И по хлебным крошкам мы придем домой

Слухи, что Хелен пыталась убить Грега, убила кучу народа и, поняв, что не получится, застрелилась сама, Грегу тоже энтузиазма не прибавляли. Еще немного, и ему в лицо будут говорить, что из-за него половину участка положили. От этого недалеко и до заявлений, что он приносит проблемы всюду, где бы ни был, учитывая то, что кое-кто из старой команды до сих пор считал его виноватым в отстранении Дэвида. Грегу еще повезло, что к моменту его возвращения в Ярд слухи уже подулеглись. Это была новость начала октября - никто не захочет обсасывать одно и то же целый месяц по кругу, когда каждый день возникают новые дела. Тем более когда нашумевшее дело ведут в каком-то Нортумберленде. А вот ответственного за эту новость Грегу бы очень, очень хотелось знать. Потому что официальная финальная версия гласила, что инспектор Лейн, сержант Трэйл, констебль Гривз и патрульный пали смертью храбрых в борьбе с бандой, которая до этого напала на Хейла. Соглашаться на такое было чертовски унизительно, но Майкрофт подсказал Грегу, что можно выторговать, и в итоге Грег в союзе с Уиллертоном, действовавшим с другой стороны, добился снятия с Келли почти всех обвинений и переквалификации дела по перевозке беженцев на то, что тянуло на минимальный срок, гарантий, что Хейлу не будет предъявлено никаких обвинений за летние дела, полноценного расследования по убийству Дрейка и выбиванию из него признания вины за то, что он не совершал, а также пересмотра дел – бомжа, который сидел за налеты на дома, и Билла Бейкера, который сейчас отбывал пожизненное за убийство сокамерника, но после пересмотра мог выйти при хорошем поведении года через четыре. Наверное, было бы справедливо, если бы Келли, в принципе, посидел подольше, но Уиллертон напомнил Грегу, что в деле есть лица, которые совершили преступления куда более тяжкие, а вышли из воды совершенно сухими, и Грег был вынужден согласиться. Уиллертон, в свою очередь, под эту марку выторговал еще меньшие сроки для руководства «Эпплдор» - теперь у них был хотя бы шанс когда-нибудь выйти. Грега на этот счет разрывало между ненавистью к людям, наводнившим Лондон грязным героином, и гуманистическими идеями в целом, и он предпочитал об этом просто не думать. Как бы то ни было, в СМИ продвигалась именно версия гибели участка в борьбе с бандой, хотя публикаций было на удивление немного – официально руководство полиции выступило с просьбой не писать о трагедии из уважения к семьям погибших, неофициально было понятно, что газеты прижали тоже. А вот кто распространял по Ярду, на взгляд Грега, еще более мерзкую, неофициальную версию… Он не удивился бы, если бы узнал, что Дэвид и к этому приложил руку. Ведь Дэвиду было важно снизить ценность всего, что он делает. Подумав в очередной раз об этом, Грег заскрежетал зубами. Черт возьми! Все ведь шло относительно неплохо. Но стоило столкнуться с Дэвидом, как его выбило из колеи. И ведь не ради же него Болтон пришел в архив? Хотя кто знает. Ему мог сказать кто-то из отдела, а Грег торчал там достаточно долго. Даже Майкрофт ведь узнал откуда-то. Хотя нет, Майкрофт мог просто узнать, что Болтон сегодня в Ярде, и просчитать, что тот может что-то выкинуть. Да какая, в конце концов, разница? Грег рассчитывал посидеть еще вечер над документами и не сделал этого, потому что работать он был не в состоянии. Как можно работать, когда при одной мысли о недавней встрече тебя трясет? При одном только взгляде Дэвида вся масса воспоминаний, связанных с ним, навалилась на Грега. Бристольская история словно жгла его каленым железом. Он без конца прокручивал ее в голове в тот час, пока шел от Ярда до Мэйда-Эйв, и на подходе к дому, когда он увидел платан, ему стало совсем худо. «Я не достоин Майкрофта, - подумал он. – Совсем недостоин». Едва он вошел в дом, как услышал звонок. Он предполагал, что звонила Глиннис, чтобы обсудить прогулки с Дюран на выходные, и вообще-то он хотел заскочить к ним сегодня после работы, чтобы поговорить об этом лично, но намеренно прошел подальше от особняка. Нет, он не собирался брать трубку. Грег замерз и хотел сделать себе чаю, но вместо этого налил скотча и накидал туда льда. Ему было так тошно, что он отвернулся даже от своего отражения в кофейнике. Он перешел в столовую, сел на обитый серым шелком с красными и синими узорами диванчик под натюрмортами и прижал стакан ко лбу. Стыд мучил его так, что хотелось кричать. Он вскочил и принялся ходить по комнате. «Черт возьми! Это глупо, глупо, - повторял он себе. – То, что я переживаю. Даже Майкрофт не переживает историю с Кромптоном так, как я. А ведь его мучили два месяца и он не знал, выйдет ли из этого целым и живым. Я ведь даже не знаю, насиловали ли меня или нет. Да я даже не чувствовал ничего, черт возьми. Не успел испугаться, когда происходило это все. Я не должен так переживать. И какой к черту стыд?!» Но он чувствовал его – такой сильный, что было непонятно не только, как войти в понедельник в Ярд и пройти через строй взглядов по дороге в кабинет, но и сходить даже за собственным ребенком и пойти с ним гулять. Грег уткнулся лбом в колокольчики на картине Клейтона и даже не застонал – замычал. И тут же дернулся, выплеснув скотч на стену и на брюки, - в одну из дверей вошел Майкрофт. - Что ты делаешь здесь?! – воскликнул Грег. Брови Майкрофта взлетели вверх. - Прости, конечно, глупый вопрос. Грег сел на стол, отворачиваясь от него. Майкрофт устроился рядом, но на достаточном расстоянии. - Итак, ты с ним увиделся, - констатировал он. - Скорее он со мной, - пробормотал Грег, старательно удерживая себя от желания сорваться и убежать в ванную, закрыться так, чтобы никакой Майкрофт не вошел. - Что бы ты сказал мне, Грегори, если бы на твоем месте сейчас был я? – аккуратно спросил Майкрофт. - Что чувствовать то, что я чувствую сейчас, – нормально? - А что ты чувствуешь? Грегу снова пришлось бороться с желанием убежать. - Желание провалиться сквозь пол. Нет – скорее желание уничтожить себя, растоптать. Истереть в труху, чтобы просто прекратить существовать и никогда больше себя не видеть. - За то, что ты не смог ему противостоять? Защитить себя? - За то, что делаю это снова и снова, - согласился Грег. – Это то, что ты чувствуешь, да? - Да, - тихо признался Майкрофт. Грег схватил его руку и прижал к губам. И разделенный на двоих ужас уже не казался таким ужасом, и мысль о том, что пережил Майкрофт, чувства к нему мгновенно возобладали. Никакому Болтону не под силу было выдержать эту конкуренцию. - Люблю тебя, - сказал Грег. – Как же я тебя люблю! Майкрофт подвинулся, и Грег притиснул его к себе. Опомнился – спина! – и обнял уже аккуратно. Боже, все, что ему нужно для жизни, – это Майкрофт в его руках. Такое счастье, когда Майкрофт в его руках. Вся сегодняшняя история казалась теперь странной и мелкой, способной вызвать только недоумение от нелепого поступка. Наобнимав Майкрофта, Грег отнес брюки в стирку и, вернувшись, принялся оттирать последствия аварии. - Я бы на твоем месте надел что-то посерьезнее трусов, - хмыкнул Майкрофт. - Почему? - Я нашел Шерлока, - сказал тот. За этими тремя словами была такая гамма эмоций, что Грег замер с тряпкой в руках. - В каком состоянии? – он пристально посмотрел на Майкрофта: тот выглядел уставшим, но не более, чем два дня назад. - Я успел поспать два часа, - пояснил тот. - Он наглотался какой-то дряни, но опасность уже миновала. - Он что-то хотел с собой сделать или это была демонстрация подростка родителям: «Смотрите, как вы довели меня»? - Я не знаю, Грегори. После того, как он чуть не умер в прошлый раз, мы договаривались, что он будет составлять список всего, что принимает. - Но он не оставил? – догадался Грег. - Пока его не нашли, во всяком случае. Грегори, - Майкрофт заколебался, - могу я привезти его сюда? По крайней мере на несколько дней? Я не хочу оставлять его в больнице, где рано или поздно кто-нибудь что-нибудь пронюхает. Конечно, Грегу только Шерлока в доме Винни не хватало! Не факт, что его потом вообще выгонишь. Кроме того, Грег был уверен, что у Майкрофта были и другие мотивы, помимо соображений безопасности. И было ли на самом деле здесь безопаснее, чем где-либо еще? Но с другой стороны, возможно, это заставит Майкрофта появляться здесь чаще… - Ну, дом ты, конечно, потом отремонтируешь, - хмыкнул Грег, давая добро. Ну, он был вознагражден – после перевозки Шерлока Майкрофт уснул в его руках, а это стоило всех неудобств хоть с тремя Шерлоками. Субботу Грег провел с Дюран, Майкрофт в делах, а Шерлок в полубессознательном состоянии под капельницами (за медсестру сошел Валентин) – так что никакого беспокойства. В воскресенье положение дел осталось тем же. К вечеру понедельника Шерлок уже пришел в себя, но был еще слишком слаб, чтобы пакостить (хотя и не слаб для того, чтобы высказывать в полный голос презрительные комментарии), а Грег разгадал намерение Майкрофта – тот убивал двух зайцев: показывал Шерлоку, что он комфортным выздоровлением обязан Грегу, и давал ему возможность привыкнуть к Майкрофту и Грегу вдвоем, и демонстрировал Грегу беспомощного Шерлока, чтобы жалость к нему при случае могла понизить количество гнева, который тот мог вызвать. Неизвестно, так ли уж удалось первое, а Грегу во вторник привалило работы, так что ему в целом стало не до Шерлока. Хотя вполне вероятно, что он пользовался обилием работы, чтобы подольше не приходить домой. Тем не менее вечером в среду, когда Грег вернулся и Валентин, который занимался оживлением старинной системы сигнализации, обрадовал его известием, что Шерлок только что сбежал через окно, Грег даже почувствовал, что чего-то не хватает. Но тут пришел Майкрофт, они поужинали, сели в гостиной – Майкрофт в кресло, Грег на подлокотник, и жизнь стала самой полноценной, какой только могла быть. - Ты во всей этой истории выглядишь куда спокойнее, чем я ожидал, - заметил Грег, сплетая пальцы с пальцами Майкрофта. - У меня было несколько часов на раздумья в больнице, пока я ждал, выживет он или нет. Вероятно, я пришел к тому, что не могу всю жизнь винить себя за его непрожитый подростковый кризис. – Лицо Майкрофта исказилось от гнева. – Он не заставит меня выбирать между ним и тобой! - Я ему не позволю, - пообещал Грег, хотя, конечно, у него не было ни малейшего представления, что делать, если Шерлок найдет способы внушить Майкрофту, что нужно его бросить. - Ты был прав. Шерлок – наркоман, хотя и не в общепринятом смысле. Давно следовало это признать. И я не разрушу в угоду его пристрастиям то, что… - его голос сорвался. Майкрофт закусил губу и запрокинул голову. Он не продолжил, да это и не надо было. Грег поднес его руку к губам. - Давай забудем о нем прямо сейчас, - предложил он. – Пять минут только ты и я, и никакого Шерлока. Майкрофт улыбнулся. - Вся ночь, Грегори, только ты и я. И никакого Шерлока. Зазвонил телефон. - Не буду брать трубку, - сказал Грег. - С Дюран я разговаривал полчаса назад, а на работе сейчас не может быть ничего срочного. Гудков через двадцать телефонный звонок оборвался. - Вот видишь, все в порядке. Если бы я был нужен кому-то срочно, они бы перезвонили. Майкрофт покачал головой. Телефон снова зазвонил. - Ладно, ладно. Только чтобы они отстали. Грег подошел к телефону и снял трубку. - Лестрейд слушает, - сказал он. - Грегори? Это был Огги. И голос у него был такой… как будто он, ослепнув, пытался нашарить путь в потемках. - Что случилось? – спросил Грег, пытаясь на ходу задавить охватившую его тревогу и стараясь, чтобы его голос звучал спокойно. - Джерард пропал, - ответил тот.