И по хлебным крошкам мы придем домой

В доме викария царило оживление. На диване в гостиной стояли большие коробки, и Бьюэлл складывал в них старую одежду. Облачение священника комом лежало в кресле, грязный воротничок-ошейник валялся на полу. Бьюэлл, проследив взгляд Грега, поднял его и, повертев в руках, отправил в корзину с мусором. - Все, закончилась эта часть жизни. Буду преподавать в университете в Ньюкасле. Только группу с детьми здесь оставил. Даже не предполагал, что у меня столько ненужного барахла, - он кивнул на коробки. Грег молча выложил на стол тетрадь. Бьюэлл вздохнул: - Так и знал, что ты догадаешься. - Когда он тебе ее отдал? – спросил Грег. - Она была в банковской ячейке. Он отдал мне ключ, когда приходил в церковь в последний раз. Номер ячейки, название банка потом пришли по почте. - Что еще было в ячейке? - Ничего. - Ты читал? - Да. Полагаю, порок любопытства во мне неискореним. Но я уже не викарий, так что могу себе это позволить, не ругая себя на каждом шагу. Зато выписал себе имена для молитв. - Почему ты решил отнести тетрадь именно в дом на Тайн? - Потому что в письме было написано, чтобы я подбросил ее туда. На крыльцо. Но была непогода, собирался дождь, я боялся, что чернила в тетрадке размоет, а ведь эта информация может кому-то вернуть жизнь. И я решил, что надо подбрасывать ее внутрь. Окна все были закрыты, свет был наверху, внизу темно. В общем, я решил, что в случае чего этот твой начальник меня не убьет. - Ты взломал дверь? Бьюэлла это предположение только насмешило. - Ясно. Она была открыта? - Да. - Дверь со стороны террасы? - Да, со стороны реки. - Что было дальше? Ты вошел? - Вошел, сделал несколько шагов до стола, понял, что там кто-то был, бросил тетрадь на стол и убежал. - Кто там был? - Не знаю. Я видел только тень в глубине справа. За лестницей. Я дал деру сразу же, бросился в лес. Поближе к обрыву. Подумал, что если за мной будут гнаться, то я реку переплыву. От страха чего только не придумаешь, - усмехнулся он. В гостиную зашел невысокий и не очень складный светловолосый человек лет тридцати. - Я собрал весь инструмент. Отвезу вместе со шкафом сейчас. Тон у него при этом был такой, словно он говорил: это я в доме хозяин, прошу заметить. Грега окинул оценивающим взглядом и, судя по ухмылочке, признал неконкурентоспособным. - Грэм Докинз, Грегори Лестрейд, старший детектив-инспектор полиции, - представил Бьюэлл. - Да уж мы знаем, - ухмыльнулся Грэм еще шире. – Фотографии во всех газетах. Ну, я отвезу. Он вышел, Бьюэлл покраснел. - Не обижает? – спросил Грег. - Нет. – Бьюэлл покраснел еще больше. – Только ведет себя иногда… - Не сдавайся, - посоветовал Грег. – Осваивай искусство воспитательных бесед. Бьюэлл фыркнул. - Мы пока в старый дом все перевозим, но на неделе поедем коттедж у моря смотреть. Просто решили выбрать неспеша. - Ну так что там дальше было в лесу? – прервал его мечтательный рассказ Грег. - Ну-у… Я думал, что человек побежит за мной, а он побежал совсем в другую сторону, куда-то за дом. Я постоял за деревьями немного, подумал и решил вернуться и рассказать все честно. Но тут подъехал ты, и я опять струсил. - А потом? - Я ушел. Шел за деревьями вдоль дороги. Потом увидел, как ты мимо меня проехал. Потом еще кто-то проехал. - Это кто-то еще… Что за машина была? - Ну… - Бьюэлл задумался, - седан. Не кабриолет, я думаю. Похоже на «Кортину», но как-то помоднее вроде. Или, может, все-таки «Кортина». Светлый, кажется, но цвет не скажу – все-таки темно уже было. Ну белый, или бежевый, или может, желтоватый. - Так. Скажи мне, на протяжении какого времени все это было. Вот человек выскочил за тобой, и я подъехал. Между этими событиями сколько минут? - Ну, минуты три. Четыре, может быть. Проехал мимо меня ты еще минуты через три. И потом та машина минуты через две-три после твоей. Я еще подумал, что ты за кем-то заезжал, и вы вместе куда-то едете. - Да нет, я не заезжал за кем-то, - мрачно сказал Грег. - Слежка? - Если бы… От Бьюэлла он поехал в Морпет, где все еще держали Келли, в надежде узнать, кто мог быть тем доверенным лицом Пирсона, которое отправило письмо о тетрадке. Но Келли, по крайней мере, по его словам, и понятия не имел. - Он когда-нибудь говорил с вами о тетради? – спросил Грег. - О зеленой? – уточнил Келли. - Да, о зеленой, - соврал Грег. - Говорил только, что это его последняя страховка. - Где он ее держал? - Не знаю. Тогда мы пили в его квартире в Ньюкасле. Я увидел ее на столе, и он сказал, что это его последняя страховка и что ее надо куда-то деть, желательно так, чтобы он и сам не знал куда. Но больше ничего не сказал. И я не знаю, что в ней было. - Когда это было? - Где-то около года назад, может быть, в ноябре. - Как вы думаете, кому он мог ее отдать? - Не жене. Я не знаю. У него из друзей были только я, брат и Лорример. Ну Пэрриши еще, но он им тоже не доверял. Говорил, что Джордж скользкий, а Дональд еще более скользкий. И что верить можно было только Феликсу и другим можно было верить, когда был Феликс, а теперь Феликса нет. Больше Грег из него ничего не выудил. Он поехал к Джерарду, надеясь застать того дома, и по дороге усиленно думал, кому же коротышка мог доверять, и под конец пути его осенило: церковь. Он сделал несколько звонков, но нужную ему информацию никто не знал, и Бьюэлл тоже. Пришлось ехать в участок и смотреть дело Пирсона. Пришла Салли. - Вы все еще здесь? – спросила она. - И останусь на несколько дней. Зато не придется возвращаться. Не то чтобы он этого совсем не хотел. Ведь уехать отсюда сейчас означало уехать от Майкрофта. Эта мысль показалась ему непереносимой. Грег заставил себя переключиться на дела. - Хелен дописала отчет по Кромптону? Надо еще допаковать дело Кромптона, будь оно неладно. Хоть ясно, что это несчастный случай, но это тоже требует бумаг. - Почему вы вообще им занялись? – удивилась Салли. – Ведь ваша работа закончилась, и это должны были передать кому-то в Морпете. - Понятия не имею. Хелен была здесь и приняла вызов. Грег вспомнил, как она позвонила ему. И у него почему-то даже мысли не возникло тогда, что он не должен этого делать. И как он мог этого не сделать?! - Так и ее здесь быть не должно было. Что она здесь так поздно одна делала? – спросила Салли. - Видимо, какие-то очень подозрительные дела, - ухмыльнулся Грег. – Ты вот ее не любишь, а она без пяти минут ваше начальство. - И это ужасно. Я от ее духов скоро повешусь. Ну то есть от косметического масла, «Чайной розы», или как ее там. - Ну вот будет тебе стимул поскорее сдать на сержанта и убраться отсюда, - философски заметил Грег. – А Хелен чертовски хороший полицейский, ты и сама знаешь, и я уверен, что вы найдете в чем взять с нее пример, если отбросите свои обиды и предубеждения. И я надеюсь, вы не будете проворачивать ничего из того, что делали, когда перевелся я. - Ага. Так мечтали вас выжить, - кисло улыбнулась Салли. - А это тебе, Донован, урок как следует думать над мечтами, а то вдруг исполнятся. - Грег наконец нашел то, что искал, и захлопнул папку. – А я пошел. Церковь была в Ньюкасле. И ему повезло, викарий в ней прямо сейчас тоже был. - Да, оставил конверт и попросил отправить уж если что, - подтвердил он. – Ну я и отправил. Очень, очень грустно, конечно, что так получилось. - И больше ничего не просил и не оставлял? - Нет, больше ничего. Никаких просьб. И, честно говоря, ничего и подозрительного-то не было. Ну торопятся люди, ну без гостей хотят, так ведь немолодые уже, все понятно. И ведь дату все равно заранее выбрали. - Да, хорошо, - рассеянно сказал на это Грег, озаренный внезапной мыслью. - А скажите, если я хочу найти имена крестных родителей кого-нибудь?.. - Ну тогда вам надо в ту церковь, где крестили, - обрадовал его викарий. Грег выскочил из церкви и бросился к ближайшей будке названивать Барнетту. Оказалось, Бейкер вернулся обратно в городок, в старый дом родителей. Ну что ж… Грег заехал к Джерарду. Дверь в дом была приоткрыта, а внутри очень громко играло радио, и это напугало Грега. Он обошел дом прежде, чем ломиться в него, и увидел через окно, что Джерард сидит на кухне и с охуительно несчастным видом гипнотизирует взглядом чашку, стоящую перед ним. Гора бумаг, которой, судя по всему, Джерарду предстояло заняться, была отодвинута на самый край. Грег прошел внутрь. На кухне все еще немного пахло гарью. Он распахнул окно, впуская свежий воздух. - Не знаю, хорошо или плохо то, что ты даже не пьешь. - Мне нельзя пить, у меня вечером встреча, - ровным тоном отозвался Джерард. – И, кстати, отдай мне тетрадь – надо снять с нее отпечатки, если ты еще не залапал ее всю. - Тебе еще придется исключить отпечатки Майкрофта, - смущенно сказал Грег. - Ну дай мне тогда что-нибудь, чтобы их исключить. - Ладно, - пообещал Грег, надеясь, что Майкрофт нормально отнесется к такому предложению. В конце концов, тот сам виноват, что тоже брал тетрадку без перчаток. – Работать не хочется, да? – чтобы поддержать беседу, спросил он. - И не хочется. И не буду, - отвечал Джерард, продолжая смотреть на чашку. Грег пересказал все новости по расследованию. Но Джерарда как будто не заинтересовало и это. - Ты же понимаешь, что ничего хорошего этот человек не мог там делать? – спросил Грег. – А у тебя дверь нараспашку! Может, он вообще приходил туда вас всех перестрелять с пистолетом с отпечатками Огги?! И что если бы Бьюэлл его не спугнул… - Может, - спокойно отвечал Джерард. - Так а делать-то с этим что? - Что-что? Напишем завтра, когда Огги вернется, заявление о проникновении в дом. И ты тоже напишешь, что видел фары в кустах. Завтра я съезжу и посмотрю, что там с кустами и что с замком. Сегодня не хочу ничего. - Ты только один туда не езди, - попросил Грег. – Эдварда возьми. И замки там переустановите совсем, а то мало ли что. - Слушаюсь, товарищ капитан. Грег вздохнул. - Ну, чем тебе помочь? – спросил он. Раньше все было, конечно, легче, подумалось ему. Можно было просто потрахаться, а теперь приходилось выбирать другие формы общения. - Только трахаться не предлагай, - предупредил на всякий случай. – Я теперь не один. - Да, понимаешь, я как-то и трахаться не хочу, - сказал Джерард. – Совсем. - А чего хочешь? - Не знаю. – Он задумался. – Хочу, наверное, посмотреть в лицо Фредди и спросить почему? Понимаешь, чертовски хочется знать, было ли это что-то во мне такое или все-таки я тут не виноват. Но, конечно, я вряд ли это узнаю когда-нибудь. - И в чем именно ты виноват? – спросил Грег. – То, что тебя назначили главным? Ты шел по головам? - Вроде нет. Но был, наверное, ярким, общительным. Ярче, чем он. До того, как это все, - ярче, чем он. - Ты считаешь, что это повод тебя убивать? – уточнил Грег. - Нет. Но я ведь и хотел быть ярче. Для Реджи, по крайней мере. - А это преступление, за которое казнят без суда? - Я знал, что он лучше меня примерно во всем, Грег. Так что да, пожалуй, я шел по головам. - Бля. Ну что за каша у тебя в мозгах?! – возопил Грег, на данном этапе отчаявшийся с этим бороться. – Этот человек с террористами договорился о том, чтобы тебя, блядь, повесили, а ты мне говоришь, что он лучше тебя во всем?! - Лучше в работе, - пояснил Джерард. - Так это ведь, блядь, и была работа! Отстранись уже хоть на секунду от того, что там был ты, и посмотри на это со стороны. Он мало того что не выполнил работу, он ее всю запорол и заказал твое убийство, вместо того чтобы ее выполнить. Если бы он такое проделал со мной и Огги, ты бы тоже искал причины в нас?! - Ну, получается, что не запорол, ведь главарь ячейки понял благодаря этим переговорам, как мы сильны, и предпочел договориться. Так что работу он выполнил. И даже перевыполнил, можно сказать. Грег застонал. Что-то это ему напоминало очень, очень сильно. - Джерард, он не стремился выполнить работу. Если она выполнилась и уж тем более перевыполнилась, то случайно, а не потому, что он был такой умелый. Он стремился пожертвовать этой работой для того, чтобы продвинуться в карьере, и это, мне кажется, абсолютно очевидная вещь. Этот человек – преступник, получивший карьерный рост преступлением и обманом, и я не понимаю, что тут еще надо понимать. Тут ясно – все. Этот человек – моральный урод, которого непонятно как земля носит. И ему не место там, где он есть. Совершенно не место. Ты ел что-нибудь сегодня после того, как тебя вытошнило оладьями? Ему пришло в голову, что если Джерард поест, то будет лучше соображать. - Нет, кажется, не ел. Эта мысль привела Джерарда в движение: он заглянул в холодильник и вынул оттуда кастрюлю с тестом. Пока он жарил оладьи, вид у него стал чуточку получше, и у Грега отлегло. А уж пока ел… Нет, не то чтобы у него был привычный аппетит, но Грег, как мама больного ребенка, отмечал любые мелочи, которые говорили, что все уже не так плохо. В том числе и то, как тот несколько раз бросил взгляд на бумаги на краю стола. Кажется, Джерада можно было уже оставлять одного. - Как так получилось, что нам передали вызов на Кромптона? – спросил Грег, когда Джерард переключился на варку кофе. - У тебя с этим какая-то проблема? – напрягся Джерард. - Нет. Просто интересно. С чего вдруг? - Ты получил этот вызов потому, что мы с Огги трахались. Такой ответ тебя устроит? - Э-э-э? - Если бы это был несчастный случай просто с кем-то, мы спокойно бы отправили первого попавшегося сержанта. Но поскольку Кромптон, то, конечно, нужен был инспектор. В Морпете в тот вечер дежурил Бретт, но… - Но? - Бретту никто еще не сказал, что тебя перевели. Потому что кроме твоего участка и начальства в Морпете, вообще никто еще не знал. А Бретту так сильно досталось от вас всех после той идиотской попытки допроса, что у него сейчас крутит живот при одной мысли о пересечении с тобой и с аристократами, которые тебя защищали. Так что он попросил передать через сержанта, что он съел некачественный пирожок и у него понос с температурой, и поэтому он не может поехать. - А сержант – твой человек, поэтому он сдал Бретта с потрохами? - Грег заржал. - Да. И ты об этом не знаешь, - сурово сказал Джерард. – Ну, на всякий случай, а то наверняка ведь пересечетесь во время судов. - Не знаю, не знаю, - со смехом подтвердил Грег. Джерард вздохнул. - Я серьезно, Грег. Ты провалишь мою связь с сержантом. - «Связь с сержантом» - как это звучит! А ты еще удивляешься, что я считаю тебя преступным гением. Да еще в связке с Огги. У тебя везде люди, готовые работать на тебя. - У меня везде люди, пытающиеся быть хорошими полицейскими даже тогда, когда это не очень возможно, - возразил Джерард. – Ладно, про вечер пятницы, - продолжил он. - В случае, если инспектора под рукой нет, дежурный должен был позвонить сначала одному человеку из начальства. Но его не было дома, а следующий в списке лиц, кому звонить, - Огги, но обычно звонят неофициально мне, потому что я лучше всех помню, кто и где может быть поблизости в этот момент, у кого какие дежурства в Морпете, и у кого отпуска, а у кого нет. Ну а мы трахались и не брали трубку, и поэтому дежурный, понимая, что дальше надо беспокоить Бартла (а тот очень не любит, когда его беспокоят в любое время даже на работе, а не то что в пятницу вечером дома), в отчаянии, наудачу, позвонил еще раз к вам. И ему сказали, что вы попробуете обработать вызов. Грег вызвал такси и поехал за деткой в Амбл, размышляя, как его война с Бреттом таким хитрым образом привела к тому, что в итоге он объяснился с Майкрофтом. Страшно было подумать, что было бы, если бы этого объяснения не произошло. «А погода? Если бы не погода, мы не застряли бы там. Коронер бы сказал, что не видит ничего подозрительного… И Майкрофт бы всю жизнь скрывал это от меня? Да он вообще приблизился бы ко мне?» Майкрофта в Амбле, конечно, не было. Грег походил по пляжу. Сердитое море швырялось брызгами, словно стремясь его прогнать. - А вот не прогонишь, - сказал Грег, показывая ему кукиш. – Даже не пытайся. Я возьму отпуск и останусь здесь с тобой и с Майкрофтом. При мысли, сколько прекрасных ночей его ждет впереди, настроение у него сделалось просто замечательным. Он в три прыжка преодолел лестницу наверх и пошел в дом – делать звонки.