу пришлось вернуться к тому откровенному вранью, продраться сквозь которое у него не было никаких шансов. Над этим враньем он через какое-то время и заснул. Проснулся – от того, что Джерард ласково гладил его по спине. - Я долго? – испуганно вскинулся Грег. - Минут двадцать, я думаю, - отвечал Джерард. – Должно быть достаточно, чтобы ты отдохнул. Я бы дал тебе поспать, но у нас времени не так много, - с сожалением добавил он. - Ты сам-то как держишься? – заметил Грег. - Ну-у… - протянул Джерард, - есть, конечно, подозрение, что потом Маверик укатает меня в больницу на месяц, но режим питания я все же пытаюсь соблюдать, сигаретами злоупотребляю не больше положенного, так что есть шанс проскочить. - Наловилось что-нибудь? – Грег бросил взгляд на блокнот, валявшийся на постели. - Для затравки хватит. Что ты думаешь о небольшой прогулке до рощи и последующем чаепитии с сэндвичами? - О-о-о! – вырвалось у измученного жизнью Грега. – Я очень хорошо о них думаю! А может, мы устроим пикник? - Гениальная идея! – восхитился Джерард. – Пойду собирать еду! Устроились они на том самом поваленном дереве. Грег подставил фарфоровую чашку под термос Джерарда и думал, что, может быть, все не так уж плохо. Даже солнце как будто светило совсем по-другому, чем несколько часов назад. Хотя и сейчас ощущалось, что конец августа. Несмотря даже на то, что Грегу пришлось снять свитер и расстегнуть верхние пуговицы на рубашке – так парило. - Эх, были бы у меня деньги… - неопределенно сказал Джерард. Грег задумался, что бы он сделал, будь у него деньги. Ну, машину бы он точно никакую другую в ближайшие лет пять не хотел. Продолжай они ее выпускать – возможно, сменил бы на новую, а так… А вот о квартире придется подумать. Не может же он вечно снимать. Глиннис в последнем разговоре спрашивала про это и даже предлагала дать ему в долг на первый взнос. Но эта идея была ему не по душе. Мало того, что он не будет вносить никакого вклада в обеспечение детей, так еще и принимать помощь от их матери… Это казалось совсем диким. В принципе, долг бы ей он смог, конечно, отдать в несколько лет, благодаря тем самым хорошим вложениям, про которые говорил Бретту. И, в конце концов, акции можно было продать. На первый взнос для приличной квартиры в относительной близости от детей и работы точно хватит. И все-таки продажа акций была крайней мерой, с ними под жопой он чувствовал себя куда увереннее. А, между тем, пожить какое-то время в особняке, как предлагала Глиннис, казалось вполне подходящим. Просто поселиться в той комнате, где они с Рованом лежали по вечерам, слушая музыку… Она большая: и кровать туда встанет, и письменный стол. «Ага, и сталкиваться с ними двумя постоянно, думать, какой я неудачник. И сплетни же пойдут. И тесть ведь ей мозг опять вынет, и хорошо если просто вынет, а то, может, и накрутит опять, и выпрет она меня со скандалом, запретив приближаться к Дюран. Ладно, вот когда вернусь – тогда и буду думать. Сейчас-то на кой черт?! Может, я еще и не вернусь, застряну тут навечно. Хорошо, если только застряну». Внезапно его потянуло обратно в Лондон. Это было какое-то издевательство: ему было очень хорошо в Нортумберленде, но и по Лондону, по темпу работы он скучал все-таки сильно. И Дюран… ведь Глиннис на днях возвращается, и возвращение в Лондон - это его единственный шанс видеть дочь регулярно. - Тебя что-то мучает, - заметил Джерард. Оказывается, он уже довольно долго держал сэндвич с сыром и огурцами перед самым его носом, а Грег его не брал. - Извини. Так, домашние мелочи. – Грег взял сэндвич и, положив его на поднос на коленях, сделал глоток: даже остывший, чай был все еще прекрасен. - Мы иногда ездили сюда на выходные с Дэмьеном, - сказал Джерард. – Когда он был в стране. Правда, приходилось сопровождать его на охоту. - Но ты сам не охотишься же? - Нет конечно! – фыркнул Джерард. – Более того, я даже стараюсь не рыбачить. Мне потом рыба эта снится еще сколько ночей… - То есть Огги знает об этом и мучает тебя рыбалкой? - Ты опять собрался меня от злого Огги спасать? – Джерард вздохнул и откусил порядочный кусок сэндвича с телятиной. Прожевал и выдал: - Усвой уже, о спаситель, что Огги меня не мучает ничем. Ни рыбалкой, ни чем-нибудь другим. Ну, может быть, немножко в постели мучает, когда я сам этого хочу. И на рыбалке с ним, я думаешь, особо о рыбе думаю? - Не знаю, о чем ты там думаешь. Но ты мне то жалуешься сам на него, то говоришь, что у тебя все хорошо. - Так жалуюсь же не для того, чтоб ты меня спасать бросался, странный ты человек! Может, я вообще просто жаловаться люблю, а жаловаться некому. Может, я вот так же ему жалуюсь на тебя? Но он же не бросается меня от тебя спасать… - А ты на меня ему жалуешься? – улыбнулся Грег. - Когда ты плохо себя ведешь, - ухмыльнулся Джерард, - обязательно. И как бы невзначай коснулся на миг его колена коленом, обещая. Они принялись есть сэндвичи, но одна мысль, еще с момента, когда Джерард говорил про рыбалку, не отпускала Грега. - Это из-за отца или из-за войны, про рыбу? – спросил он наконец. - Ну у тебя и вопросы для пикника! – изумился Джерард. - Понятия не имею. Отцу его занятие тоже, знаешь ли, не больно-то нравилось. Но оно его хорошо кормило, и он был потомственный рыбак. И море он все-таки любил. Всегда говорил, что хотел умереть на берегу моря. А война… Ну, она война. Ты понимаешь, что есть необходимость… - он замолчал. - После нее кошмары не снились? Джерард тихо фыркнул: - Может, и снились бы, если бы не то, что последовало за ней. - Плен, - сообразил Грег. - А в мирной жизни ты убивал когда-нибудь? - Тебе определенно нужно озадачиться этикетом в части поведения за столом, - сказал Джерард. - И все же? - Убивал. Два раза. При задержаниях. Давно. При необходимости, - добавил он жестко, - убью снова. Хотя и не хочу. Стреляю я хорошо, ты не беспокойся. Грег невольно поежился и переключился на то, чтоб налить себе чаю. Еды они взяли с собой немного, ведь через несколько часов их ждал сытный ужин, так что осталось только печенье с джемом. Грег захрустел им, с удовольствием ощущая вкус на языке. - Это миссис Фарелл сама печет, кстати, - заметил Джерард. – Вместе с Брикс. Мне на праздники обычно присылают коробку. На Рождество – имбирные, на день рожденья – вот такие. Прошлое Рождество было очень хорошим, - сказал он мечтательно. – Огги освоил каток. - Ух ты! А ты? - А я за всю жизнь только четыре зимы и пропустил с тех пор, как встал на коньки в пять лет. А ты? Катаешься? - И я катаюсь, и дети. - Жалко, что тебя не будет здесь в Рождество, - вздохнул Джерард. - Нет. – Грег улыбнулся и вытянул руку, чтобы коснуться его колена. – Я обязательно буду здесь в Рождество, - пообещал он.