И по хлебным крошкам мы придем домой

Джерард Джерард принес лупу и внимательно осмотрел замок. Действительно, на внутренних деталях не было ни одной характерной царапины. Но это еще ни о чем не говорило – некоторые отмычки почти не оставляли следов внутри. Вокруг же замочной скважины было множество царапин, которые вполне могли образоваться из-за того, что замок долгое время плохо отпирался. Джерард и сам сколько раз матерился, пытаясь и вставить, и провернуть ключ. Отличить царапины от ключа от вероятных следов отмычки ему было не под силу. Конечно, он был хорошим полицейским, но все же не криминалистом. Кроме того, пока он занимался кадрами, могли уже появиться новые способы и орудия для вскрывания замков. - А ключи у нас?.. – спросил он на всякий случай. - У вас, мистера Мюррея, мистера Лестрейда, меня, моей дочери и запасной ключ, который я давал на той неделе Тару, но сейчас он в ящичке под аптечкой. - Кстати, а что было не так с засовом? Почему ты решил его поменять? - Тар сказал, что принесет более надежный. – Эдвард смутился. – И не принес. - Почему? – уточнил Джерард. - Он сходил за ним туда, на стройку, но вернулся с пустыми руками. Сказал, что часть инструмента разворовали. - И ты решил обратно засов не ставить? - Он уже непригоден для того, чтобы его ставить. Тар сказал, что купит новый в воскресенье, он знает хорошего мастера. Я ему дал денег. Он должен был позвонить вчера. Он, наверное, ничего не купил, а пропил их, - предположил Эдвард. – Я сегодня заезжал к нему. Он опять спал пьяный. Правда, обещал, что проспится и к вечеру придет помочь мне. Сказал, что выпил совсем немного, чтобы работать сегодня. Но я еле добудился его. Ему какой-то старый приятель вчера ящик виски привез. Вот не понимаю я людей, - с горечью сказал он. - Они знают, что у человека проблема с алкоголем, и все равно дарят ему алкоголь. Наверное, он проспался и не удержался, выпил опять. Эдвард явно чувствовал себя виноватым из-за того, что не проконтролировал ситуацию и вообще связался с Таром. Джерард заверил его, что пока ничего смертельного не случилось. Хотя, подумал про себя, кажется, все к тому шло. Сходил в кладовку и осмотрел снятый засов. Да уж… Чем они его там сбивали? Кувалдой? Хорошо еще, что дверь не выворотили заодно… Не нравилось ему это дело. Очень и очень не нравилось. Эдвард встал в дверях: - Вы думаете, Тар мог бы навредить мистеру Мюррею? Он о нем очень высокого мнения. - Мне показалось, что Тар его недолюбливает, когда я с ним в последний раз говорил, - возразил Джерард. - Но недолюбливать и пытаться навредить… Между этими двумя вещами большая разница, мистер Фробишер, - заметил Эдвард. Голос его звучал не очень уверенно. - Кто его знает, - мрачно откомментировал Джерард. – Сейчас угроза может прийти откуда угодно. Он подошел к телефону, чтобы поторопить Лейна, и вдобавок ко всему обнаружил, что (судя по звукам) на линии был обрыв. Теперь стало понятно, почему Грег так и не позвонил ему после своей поездки в Йоркшир. Джерард вышел из дома – были уже ранние сумерки - и проследил кабель до леса и еще немного в лесу: тот казался натянутым, как и всегда. Он вернулся в гостиную и объяснил, в чем дело. - Я съезжу позвонить. – Он поколебался: - Эдвард, ты бы лучше поехал домой. Здесь может стать небезопасно. - А если вы разминетесь с инспектором? Я подожду, пока вы вернетесь. Джерард сходил на всякий случай в кладовку еще раз и вынул из тайника второй пистолет. - Надеюсь, тебе не придется им пользоваться. И спрячь его подальше, когда появится Лейн. Он выехал из леса, полный не самых лучших предчувствий. По счастью, Лейн уже проснулся и на ходу заканчивал завтракать. - Конечно, мы с ребятами скоро подъедем, - заверил он. - Возможно, придется заглянуть еще и к соседям, - сказал Джерард. - Все что захочешь, - отвечал Лейн, который абсолютно доверял ему. Джерард позвонил в телефонную компанию. Теперь он был привязан к телефонной будке – ему велели ждать звонка специалиста. Когда через полчаса подъехал Лейн (со своими людьми и разнородной командой, отряженной ему Джерардом же в помощь), Джерарду все еще не перезвонили. Зато эти полчаса Джерард провел продуктивно – вспоминая всех, кто бывал на Тайне на выходных до того, как площадка в лесу перестала быть одновременно и парковкой. Он выдал Лейну готовый список. - Вот. Их машины проверить, их родственников тоже. - Я понимаю, что ты волнуешься, - сказал Лейн с улыбкой. – Не надо. Это проникновение в дом начальника полиции. И так все на ушах. Мы все сделаем в лучшем виде. Лейну было сорок два. Он очень напоминал Грега и ростом, и фигурой (хотя она была чуть плотнее, но это, несомненно, был тот же типаж), и формой лица. А еще он курил такие же сигареты и носил такой же серый плащ. Однако на внешности сходство заканчивалось. Отец четверых детей, он был воплощением полного спокойствия. Его невозможно было даже представить кричащим. А вот давящим он мог быть (в этом отношении общение с Грегом после Лейна воспринималось как отдых). Потому и кадры для Лейна Джерарду пришлось подбираться соответствующие – тех, кто мог выдерживать это давление. В любом случае, он был одним из лучших инспекторов в Нортумберленде. По отношению к Джерарду Лейн, который проработал под началом Джерарда четырнадцать лет (констеблем, сержантом, бэгмэном, детективом-сержантом, детективом-инспектором и старшим детективом-инспектором последовательно), занимал, с одной стороны, уважительную, а с другой несколько покровительственную позицию. Последняя родилась из того, что Лейн, будучи его бэгмэном три года, наблюдал его в самых разных и, к сожалению, иногда достаточно тяжелых состояниях. Джерард прощал ему это отношение по той причине, что в главном Лейн подчинялся ему безоговорочно. Лейн также знал об ориентации Джерарда. Лет пятнадцать назад на его глазах Джерард поссорился с одним человеком из прошлого. Тот тоже работал какое-то время и в разведке, и в полиции. И в качестве последнего аргумента в споре выдал: «Ты полагаешь, они будут слушать какого-то педераста?» Джерард в тот момент не смог себя защитить, а Лейн, когда посетитель ушел, парой фраз привел его в чувство. - Первое – с кем вы спите, это не мое дело, - сказал он. – Второе – это реальная угроза? Угроза была реальной, но не настолько большой, чтобы с ней не справиться. И позиция Джерарда была намного выше и прочнее, и в запасе у него на дорогого внезапного друга тоже имелось кое-что. А на Лейна можно было положиться. И тот доказывал это с тех пор еще не раз. Сейчас он не глядя сложил список пополам и обратился к Джерарду: - У меня два вопроса. Первый: ты поел? Джерард издал смешок. Но, хотя звучал вопрос диковато, Лейн был прав: несмотря на то, что в холодильнике (и в кладовке в виде консервов) точно была еда, Джерард в своем состоянии забыл о ней совершенно. - Я так и думал, - сказал Лейн, довольный подтверждением своей правоты. – Поэтому попросил старшую упаковать для тебя кусок пирога. Он заглянул в машину и вынул из потрепанного коричневого портфеля сверток и бутылку с молоком. - Держи еще приз за вредность. Второй вопрос. Бартл попросил меня взять дело на контроль. Есть ли что-то, что я не должен ему сообщать? - В кладовке пачка «Ротманс», - сказал, подумав Джерард. – Сними с нее отпечатки. Если там будет что-то, кроме отпечатков рабочего, помогавшего Эдварду с замком, я хочу как можно скорее знать, чьи они. Лучше прямо сегодня. Ну и… отпечатками занимайся сам, пожалуйста. Бартлу – только после разговора со мной. - Ясно. Лейн пробежал глазами список. - Здесь только полицейское начальство и члены городского совета? – уточнил он. - Да. - Вживую их невозможно проверить аккуратно. Ты начинаешь войну? Мне рановато на пенсию… У тебя найдется для меня тепленькое местечко? - Для тебя – найдется, - пообещал Джерард. Лейн передал список сержанту, велел ехать в офис и отрабатывать. - Жду тебя в доме, - сел в машину и через несколько мгновений скрылся за поворотом. Джерард примерно еще через час дождался звонка от телефонной компании, которая подтвердила, что место обрыва в лесу, и обещала отправить рабочих для восстановления линии завтра, и поехал обратно в дом. Из новостей было только то, что криминалист тоже не нашел на замке следов взлома. Лейн оставил руководить обыском сержанта, взял с собой еще пару парней, и они поехали на стройку Алана. На этот раз в сарайчике даже окна не светились. Когда констебль постучал, изнутри не раздалось ни звука. Он подергал дверь – она оказалась заперта. - Ломаем? – спросил Лейн, хотя и так все было понятно. - Ломаем, - согласился Джерард. Констебль сломал дверь и осветил фонариком представшую картину. Вонь в сарайчике была еще ужаснее, чем в прошлый раз. Только на этот раз аромат алкоголя смешивался с запахом рвоты. Тар, стоя на коленях на полу, навалился голым торсом на кровать и был, судя по всему, в глубоком обмороке. Постель была залита рвотой. Рядом с его ногой валялась бутылка, в которой еще плескались остатки виски. У стены стоял ящик с непочатыми бутылками. Одиннадцать штук. - Вряд ли долго протянет, - сказал констебль. - Не удивлюсь, если во всех отрава, - заметил Лейн. – Его надо срочно в больницу. - Я отвезу. Джерард сделал попытку подхватить Тара под мышки, но Лейн парой движений оттеснил его к стене. - Ребята загрузят в машину. Мы закончим в доме Мюррея и переместимся сюда, а пока отправлю бутылку на экспертизу. И одну возьму в дом – может, криминалист на месте сообразит что-нибудь. Тогда мы быстрее узнаем, что за яд. - Ставлю на технический спирт. - Я тоже, но лучше дождаться мнения криминалиста. Джерард тоже прихватил с собой одну бутылку в больницу. Лейн предложил взять его машину, чтобы было удобнее везти Тара, и они обменялись – Лейн взял «Спитфайр». С Джерардом поехал констебль, чтобы контролировать положение Тара в пути. Под конец Тар внезапно пришел в себя и принялся что-то бессвязно бормотать. Это бормотание, из которого Джерард ничего не понял, и стало причиной того, что он пробыл в больнице около двух часов, надеясь, что Тар придет в себя достаточно для того, чтобы его можно было хоть немного расспросить. Доктор Блейк, которого Джерард знал еще со своего волонтерства с войны, его не обнадеживал, но и категорического «нет» не говорил. Впрочем, заниматься работой сейчас он все равно не смог бы. В ожидании, когда Блейк придет с ним поговорить, Джерард пытался сложить два и два, но у него не особенно выходило. Дикую мысль, что она может быть как-то причастна, Джерард отмел с ходу. Во-первых, у нее не было никакого мотива. В деньгах она никогда не нуждалась. Во-вторых, трудно было представить, что она криминальный гений, которого они ищут. Очевидно, что обдумывать это было полной глупостью. Но и других кандидатов он не находил. Он перебрал в уме весь список, отданный Лейну. Нет, нет и еще раз нет. Криминальные гении были из них, как из Джерарда балерина. Наконец к нему вышел Блейк. - Дело на грани безнадежного, честно говоря, - задумчиво посасывая дужку очков, сказал он. - Поговорить с ним у тебя прямо сейчас тоже не получится – он окончательно впал в кому. Лаборант определил, что один из компонентов в бутылке - метиловый спирт, но даже если и нет другой гадости, то положение это не сильно облегчает. Как минимум, он уже ослеп. Все, что ты можешь сейчас сделать, – принять обезболивающее и, - Блейк взглянул в окно, за которым было темно, - поехать домой. Тебе позвонят, если появится хоть малейший шанс. Попроси у Карен укол. Помнишь Карен? Скажи, что я приказал. После некоторых инцидентов из прошлого Джерард старался контролировать свое состояние очень тщательно, а тут начал разваливаться и даже не заметил. Карен Джерард знал тоже уже не один десяток лет. Благодарный Блейку, он пошел к ней на пост. Она как раз только закончила телефонный разговор. - Вы мне сегодня хотите всю больницу заполнить полицией, - пожаловалась она. – Сейчас еще какого-то подстреленного инспектора привезут. В очень тяжелом состоянии, говорят. - Какого подстреленного инспектора? – Джерард похолодел. - Не знаю. Они сказали фамилию, но я не успела записать. Что-то на «Ле».