И по хлебным крошкам мы придем домой

После перерыва (а особенно после аккуратных, но таких чудесных поцелуев с Майкрофтом) Грегу стало легче. Огги с Джерардом тоже вернулись. Все как будто договорились делать вид, что ничего из ряда вон не произошло и, главное, не происходит сейчас. Впрочем, и в самом деле, что еще происходило, кроме работы, которую они все делали десятки лет? - Когда она бросила Дэмьена, он пытался вернуть ее, - рассказывал Бартл. - Она наговорила ему всякого, обозвала папеньким сынком. Конечно, в глубине души она рассчитывала, что он предпримет что-то, чтобы завоевать ее снова, но он просто уехал. Это ее шокировало. Сначала она обзывала его трусом и негодяем, потом стала беспокоиться за него, в конце концов, она решила, что вернется к нему, как только он вернется назад. Огги передернуло. Это не укрылось от Бартла. - Я тоже считаю, что тебя пронесло, - сказал он. – Представь, она бы стала твоей невесткой. - Да уж, так повезло, так повезло. - Кажется, Джерард еле сдерживал смех. - Тем не менее, - спокойно продолжил Бартл. – Ее поведение начало меняться именно после его смерти. Полгода она была сама не своя, от нее остались одни кости. Мы, конечно, очень переживали за нее, но потом начали думать, что лучше бы оно так и оставалось. Потому что спустя полгода она встряхнулась и начала резко во все влезать. Она хотела участвовать практически во всем. Сначала Феликса это устраивало, он расширялся, ему требовалась помощь, и он радовался тому, что Хелен отвлеклась и была занята, а также придумывала разные умные схемы, но с годами, по мере роста ее аппетитов, это начало его все больше тяготить. Аппетитов не в деньгах - деньгами он готов был делиться сколько угодно. Ей понравилось организовывать разную криминальную активность. Феликса вполне устраивало владеть небольшой, но лакомой территорией. Хелен хотела стать полноправной хозяйкой города наравне с другими. А Феликс уже наигрался во все. Ей, конечно, очень не понравилось, что он потворствовал роспуску «Ангелов». Она считала, что можно было просто найти кого-то вместо Уоберри, и другой кошелек вместо близнецов, злилась, что он принял решение единолично. Они стали ссориться. Ссорились, потом мирились, потом опять ссорились. На Феликса еще сильно влиял Пирсон. Вот странный человек, циник и романтик одновременно. Он считал себя кем-то вроде благородного разбойника. Шантаж негодяев – да, нормально. Грабить нечестных богатых – да, нормально. Доставлять легкие наркотики, чтобы детки повеселились на вечеринке – да, нормально. Но «ничего, что я бы не дал дочери». Он сам пробовал разные наркотики в Азии, считал, что легкие наркотики не вредят. Конечно, его собственный образ робингуда стал рассыпаться, когда он узнал, что наркотики становятся тяжелее. - Зачем это было делать? Утяжелять наркотики? – спросил Грег. - Мой самый вероятный ответ – ей просто нравилось. Ей хотелось все взорвать. Мне кажется, она так крепко обиделась на Феликса, что ей хотелось растоптать то, что он защищал, все его ценности. Плюнуть, образно говоря, на его могилу. Поскольку могилы, конечно, нет. - Но «Эпплдор» возил тяжелые наркотики много лет. - Это так, но Феликс к этому отношения не имел. У него был свой источник провоза кокаина, сначала он распространял небольшие его партии через «Трэйдинг Сэнчури», небольшое количество шло через «Ангелов». Как он говорил – чтобы эту нишу не занял кто-то другой, но и с этим он в конце концов хотел завязать. А все остальное – легкие таблетки, он не занимался даже лсд. Ему не нравилось, что у Хелен дела с Черепахой, но она говорила, что «нужно же на всякий случай иметь маленькую ручную банду». У Черепахи не было больших перспектив, точнее, совсем не было перспектив, так что Феликс от Хелен отстал. Потом уже, после его смерти Хелен с Гривзом вошли в долю к наркокопам, крышующим «Эпплдор». - То есть это она превратила Черепаху в полноценного игрока? – уточнил Грег. - Да. Ей интересно было посмотреть, получится ли у нее и за какой срок. Не знаю, почему Черепаха решил, что она слабый партнер и начал мутить с Саттерсуэйтом. Как вообще можно было совершить такую глупость? Конечно же, она узнала об этом сразу или почти сразу. Но свои мозги в чужую голову не вложишь. Хотя, конечно, он ее никогда в глаза не видел, а Гривза после Феликса легко воспринимать как мелюзгу. Возможно, вообще все случилось потому, что Гривз сболтнул, что его партнер женщина, а Черепаха не хотел, чтобы им командовала женщина. Дохотелся в итоге. - Что с ним случилось? - Этого я не знаю. Она только сказала: «Черепаха – все». Я, по понятным причинам, не хотел ее расспрашивать. - Так, Черепаху и Саттерсуйэта она понятно почему слила, а «Эпплдор»-то почему? – спросил Грег, который с трудом нащупывал нить разговора. Занудный голос Бартла оказывал усыпляющее действие. - Она нашла другого поставщика и прямые пути перевозки на Лондон, Бристоль и Ливерпуль. «Эпплдор» становился конкурентом. Их предыдущая партия застряла в Ньюкасле, потому что Лондон отказывался от их поставок. Но Хелен хотела Ньюкасл для себя. Она и вошла к ним в долю с целью их уничтожить. И в конце концов сделала это через Клэм-хаус. Гривз договорился с «Эпплдором», что реализует крупную партию. А потом, конечно, когда все накрылось, сделал вид, что он не при делах. - То есть «Эпплдору» за эти наркотики не заплатили? Они отдали партию в надежде на будущую прибыль с нее? - И не заплатили. И даже если бы заплатили, Хелен ничего бы не потеряла. Бартл издал смешок. Грег непонимающе уставился на него. - Он хочет сказать, что они уже забрали все эти наркотики обратно, Грегори, - пояснил Огги. – Я прав, Рональд? - Как только были проведены все экспертизы, - подтвердил Бартл. – Она убрала вашими руками Картера и его подручных, но им на смену пришли ее люди. - Я надеюсь, что ты знаешь этих людей поименно? – сказал Джерард. Грега удивила ярость в его голосе. - И пофамильно. Будут тебе имена, - спокойно заверил Бартл. – Но кто именно забрал наркотики, я не знаю. Знаю только, где они хранятся. Я просил меня не впутывать. Огги поморщился. - То есть ты участвовал в крышевании через свои связи и просил тебя не впутывать? – хохотнул Джерард. – Иначе на каких условиях они бы вошли? - Можно подумать, у меня был выбор, - огрызнулся Бартл. Кажется, Джерард хотел еще что-то сказать, но Огги положил свою руку на его руку и тем самым остановил процесс. - Беженцы, - сказал Грег. – Их, как я понимаю, грабили? - Нет, возили их как раз за вполне приемлемую плату. Перевозчиков много, конкуренция высокая, репутация перевозчика, если он годами окучивает одни и те же места, имеет значение. Бартл сделал паузу, как будто обдумывая что-то. - Возили за вполне приемлемые деньги, но?.. – уточнил Грег. - Да, Рональд, присоединяюсь к вопросу, - вставил Огги. – Что еще происходило с беженцами? - А что может происходить с беженцами? Молодых женщин, девушек, девочек, мальчиков продавали в бордели. Мужчин постарше – как дешевую рабочую силу фермерам или на вредные производства сюда или дальше в бывшие колонии, на острова. Молодых здоровых мужчин - в подпольные клиники. - Для чего? – изумился Грег. - В основном для пересадки почек, но недавно она мне рассказывала про пересадку поджелудочной железы. - То есть это убийство? – уточнил Грег, который вообще впервые в жизни сталкивался с таким. - Нет, можно жить и с одной почкой и без части поджелудочной железы, - сказал Бартл. - Но очень недолго, - вставил Джерард. - Пирсон знал об этом? – спросил Грег. - Нет. И Монтгомери не знал. И Лорример. Она вообще пустилась во все тяжкие с беженцами, только когда стало ясно, что Феликсу осталось недолго. Но он начал подозревать что-то, когда в Лондоне два года назад накрыли бордель с несовершеннолетними беженками, и он по некоторым деталям смог понять, что они были завезены через Клэм-хаус. – Бартл усмехнулся. – Клэм-хаус был полностью ее детищем, так что его доступ к этому проекту был ограничен. И тогда он решил перепрятать деньги. Мы этого, конечно, еще не знали. Ну а потом он пошел против нее, они поссорились, она сказала, что уничтожит его, и у него случился финальный инфаркт. - Я не понимаю, как это происходило, - заметил Грег. – Вот, скажем, сорокалетнего мужчину отправили на ферму, его жена, допустим, с ним, но детей у него отняли и отдали в бордель, старшего сына отправили на калечащую операцию, и потом он куда делся? И никто не возмущается? - Человек на ферме, если он азиат или африканец, да даже из Восточной Европы полно таких – они, как правило, не знают языка, документы отбираются хозяином. Хозяин крышуется местной полицией. Постоянная угроза быть отправленным на родину, где еще больше угрозы. Про сына – сказали, что устроили работать на другую ферму, «когда-нибудь свидитесь». Ну и старались, конечно, брать тех, про кого никто не спросит. Молодых мужчин, которые бегут за лучшей жизнью без родственников. Про дочерей… В восточных культурах женщина часто на положении собственности, к ней относятся хуже, чем к собаке. Для части этих культур расплата женским телом – нормальное явление. Так что среди беженцев полно было таких, кто сам продавал дочерей в бордели в качестве платы за проезд. Ты, Огастас, слишком привык равнять дикарей по себе. Но они дикари и есть. - Как их всех найти, этих пострадавших? – спросил Грег. - Тут я вам не помогу, - сказал Бартл таким тоном, как будто он им в самом деле помогал. - Все партнеры по этим делам - личные партнеры Хелен и Гривза. Я не знаю ни их имен, ни где они работают. - Но вы знали про эти дела. - Знал, потому что ей нравилось рассказывать о том, что она сделает или сделала. На самом деле она всегда рассказывала эти истории. Что она, например, сделает с теми, кто надругался над ее дочерью. Но я никогда не воспринимал эти истории всерьез. Пока они не стали реальностью. - Но тех, кто надругался над ее дочерью, она не убила, - заметил Грег. - О, она планировала наконец сделать что-то в духе «Десяти маленьких индейцев». Даже остров купила под эти нужды. Поэтому то, что Феликс спрятал деньги, так ударило по ней. Но сначала нужно было убрать всех вас. - И как она планировала убрать всех нас? - Я знаю только, что она собиралась сделать это на Тайне и с этой целью украла у Огастаса пистолет. Они были с Гривзом в его доме и забрали пистолет из сейфа. Она надеялась, что там есть его отпечатки. - Так что же она собиралась сделать? - Она выбирала между пьяной ссорой и тем, что между вами, Лестрейд, и тобой, Джерард, был роман, а Огастас тоже в него влюбился и убил всех из ревности, а потом покончил с собой. Вторая версия ей больше нравилась. Из-за логичности и романтичности. На этом моменте Грег начал истерически ржать. Огги тоже закрыл лицо руками и вздрагивал. Джерард встал. - Нет, блядь, эту чушь слушать невозможно. Пойду покурю, - сказал он.