И по хлебным крошкам мы придем домой

Из дома Барнетта Грег позвонил опять по всем телефонам Джерарда, секретарю Огги, его помощнику и даже в лондонский дом, но везде было только молчание. - Нам нужно больше народу, чтобы его арестовать, - обратился он к Диммоку и Барнетту. - И ордера. - Почему ордера? Если здесь есть подозрение по Хейлу… - начал Диммок. - Если ты хочешь в столицу, тебе точно придется подучить процедуру, - вздохнул Грег. – Мы его сейчас арестовываем в рамках какого дела? Краж на почте? Расследование по Хейлу официально закрыто. - Бретту за вандализм отдадим, - так же вздохнул Диммок. – Я понял, понял. - Мы сейчас вмешиваемся в чужое дело, - сказал Грег. – Тебя за такое по головке нигде бы не погладили. И нам еще нужно место, куда мы его сначала доставим для разговора, желательно связанное с полицией, чтобы потом подтвердить, что мы пытались делать все официально. - Ты не хочешь вмешивать Бартла? – уточнил Барнетт. – Мы ведь теперь знаем, что не он за всем этим стоит. Он поддержал Мюррея в прошлый раз. И теперь точно известно, что полицейский чин в этой компании всего один. - Я не знаю, ребята. Я понимаю только, что наша игра висит на волоске. А ставки в ней очень крупные. У наших героев связи на самых верхах и они угрожали Фробишеру даже через министра. Диммок ахнул. Барнетт выругался. Он вообще в последние недели ругался все чаще. - Нам надо им будет что-то предъявить, - продолжал Грег. – А никакой прямой связи с покушением на Хейла у нас нет. Деннис откажется от своих показаний в два счета. Нам всем могут приказать забыть о том, что мы слышали его признание. - Вы надеетесь, что обыск что-то даст? – уточнил Диммок. - Честно говоря, это моя почти единственная надежда. Гривз – тип очень наглый, он мне чуть ли не открытым текстом сказал, что он – тот, кого мы ищем. Наглость иногда ходит об руку с беспечностью. Но есть еще надежда, что его по голосу опознает Роуз Кловс, на которую он напал. Но для этого ее нужно как минимум сюда доставить. - И ты думаешь, что он Хейла лично сам? – спросил Барнетт. - Да, думаю. Ко всему прочему, его на следующий день здесь не было, а вот там ему оказаться было более чем легко. - Может, телефонные звонки что дадут? – заметил Барнетт. – И если с его девушкой поговорить… Может, он ей какие-то дорогие подарки дарил? Или спрятал что-то у нее? - Хорошая идея, - сказал Грег, который на самом деле хорошей идеей брать ордер на обыск еще и дома девушки Гривза никак не считал. – Надеюсь все же, что я сейчас смогу дозвониться до Фробишера, и он придумает что-нибудь. Но телефоны по-прежнему хранили молчание. «Меня уволят, - думал Грег, когда Барнетт повернул на дорогу на Ньюкасл. – Уволят нахрен и с концами». Не то чтобы эта мысль сегодня его вообще пугала. - И давно ты знаешь? – спросил Барнетт. - Подозреваю? Месяца два уже, - фыркнул Грег. - А поделиться подозрениями-то? Нет, никак? - Да что делиться? Понятно же было, что кто-то свой. - Но непонятно было, кто именно свой, - мрачно заметил Барнетт. – Я давно это заметил, Грег. Твою привычку проверять все в одиночку. Я думаю, что ты своими подозрениями и с начальством не делишься. - Ты думаешь, что надо было про Крика Бретту сказать и ничего самим не делать? – спросил Грег. Очевидно, что Барнетт, с учетом того, что именно он проявил инициативу и полуарестовал Крика, как раз так и не думал. Но доля истины в его словах была. И очень большая. «Может, разумнее было бы отвезти Крика на Тайн?» Грег только сейчас задумался, что Барнетт того, вообще-то, уволок посреди рабочего дня. Хорошо, что с улицы. А если кто-то видел, как Крик садился в полицейскую машину? Да и кто-то же своровал заметки из участка. Почему-то у Грега было нехорошее предчувствие, что это не Тротт. С другой стороны, это означало бы, что кто-то еще работал на Гривза… На Тротта, конечно, думать всего удобнее… Мисс Джентли, которой он звонил из дома Барнетта, сказала, что у нее записаны все номера газет и что восстановить все это проще простого; даже с учетом того, что придется опять просить помощи в Хексеме, ей понадобится день-два, не больше. - Ведь эта задержка не поможет. Может, они что-то готовят? – задумался Грег. - Я бы на твоем месте сейчас вообще никуда не ходил один, - мрачно посоветовал Барнетт. - Это, конечно, разумно, - вздохнул Грег. Они доехали до судьи. При виде Грега тот издал тяжкий вздох. - Если вы считаете, что я буду давать вам ордера каждый раз… - начал было он, но под взглядом Грега заткнулся. - Посмеешь позвонить и предупредить, - предостерег Грег, забирая ордера, - я взорву эту бомбу. На обратной дороге заехали на участок Макаллена, с которым Грег был в приятельских отношениях после того, как они познакомились в ночь расстрела овец на ферме Трея, и который говорил ему, что очень многим обязан Огги. Ему Грег так и выложил начистоту, что арестовывает вероятного убийцу Хейла и еще нескольких человек, у убийцы сообщник и в его собственном участке и в управлении Морпета, и нужно его где-то подержать, пока Мюррей не долетит из Лондона и не отдаст приказ, куда именно его деть. Макаллен не был в восторге, но сказал: - Дело есть дело. Ему явно полегчало, когда Диммок пояснил, что сторожить Гривза они будут сами. На то, что Гривз расскажет что-то, они, конечно, не рассчитывали. Из своего участка, пояснив ситуацию уже почти только на месте, на операцию взяли Хелен, Салли и Пимлоу. Хелен и Салли Грег доверял безоговорочно; насчет Пимлоу у него были сомнения, основанные вполне себе на фактах, но Грег решил, что, даже если тот связан с Гривзом, то слишком простодушен, чтобы выкинуть что-то под присмотром Хелен прямо сейчас. Вообще Грег очень надеялся, что Джерард вот-вот объявится. По-хорошему, надо было, наверное, съездить на Тайн (Грегу уже никак не нравилось, что Джерард трубку нигде не брал и никто не знал, где он), но, с учетом запертого в сарае Крика, время явно поджимало. Хелен, узнав, кого они будут арестовывать, издала смешок. Пимлоу ахнул, а Салли сказала: - О господи. И никакой ошибки точно быть не может? Вы уверены? - Нет, Донован, не может тут быть никакой ошибки, - ответил Грег. – Он мне это практически сам сказал. - Прямо словами «Я убил Хейла»? – уточнила Хелен. – А это не могло быть чувство вины? Ты не мог это неправильно интерпретировать? Ясно, не мог, - вглядевшись в лицо Грега, заключила она. – Что ж, значит, так тому и быть. Ордер выписан на твое имя, документов о твоем переводе мы в глаза не видели, и никто с нами о нем, кроме тебя, не говорил, но после этого ты взял дело, так что формально ты все еще наш начальник. Он был очень благодарен ей за это ободрение. И, судя по всему, не только он один. Пимлоу как-то встряхнулся и выпрямился. - Мы с вами, шеф, - решительно сказала Салли. - Босс, - поправилась она, потому что «шеф» - это было слово Гривза. Правда, и Хелен тоже его так называла, но все-таки от Гривза его слышали куда чаще. Они подошли к дому его девушки, когда уже начинало темнеть. Окна на первом этаже были освещены, и оттуда слышались звук телевизора и смех. Перелезать через низенький заборчик оказалось очень легко. Салли, Пимлоу и Барнетт отправились к задней двери. Грег, Диммок и Хелен подошли к главному входу, и Грег толкнул дверь: она оказалась открыта. Прошли внутрь сразу, отрезая пути отступления и путь к телефону, – основная задача была не дать Гривзу времени связаться с сообщником. Грег рассчитывал на сопротивление, но его не было. Когда они вошли в гостиную, Гривз полулежал на кресле, рубашка на его груди, несмотря на прохладу в доме, была расстегнута. Девушка, слава богу, одетая, сидела на Гривзе верхом и кормила его консервированной вишней. - Подвинься-ка, Морин, - сказал Гривз спокойно, сразу все поняв. - Без глупостей, - предупредил Грег. - Да уж куда мне до ваших, - с презрением ответил Гривз. Морин слезла, он встал и под прицелом Грега выключил телевизор. – У вас даже дела больше нет. В рамках какого дела вы меня арестовываете? Все сдано в архив. – Он осклабился: - Сам видел. Даже Грег не знал точно, сдано ли дело уже было в архив или все еще лежало в начальственных кабинетах. - Я что-нибудь придумаю, - пообещал он. – Все ордера у меня есть. - А. Ваш ручной судья, - хмыкнул Гривз, спокойно застегивая рубашку. – Думаете, не найдем на него управу? Он еще покажет, что давал ордера под дулом пистолета. «Он и вправду уверен, что ему ничего не будет», - подумал Грег. Эта мысль ему очень не понравилась. - Я все равно не сяду, и вы это знаете, - продолжал Гривз. - У вас на меня ничего нет. - Барнетт, зачитай ему права и начнем обыск, - сказал Грег спокойно. Его взгляд высмотрел бумажник, лежащий на столе. - Салли, посмотри, что там за купюры. - Ого, здесь крупные, - сказала она. – И много. Двадцать и пятьдесят фунтов. Грег залез в карман и вытащил записку с номерами: - Посмотри-ка. - Совпадает, - констатировала Салли. – Пятидесятифунтовые совпадают. - То есть вдобавок ты убил Пирсона, взял его деньги и пользуешься ими, совершенно не стесняясь? У Морин, взгляд которой до этого перебегал с Грега на Гривза и обратно, расширились глаза. - Думаете, Пэрриши меня сольют? – хмыкнул Гривз. – Вы так ничего и не поняли. - Ну почему же. То, что ты подставил невиновного человека, подбросив ему килограммы наркотиков, и провернул всю эту схему с Пэрришами, чтобы навести меня на Клэм-хаус, я уже понял. То, что ты пытался убить Хейла один раз и потом заказал его убийство второй раз с тем, чтобы сдать конкурирующую банду, тоже понял. И что отправил под грузовик Лорримера и подставил его за убийство Хейла, тоже понял. И что разворотил мой дом, потому что Монтгомери вас надул и спрятал ваши деньги, тоже понял. А таксиста ты убил? Или опять Черепахе заказал? Нет, наверное, заказал. Это же мелочь. Об мелочь ты бы не стал мараться. Тебя привлекают зверские убийства вроде того, чтобы избить кого-то до смерти и потом положить на рельсы под идущий поезд. И тут случилось три вещи. Во-первых, как безумная заорала Морин, во-вторых, Грег вздрогнул и опустил пистолет, а, в-третьих, Гривз, воспользовавшись этим, бросился вперед.